Проходя через арку сканера, просвечивающего одежду, работник технической службы комплекса поежился, представляя как его придирчиво рассматривает эта дыроногая кобыла. Впрочем, мнение чейнджлингов о внешности быков, последних редко интересовало, (сами вампирши не часто удостаивались особого внимания).
И вот, когда до выхода оставалось не больше пары метров, сзади раздался звонкий неприятный голос:
— Жулио Бандито, вы задержаны по подозрению в шпионаже в пользу врагов Народной Федерации.
"Я в заднице".
— Не оказывайте сопротивления, помогите следствию и я обещаю вам честный суд и снисхождение в случае подтверждения вины.
"То-есть меня не казнят как предателя, а закуют в рабский ошейник и отправят сражаться с врагами государства, заглаживая тем самым свою вину? Да пошли вы знаете куда...".
Прежде чем мысль окончательно сформировалась, минотавр начал заваливаться вперед и сгибать ноги. Мысленная команда отключила природные мышечные ограничители и в момент рывка, он фактически размазался в воздухе, плечом вышибая одну из двух створок двери. Однако радоваться было рано, так как на улице беглеца уже поджидали двое "железных гвардейцев" вооруженных электрошоковыми дубинками.
"Правильно мне мама говорила: "Иди в танцоры". И почему я ее не послушал?".
Раскрытые ладони врезались в середины грудных клеток железных истуканов, заставляя туши отлететь почти на пол метра, (все же сила инерции у разогнавшегося быка была немалой). Но и противники успели нанести по удару, из-за чего руки обвисли двумя непослушными плетьми.
"Влево!".
Крутанувшись на левой ноге, Жулио пропустил мимо себя луч заклинания пущенный перевертышем, танцующим движением уклонился от искрящей разрядами дубинки, а затем кинулся за угол здания. Убежать он не рассчитывал, но нужно было выиграть хотя бы несколько секунд дабы руки вернули чувствительность.
— Брать живым! — Практически взвизгнула кобыла, обращаясь к железным истуканам.
"Да они как бы не сильно и старались меня убить".
Внезапно спину обожгло болью, тело прострелила судорога и ноги отказали. Минотавр упал на ровную каменную поверхность и кувыркаясь прокатился еще несколько метров. К удивлению, руки начали двигаться на приемлемом уровне.
Левая кисть метнулась к глазнице, правая же привычным движением вывела кровью из разбитой губы магический символ. Скрывая манипуляции собственным телом, Жулио молился всем богам, духам и демонам о том, чтобы только успеть.
Время словно бы замедлилось, мысли в голове метались словно безумные, вырванный из глазницы глаз почти не доставил боли, (сказывались проведенные инструктором модификации). Когда в круге нарисованном алой жидкостью появилась маленькая змея, морда сама собой приняла выражение безумной радости.
— Глотай. — Приказал минотавр, пихая в пасть ползучему гаду свой глаз, внутри которого на маленьком кристаллике, по кадрам был записан весь сегодняшний день. — Доставь боссу.
Змея исчезла без эффектов вроде дыма и звуков, а силы окончательно покинули Жулио. Все, на что его еще хватило, это отдать организму команду на остановку жизненных процессов.
"Скоро увижусь с женой и дочкой. Наверное она уже выросла...".
Когда "железные гвардейцы" подняли тело беглеца, он уже был без сознания и готовился отойти в мир иной. Охотница, быстро подметив отсутствие одного глаза, приказала нести тушу в самоходку и доставить некромантам. Сама же она вернулась на свой пост, дабы продолжить отлов предателей.
В этот день, многие агенты Банши потеряли своих связных, а некоторым пришлось использовать ампулы с ядом, так как их прикрытие было раскрыто. Но это было только начало чистки, затеянной главами Синдиката и "Старых патриотов", временно объединившихся в борьбе с внешним врагом.
(Конец отступления).
Примечание к части
Жду отзывов.
НЕ СЕРЫЕ БУДНИ 2
Чтобы извлечь из своей марионетки искру силы Селестии, мне пришлось потратить целых два дня. Однако же, в результате всех манипуляций, маленькое солнышко, полностью отрезанное от богини солнца, оказалось заключено в прозрачную сферу, созданную из моей собственной крови.
Следующий этап ритуала потребовал от меня личного присутствия, для чего пришлось на несколько часов оставить без присмотра все мои аватары и надеяться, что государство без присмотра не развалится хотя бы пол дня, (впрочем, в случае нужды Астрал всегда могла подать сигнал тревоги).
В лаборатории бункера расположенного под "Городом мастеров", на плите из белого мрамора был нарисован ритуальный рисунок, выглядящий как знак бесконечности, (уложенная на бок восьмерка), вписанный в рунный круг. Все углубления были заполнены моей кровью и обведены линиями из золота, что должно было символизировать единство и принятие двух существ.
Сам процесс создания связи хозяина и фамильяра, представлял из себя борьбу двух существ происходящую на духовном и магическом уровне. Я не использовал никаких заклинаний, не применял уловок или хитростей, а стоя в одном из кругов "восьмерки", просто давил своей аурой на искру богини, при этом стараясь излучать доброжелательность и заботу.
