Мутные воды Рубикона

— Ты че творишь? Я тут причем?

— А мне кажется, очень даже причем. Как ты это делаешь? Втыкаешь булавки в куклу из листьев кукурузы, шепчешь заклинания над кипящим чугунком, или режешь петухам глотки, стоя в нарисованной на полу пентаграмме?

— Это из-за письма, которое ты получил почтой. Болезнь была в конверте.

Игорь вспомнил тонкий невесомый конверт и неприятный запах, исходивший от четвертушки. Он сел на бревно напротив, закашлял и сплюнул сгусток крови. В холодное кострище полетела скомканная салфетка.

— Я тебе его не посылал.

— А кто?

— Динк. Мое дело багаж и ворота.

Проверить говорит ли бомж правду или врет, пытаясь выкарабкаться из сложной ситуации было невозможно.

— Какие еще ворота?

— В саду. Ты должен войти в них.

— Зачем?

— Не знаю. Мне не докладывали. Похоже на какой-то эксперимент. Сначала задание, потом отправление.

— Какое отправление? Куда?

— Да говорю тебе, не знаю. Мое дело проверить багаж и проводить до ворот. Остальное меня не касается.

Солнце завалилось за горизонт, когда они прибыли на место. Разбитую бетонку с обеих сторон окружал сухой бурьян в человеческий рост. Справа стояли шесть полуразрушенных складов с пустыми черными окнами и похожая на контору трехэтажка.

— Приехали.

Бомж вылез из машины и деловито заковылял к забору, придерживая оттопыренный карман куртки.

Врата, багаж, отправление — слова, не имевшие к этому месту никакого отношения. Здесь не было ни людей, ни поездов, ни самолетов. Впрочем, железнодорожные пути на заброшенной торговой базе все же имелись. Заросшая бурьяном ветка уходила в кирпичную стену.

Игорь замкнул машину, и медленно побрел вслед за провожатым.

— Один. Два. Три. Четыре.

Бомж вслух считал опорные столбы ограждения и поочередно прикасался рукой к каждому из них.

— Слушай, совсем забыл спросить, как тебя зовут?

— Стас. Не отвлекай. Пять

На ум пришла рифма, удивительно кратко и точно описывающая восприятие Игорем своего нового знакомого.

Перед двадцать седьмым столбом он остановился. Оглядел его, словно старого знакомого и кивнул головой.

— Все, пришли.

Стас устало сел на поросший мхом бордюр, достал из куртки купленную Игорем в придорожном ларьке десять минут назад бутылку "Туборга" и открыл ее зубами.

— Куда пришли?

— К вратам.

Забор был глухим. Ни калитки, ни ворот Игорь не видел.

— Отлично. Что дальше?

— Дальше ты войдешь в них. И на этом наше с тобой знакомство закончится. Ты пойдешь своей дорогой, а я своей.

Бомж замолчал, давая собеседнику время проникнуться глубиной изреченной мысли. Но вместо просветленного восторга пауза вызывала растущее раздражение.

— Кончай дурить. Зачем мы сюда приехали?

— Ты думаешь, это обыкновенный забор? Попробуй рукой. Вот здесь.

Бомж указал на стену прямо перед собой.

Игорь прикоснулся к холодной стене ладонью.

— Ничего особенного. Просто кирпич.

— Пощупай еще, — Стас снова приложился к бутылке.

Если это пьяное пугало вздумало шутить, то оно выбрало для этого совершенно неподходящий момент.

Игорь похлопал по стене еще в нескольких местах.

— Попробовал, и что?

— А теперь смотри.

Стас, запрокинув голову, вылил в себя остатки пива и широко замахнувшись со всей силы швырнул бутылку в стену. Вместо того, чтобы разбиться вдребезги, бутылка исчезла.

Будь Игорь в добром здравии, фокус непременно вызвал бы некоторый интерес. Но сейчас ему было не до фокусов.

— И что?

— Ничего. Врата я тебе показал. Динк хочет, чтобы ты прошел сквозь них. А дальше тебе самому решать, остаться или войти.

