Глава 121-123

Видимо, это было в продолжение предыдущего разговора. Действительно, его 'хорошо' вышло довольно скомканным, видимо, ему тоже хотелось обговорить все с глазу на глаз. Или поставить свои условия?

— То есть? — прищурилась я.

— Я не буду давить на тебя до лета, — с готовностью пояснил Крауч. — Но и ты обещай больше не скандалить и дать ответ, когда придет срок.

На самом деле хотелось прокричать ему, что мне плевать сорвался ли он тогда и жалеет ли теперь об этом, даже плевать что он наговорил тогда обидных слов. Но это было бы слишком глупо обострять отношения, когда он сам пошел на примирение и имеет чем на меня надавить.

Вместо этого я просто ответила прохладно:

— Если ты так желаешь.

Крауч чуть сузил глаза, изучая мое выражение, но я держалась.

— Я так желаю, — твердо повторил он с оттенком удовлетворения, словно соглашение уже состоялось. Подняв руки, тем самым демонстрируя открытость, Барти выдохнул уже свободнее: — И, как и сказал, я не буду настаивать на немедленном подтверждении помолвки, но подумай хорошо об этом. Я тебе обьяснил, что стоит на кону, и надеюсь, ты не станешь долго затягивать.

Я не стала спорить, почувствовав от этого наконец немного облегчения, что Крауч не сделает подставы сказав 'хорошо' и заключив соглашение за моей спиной. А летом будет видно, в конце концов, обещание дать ответ, не означает, что он будет положительный.

Еще Барти сказал, чтобы я не наглела, часто пропадая с карты, за исключением случаев, когда это вызов Лорда, но пока что никаких санкций за это от него не последовало, хоть он и грозился, что будут, если не прислушаюсь. Но я всегда предупреждала, как мы и договаривались, и эти претензии были, по-моему, лишними. Не нравится, видите ли, ему дергаться каждый раз, когда я пропадаю с карты где-то в местах, где она меня не отображает!

Спросил еще пришлось ли пить зелья и проверил набор, что у меня был с собой, так же пришлось соврать о том, что продолжаю принимать обычный свой набор зелий.

В последнее время я и правда стала намного чаще удаляться, то в Выручай-комнату потренироваться одной, то с ОСТами, то пыталась связаться с Редлом, то покидала замок с Кэрроу, отправляясь на урок. Крауч стал явно еще больше закручивать гайки, потому меня и беспокоила его угроза решить все вместо меня. Вроде пока все решилось, но Барти явно не отказался от полного контроля.

Нотт, на удивление, донимать не перестал. То и дело, если мы где-то пересекались, его внимание явно было направлено на меня, хотя сначала он только завязывал ничего не значащие беседы. Но когда будто случайно со мной встретившись третий раз за день (!) я не выдержала, спросив:

— Ты меня специально ищешь?

— Разве это плохо? — с напускным спокойствием отозвался Нотт, ничего не став даже отрицать.

-Тебе ведь мой отец передал ответ? — прямо поинтересовалась я.

— Передавал, — кивнул он, улыбнувшись. — Но он не звучал, как 'нет'.

— Но и не звучал, как 'да', — добавила я, напрягшись, но Нотт не стал возражать.

— У тебя сегодня консультация по выбору профессии, — переменил он тему. — Не забыла?

— Не забыла, — проворчала я, заметив, что Сэм многозначительно улыбается, дожидаясь меня, но этим она дала мне повод избежать дальнейшего разговора.

Сэм, равно, как и Хелен, позже снисходительно поглядывали на меня. Они могли бы даже ничего не говорить, в их взглядах и так без проблем читалось: 'Мы же говорили!'.

— Похоже, он взял за пример тактику Самуи, — заметила Хелен со знанием дела, — будет тебя преследовать до тех пор, пока ты не сдашься.

— Тогда условия были другие, — возразила я ей.

— Если и так, то на его взгляд ничего явно не поменялось, — деловито изрекла она.

