— Да стой же ты! — воскликнула я и побежала вслед за ним. Не знаю, что придало мне силы, но я быстро его догнала и схватила за плечи.
Он остановился и не стал вырываться.
-Неужели ты думаешь, что сможешь в одиночку, глупыш? — ласково спросила я. — Ты там только погибнешь, а мы все поможем. Аллар будет жив. Всё обойдется и станет только лучше. Ты же мне сам говорил. Получается всё это время ты мне врал?
Зайш-Костя развернулся ко мне. По его щеке предательски покатилась слеза. Он меня очень сильно обнял, едва все кости не переломал!
— Просто... понимаешь... — он начал сбивчиво говорить прямо мне в ухо. — Аллар мне стал настоящим братом. Он старше меня на восемь лет, мне сейчас двадцать один год, ему соотвественно двадцать девять. Но словно и не существует этой разницы! Мы словно одногодки. И прекрасно понимаем друг друга. Даже родного отца я так сильно не люблю, как своего брата, пусть мы с ним и не одной крови. А ведь мы такие разные и даже внешне совсем не похожи. Я ведь когда-то думал лишь о плохом, но хорошее открыл для меня Аллар. Он, потеряв родителей, не впал к глубокую депрессию, а сумел найти что-то светлое и показал это мне. Это он научил меня верить только в лучшее. Он словно чудесник, открыл для меня новый мир, полный радости.
Но... всё изменилось, когда ему исполнилось пятнадцать: он неожиданно стал мрачнее некуда, а потом и вовсе на три с половиной года пропал. Отец, естественно, говорил только о худшем. А я верил в лучшее.
И Аллар пришёл. Правда со странным выжженным шрамом и ослепшим глазом, но пришёл. А потом стал всё реже и реже навещать нас. И постоянно с новым шрамом. А один раз вообще он пришёл полностью побелевшим. У Аллара не с детства такого цвета волосы, они всегда у него были нормального светло-русого цвета. Что с ним вообще происходило, я не знаю. Он не говорил.
И поэтому я естественно начал злится на него. Аллар даже пару слов связать не мог, когда я напрямую спрашивал об этом. При это, как я ни старался ничего выяснить, мой брат был абсолютно нем. К тому же мне не нравилось, что я редко вижу его и ничего о нём не знаю.
Но это все неважно. Я все равно его очень сильно люблю и хочу спасти. Я не хочу чтобы он умер. А, уж, тем более, чтобы он считался предателем.
-Тише, тише, — я стала успокаивать его. — Аллар не умрёт. Ни за что. А теперь, может, мы вернёмся?
— Давай пока здесь постоим... Мне тут хорошо...с тобой, — он весь покраснел. Я в ответ тоже.
Вот так мы и стояли какое-то время. Крепко обнявшись, прижавшись телами друг к другу, от которых исходил непонятный жар. Но мне было невероятно хорошо. И только сейчас до меня стало доходить, что со мной...
Ответ очевиден: я, как скажет Наташка, втрескалась по уши. Я влюбилась в Зайша!
Да, нет... мне просто показалось. А почему я собственно не могу? Я же такой же обычный человек, как и все, неужто я не могу влюбиться? Просто... раньше я не испытывала ничего похожего. У меня-то и парня никогда не было, об отношениях я как-то даже не задумывалась. Даже... боялась их в какой-то степени.
Мне и сейчас-то не по себе. Про себя я выяснила. Но как узнать, что чувствует Зайш? Вроде как он испытывает что-то похожее. Но как я могу быть в этом уверена?
Что делать?
Главное, успокоиться. Расслабиться и просто получать удовольствие от того, что я нахожусь рядом с человеком, который походу стал для меня не просто лучшим другом, а нечто большим...
А может этот мир не так уж плох, раз я здесь встретила такого мужчину?
— Как хорошо, что ты не убежал! — крикнул костин отец. Приятные мысли вмиг выветрились. Мы с Зайшем вмиг отцепились и попытались сделать вид, что мы вовсе не обнимались, а с удовольствием изучали местную флору.
— А...что...мы...то есть я ничего. Я не убежал да... то есть ...да-да.