— Он всегда разговаривает через посредников?

— После того, как лишился глаза, напрямую с испытуемыми он старается не общаться.

Игорь закашлял и выплюнул в траву кровяной сгусток.

— Ты предлагаешь мне отправиться вслед за бутылкой прямо сейчас? Я не планировал проходить сквозь стены раньше субботы.

— Это не так сложно, как кажется.

Игорь подошел к тому месту, куда попала бутылка, и еще раз ощупал стену. Ничего нового он не обнаружил. Кирпичная кладка. Причем весьма посредственная: шов здорово плясал по толщине. Он обтряхнул ладони и повернулся к Стасу.

— А рука почему не проваливается?

— Нужна скорость. И чем тяжелее груз, тем быстрее он должен двигаться. Человеку чтобы войти нужно здорово разбежаться. Думаю, разрядник по легкой атлетике мог бы это сделать без дополнительных приспособлений. Всем остальным туроператор советует воспользоваться услугами легкового автотранспорта. Кстати, перед стартом тебе лучше выгрузить из багажника мешок с дохлятиной.

Игорь представил как "шестерка" врезается в кирпичную стену. Лобовое стекло вылетает тысячами серебристых осколков. Ремни безопасности врезаются в тело. Пространство внутри машины сжимается. Рулевая колонка бьет в грудь ломая ребра, а сорванный капот влетает в салон на уровне шеи.

— Кто-нибудь это делал до меня.

— Тридцать шесть переходов я видел собственными глазами.

— И как это выглядит?

— То же самое, что с бутылкой. Машина исчезает.

— Раз все так здорово, поехали со мной. Фокус с бутылкой выглядел довольно убедительно, но Девид Коперфильд на глазах у всей Америки статую Свободы с места на место двигал. Я готов въехать в стену только при условии, что ты будешь сидеть на соседнем кресле.

Если бы не густая борода, Игорь бы увидел, как по грязному и опухшему лицу Стаса пробежала мелкая дрожь.

— Это не входило в мои планы.

— Придется их пересмотреть.

— Мне надо поговорить с хозяином.

Бомж достал из кармана телогрейки черную раскладушку "Нокия" и отошел в сторону на несколько шагов. Разговор с начальством длился меньше минуты. Когда он закончился, бомж смачно сплюнул под ноги и закурил.

— Встретимся завтра на этом же месте, в девять утра.

Стас ковылял по улице и щупал пальцем место во рту, где два часа назад был зуб.

Никуда он не поедет. Плевать на Динка. Если понадобится, он сможет найти другую работу. Может быть, даже вернется в "Овощи". Раньше Стас работал грузчиком на центральном рынке. Тогда он еще имел хотя и не очень свежий, но вполне человеческий внешний вид. И у него была КВАРТИРА.

Нет. Решено. Он не поедет. Стас знал о Конечной станции немного, но достаточно, чтобы определить ее, как очень плохое место. Не известно, что именно там происходит, но Динк за два дня до командировки переставал говорить и слышать, смотрел сквозь людей и предметы, много ел, темнел лицом и часто вздрагивал без видимых причин. А ведь он был оттуда родом.

— А что там? — спросил его как-то Серый. (По пьяни, конечно. На сухую он боялся и близко подойти к Динку).

— Без двух минут Ничего.

И они второй год отправляют в это почти Ничего пачками людей со всех концов страны. Какой там страны — были даже два иностранца откуда-то из Европы. А теперь Динк предлагает отправиться ему туда самому. Да пошел он к черту.

Стас зашел под навес троллейбусной остановки и вынул из урны недопитую бутылку "Балтики семерки". Всего четыре глотка, но пришлись они весьма кстати.

— Ты ведь понимаешь, с чем мы помогаем Динку?

Каждый день Серый задавал ему один и тот же вопрос. Вместе четвертый месяц они резали металл на заброшенной обувной фабрике за городом. Хочешь — не хочешь, а слушать демагогию старого приятеля ему приходилось. Потому что газовый резак был не его. И это Серый взял его в долю, а не наоборот.

