Книга перемен

  — Пять баллов Гриффиндору! — объявил Том. — За приложенные усилия и общее ультранасилие.

  — Но это же нечестно! — выкрикнул кто-то. — Вы не предупредили про парты!

  Том искренне расхохотался.

  — Это ты декану Слизерина говоришь про "нечестно"? — спросил он, отсмеявшись. — Серьёзно?.. И кстати, а вам самим-то что мешает хитрить — все запасы на изобретение оправданий тратите, что ли?

  Хитрость гриффиндорцы проявляли, иногда даже вовсе невероятную — но исключительно изобретая оправдания и отмазки, будучи пойманными на горячем, причём совмещали её с чисто гриффиндорской наглостью, выдавая такие шедевры, что не всякому солдату придут в голову.

  — Запомните, ребята, честно с вами никто драться не будет, это не спорт. Даже животные... И уж тем более люди. А раз о правилах оппонент и не задумывается, то и вам незачем — пользуйтесь любым преимуществом, а главное — импровизируйте. Если вы сами не знаете, что выкинете в следующий момент, то и враг об этом не узнает...

  Вот этим гриффиндорцы славились всегда, и нынешнее поколение исключением не было . А некоторые даже особо выделялись — как одна ученица Тома, например...

  — Ладно, уже отбой, так что все свободны, — подвёл итог Том. — И не забывайте, что вам сдавать экзамен...

  На следующий день за обедом Дамблдор спросил:

  — Том, ты не перебарщиваешь? Всё-таки это как-то...

  — Грубо, да, — кивнул Том, — но эффективно. Они привыкают ориентироваться в быстро меняющейся ситуации, импровизировать, мгновенно принимать решение и рисковать, упражняются в тактике и приучаются работать в команде... А ещё это возможность спустить пар — заметили же, что ученики ведут себя гораздо спокойнее? Ну и бдительность тренируют, что тоже важно. А самое главное — мотивация.

  — Мотивация?

  — Да. Пять минут такого хаоса заменяют пару часов интенсивных тренировок, заставляют выложиться на все сто процентов, а возможность насолить учителю заставляет выкладываться даже не до предела, а за пределом — это же гриффиндорцы. То же самое, что и с королевской битвой, только тут ещё и дополнительный стимул...

  — А если тебя всё-таки достанут?

  — Потрать они час-полтора — вполне возможно, но не за пять минут, — фыркнул Том. — К тому же есть список чар, которые строго запрещено применять вне полигона, и я повесил на класс контрольную систему наподобие Надзора — только она сразу оглушает нарушителя, как только он начнёт заклинание. Так что мне в любом случае не грозит ничего...

  — Что ж, тебе виднее, — вздохнул Дамблдор.

  Дамблдору всё это не нравилось, но сделать он ничего не мог — всё, что шло сверх официальной программы, оставалось на совести преподавателей, и директор вмешиваться не мог... А попечители не собирались. Попечителей ситуация устраивала — это Дамблдор иногда был хуже Ганди, но, к счастью, пацифистов в магической Британии не было. Впрочем, излишне воинственных деятелей — тоже. Это маглы могли себе позволить воинственные крики и потрясания атомными дубинами — что бы ни случилось, друг друга они не перебьют, их слишком много... А вот магам так вряд ли повезёт. Да и маглы — размахивать размахивают, а в ход пускать не торопятся, прекрасно понимая, что урон от новой войны многократно перекроет любую возможную выгоду... Грубо? Более чем. Эффективно? Более чем. Пожалуй, надо будет обдумать да лекцию шестикурсникам прочитать — всё-таки бойцу SAS необходимо не только знать, куда бежать и в кого стрелять, но и понимать, почему стрелять надо именно в него, даже если вроде бы и не за что.

  — О чём задумались, Том? Мясо стынет!

  — О хитросплетениях глобальной политики, — ответил Том, бросив взгляд на Эйлин. — И о том, как их объяснять курсантам.