— Я хотел извиниться, — не обращая внимания на бессмысленное лепетание Кости, его отец продолжал. — Я тоже хочу, чтобы Аллар выжил и вернулся домой. Просто сдуру ляпнул, не подумав, что это так тебя заденет. Простишь меня? Пожалуйста, не реагируй так резко, ты же знаешь, что я за человек.
— Всё в порядке. Просто я на нервах был....И сам лишнего наговорил, надо просто вернуть в семью Аллара, хоть это будет и непросто.
Благо, они помирились. Не люблю, когда люди ругаются и ты при этом присутствуешь Две враждующие стороны обычно предлагают встать на чью-то сторону, но ты не хочешь, потому что они оба не правы. А находиться в атмосфере, где витает одна злоба...
— Мария, Зайшарри, где вас носит? Уже какой час я не могу вас найти, — услышала я за спиной равнодушный голос Лины и едва не подпрыгнула. Как она так незаметно подкралась к нам? То, Аллар, то она.... Надо перестать витать в любовных облаках и взять себя наконец-то в руки.
— Ну, память я вернул себе, и теперь меня по-другом зовут. Константин, — улыбнулся Зайш.
-Постой. Ты мне кажешься знакомой, — вмешался в разговор отец Зайша. — Только вот не могу вспомнить. Ах, да! Та рыжая мерзавка, которую посмел привести в дом Аллар!
-Я тоже помню вас, и как тогда вы встретили меня, — ответила равнодушно Лина. — Но оставим обиды. Мне надо вернуть своих людей в безопасное место.
-Но разве ты не...
-Нет. А если вы не возражаете, мне надо заниматься другими делами, подготовиться к предстоящей битве и спасти одного дорогого мне, — твердо сказала Кордилина и собралась идти, но костин отец ее остановил:
— Постой, так ты лидер подпольного движения? Похоже я ошибался в тебе. Мы можем помочь друг другу. У тебя есть войско. У нас тоже есть свои партизаны. Так, может, объединим усилия?
— Хорошая мысль, — согласилась предводительница. — только давайте все соберёмся в Нурте.
— По рукам. Но как мы туда переправимся?
— Давайте так: я нахожу средство перемещения на другую сторону, а вы созываете всех людей на берег. Я к тому времени успею.
На том и решили. Хоть и отец Кости посматривал на Кордилину с опаской. Он, наверняка, догадывается, что Лина не живая. Да, и его агрессивная реакция меня немного удивила. Он сказал, что был недоволен, когда Аллар привел предводительницу в дом. Но почему? Что она плохого сделала?
Ладно. Это не так важно.
— Лина, — заговорил с ней Зайш-Костя с некоторым волнением. — Мой отец сказал, что ты знала Аллара.
— Знала? И всего-то? Нет никого дороже для меня. Нет никого, кого бы я так сильно любила как его, — в голосе предводительницы были слышны нотки искреннего и светлого чувства.
— Но....почему я не знал о тебе? Он ни разу даже не обмолвился...
— А почему он что-то должен тебе рассказывать? Ты ему кем-то приходишься?
— Вообще-то, я его младший брат.
Кордилина остановилась и повернула голову. Затем ответила:
— Он о тебе обмолвился как-то раз. И я могла лишь мельком тебя видеть очень давно. Ты сильно вырос. Поэтому я тебя и не узнала.
-Ну, Аллар! — всплеснул руками Зайш. — Чего только о нем не узнаю! Но что ты была его любимой женщиной...
— Ничего не могу сказать по этому поводу.
Мы вышли на берег, и Костя задал интересный вопрос Кордилине:
— А как ты добралась сюда? Тут только наша лодка.
И правда. Вот она, в густом камыше. Я подошла к ней. Чёрт возьми! Дно развалилось! И как мы вернёмся? А как Лина сюда добралась? Неужели долетела? С другой стороны, а зачем ей крылья?
Я посмотрела в сторону сверкающего на солнце маяка.
— У магов есть свои секреты, — попыталась отвертеться предводительница. Зайш уже собирался засыпать её вопросами, но я его опередила:
— Мы собирались переправить целую армию, но и сами-то не попадём на другой берег! Даже если мы попадём на другую сторону каким-то непонятным образом, но все равно в порту стоят абсолютно негодные для плавания корабли...