Консультация со Слизнортом прошла неоднозначно. В гостиной Слизерина еще с окончания длинных весенних каникул везде лежали на столах брошюрки с рекламой профессий: от тренера сторожевых троллей до подозрительно многообещающих заявлений о приключениях, славе и богатстве от Гринготса. За это время я мельком, но просмотрела их вместе с Сэм. Никто сейчас не требовал четко определяться с тем, чем ты хочешь заниматься в жизни, да и мало у кого из школьников было понимание этого, как и у меня с соседкой. Но таким, как Хелен, кто твердо определился, было в чем-то легче. Ее консультация прошла быстро, так как Макгонагалл просто перечислила ей требующиеся дисциплины для экзаменов ЖАБА, которые требовали в Мунго, а требовали там не мало: не менее 'Выше ожидаемого' по зельеварению, травологии, трансфигурации, заклинаниям и защите от Темных искусств.

Захария, которого я спросила, сказал, что два года назад тоже не определился, но намерен сейчас сдать как можно больше и как можно лучше, лишним не будет. Сказал, что хотел раньше в Департамент международного магического сотрудничества в Министерстве, но сейчас туда наоборот никак не хочет.

Трэйси тоже не имела четких предпочтений. Она разрывалась между карьерой журналистки (из-за возможности собирать сплетни, как я тут же решила), так и думала тоже о Департаменте международного магического сотрудничества — если бы там же был Захария. Но вдвоем попасть туда будет уже большой удачей.

Ричард пока еще на четвертом, ему рано об этом думать, но он сказал, что хотел бы где-то применять боевые навыки. Правда, признался, что его отец вряд ли обрадуется, если он пойдет в авроры или ликвидаторы опасных существ, а насчет матери не уверен.

Честно говоря, не уверена, успел ли выбрать что-то Этан, но теперь, как и Кана, у него это не спросишь мимоходом.

Не уверена, что Кан действительно хотел работать в Министерстве, занимаясь сокрытием магического мира от маглов... Хотелось бы мне его спросить, чем бы он действительно хотел заниматься. Кан явно тяготел к созданию бумажных печатей — легких в изготовлении по материалам, но требующих мастерства, пригодных для каких-то заклинаний и призыва духов. Область эта в Британии, кажется, не особо распространенная.

Мне вот, как и Кану, было интересно создание артефактов и воскрешающий камень с мантией-невидимкой этот интерес только больше подогревали. Но какие бы диагностирующие чары я не использовала, на эти вещи они никак не действовали.

— Заходите, мисс Крауч, — добродушно улыбнулся мне Слизнорт, предложив присесть перед столом, на котором уже было сложено множество брошюрок.

Когда у меня была возможность побывать на Гриммо, я прихватила полагающуюся ему сумму. Вообще, после истории с зельями, Слизнорт стал смотреть на меня уже не с таким подозрением и настороженностью, а когда я расплатилась, казалось, он вовсе перестал меня связывать с отцом-Пожирателем. По крайней мере, не демонстрировал это открыто.

— Ну, так что вы думаете, юная мисс, насчет этого всего? — махнул он рукой в сторону буклетов. — Пожалуй, начнем с того, собираетесь ли вы продолжать обучение?

— Конечно, профессор, — кивнула я, расплывчато ответив: — После седьмого курса больше возможностей.

На деле, все сходились во мнении, что пять курсов дают хорошую базу и можно претендовать на хорошую работу по знакомству или работать руками. Тем не менее, не все действительно решали продолжать и довольствовались этим. Думаю, теперь я знаю, что это связано не только со способностью познать больше, но и с магическим ограничением способностей. И даже несмотря на него, многие пытались прыгнуть дальше, я даже их в этом понимаю.

— В таком случае, — Слизнорт расплылся в одобрительной улыбке. — Магическое сообщество подождет. И все же два года пролетят незаметно, поверьте моим словам. Не успеете и оглянуться, как наступит выпускная церемония. Вы подумали о том, в каком направлении хотите пойти дальше?

