Пришлось направить шхуны в Мраморное море. С приказом перехватить беглецов. Да и вообще захватить всё в видимости на Мраморном море. Ну и ускорить высадку десанта в Галату. Что бы быстрее опустить цепь преграждавшую вход в бухту Золотой Рог. Ну и выдвинуть резервные галеры к находящемуся на азиатском берегу такому пригороду Константинополь как Убкюдар. Поручив захват этого пригорода и Девичьей башни де Бланшофу. Благо он как раз и командовал гребным флотом. Ну а почти две трети галер стали рядами выстраиваться за линией парусных кораблей. Крушивших древние, помнящие ещё византийских императоров стены. В готовности выплеснуть несколько тысяч человек, поддерживаемых лёгкой артиллерией на улицы города.
И события посыпались буквально как из рога изобилия. Сначала рухнули стены в Константинополе и туда к берегу направились галеры. Высаживая десант и партии из добровольцев из состава экипажей галер. И которые стазу вступили в бой к подошедшими к этому месту ещё не совсем янычарами, слугами дворца и какими-то кавалеристами. Потом пришло сообщение, что цепь опустили. И корабли стали входить в бухту. При этом Крузенштерн" и "Херсонес" буквально давили своим огнём любую попытку сопротивления как не берегу, так и на турецких галерах. Что успели отойти от берега. В то время как следовавшие за ними галеры стали захватывать всё, что держалось на плаву в бухте. А потом организовали подобие плавучего моста. По которому армейские части из Галаты стали переправляться в османскую столицу. Как окружая пытавшийся отстоять столицу османский гарнизон, так и не позволяя беглецам покинуть город.
В результате, очень быстро, даже ещё обед не наступил, как очагом сопротивления остались только южные кварталы привилегированной восточной части города, в районе Святой Софии. Да и то, та часть Константинополя, не смотря на наличие там несколько закрытых гаваней, оказалась блокирована со стороны моря. Был, правда, ещё один очаг сопротивления, Едикуле, или Семибашенный замок. Который был перестроен из бывших Золотых Ворот Константинополя. И служивший как главным хранилищем османской империи, так и главнй его тюрьмой. И находился этот замок на Берегу Мраморного моря. Так что с ним мудрить, с ним, особо не стали. К берегу подошли корабли и пушками обрушили одну из башен и часть стен. После чего замок был взят штурмом. А по отношению к находившимся в южной части Константинополя османам, Конев предложил Стрельцову организовать переговоры о капитуляции этой части гарнизона. Использовав, для этого авторитет Гедик Ахмет-паши. Отправив того к обороняющимся, и гарантируя, через него, сдавшимся не только жизнь, но и в перспективе свободу. Обещая перенаправить их, причём в ближайшее же время, на азиатский берег Босфора.
Ещё одним вопросом, которым попытался озаботиться деспот, стала судьба турецкого султана. При этом никто из пленных не мог ничего конкретно сказать, про его судьбу. Он как будто пропал. По крайней мере, никто не видел, как он выехал из города. При этом не видели его и как руководителя обороны оставшейся, под контролем турок, части Константинополя. Хотя все самые главные реликвии Османской империи и оказались захвачены в султанском дворце. На площади быков. Как и оказался захваченным султанский гарем. И деспот всё-таки сел на коня, что бы самолично посмотреть на самых важных пленников. Из расчёта, что сможет опознать среди них Мехмеда II Фатиха. Для чего направился к месту сбора пленников. И очень долго смеялся узнав, где их стали собирать. Так уж вышло, что захваченных пленников стали собирать на рынке Аврет Пазарлары, на невольничьем рынке.
