Левиратный брак

Дэрек словно очнулся от забытья, вынырнув из омута голубых глаз.

— Да, конечно. И ещё раз спасибо.

Она упорхнула, а барон так и остался стоять, глядя ей вслед.

— Ты не забыл, Леской, — раздался за спиной голос Виктора, — это моя жена.

Тон голоса маркиза был обманчиво спокоен и холоден как лёд.

— Не забыл, — буркнул Дэрек и попытался обойти друга.

— Подожди, — Виктор сделал шаг в сторону, заступив барону дорогу. — Я ещё могу спустить волокитство Ревьеру, но не тебе.

— В чём ты меня подозреваешь? — возмутился Леской. Место было не слишком подходящим для выяснения отношений, однако, маркиза это нисколько не смущало.

— Ты знаешь про Ральфа. Как ты можешь так на неё смотреть?

— Как так? — барон всё больше и больше нервничал. Он действительно чувствовал себя виноватым перед своим лучшим другом.

— Так влюблено.

— Брось! Что за чепуха! Просто твоя жена очень выручила меня, и я выразил ей свою благодарность, — почему он чувствует себя так, как будто оправдывается? Да и Вик смотрит насмешливо, нисколько не веря тому, что он говорит.

— Короче, остынь и больше не оставайся с ней наедине, — закончил неприятную беседу маркиз, разворачиваясь и уходя прежде, чем Дэрек придумал ещё хоть какое-нибудь оправдание.

* * *

Гости прибывали и прибывали. Лилиана порхала между ними как бабочка среди цветов. Все без исключения были очарованы вниманием и заботой маркизы. Даже графиня Дебро, поначалу дувшаяся на Лил из-за того, что та так ловко расстроила её хитроумный план, к вечеру оттаяла. Виктор вдруг почувствовал, как приятно переложить часть обязанностей хозяина дома на чужие плечи. Мариана прекрасно справлялась с ролью его супруги. Слуги беспрекословно её слушались, гости, не успев познакомиться, полюбили. А каким вкусным был ужин! Пальчики оближешь. Виктор и не подозревал, что его повара на такое способны.

— Понравилось? — спросила жена. При этом глаза её сияли как у ребёнка, который жаждет похвалы и одобрения за то, что сделал.

— Бесподобно, — признался маркиз и в благодарность поцеловал девушке пальчики. Пусть все видят, как он нежен и обходителен со своей супругой.

— Леди Мариана, у вас чудесные повара, — не смолчала и графиня Дебро. Она была в том возрасте, когда можно смело демонстрировать за столом свой здоровый аппетит.

— Спасибо, что оценили, — улыбнулась Лил, слегка смущённая нежностью, проявленной к ней маркизом. На глазах у гостей он успешно разыгрывал роль заботливого и любящего мужа.

— Помниться, как-то обедала я у герцога Варренера, — вступила в разговор графиня Милтори, пожилая вдова, приехавшая в поместье Стейнов вместе со своей племянницей Ванессой. Историю, которую она собиралась рассказать, все знали наизусть, кроме, разве что, Лилианы. Увидев на лице молодой маркизы неподдельный интерес, графиня с воодушевлёнием продолжила: — О, герцог! Попасть на приём к нему — большая честь. Её удостаивается далеко не каждый. А какой дом, какая мебель и...

На лицах остальных гостей появилось скучающее выражение. Кто-то пытался его скрыть за вежливой улыбкой, а кто-то откровенно показывал. Лорд Нейтон так и вовсе неприлично громко зевнул. Племянница графини залилась краской стыда за свою не к месту болтливую родственницу.

От графини Дебро Лилиана знала, что сирота Ванесса очень богата и у неё нет отбоя от женихов. Однако воспитанная недалёкой эгоистичной тётушкой, девушка была робкой и застенчивой и никак не могла решиться дать согласие на брак одному из многочисленных желающих. Тётушку данная ситуация вполне устраивала. Она командовала и Ванессой, и её состоянием, ни в чём себе не отказывая. Наблюдательная Лил за несколько часов поняла, что молодых людей Ванесса сторонится не только из-за своей чрезмерной стеснительности. Девушка была влюблена и не в кого-нибудь, а в маркиза Ревьера. Какие взгляды, полные обожания и грусти, бросала она украдкой на белокурого красавца, как вспыхивали её щёчки, стоило тому оказаться рядом. Ревьер ничего не замечал и вёл себя с Ванессой точно так же, как с её тётушкой, вежливо-равнодушно.

