Академия Магического искусства. Тайна забытого зелья

— Магистр, а зачем вы заходили в "Крылья дракона"? — не удержалась я от вопроса.

— Вариант "поужинать" вас не устроит? — с улыбкой спросил меня Ривей. — Тогда ещё я не был уверен в Ансее Виллесе. Решил подстраховать вас.

— Спасибо. Я могу идти?

— Вина сегодня не предлагать? — мне кажется, или магистр не хочет, чтобы я уходила?

Я в очередной раз поймала себя на мысли, что и сама хочу задержаться подольше в этом кабинете. Рядом с Ривеем мне было на редкость приятно находиться. Может быть, помог выпитый мною сидр, но, перешагнув через свою скромность, я ответила:

— Только если чай.

— Чай так чай. Будет сделано. У меня даже есть печенье.

Не дожидаясь приглашения, я устроилась в кресле. Да приглашение и не требовалось, как-то освоилась я уже здесь. Ривей же исчез в портале и через несколько минут вернулся с кипящим чайником. Из шкафа были извлечены заварочный чайник и коробочка с чаем, чашки, блюдца и ложечки, сахарница, коробка конфет и вазочка с печеньем. Уместив всё это на поднос, Ривей поставил его прямо на ковер перед камином.

— Надо на такой случай столик приобрести, — словно сам себе сказал магистр, усаживаясь прямо на ковер. Я же наблюдала за ним и наслаждалась. Красивый, мужественный, богатый, и при этом сам умеет заваривать чай. Идеальный мужчина. Повезёт же кому-то! Стало неудобно смотреть сверху вниз, и я тоже сползла на пол. На подносе уже заваривался чай, распространяя умопомрачительный аромат. Такого сорта я ещё не пробовала.

— Вы пьёте чай с сахаром, Лилинея? — спросил меня Ривей. Я от протянутой сахарницы отказалась, мне вполне хватит и конфеты. Магистр поставил её обратно на поднос, и я сделала вывод, что он тоже чай предпочитает без сахара.

Магистр разлил напиток по чашкам. Он был слишком горячим, чтобы пить. Неловкое молчание затягивалось.

— Хорошо провели вечер? — прервал его Этеллис.

— Вполне, — коротко ответила я. Вряд ли магистра интересовали подробности. Но я ошиблась.

— Нашли общий язык с Виллесом? — в голосе его проскользнули незнакомые нотки.

— Пожалуй, да. Он интересный спутник.

Почему-то мне показалось, что магистру мой ответ не понравился. Ривей взял чашку и начал медленно, по глотку, пить чай. Я последовала его примеру.

— Он хорошая пара для вас, Лилинея.

Таких слов от Ривея Этеллиса я не ожидала. С чего бы вдруг это должно было его интересовать? Конечно, Ривей был прав, но услышать от него этого я не хотела. Я подсознательно ждала совсем другого. Отвечать мне не хотелось, и я продолжила пить, хоть и наслаждаться ароматным и вкусным напитком уже не получалось.

— Я, пожалуй, пойду, магистр, — даже не допив, я отставила чашку.

— Что-то не так? — синие глаза внимательно смотрели на меня, ожидая ответа.

— Уже поздно, а у нас комендантский час. — Да, ответ прозвучал жалко и нелепо.

По одному взмаху руки поднос плавно отодвинулся в сторону, а магистр придвинулся ко мне.

— Я вас чем-то обидел?

Ривей коснулся моей руки своей и тут же убрал её обратно.

— Это неправильно, — сказал он чуть едва слышно, тряхнув головой. И уже громче добавил:

— Хотя вы правы. Я требую от адептов соблюдать правила, а сам вас задерживаю. Доброй ночи, адептка Майлис.

Он открыл портал, и я, сказав "Доброй ночи, магистр" в него шагнула. Оказавшись в свое комнате, буквально столкнулась со сгорающей от любопытства Кенной.

— Рассказывай, — потребовала она.