— Хочешь знать, что это на самом деле?

Серый любит поговорить. В конце дня от его болтовни голова трещит как переспелый арбуз. Да и выпить он не дурак. И от этого только хуже.

— Давай расставим все точки над "и". Ты мне как брат, и я не хочу, чтобы мы врали друг другу. Динк говорит про великое дело. Но от этого дела за версту воняет дерьмом. Я видел по телевизору пару фильмов с похожим сюжетом. Там одних пристегивают наручниками к батарее и дают в руки ножовку, другим одевают на голову охотничий капкан и все такое.

Одноглазый псих с нашей помощью отправляет людей на тот свет. Ты ведь понимаешь это?

— Да.

— Отлично. Идем дальше. Он раздает людям задание, а потом отправляет их к черту на кулички. А тебе не приходило в голову, что рассылка писем с заданиями — это тоже здание. И рано или поздно мы отправимся следом за остальными.

Никуда он не поедет. Хотя бы потому, что кроме Динка, оттуда никто никогда не возвращался.

После ухода Стаса Игорь подогнал машину к мусорному баку, который приметил, когда они шли вдоль забора и выбросил из багажника зловонную свиную тушу вместе со спальным мешком. Он представлял себе эту встречу иначе. И если бы знал наперед, как все случится, не затевался бы с имитацией трупа.

Ночь он провел в придорожном мотеле. Около четырех часов утра с ним приключился второй приступ удушья и до рассвета он не сомкнул глаз, опасаясь задохнуться.

На промзону он приехал за пятнадцать минут до назначенного срока и за час до появления Стаса. По пути он заскочил в "Ленту" и купил палку вареной колбасы, булку хлеба и пакет кефира, но так и не позавтракал.

Он припарковал машину напротив двадцать седьмого столбика забора и долго смотрел на то место, куда вчера провалилась бутылка. Стена выглядела пугающе буднично.

Бомж появился в тот момент, когда Игорь решил, что он не придет. Если бы не драные замазанные шпаклевкой джинсы и не многочисленные следы вчерашнего разговора, Игорь вряд ли бы его узнал. Стас сбрил бороду, отчего голова его стала казаться в два раза меньше и надел темные очки, скрывающие пол-лица. Широкий пластырь закрывал переносицу и подбородок. Большая часть лица была фиолетово-черной. Левая рука была загипсована вместе с кистью и через повязку висела на шее. Пальцы правой крепко сжимали початую бутылку "Туборга".

Что за черт. Это он или не он. Бомж уверенным шагом подошел к машине и сел на заднее сиденье.

— Я тебя не узнал.

— Меня и мать родная, если встретит, не узнает. Ну что, поехали?

Игорь посмотрел в зеркало заднего вида, еще раз пытаясь разглядеть в сидевшем сзади человеке вчерашнего заросшего бомжа, но ничего не вышло. Казалось, сзади сидит совсем другой человек. Какого черта он сбрил бороду? Хотя, плевать.

— Поехали.

Игорь воткнул передачу и нажал на акселератор. В окнах замельтешили сухие ветки амброзии и лебеды. Стрелка тахометра ушла в красную зону. Игорь воткнул вторую. Вжатый в кресло Стас стиснул зубы. На бордюре машину подбросило в воздух, и они влетели в стену.

Часть вторая.

Можно ли сделав шаг вдруг оказаться за миллиарды световых лет от того места, где ты был?

Миллиардам, чье сознание сосредоточено на анализе брендов, процентных ставок, зарплатных бонусов и скидок в бутиках, вопрос покажется глупым. Над ответом никто из них не будет думать дольше трех секунд. "Вряд ли" ответит большинство, сохраняя привычку выражаться осторожно. "Нет, это невозможно" снисходительно и категорично ответят другие. Кто-то хмыкнет, приняв вопрос за шутку, кто-то попытается сострить.

Эти люди ничего не знают о теории суперструн и мультивселенной, о гравитационных волнах, горизонте событий и сингулярности. Правильный ответ покажется им совершенно невероятным.