Лил даже отвлеклась от патетичного рассказа графини Милтори, разглядывая Ванессу. Высокая, худощавая, с бледной кожей. Чёрные волосы старомодно уложены крупными буклями по обеим сторонам лица. Эта причёска ей совсем не шла. Самыми замечательными во внешности графини были её большие глаза цвета морской волны в обрамлении пышных ресниц. Эти глаза покрывали любые недостатки: и чуть длинноватый нос и тонкие губы. У Лил в голове уже складывался новый образ Ванессы, который обязательно привлечёт к себе внимание не только Ревьера, но и всех остальных мужчин.

Неожиданно кто-то сжал под столом её руку. Лилиана очнулась от созерцательного состояния и посмотрела на сидящего рядом мужа. Осознав, что это именно он держит её за руку, девушка ощутила, как всё тело затрепетало, отзываясь приятным теплом в самых потаённых местах.

— Дорогая, тебе задали вопрос, — с натянутой вежливостью произнёс маркиз.

— Простите, замечталась. Вы так красиво живописуете, что я представила себя в доме герцога, — повинилась Лил.

— Так почему же вы с Ральфом ни разу там не были? — повторила вопрос графиня.

Лилиана телом почувствовала, как напрягся Виктор при упоминании о младшем брате.

— Я не знаю, — растерялась она. Лил было лишь известно, что Мариана с Ральфом проживали в другом поместье Стейнов, далеко от столицы, и сестра так и не была представлена ко двору в качестве маркизы.

Тут на помощь пришёл Дэрек:

— Леди Милтори, не стоит напоминать маркизе о прошлом. Это может быть болезненно.

— Надеюсь, вы, маркиз, не станете прятать свою прелестную жену в четырёх стенах, и мы сможем лицезреть её на светских приёмах в столице, — ничуть не смутилась замечанием барона графиня.

Лил заметила, как глаза Виктора потемнели от еле сдерживаемого гнева. По словам нетактичной леди, выходило, что Ральф намеренно скрывал свою жену от высшего общества.

— А почему бы нам не продолжить разговор в музыкальной гостиной? — предложила Лилиана, вскакивая с места.

Её поддержала графиня Дебро:

— Мои девочки разучили новые произведения. Сейчас они вам сыграют.

Гостям пришлось подняться вслед за хозяйкой дома и переместиться из столовой в просторную комнату, обставленную мягкой мебелью и с клавесином из полированного орехового дерева посередине.

Стоило Лил опуститься в кресло, как её тут же начало клонить в сон. Одна из юных графинь Дебро старательно била по клавишам, две другие пели, не совсем попадая в ноты. Гости вежливо молчали, слушая.

Виктор заметил, что его жена клюёт носом. Он склонился и заглянул ей в лицо.

— Дорогая, ты устала. Думаю, наши гости простят, если ты отправишься отдыхать.

Сидевшие неподалёку, барон и баронесса Антер одобрительно закивали, с умилением глядя на молодых супругов. Маркиз извинился перед гостями за необходимость покинуть их, подал жене руку и вывел её из гостиной. Оказавшись в коридоре, Лил с огромным удовольствием глубоко зевнула.

— Ах, я действительно так устала, — призналась она Виктору.

Ноги слушались с трудом, а впереди ещё предстоял подъём по лестнице на второй этаж.

— Вы неплохо потрудились при подготовке к приёму, — заметил маркиз.

Трудно было понять, похвалил он или просто констатировал факт.

— Я рада, что смогла угодить вам, — просияла девушка, продолжая опираться на руку маркиза.

— Сегодня вы будете спать в моей комнате.

Услышав это, Лил оступилась. Виктору пришлось обхватить её за талию. Он вздрогнул, почувствовав, что на жене нет корсета. Совсем близко под тонкой тканью платья и прозрачным батистом сорочки было её гибкое тело.