— Да нечего рассказывать, — ответила я и направилась в ванную. На душе было тяжело. Сегодняшний вечер внёс сумятицу в мою жизнь. Уже стоя под теплым душем, я обдумывала все слова и поступки Ривея и не могла ничего понять: то он злится, то улыбается, то удерживает, а то отталкивает. И как его понять? Да и стоит ли мне пытаться это делать? Где Ривей — племянник императора, преподаватель ИАМИ, тайный следователь, а где я — простая адептка из обедневшего и занимающегося недостойной дворян торговлей рода.

А тут ещё Ансей... Открытый, симпатичный, интересный во всех отношениях... Ведь раз он не заговорщик, значит, заинтересованность его мною была искренней? Эх, как же хорошо мне жилось ещё пару недель назад! И зачем я в эту теплицу полезла, кто мне скажет? Мучайся теперь в догадках, Лилинея.

Ложась же в кровать, я решила: "Поживём, увидим". На этом успокоилась и, не обращая внимания на недовольное ворчание Кенны в адрес некоторых слишком скрытных подруг и через-чур таинственных магистров, уснула.

Глава 6

Ежедневный утренний сбор проводился на всех факультетах без исключения, только из-за большого количества адептов в разное время и на разных площадках, так что Ансея мы встретили только на завтраке. И да, мы были правы — не заметить такого парня было невозможно. Девушки с разных факультетов бросали на него ну уж очень заинтересованные взгляды, а некоторые постарались даже усесться поэффектнее (по крайней мере, они, наверное, так считали). Парень же огляделся, увидел нашу компанию и пошёл прямо к столику, не обращая внимания на девиц. Разочарование на их лицах заставило меня улыбнуться. Да нам теперь с Кенной будут завидовать! Хотя лично я к этому совсем не стремилась.

Поздоровавшись с нами и обменявшись с близнецами и Маттеем парой шуток, Ансей пошёл за кофе. Внезапно в столовой стало тише, а все взгляды были устремлены куда-то мне за спину. Вот почему я всегда сижу спиной к входу?

— Адептка Майлис, зайдите ко мне в кабинет после завтрака! — услышала я не просьбу, а скорее приказ. Конечно, исходил он от магистра Ривея Этеллиса. Вот неужели нельзя было его как-то передать? Зачем снова привлекать ко мне внимание адептов Академии. Завидовать нам теперь женская половина будет вдвойне...

— Конечно, магистр, — ответила я, даже не поворачиваясь — всё равно услышит. Да ответ, похоже, и не требовался. Судя по вновь начавшимся разговорам и смеху, Ривей уже ушёл.

— И что от тебя надо этой местной знаменитости? — как-то резко спросил Ансей, подсаживаясь к нам.

— Да с зачётом проблемы, — неуверенно ответила я. Вот не люблю я лгать! И вообще, какая нашему новому знакомому разница?

— С зельем намудрили, — пояснила Кенна.

— А почему если намудрили вдвоём, то отдуваться одной Лил приходится? — нет, Маттей у нас в последнее время чрезмерно внимательный.

— А она больше мудрила, — отшутилась Кенна. Как же я была сейчас благодарна подруге! Готова меня поддержать в любой ситуации и без лишних вопросова.

Разговор начал меня напрягать, да и любопытство не давало покоя. Не терпелось узнать, что такого важного у магистра появилось сообщить мне буквально за несколько часов, да к тому же ночных.

— Ребят, я пойду, пожалуй. Быстрее накажет, быстрее освобожусь, — поддерживая легенду подруги, сказала я парням. Всё же Кенна недалека была от истины, приключения мои именно с того несчастного зелья старения начались — сдались нам эти листы фении. Вот только что удивляет, Кенна про мои поздние посиделки и передвижения на руках у одного симпатичного преподавателя не рассказывает, а ведь обычно делится с ребятами всем. Понимает, что дело тут не в романе? Надеюсь. Мысленно поставила себе галочку — надо будет с ней это обсудить.