Первым делом осмотрев скопище испуганных людей, оказавшихся волею судьбы на невольничьем рынке, Конев приказал отпустить по домам всех женщин и детей. Оставив только так сказать мужчин призывного возраста. При условии, что тут за оружие могли схватиться, и подростки оставили и их. Выгнав с рынка всех женщин и детей. Приказав им идти домой. Хотя и спросил у них про султана. Но все промолчали и их выгнали с рынка. Ну а к мужчинам Конев отнёсся более серьёзно. Расспрашивая кто перед ним. И тех, кто мог, по его мнению раскрыть судьбу султана, потом персонально расспрашивал. Где тот находился в момент сражения, и что видел. И всё что сумел узнать, что султан утром был в Изразцовом павильоне. Куда приказал доставить коней, чтобы отправиться во Эдренебол. Совместно с гаремом. Ну и вызвал войска для защиты. Туда отправили молодых янычар. И доставили коней. Но больше про султана никто, из присутствующих, рассказать не мог. И сказав пленникам, что как только закончиться бой, в городе, их отпустят, дабы они смогли собрать выкупы, Конев выехал с рынка.
И у его входа увидел группу молодых женщин, разных национальностей. От явных негритянок и до белокожих, рыжеволосых, кудрявых девушек. Которые испугано, жались к друг, другу, озирались, но стояли возле входа на рынок. И Конев на современном для него английском языке поинтересовался у рыжеволосых девушек, не из Ирландии ли они. И, хотя язык на котором говорили девушки был далёк от языка Шекспира, выяснилось, что да, они из Ирландии. Их захватили берберские пираты. Во время набега на их родину. И привезли сюда, чтобы продать их в рабство. Но тут им сейчас некуда идти. Как и всем остальным, предназначенным для продажи девушкам. Они не знают, где живёт их владелец, а на территории рынка осталось всё то имущество что у них было.
Пришлось Коневу объяснить им, что они не рабыни. Но отправить их домой они не могут. Так что девушки останутся с ними. И если найдут себе мужей, то смогут выйти замуж. Ну или поднакопить денег, чтобы добраться до дома. А потом распорядиться, что бы девушек отвели в те помещения, где их содержали, и что бы они там всё забрали. А потом что бы их отвели на флагман. И там устроили. Ну и перед их уходом пошутил, что хочет вечером на празднике посмотреть на их танец. И вечером к девушкам которые на пиру были среди других примкнувшим к ним женщинам и заметно раскрепостились, подошёл тот самый "пилот дракона", из телефона которого играла ирландская танцевальная музыка. И стал исполнять ирландский танец, выбивая степ. Как будто перепрыгивая с кочки, на кочке, по болоту. Девушки сначала смеясь шептались, но потом и сами присоединились, под хлопки зрителей. Но это было потом, а пока деспот направился в сторону султанского гарема. Стоило взять его под защиту. Там же были родственницы не только Мехмеда II, но и Джема, и Баязида. И они могли очень здорово помочь, в решении вопросов о мире, с этими принцами. Особенно если женщины будут в целости и сохранности. На то, что Мехмеда II найдётся деспот уже и не надеялся.
7
Захват такого города как Константинополь позволил решить одну проблему. Проблему финансов. И то на время. Захваченного золота и серебра хватило на то что бы закрыть долги государства. Особенно перед компанией. Правда для этого пришлось тщательно и вдумчиво пограбить. И не только один Константинополь. Уже на следующий день к Эдренеболу был отправлен кавалерийский отряд их наёмников в лице черкасов, черкесов и добровольцев из крымских татар. Следом, за которыми отравили две роты стрелков из наёмников, две роты наёмной пехоты, экипированной более привычно для этих реалий. Два эскадрон рейтар, сформированных из наёмников, и четыре пушки. При этом пехоту, для скорости передвижения, посадили на реквизированных к Константинополе и окрестностях лошадей. Которые так же тщательно пограбили. В том числе и наиболее перспективные дома обыскали с металлоискателями. На предмет кладов в них.