— Чёрт! Мари, вы не носите корсет?! — воскликнул маркиз.

— Нет. А что? — девушка невинно хлопнула ресницами, удивляясь тому, что его так возмутило.

— Это неприлично, — чувствуя, как внутри разгорается пожар желания, хрипло произнёс Виктор. Никаких лишних шнурков, крючков...стоит только снять платье...

— Неприлично заставлять женщину ходить в этом орудии пыток, — рассмеялась Лил. — Ни вздохнуть, ни выдохнуть. Помните, чем закончилась наша свадьба?

Виктор попытался обуздать своё тело. Первым делом он убрал руку с талии Лил.

— Вы должны носить корсет, как это подобает благородной даме, — резко произнёс он.

Девушка заметно расстроилась.

— Это приказ?

— Это требование светских приличий.

— Я думала, корсет надевают, чтобы талия казалась тоньше, а спина ровнее, — пробормотала Лил, вяло переступая со ступеньки на ступеньку.

— И это тоже, — идя следом и стараясь лишний раз не смотреть на девушку, согласился Виктор. — Двигайтесь живее. Плетётесь как сонная муха.

— Я не могу быстрее. Ноги не слушаются, — призналась Лилиана и без всякого тайного умысла добавила: — Плохо спала ночью.

— Не смогли уснуть без меня? — не удержался от насмешки маркиз.

Девушка поняла, что сболтнула лишнего и замерла на месте, не зная, что сказать в ответ на подначку.

— Так дело не пойдёт, — рассердился Виктор, подхватил жену на руки и отнёс её в свою комнату.

Положив девушку на постель, он на какое-то время задержался рядом, рассматривая её лицо, влекущие поцелуем губы, затуманенные усталостью глаза.

— Позовите горничную, чтобы она помогла вам раздеться.

— Да — да, — Лилиана повернулась на бок, подложила руку под голову и закрыла глаза. — Спасибо вам.

Маркиз прерывисто вздохнул. Уж слишком ему самому хотелось избавить от одежды свою жену. Вместо этого он подошёл к стене, дёрнул шнурок для вызова слуг и поспешил покинуть комнату.

Глава 4.

— А теперь расскажи мне про свою маленькую жену. Какова она в постели? — поинтересовался Нейтон, когда они с Виктором остались наедине в бильярдной. Все остальные разошлись по комнатам отдыхать. Назавтра предстоял насыщенный развлечениями день.

— Какое тебе до неё дело? — грубо отозвался Виктор. Ему не понравились сладострастные нотки в голосе его дяди.

— До женитьбы на Аделине ты без лишнего стеснения делался интимным подробностями своих похождений, — хмыкнул Нейтон. — Я так надеялся, что спустя какое-то время после её смерти, ты станешь прежним.

— Ещё раз произнесёшь её имя, Нейтон, и я вызову тебя на дуэль, — прошипел Виктор, прожигая сидящего напротив мужчину полным ярости взглядом.

— Хорошо, хорошо! — приподнял тот руки в примиряющем жесте "Сдаюсь!". — Успокойся. Выпей. Поговорим о твоей новой жене. Увидев, её я сразу понял, почему ты женился. Но это я. А вот отцу твоему никогда не понять. Этот чопорный сановник так надеялся, что ты не пойдёшь по стопам своего брата. Он ведь подобрал для тебя прекрасную партию -маркизу Лакруа. Странно, что она до сих пор не приехала. Может, обиделась, что ты выбрал другую?

— Я никогда и ничего не обещал Изабелле, — пожал плечами Виктор, расслабляясь.

Нейтон, младший брат его отца, прожигал свою жизнь среди многочисленных любовниц и в попойках с друзьями. Каких ещё разговоров можно было от него ожидать? Он практически не вылезал из столичных увеселительных клубов для знатных лордов и взгляд на окружающее имел соответствующий. Родители Вика и Ральфа, оба занятые при королевском дворе на высоких должностях, в какой-то момент доверили Нейтону воспитание сыновей. Болезненный Ральф пострадал от дурного влияния меньше, в основном отсиживаясь в поместье, а вот Виктора Нейтон таскал за собой не только по клубам, но и по особо злачным местам. Если бы не встреча с Аделиной, Вик окончательно превратился бы в своего дядю — циничного, алчного до чувственных удовольствий, вечного холостяка. Впрочем, прошлое до сих пор давало о себе знать, нет-нет, да и вылезая в виде таких потех, как метание ножа в яблоки на голове у живого человека.