— — —

Я медленно шла по коридорам и переходам Академии. Путь до кабинета преподавателя зельеварения был неблизким: необходимо было выйти из общежития, половину первого этажа которого и занимала столовая, пройти в учебный корпус нашего факультета и подняться аж на четвёртый этаж по старой каменной лестнице. Когда-то планировали оборудовать Академию системой порталов, но решили, что подобные прогулки способствуют развитию физических способностей адептов. Пыталась перебирать варианты, что же могло потребоваться от меня магистру, но так ничего и не подобрала. Решила не мучить себя догадками, всё равно узнаю правду через несколько минут.

— Заходите! — услышала я из-за массивной двери, едва к ней подойдя и даже не успев постучать. Меня явно ждали. Зашла.

Признаюсь, я привыкла видеть этот кабинет уютным, располагающим к неформальному общению. Сейчас же это было явно рабочее помещение. Кресла для посетителей стояли с одной стороны от рабочего стола магистра, хозяйское — с другой. В последнем обнаружился и сам магистр. Судя по его лицу, разговор нам предстоял серьёзный, а, возможно, и неприятный.

— Присаживайтесь, Лилинея, и внимательно выслушайте меня.

Едва я села на краешек кресла, магистр, не предлагая мне сегодня напитков, начал рассказывать.

— Сегодня ночью была взломана экспериментальная лаборатория, занимающаяся изобретением одного единственного зелья — зелья-усилителя, того, которое может усилить любое другое, будь то зелье от простуды, приворотное, старения, да всё! Находилось это заведение в одной из резиденций самого императора Вильера. Его расположение тщательно скрывалось, все бумаги были строго засекречены, хранились в тайнике, замки и охранки на который устанавливал лично я. Работники лаборатории связаны нерушимой клятвой. Вы понимаете, что это значит?

— Если попытаются её выдать, хоть устно, хоть письменно, добровольно или даже под принуждением, погибнут, — срывающимся шёпотом произнесла я. Во что я ввязалась? Во что меня втянул Ривей?

— То, что это не игра, я осознавал с самого начала, — словно прочитав мои мысли (а может, и правда прочитав?), продолжил магистр, — но не думал, что противник пойдёт на крайние меры. То, что это приближенный к императору человек, я тоже понимал, но теперь круг сужен настолько, что я в тупике. Я не знаю, кто из оставшихся под подозрением способен на такое. Мои люди всех проверяют, но мне не хватает улик. Я не могу и не хочу посвящать вас во все подробности, это опасно для вас же самой. Скажу лишь, что я ошибся. Ошибся, когда предполагал, что на вас будут пытаться воздействовать мягко. По нашим расчётам, для зелья, которое готовят заговорщики, осталось раздобыть лишь один ингредиент — цветок элеры бледноцветной.

— Магистр, но этот сорт элер применяется лишь в одном известном на сегодняшний день зелье, и оно находится под строжайшим запретом как на территории Валийской империи, так и во всех цивилизованных странах уже не одну сотню лет. Точный рецепт его давно утерян, разве не так?

— Вы поняли, о каком зелье идёт речь? Его изучение не входит в программу.

— Я просто люблю читать, — тихо ответила я. Я не так чтобы совсем книжный червь, но чтение — моё основное увлечение на протяжении многих лет, а "Тайны магических искусств" вообще любимая серия. Именно оттуда я узнала, что некогда темный маг из вампиров, Дерилий по прозвищу Несогласный, не смирившись с решением тогдашнего императора выселить всех представителей этой расы за их кровожадность на отдельный остров, посвятил свою жизнь изобретению зелья, абсолютно подавляющего волю. Подобные зелья уже были, и есть и в наши дни, но их действие на объект можно установить даже просто по изменениям в поведении, и нейтрализовать. А уж маги вычисляют такое зелье и мага, его применившего, за раз. Дерилий же смог получить такую смесь, действие которой не то, что устранить, даже доказать невозможно! К счастью, напоить им императора не вышло, зелье уничтожили, а рецепт, как считается, сожгли. Маг был казнён, и вероятность того, что он поделился перед смертью разработками с кем-либо ещё, маловероятна. С той поры много воды утекло, прошли столетия, с вампирами установились вполне мирные отношения, ведётся торговля, отпрыски знатных фамилий даже на учёбу к нам в Академию поступают, а потому эта история почти забыта. Но в одном из томов "Тайн" я нашла предполагаемый рецепт зелья подавления воли, правда с оговоркой, что попытка его воссоздать карается смертной казнью. — Воздействовать снова планируют на императора?