— Мне многое интересно, — протянула я, подбирая слова, — но ничего не кажется... моим.

— У вас действительно хороший потенциал, — кивнул декан. — Но на мой взгляд не похоже, что вы собираетесь получать мастера по зельеварению?

— Определенно, нет, — его будничный тон удивительно располагал и потихоньку сходило напряжение от сложного выбора. — Не сочтите это чем-то личным, но это не самая моя сильная сторона, причем во многом благодаря усилиям предыдущего преподавателя.

— Вы не единственная, кто подобное мне говорил, — грустно улыбнулся декан в усы, тут же добавив: — По крайней мере на Выше ожидаемого, я уверен вы у меня экзамен сдали бы, — хмыкнул Слизнорт и хохотнул: — Теперь хотя бы с зельеварием определились.

Он взял из стопки бумаг наверху один лист и быстро просмотрел, прокомментировав:

— Оценки у вас достаточно хорошие, я бы сказал даже очень хорошие. Выбор на будущее есть, — его взгляд на секунду застыл и он быстро добавил: — если его конечно уже не сделали за вас.

Слизнорт перевел взгляд на меня и снова попытался располагающе улыбнуться, намекнув:

— Семейные ограничения имеются?

— Я не обсуждала это с отцом, — нахмурилась я. — Наверное, нет.

Сама же подумала, что для Крауча было сюрпризом, что Лорд взялся меня обучать и он явно не видел меня раньше в их рядах. Да я и сейчас себя там не вижу.

— Давайте тогда подумаем о том, что вам комфортнее — спокойная сидячая работа или лихие приключения? — зашел с другой стороны Слизнорт.

Я задумалась. С одной стороны приключений мне и так хватает, я бы предпочла отдохнуть, но именно, что отдохнуть, а не постоянно сидеть например в зельеварне.

— Безопасные приключения? — неуверенно предположила. — Еще бы хорошо с кружечкой какао.

Слизнорт заново заулыбался, но продолжил:

— Хорошо, тогда давайте определимся с приоритетами. Вы хотите помогать людям, искать знания, защищать других? Я бы отметил, что вы умеете находить язык с людьми. Или, может быть, что-то связанное с магическими существами?

Я задумалась сильнее. Про находить общий язык Слизнорт наверняка льстил. Работа с людьми — от одной этой мысли появилась какая-то дрожь из-за ассоциаций с гос службами. Если Слизнорт намекал на стезю чиновника из-за того, что я общаюсь часто с ребятами постарше, то все равно — просто нет. Горы бумаг еще эти, ужас же.

Первая ассоциация с магическими существами — это Хагрид: полувеликан явно малообразованный, слегка наивный, чудаковатый и простой, как пять копеек, но с любовью ко всему зубастому. Ходить с ним по лесу... Мне в Запретном лесу нравилось находиться, но я никогда не забывала об опасности, а с определением этого у лесника явно проблема, потому что он меряет все по себе. Вторая мысль — что ликвидатором опасных существ, как мечтал Ричард, я точно не хочу стать.

Помогать людям — это лекарское дело? Тогда у меня магия априори не подойдет для этого. Защищать других? Это авроры? Авроры вроде стражи правопорядка, но я уже насмотрелась на них в допросной и они в меня, еще несовершеннолетнюю, влили Веритасерум. Нет, точно нет.

— Пожалуй, поиск знаний, — кивнула своим мыслям, припомнив о чем думала раньше. — Меня интересуют больше всего сейчас чары и создание артефактов.

— Это уже хороший ответ, — одобрительно кивнул Слизнорт. — Я вижу, руны вы уже изучаете с третьего курса. Артефакторика сложная наука, требующая обширных знаний, чар, зельеварения, трансфигурации, но артефакты порой совершенно поразительные. Один мой ученик, работавший в Министерстве по контролю...