— Это правда, что у неё есть сестра-близнец? — поинтересовался Нейтон. — Ты видел её? Сильно похожа?

— Кажется, она была на похоронах Ральфа. Вроде бы похожа. Знаю, что учится в каком-то пансионе. Или уже закончила.

— Хороша малышка. Рыженькая, ладненькая, — поцокал языком маркиз. — Горячая, наверное?

— Она моя жена, и я не собираюсь её с тобой обсуждать, — Виктор поднялся на ноги.

— Удивительно, что ты всё ещё сидишь здесь, а не обладаешь этой женщиной в спальне, — ухмыльнулся Нэйтон.

— Удивительно, что ты приехал в такую глушь. Развлекательная жизнь столицы без тебя должно быть померкла, — не остался в долгу Вик.

— Ты знаешь, а я не жалею, что приехал. У тебя хорошенькие горничные.

Виктор больше не видел смысла продолжать разговор, который раз за разом скатывался к одной и той же теме. Да, он не спешил сегодня ложиться в постель, потому что там была Мариана. Приезд Нейтона осложнил ситуацию. Этот хитрый лис мог запросто пронюхать о фиктивности брака, а этого нельзя было допустить. Значит, придётся ночевать в одной постели с женой, пока длится приём. Сколько же трудностей привнесла в его жизнь эта девушка. Попытавшись наказать её за смерть Ральфа, он оказался наказан сам.

Мариана так и лежала на боку. Дыхание было ровным, что означало глубокий, крепкий сон. И она по-прежнему была в одежде. Виктор чертыхнулся, недовольный нерадивостью горничных. Впрочем, может оно и к лучшему.

Маркиз лёг рядом и понял, что так просто ему не уснуть. Предрассветные сумерки высветлили очертания её стройного тела: соблазнительный изгиб бедра, тонкую талию, небольшую нежно-округлую грудь под тонким шёлком платья. Руки сами собой потянулись к девушке. Коснуться щеки, провести пальцем по губам, убрать с лица прядь рыжих волос, выбившуюся из причёски...

Как ужаленный, Виктор вскочил на ноги. Это невозможно! Невозможно просто лежать рядом и не касаться её! Пришлось зайти за ширму и остудить себя холодной водой. После чего маркиз сел в кресло, стараясь не смотреть в сторону кровати. Она была бы рада узнать, насколько велико её влияние, но он не позволит этому случиться. Виктор закрыл глаза и с большим трудом, наконец-то заснул.

* * *

Наутро Лилиана проснулась свежей и отдохнувшей. Она сладко потянулась. Виктора рядом не было. Сколько же может быть времени, если маркиз уже встал? Судя по солнцу, ещё раннее утро. Девушка села и обнаружила, что её муж спит в кресле. Лил стало жаль Вика. Ему должно быть жутко неудобно, и всё тело после пробуждения будет сильно болеть. Стараясь не шуметь, девушка соскользнула с кровати, оправила на себе платье, собираясь выйти из комнаты и пойти к себе. Но тут маркиз со стоном открыл глаза.

— Доброе утро, — сказала первое, что пришло в голову Лил.

Виктор поморщился от звука её голоса.

— У вас болит голова? — догадалась девушка и гораздо тише добавила: — От головной боли хорошо помогает массаж. Если вы позволите...

С этими словами Лилиана подошла к мужу со спины и запустила пальцы в его густые, жёсткие волосы. Виктор, было, дёрнулся, но тут же замер под умелыми движениями чутких рук.

— Массажу меня научил личный доктор тётушки, — поведала Лилиана, тем самым, разрушая некую интимность момента. — Славный старик был помешан на его целебных свойствах, утверждая, что им можно вылечить всё. Он говорил, что у меня золотые руки.