— Иного предположения у нас нет. Ради меньшей цели идти на подобный риск бессмысленно и глупо.

— Скажите, Ривей, — от волнения я не придала значения тому, что назвала магистра по имени, — зачем вы, тайный следователь Императорской канцелярии, рассказываете всё это мне, простой адептке, второкурснице, даже не круглой отличнице?

— У меня есть на это основания, Лилинея. Кем бы ни был вор, взломавший дважды теплицу профессора Верис, мою систему защиты он взломать не смог. А вы смогли! И если бы не дополнительная система записи, я бы вас даже не вычислил. Это не укладывается в моей голове, но это факт. Кстати, мы ещё поговорим, и вы расскажете, откуда у вас такие способности и знания... И ещё один факт — наш оставшийся пока неузнанным вор это знает. Он пойдёт на всё, чтобы заставить вас повторить содеянное.

— Разве у нас выращивают элеру бледноцветную. Это же одно из редчайших, крайне требовательных к климатическим условиям растений, причём занесённое в Книгу природных редкостей, — последнее предложение я с недоверием произнесла практически про себя.

— Вы знаете, как профессор травоведения получает степень магистра, адептка Майлис? — с усмешкой спросил магистр, глядя мне в глаза.

— Нет, — честно ответила я.

— Кандидат должен вырастить одно из растений из раздела Исчезающие Книги природных редкостей, Лилинея. Догадаетесь, какое выбрала профессор Азалия Верис?

— Элеру бледноцветную, — обречённо проговорила я.

— —

— Если вы хорошо учили травоведение, в чём я, почему-то, не сомневаюсь, то должны знать, что в естественных условиях элера бледноцветная, в отличие от элеры обыкновенной, произрастает только в одном оазисе Динэйской пустыни, а проход туда практически невозможен. Динейское княжество дружелюбием к имперцам не отличается, порталы там нестабильны из-за искажений, да и время цветения, что, пожалуй, основное "но" в природной среде у этого виды — только начало лета. Сейчас же осень.

— Вы хотите сказать, что профессору Верис удалось изменить время цветения?

— Не изменить, продлить, причём на несколько месяцев. К слову, степень магистра она ещё не получила, но это вопрос нескольких дней.

— Почему нельзя уничтожить цветок?

— Это лишь отсрочит проблему, а не решит её, Лилинея. Сейчас же это наш козырь. Элера — наша приманка.

— Мы с ней — друзья по несчастью, — прошептала обречённо.

— Объясните?

— Обе служим приманкой.

— Уже нет. Собственно, мы переходим к тому, для чего я вас пригласил.

Я подняла на магистра глаза, до этого смотрела на свои лежащие на коленях руки. Я думала, всё важное Этеллис уже сказал.

— Использовать вас слишком рискованно. Ставки высоки, на кону ваша жизнь. Я на это пойти не могу.

— Значит, я больше во всём этом не участвую? — сама не знаю, почему, но облегчения от этого я не испытала, даже наоборот, такой поворот событий меня расстроил. Не могу сказать, чем больше: тем, что не могу принять участие в расследовании заговора против короны, или тем, что не будет больше вечеров у камина в компании Ривея Этеллиса. А что? Я же всего лишь молодая девушка.

— К сожалению, это не так просто. Вы продемонстрировали заговорщикам свои возможности, и на вас, подозреваю, открыта охота. Вы нуждаетесь в постоянной защите. В свете этого...