— Говоря о средстве передвижения, я не имела ввиду корабли. Надо открыть в Эрвуа музей истории покорения океанов, и сдать эти развалюхи в качестве экспоната. Чтобы быть магом, надо не просто быть старательным, но а также необходима фантазия. Она помогает выпутаться из всяких вот таких ситуаций, — я-то помню, как она во сне сделала собственный клон, используя насекомых для придания такой же формы и навесив собственную иллюзию на непонятную массу. Интересно, что она собирается сделать в этот раз?
Лина спрятала руки за спиной, и стала чертить носком по земле. В воздухе появился полупрозрачный блок фиолетово-бирюзового цвета, очень напоминающий... ступеньку. Кордилина встала на неё и опять прочертила носком невидимую линию, но уже в воздухе. Там она повторила несколько раз, пока не сделала пять ступеней. На последней предводительница присела и стала возить в воздухе руками, пока там постепенно не стал появляться полупрозрачный пол. По мере его возрастания, Лина на корточках продвигалась всё дальше и дальше. Она старалась сделать импровизированный мост широким и ровным. Со стороны это смотрелось несколько смешно. Казалось, что магесса попросту елозить невидимой тряпкой по невидимому полу.
Делала она всё это очень быстро, и буквально через несколько минут переправа была готова. Лина, прибежав обратно, сказала:
— В магии искажения пространства можно ставить барьер, но это не значит, что ты просто умеешь тупо стенку ставить, отгораживающую тебя ото всего мира. Барьер можно по-разному построить, это же настоящее искусство. Как рисование или музыка. У тебя есть умения и инструменты — и твори. Даже аэйровийская магия является, хоть и испорченным, но искусством. Ещё не видно никого? Ну, тогда я перила дострою.
И Кордилина опять принялась за работу. В этот раз она кистями рук делала своеобразную волну. И провозилась куда больше.
Вернувшись обратно, предводительница сказала нам возвращаться, а она ещё подождёт.
Я с опаской поднялась на одну полупрозрачную ступеньку и спросила:
-А ... оно нас выдержит?
— А почему не должно? Это проявленные нити, самый прочный материал, из него состоит наш мир. Идите, идите.
Пришлось осторожно шагать по этому полупрозрачному нечто, напоминающему мост. Под ступеньками виднелись прижатые барьером камыши, а на самой дорожке под ногами темнела зеленоватая вода. От страха я схватила руку Кости. Он не стал возражать, и мы схватившись за руки, продолжили свой путь. Ничего не говорили, опять пришло то чувство полного блаженства и безмятежности, исчезло всё плохое, хотелось думать о том, как прекрасны мир Кристалье и Астрал, как птички красиво поют, как прекрасно ярко-голубое небо без облаков, как приветливо бело-золотое солнышко...
— Зайш, я где сказала тебе быть?!
И тут меня опять вернуло в реальность. У подножия моста стояла разгневанная Зоклер. Её волосы были растёпаны, а одежда вся помята.
— Я и так тут на части разрываюсь, а ты сбегаешь! А ну живо в лазарет! А ты, Мария, не приближайся к нему, пока он не поправиться полностью! Нашли приключения на свою...
-Хорошо, я пойду, — сдался Зайш. — Только... меня зовут Костей.
-Что?
-Костя. Константин. Моё имя.
-Да, мне все равно, как тебя зовут! Мне главное, чтобы ты здоровым стоял на ногах, а не помер на дороге! Костя, а, ну, живо возвращайся! — заорала побелевшая Зоклер. Я осталась на ступеньках одна.
Мне хотелось разозлиться на нее. Хотя, целительницу можно понять: она единственный врач в нашем отряде и всё валится на её плечи. Хоть Эвелина и оказалась скотиной, но она тоже помогала лечить раненных. Все-таки, возможно, она что-то хорошее в этой маньячке было...