Галактика NGH 4413 из созвездия Волосы Вероники. Мобл.

12 год после Второго Начала.

Приемный терминал транспортной сети.

Мир погрузился во мрак, но спустя мгновение они снова были на свету, словно проскочили темный тоннель. Последовал жесткий удар дном и Игорь увидел переливающие на свету стоп сигналы стоявшего прямо перед ними темно синего "Гранд Чероки". В следующее мгновение они врезались в багажник джипа. Лобовое стекло треснуло. Все вокруг заволокло пылью.

Игорь заглушил мотор, отстегнул ремень безопасности и открыл дверь.

— Вылезай. Конечная.

Внутрь салона ворвался знойный ветер. Он поставил ногу на землю, и услышал, как под кроссовкой захрустело битое стекло. Каменная плита под ногами была усыпана зелеными бутылочными осколками и этикетками от "Туборга".

Где-то впереди внизу шумело море.

Когда пыль рассеялась, Игорь увидел тот самый пейзаж, который месяц назад заставил Дениса усомниться в адекватности собственного восприятия. Но пачки контейнеров, подпирающие небо заинтересовали Игоря намного меньше, чем два разноцветных солнца над головой.

Одно было яркое и зеленое, другое — бледно-желтое. Приглядевшись внимательнее, Игорь пришел к выводу, что большое светило — это луна. Свет был отраженным. Спутник находился сравнительно недалеко, и Игорь без труда различал горы и каньоны на его поверхности.

Стас подошел к обрыву и заворожено смотрел сквозь облака в воду. Вода была грязно коричневой, такая иногда бывает у берега во время шторма.

— Добро пожаловать в Дисней Ленд. Что молчишь? Язык отсох?

Стас никак не отреагировал на его слова и продолжал смотреть со скалы вниз.

— Еще немного и мы бы попробовали эту водичку на вкус. Кажется, организаторы аттракционов не слишком беспокоятся о безопасности посетителей.

"Шестерка" стояла в десяти метрах от пропасти, в которую уходил след протектора "Чероки".

Кем бы ни был этот Динк, он постарался на славу. И дело было не только в небесных спецэффектах. Помимо двух солнц в пейзаже присутствовало еще что-то неземное. И в то же время все до мелочей выглядело более чем естественно.

Ну что ж, раз на декорации не поскупились, наверное, и шоу тоже будет на славу. Кстати, почему оно не начинается?

Игорь закашлял и выплюнул кровь в салфетку. В зеленовато-желтом свете кровь казалась чуть ярче и чуть краснее обычного.

— А как обратно? Так же в стену?

Он посмотрел на Стаса. Тот по-прежнему таращился на бьющие о скалу внизу волны и, похоже, не собирался отвечать.

— Так же не получится, — сказал голос за спиной.

Игорь обернулся.

В пяти шагах от него стоял человек в форме моряка. На нем были надеты расклешенные штаны, форменная полосатая майка с закатанным длинным рукавом и грубые армейские ботинки. Одной рукой он придерживал белую фуражку с крупным золотистым якорем. Другую поднял вверх, приветствуя Игоря и Стаса.

Глаза человека были пронзительно зелеными (линзы, подумал Игорь), а кожа темной и гладкой, как у индуса. Предплечье левой руки было покрыто тонкими белыми шрамами, которые слагались в восемь квадратов, заполненных линиями разной толщины, напоминающими штрих код. В углу рта густо дымила сигарета.

— Это он?

Игорь повернулся к Стасу. Тот отрицательно покачал головой.

— А кто? С тобою работает?

— Нет. Я его не знаю.

Впрочем, оба вопроса носили формальный характер. Все сказанное бомжом вполне могло оказаться ложью.

— Вход не всегда может служить выходом, — после минутной паузы закончил свою мысль незнакомец,

Он поднял с земли кусок бетона и с силой бросил его в скалу, из которой они выехали.

Камень отскочил, отброшенный невидимым препятствием не долетев до стены несколько шагов.