  — Ну, всяко проще, чем объяснять алхимикам, что такое суперпозиция и туннельный эффект, — пожала плечами Эйлин, — после того, как всю ночь препиралась с Паули, Эйнштейном и Гейзенбергом.

  — Ну и знакомства у вас, Эйлин... — протянул Дамблдор.

  Ну да, это тебе не Фламель, — подумал Том, хотя... Кто сказал, что Фламель не разбирается в квантовой механике?..

35. Run to the Hills

  К счастью, оргкомитет собрался и перед вторым этапом Турнира перепроверил все заготовки — их пришлось править. К счастью же, объём — и природа — исправлений позволяли уложится в пару дней. А поскольку суть испытаний даже большинству организаторов была известна лишь в общих чертах, этого не заметил никто...

  И потому первого февраля трое чемпионов выстроились в воротах Хогвартса, и Том произнёс:

  — Итак, начинается второе испытание. Вы все знаете, что делать и как делать — осталось лишь сделать это. И поскольку всё готово — да начнётся состязание!

  Чемпионы быстрым шагом двинулись прочь — путь предстоял неблизкий, и хоть никакого конкретного срока не стояло, медлить не стоило, но силы следовало поберечь. Проводив их взглядом, Том хмыкнул. Действительно, вероятность того, что вся компания доберётся до цели одновременно, имелась, и была не такой уж и маленькой. Пришлось добавлять ложные следы, фальшивые тропинки и прочие обманки — надолго не задержат, но на какое-то время собьют и заставят попетлять. А если добавить к этому чары помех... В общем, скучно не будет. Даже Дамблдору, который сейчас сидит в гроте отшельника, читает новый детектив Стаута и пьёт кофе из термоса.

  Заняв своё место рядом с жюри, Том включил радио и прибавил громкость — чемпионы как раз добрались до самой первой развилки. Изначально дороги было две — одна вела в Хогсмид, другая — в сторону той самой Тролльей башки, но к ним добавили две ложных, и лично Том, никого не предупредив, спрятал на них доски-портключи, которые переносили человека обратно на развилку.

  — Итак, первая развилка, — вещал по радио комментатор, наблюдавший за испытанием с метлы. — И какой же путь выберут наши чемпионы?

  Тут всё зависело от того, насколько хорошо все трое помнят карту — взять её с собой никому не позволили...

  — И... все трое делают верный выбор! — возвестило радио. — Впрочем, ничего другого от чемпионов не ожидалось! Что же будет дальше? Минута-другая — и мы это узнаем, а пока чемпионы продолжают движение... Но, кажется, замедлились? Совершенно верно, а мисс Кампуш даже остановилась... Что же происходит?

  Не происходило ничего особенного — просто Дамблдор вчера лично постарался и уничтожил изрядный кусок тропы. В принципе, её следы найти было можно... Но для этого надо было знать, что искать. Или же можно было просто двинуться напрямую в нужном направлении — но тропа уходила в заросли кустов, и ломится через них будет очень весело.

  — Что ж, мисс Кампуш обнаружила искомое и снова отправилась в путь, мистер Дженкинс, хоть и не спешит, но и останавливаться не намерен — пока, по крайней мере, ну а мистер Гудмундссон... Хех, он решил, что какие-то кусты не могут остановить настоящего викинга и пошёл напролом. Кто из них прав? Время покажет, поэтому наберёмся терпения и подождём.

  Ждать пришлось минут двадцать, и всё это время комментатор болтал — внизу ничего интересного не происходило. То ещё развлечение... Но уж лучше так, чем просто сидеть на трибунах и ждать не пойми чего, да и болтовня была лишь отчасти болтовнёй — за эти двадцать минут комментатор успел несколько раз похвалить метлу — новый "Чистомёт" — и сделать это совершенно естественно.