Слизнорт похоже опять собирался удариться в воспоминания о своих учениках — я распознала признаки, а потому поспешила добавить:

— На самом деле, я не уверена, что буду создавать их, но я думаю будет не лишним все сдать как можно лучше.

— Истинно так, — закивал декан. — Главное — не бояться пробовать. Попомните мои слова, магическая карьера — это не конечный пункт, а дорога, которая может меняться, причем иногда совершенно неожиданным образом.

Выйдя после консультации, я обрела понимание, что артефакторика очень узкая отрасль, по словам Слизнорта.

Любую безделушку зачаровать практически любой маг сможет. Например, я помню, что близнецы Уизли зачаровывали прямо в гостиной Гриффиндора плакаты, которые выкрикивали фразы, но держались чары от силы час, а затем и голос становился тише и фразы терялись. Так же и с их текущими поделками в магазине. Они дешевые и это их главный плюс. Недолговечные, но какое-то время свою функцию выполняют и это уже большой плюс для многих, так как оказалось, что некоторые не могут и простое Агуаменти выполнить. Такие же продавцы гурьбой высыпали после возвращения Волдеморта на улицы с самопальными артефактами. Они быстро ставили свои лавчонки и так же быстро исчезали, так как эти 'артефакты' часто были липовыми или делали какую-то бесполезную фигню, а то и вредили.

Министерство выдавало патенты с правом на изготовление артефактов, что тоже требовалось подтвердить. В этом смысле близнецы Уизли хоть и делали дешёвки, но они сидели в магазине, а не в быстро исчезающем в неизвестности палаточном ларьке, имели разрешение на продажу и главное — их поделки выполняли указанные производителями функции.

Что касается более серьезных производителей, делающих качественные, долговечные вещи — их работа также и стоит дорого, что обычному рядовому магу часто очень не по карману. Покупатели тем не менее, у них не исчезнут, суммы там приличные, но желающие купить надежную вещь, которую можно даже будет передать в наследство, найдутся. Даже среди тех, кто и сам имеет такое хобби. Интересные, необычные артефакты — всегда в хорошей цене.

Этот бизнес четко поделен между тремя семьями, по крайней мере на островах. Они конкурируют с иностранными артефактами, выкупают и исследует найденные старинные артефакты, которые продолжают работать сквозь века и создают под заказ. Поделили все из-за разной направленности и жестко давили конкурентов. У меня неплохо уже получается, но у меня не так много практики, чтобы набить на этом руку. Я могла бы попробоваться после окончания школы пойти к ним подмастерьем, набраться опыта, но...

Кажется, моя судьба изначально была определена. Темная леди... к чему вообще это меня обязывает? Наставник говорил, что здесь питомник, Волдеморт говорил, что мы здесь, чтобы делиться магией с достойными. То есть... Ну не буду же я собирать свой Пожирательский кружок, верно? Да и двигаться к роли политика... Волдеморт вообще на него не похож. Такое ощущение, что его интересует только власть, он не умеет подбирать методы и компромиссы, поэтому в ролях управляющих в Министерстве сидят Пожиратели. Редл в этом смысле хитрее и гибче, но тем не менее, мне кажется, что он тоже не согласился бы сидеть там в кресле. В своем замке, даже в загробном мире, видно было, что его стража молчалива и послушно выполняет приказы. Редл и Волдеморт явно тяготели к абсолютной власти с жесткой дисциплиной и без права критики. Чего, конечно, не могло ему дать кресло министра, зато не удивлюсь, что тот же министр край его мантии целует каждый вечер в пятницу.

С другой стороны, ради своих неясных целей Редл пошел сразу после школы работать в магазин 'Горбин и Берк', который занимался покупкой и перепродажей артефактов, хотя ему пророчили блестящую карьеру в Министерстве. То есть... не зазорно же и леди поднабраться опыта подмастерьем? К тому же, даже если дело с мангой заново не пойдет, моих сбережений хватит чтобы несколько лет еще не думать об этом, поэтому я могу сосредоточиться на том, что интересно.