Последнее не забирали, да и ни что не сжигалось. Все дома и прочие сооружения остались в целости. Но, как на захваченной территории, так и там, куда происходили рейды, всех девушек и молодых вдов у мусульман изъяли. Девшерме[17] коснулся и осман. Ну и заодно изымалось золото, серебро, оружие, дорогое имущество, в том числе и кони благородных кровей. И часть продуктов. Хотя семенной фонд и продукты на зиму оставлялись. Изымалось так сказать излишки. Ну и везде находили ремесленников. И тоже изымали их вместе с семьями, подмастерьями и всеми инструментами. И запасами материалов. Ну а христианам, которых в этих землях было большинство населения, предлагалось переселиться в земли федерации добровольно.
При этом в Константинополе находилась верфь и "пушечный двор". Так вот всё что там нашли, было приказано забрать. Так сказать, "изъять все, что не приколочено". Все, что было уже "приколочено" либо разбиралось, либо было приказано довести до ума, что бы можно было увезти в Севастополь. При этом все запасённые материалы, особенно корабельный лес, были собраны и погружены на корабли. В том числе и трофейные. Галеры, которые было решено вернуть в Севастополь, уходили к берегам Амастриды постоянно. С ночёвками у острова Кефкен, или у находящегося напротив острова, уже на материке, воинского лагеря. А потом в Гераклеи Понтийской. Как и гружённые торговые суда. Что бы успеть сделать ещё рейсы, пока не наступил сезон штормов.
Ну и одновременно, с отрядами так сказать фуражиров и рейда на Эдренебол, в море вышли главные силы флота. Если шхуны сразу же ушли в Мраморное море, где стали захватывать турецкие суда, направляя их в Константинополь, то вдоль западного побережья этого моря направились "Херсонес", "Крузенштерн" и "Россия". В сопровождении дюжины галер. А вдоль восточного побережья Мраморного моря, в первую очередь посетив Измир, направились, тоже в сопровождении дюжины галер направились "Гото Предестинация", "Штандарт" и "Триумф". Причём эти отряды сопровождали и транспортные суда. Которых предназначались не только для сбора добычи, но на них находились и десант. И эти корабли, должны были, с одной стороны пройдя вдоль побережья произвести рейд, с другой собраться перед входом в пролив Дарданеллы и уже там разрушить и захватить укрепления, крепости ну и острова на входе, в этот пролив, со стороны Эгейского, или Агдениз[18], Белое море по-турецки.
Хотя под контролем по плану Конева должны были остаться только крепости Йорос, Румелихисар, Анадолухисар, Галата, Девичья башня и сам Константинополь. В котором из крупных парусных кораблей осталась только "Полтава". У этого корабля не было вспомогательного двигателя, а было только парусное вооружение. И им решили не рисковать. Оставив его, в бухте, напротив внешних стен Константинополя. Ну и ещё, в проливе Дарданеллы, планировалось захватить крепости Гелиболи, или Каллиполь по-гречески, но деспот предпочитал европеизированное название Галлиполи, на европейском берегу. И крепость Чанаккале на азиатском берегу пролива. При этом основу обороны пролива Дарданеллы должны были стать острова Имроз, Тенедос и находящиеся между ними так называемые Кроличьи острова[19]. Именно на них, на этих островах, по замыслу деспота и должны были базироваться силы, что будут обеспечивать проход их судов через проливы и поддерживать гарнизоны крепостей, которые Конев хотел оставить под своим контролем и при заключением мира.
Увы, удержать сам Константинополь в своих руках Конев не рассчитывал. На такое сил было явно недостаточно. Но вот обеспечить беспрепятственный проход своих кораблей хотелось. А для этого было необходимо с одной стороны удержать крепости в проливах, с другой обеспечить наличие в проливе своих боевых кораблей. С десантом. Но кораблям было необходимо где-то базироваться. Да и десанту, не всё же время, было необходимо находиться на бортах кораблей. И тут острова, с одной стороны обеспечивали безопасность, с другой находились не так уж и далеко от проливов. Ну и в-третьих позволяли людям нести службу в более благоприятных условиях.