  — Что ж, а вот и тропа — и капрал Дженкинс на ней! — переключился комментатор. — И он решил пробежаться — разумный шаг, ведь мисс Кампуш совсем рядом, а мистер Гудмундссон вот-вот вырвется из кустов, и... Да! Вот и Троллья башка, и чемпион Хогвартса достигает её первым... И останавливается, чтобы набрать воды — и видит Мерлин, я его понимаю: такой потрясающей воды в окрестностях больше нет... А вот и мисс Кампуш и мистер Гудмундссон — почти одновременно, только капрала Дженкинса здесь уже нет — он на полпути к броду!

  Естественно — парень далеко не дурак, а правильно рассчитывать силы — едва ли не первое, чему учат в SAS, поэтому в том, что он вырвется вперёд, Том не сомневался. Правда, остальные тоже не дураки, и что-то у них припасено... Но это пока роли не играет.

  — Итак, напившись, чемпионы продолжают путь, — вещал комментатор, — а я уже вижу моего коллегу, так что не пройдёт и минуты, как я вас покину... А вот, собственно, и он! Привет, Дерек!

  — И тебе не хворать, Джордж, — послышался второй голос. — Так, что тут у нас? Наш чемпион достиг брода, но и остальные не слишком отстают. На тропе всё спокойно, хотя я, пока летел, видел небольшую группу кентавров — кажется, они тоже решили поболеть, уж не знаю, за кого, но хотелось бы верить, что за Эдварда...

  Том хмыкнул — скорее всего, кентавров просто заинтересовало происходящее. Вмешиваться в человеческие дела они не любили, а ещё меньше терпели вмешательство в свои дела, так что вряд ли они станут болеть. Хотя... Мордред знает, что им придёт на ум.

  — Все три чемпиона уверенно движутся на север, — продолжал вещать Дерек. — Разбитую статую я уже вижу, а вот чемпионы — вряд ли... К тому же я не вижу тропу, но, думаю, найти её на земле будет не слишком сложно — в конце концов, она ведь не на следопытов была рассчитана... О, Кармен изящным рывком выходит вперёд, достигает статуи и... останавливается. Кажется, это будет сложнее, чем думалось... Боже, что за вид! Кхм!.. Кармен пришлось опуститься на четвереньки, и это прекрасное зрелище — жаль только, что недолгое — пока я говорил, она уже скрылась под кустами. А вот и джентльмены — бегут, словно от этого зависит их жизнь! Напрасно, конечно — за Кармен им не угнаться... А, Мордред! Если бы вы это видели! Если бы вы видели, каким эффектным нырком Эдвард скрылся под кустами!.. Ну а Сигурд просто бросился напролом — настоящего викинга такие мелочи не останавливают! А Кармен, тем временем, перешла на шаг — и, кажется, ещё не знает, что её соперники совсем рядом... А, нет, заметила, и что-то крикнула — не слышу, что, но отлично вижу, что Эдвард покраснел! Ай-ай-ай, ну что же вы, капрал!.. Впрочем, оставим дела амурные, ибо убежище отшельника уже рядом, и отшельник вышел встретить чемпионов... И это никто иной, как Альбус Дамблдор!

  Дамблдор в отшельники не рвался и всеми силами пытался от этой чести увильнуть — но не вышло. Идею Тома оргкомитет поддержал радостно и в полном составе, и Дамблдор, как ни отбивался, всё же капитулировал. В конце концов, кто ещё мог выдать достаточно запутанную и непонятную подсказку? Только Дамблдор. Да и расслабился в последнее время старина Альбус, непростительно расслабился... И слишком многое спихнул на других. Вот теперь пусть сам поработает...

  — Что ж, похоже, профессор Дамблдор не желает давать преимущество никому — он дождался остальных чемпионов. Жаль, конечно, что я ничего не слышу, но разговор короткий — профессор сказал чемпионам несколько слов, угостил кофе — и испытание завершилось! Ну, почти — чемпионам предстоит вернуться другой дорогой, но она в любом случае проще...