* * *
Прошло несколько дней. Когда отряды объединились, Лина убрала тот мост практически сразу же. Пока в порту было спокойно, мы ни на кого не нападали, на нас тоже. Жилось пока что, в общем, хорошо. Пока обсуждались дальнейшие действия. Соединив два отряда, мы получили полноценную армию, что было только на руку. Несмотря на то, что мы едва не проиграли битву за маяк, разведчики докладывали, что "хозяин" очень сильно ослаблен.
Жалко, что Костю Зоклер в буквально смысле заперла в лазарете. Она сказала, что ему пока нельзя. Меня тоже не пускала, заявив, что опять я его невесть куда потащу, а вдруг случится какой-нибудь приступ? Эти дни мне показались особенно какими-то тоскливыми.
Пока Лина не решила объявить о своих действиях. Она собрала весь народ на просторной площади, где раньше был раскинут большой базар. Впрочем, здесь не было ничего примечательного. Одни полуразвалившиеся дома.
— Я вдохновлённые речи не умею говорить, поэтому перехожу сразу к делу. Хочу сообщить, что "хозяин" — это две личности: Аллариан и Блоурэн, которая им управляет. Поэтому "хозяина" не трогать, это моя забота. И хоть наша столица давно захвачена этими предателями, для Блоурэн война продолжается до тех пор, пока мы сопротивляемся. Пора закончить эту бесполезную резню и отвоевать нашу столицу. Я считаю, что у нас есть достаточно сил, чтобы вернуть Шерту. Завтра выступаем.
И опять у всех были кислые лица.
— Братья и сёстры! — воскликнул отец Кости, который тут же выбежал и стал возле предводительницы. — Неужели мы дадим сгинуть нашей малой Родине, нашей отчизне и отдадим в руки варварам, для которых нет ценностей? Родина только одна, потеряв её, мы потеряем самое дорогое в нашей жизни. Что про нас скажут наши потомки? Что мы оказались слишком трусливы и не смогли? Что мы позор наших доблестных и бесстрашных предков? Хоть людей "хозяина" и много, но для них не существует никаких духовных ценностей, они лишь боятся за свою жалкую шкуру. А с нами Эрвуа, с нами вся наша история, все наши взлёты и падения, наши величественные сооружения! Разве найдётся второй такой маяк во всём Кристалье? Нет. Разве существует другие эрвуанцы, самые замечательные люди во всем Западжинеле? Нет. И даже, если мы все погибнем, там умрём за нашу Родину, за всё что у нас есть, за близких, за людей, которые тут живут! За Эрвуа!!!
— За Эрвуа!!! — подхватил народ, и все стали хлопать. Настроение у всех разом поднялось, кто-то подбрасывал шляпы в воздух, кто-то хлопал, а у некоторых даже выступили слёзы на глазах.
Я стояла ближе всех к Кордилине и костиному отцу, и поэтому расслышала, как он той тихо шепнул:
— Может быть, и звучит стандартно, но зато как поднимает боевой дух людей. Тебе надо бы поучится.Глава 21. Итог
Все были не просто взволнованы, а на самом, что говориться на пределе. И это понятно: сегодня решающий день. В том числе и для меня. Я ведь наконец смогу покинуть этот мир. А, что если между мирами не так уж и сложно путешествовать? Просто я не знаю как... Вполне возможно. А также мне кажется, существует и такой вариант: если Лина так хорошо знает Аллара, то ей также может быть известно о перемещении между мирами. Только вот Кордилина не особо разговорчива...
Я была настолько нервная, что у меня всё валилось из рук. Я толком не могла приготовится. Сильно волновалась. Пыталась регулировать ремешки, но руки заплетались. Стояла в каком-то заброшенном доме. Одна. А сердце невероятно бешено колотилось.
Собиралась и про себя думала. Неожиданно отметила, что я за месяц, проведенный здесь, как-то...привыкла к этому месту. К тому же здесь Зайш. А к нему я явно испытываю сильные чувства, и мне бы не хотелось безвозвратно возвращаться в свой мир. В конце концов, за последний месяц всяких событий произошло больше здесь, чем за всю скучную жизнь в Вязьме. Но я все равно хочу домой. В свою уютную квартиру, к своей подруге Наташе... и набить морду этому засранцу Максиму.