При этом на захват Дарданелл деспот отправил в первую очередь те корабли, которые он вознамеривался передать потом Венеции и Родосу. Это были галеры, захваченные турками у этих государств. С одной стороны, это был жест доброй воли, по отношению к возможным союзникам, с другой же стороны, сама галера стоила не так дорого, как её содержание[20]. И Конев понимал, что флот в сотню галер, они не вытянут. Плюс на следующий год планировалась война в Причерноморских степях. А там была нужна скорее конница, чем галеры. И он уже выступил с предложением, ограничить флот по минимуму. Часть галер передать компании, часть отдать бывшим владельцам, из возможных союзников, часть продать. Где возможными покупателями выступали страны союзники. Благо корабль, отправленный князем Александром Гаврасом к своему родственнику господарю Молдавии, вернулся назад. Привезя в Константинополь посла от Стефана III Великого. С одной стороны, господарь Молдавии приветствовал победы деспота, и то, что тыл у него прикрыт от удара, с другой обещал помочь, с замком Ильче, который готов был уступить, пусть и за небольшую компенсацию. Ну и помочь, с венгерским королём Корвином, в отношении венгерского гарнизона этого замка. Ну а сам посол Стефана, ошарашенный тем, что находиться в Константинополе поспешил, с помощью голубя, направить сообщение об этой победе своему господину. Ну и часть галер вытащить на берег и поставить под навесом, на длительное хранение.
Дополнительным плюсом этой проблемы была Галата. После того как эта генуэзская колония перешла под контроль османов, то в этом пригороде Константинополя стали селить важным пленников из числа христиан[21]. И часть живших там пленников, оказавшихся освобождёнными, пожелали вернуться в Европу. Как и часть наёмников, из Западной Европы, предпочли прекратить контракт и так вернуться на родину. Вот с помощью передаваемых кораблей Конев и хотел их спровадить на родину. Ну а наёмникам из Восточной Европы обещали помочь с тем, что бы они добрались до Молдавии.
Весьма значительной проблемой внезапно стало и местное православное духовенство. Патриарх Константинопольский отказался признать патриарха Московского и Всея Руси. И потребовал, через своих посланников, что бы под его контроль вернули все занятые, этим патриархатом, культовые сооружения. А сам патриарх Онуфрий покаялся, и признал над собой власть Константинопольского патриарха[22] и митрополита Киевского и всея Руси. И Конев понял, что ему ещё предстоит серьёзное противостояние этим патриархатом. Которому турецкий султан передал власть над всеми православными, уничтожив Сербскую и Болгарскую патриархии. А их паству передав патриархату в Константинополе. Ну и тот явно решил подмять под себя ещё и внезапно появившихся тут, не понятно, откуда, но очень богатых, наглецов.
Ну а ещё одной проблемой стал султан Мехмед II Фатих. Точнее проблемой стало его внезапное исчезновение. Его не нашли ни среди мёртвых, ни среди живых. Не смогли его поймать и рыскавшие по обе стороны от Босфора отряды. Не мог он проскочить и мимо буквально заполнивших Мраморное море, кораблей федерации. Но султана нигде не было. Хотя все султанские регалии, включая и меч Османа[23], были захвачены. Но тайна приоткрылась, когда Коневу показали необычную саблю. Очень тяжёлую весом по восемь килограмм, богато украшенную и белой рукоятью. Из слоновой кости. И когда Клим Санычу показали эту саблю, как нечто странное, то он сразу узнал в ней саблю султана. После чего потребовал расследование, со сбором всего, что нашли рядом. В результате обнаружили ещё эсток и два более обычных меча, имевших как похожие сабельному рукояти, так и ножны, украшенные в одном стиле с ножнами сабли. Плюс к ним доставили богатое защитное снаряжение, но без шлема и богатые одеяния. Всё со следами крови. И снятые с безголового тела, на склоне холма, где был бой с янычарами. И Конев понял, что, скорее всего султан погиб. Но пока это Конев решил оставить в тайне. Держа в неведении противника. Ну а сам решил действовать.