  С этим Том мог поспорить — на тропе порезвились проштрафившиеся барсуки-пятикурсники, проявив всю свою фантазию и смекалку. К тому же у кого-то из них были личные счёты к Дженкинсу, а поскольку злопамятны последователи Хельги были ничуть не хуже даже не барсуков, а росомах, результат впечатлял...

  — Да, пожалуй, я погорячился, — сообщил Дерек, — потому что лёгкой дороги и тут не будет!.. Это просто неописуемо, такое впечатление, что здесь всю ночь бесновались гигантские пьяные кроты!

  Вообще-то, барсуки, причём вполне трезвые, — отметил про себя Том. Собственно, пьяными они не были даже тогда, когда он их поймал — так, слегка навеселе, но демонстративно распивать огневиски в классе всё равно не стоило... Пили бы у себя — всё бы обошлось, но ведь нет... Вот и пришлось поработать.

  — Ну а тут, кажется, поработал какой-то бобёр-извращенец... И чемпионы оценили, я даже отсюда слышу, как хохочут парни, да и Кармен определённо хихикает, хоть и порозовела — или это от холода?

  Ага, чемпионы добрались до засеки... Если, конечно, так можно назвать давно упавшее дерево, которое всё те же барсуки вытащили на дорогу и по собственной инициативе обрубили часть веток, придав форму, несомненно, понравившуюся бы Фрейду. Не самое серьёзное препятствие, но всё же...

  — И почти сразу — яма! — сообщил Дерек с каким-то восторгом. — Да, обратный путь ничуть не хуже дороги к отшельнику... Но теперь, кажется, испытания подходят к концу.

  Он был прав — полоса разрушений сходила на нет, и через пару десятков ярдов превращалась в нормальную дорогу, по которой чемпионы рванули бегом.

  Совещались судьи долго — но в конце концов выдали сорок баллов Сигурду — тот в последний момент вырвался вперёд — и по тридцать девять остальным. После чего дождались Дамблдора, собрали оргкомитет и устроили разбор полётов...

  И первой выступила Мюриэль.

  — Ну что, коллеги, — заявила она, — всё-таки мы очень вовремя внесли правки. Если бы не все эти препятствия... Да и комментатор оказался боле чем удачным ходом — это надо оставить, обязательно. И не только для третьего тура, но и вообще — без них мы бы даже не знали толком, что происходит на трассе — и как прикажете судить? О том, что зрители были бы разочарованы, я даже не говорю, это и так очевидно. И именно вас, капитан, мы и должны благодарить за это!..

  — Польщён, — хмыкнул Том. — Но раз уж зашла речь об оценках... Получилось, кажется, не очень удобно, не правда ли?

  — Да, — кивнула Максим. — Всё же нужны более чёткие критерии... Но это подождёт. Что вы им сказали, Альбус?

  — Намекнул на лабиринт, — ответил Дамблдор. — Тернистый путь и всё такое... Если дословно, то вот: "Тернистый путь сквозь чащу ждёт вас, и лишь пройдя в сердце паутины, вы обретёте желаемое". Вроде нормально получилось...

  — В самый раз, — согласился Краузе. — А вы что скажете, Мюриэль?

  — Надо было помянуть тернистый путь греха, — заметила мисс Прюэтт, — но и так годится. А теперь самый главный вопрос — как, собственно, будет выглядеть этот лабиринт?

  — Насколько я помню, мы пришли к тому, что лабиринт будет иметь несколько входов и выходов, пройти его можно будет только через центр...

  — Я не об этом, Альбус, я о том, из чего он будет?

  — Кусты, — предложил Том. — Футов десять высотой, чтобы точно не заглянули поверх, густые и максимально колючие. Уверен, у Герберта что-нибудь подходящее в запасе есть, а нет, так попрошу Помону что-нибудь достать — она уж точно найдёт...

  — М-да, колючие кусты — это в самый раз, — Максим кивнула. — Но не ограничиваться же ими? Нужны какие-нибудь ловушки, или животные...