Зачем мне вообще фамильяр, тем более такой как маленькое живое солнце без разума и воли? Дело в том, что спутник мага, кроме несомненной пользы во время сражений, исследований и отдыха, способен делиться частью своих особенностей, вроде склонности к стихиям.
От искры Селестии я хотел получить сродство с светом и огнем, что в дополнение к некромантии, жизни и воздуху, сделает мой арсенал по настоящему обширным. Кроме того, качество духовной энергии маленького солнца, на пару порядков выше того чем могу похвастать я, а это значит что в отдаленном будущем легче будет перейти на более высокую ступень существования.
Борьба не продлилась долго: искра не ощущала от меня угрозы, а будучи отделенной от единого целого стремилась вновь обрести единство. В результате, во время завершения ритуала, шар из моей застывшей крови снова стал жидким, а затем влетев мне в грудь, впитался в тело до последней капли.
Обследование показало, что искра гармонично встроилась в мою душу, не повредив структуры созданные джином, и практически уснула. После погружения в свой внутренний мир, я обнаружил что в библиотеке появилось нечто вроде золотой чаши накрытой хрустальным куполом, под которым танцевали языки золотого огня. Пламя непрерывно колыхалось, время от времени складываясь в силуэт крылато-рогатого жеребенка.
"Можно поставить воображаемую галочку напротив очередного пункта в воображаемом списке".
Мне бы конечно же хотелось получить еще хотя бы один аспект силы, но против этого вставали сразу две причины: вряд ли Каденс согласится поделиться частицей сущности, да и принцесса дня этого не допустит, и в ближайшее время мне нельзя перегружать свою душу, дабы не получить какое-нибудь обидное и опасное повреждение.
Четыре субъективных часа были потрачены на то чтобы оградить моего нового фамильяра, формирующегося под воздействием моих духовной и ментальной энергий, от вредоносных воздействий магии. Кроме того, себя мне тоже пришлось ограждать от излишнего влияния частицы богини солнца, которая хоть и не имеет воли и разума, но на одних лишь инстинктах может натворить многое.
"Кто бы мог подумать: я сам создаю себе шизофрению".
Завершив перестройку внутреннего мира и создание барьеров, решил воспользоваться случаем и пройти полную диагностику организма, а уже после этого возвращаться на алтарь и снова разделять сознание на три аватара. Ощущения собственного тела были непривычны, уровень магической мощи за время пребывания на алтаре в роли проводника отчищенных энергий, возрос почти на треть, духовная сила увеличилась лишь на десятую часть от прежних показателей. Так же выяснилось, что мышцы стали сильнее и эластичнее, а кости повысили прочность и приобрели свойство гнуться, (не слишком сильно, но больше чем прежде).
Увеличение запаса чакры не вызвало удивления, а вот ухудшение контроля намекнуло о том, что этому аспекту тренировок следует уделять больше времени.
* * *
Лагерь мы разбили на поляне, примерно в половине километра от руин оставшихся от поселения и захоронения оленей. Разместились все в нескольких палатках и одном большом шатре, который исполнял роль штаба, столовой и госпиталя, (в случае необходимости, часть пространства могла быть отгорожена стенкой из толстой ткани.
По словам Флаттершай, раскопки в этом месте раньше не велись из-за удаленности от поселений пони, низкой сохранности объектов могущих вызвать интерес археологов, а так же из-за высокого фона некроэнергии, пагубно воздействующей на любое живое существо оказавшееся неподалеку от кладбища. По сути, некроманты были нужны исключительно для того чтобы вытягивать губительную магию из земли, позволяя другим жеребцам и кобылам заниматься своим делом.
Смотреть на дома выращенные в стволах огромных деревьев мне надоело в первый же день экспедиции: все же я хоть и ученый, но скорее практик и биолог, нежели историк и теоретик. По этой причине, уже на следующее утро мои копыта привели меня на серую проплешину раскинувшуюся в глубине леса, деревья по краям которой имели болезненный вид и представляли из себя оголенные скрюченные стволы с тонкими кривыми ветками.
— В справочниках, это место называют "долина мертвых". — Объявила светло-желтая пегаска, одетая в жилет песочного цвета с множеством кармашков, шлем из пробкового дерева оставляющий открытой мордочку и эластичные бинты обмотанные вокруг каждой ноги.
— И все же, почему ты не осталась вместе с остальными членами экспедиции? — Перевожу взгляд с серой равнины, в нескольких местах на которой виднеются остатки стен каменных зданий, на необычно возбужденную летунью, (волны ментальной энергии, уже пару раз разбивались о мой барьер, что выдавало нешуточное волнение кобылы). — Безопаснее было бы дождаться, пока Стигма и Андет уменьшат фон некроэнергии.
— И пропустить все самое интересное? — От возмущения Флаттершай даже притопнула передними копытцами. — Да и разве гранд-магистр не сможет защитить одну маленькую пони от вредоносных воздействий?
— Не думал что тебе нравятся подобные приключения. — Пожав плечами, окутываю собеседницу заклинанием защитного поля, а затем чуть подумав подхожу вплотную и положив правую переднюю ногу на левое плечо летуньи, наношу защитную фильтрующую печать, (так хотя бы не придется каждые пятнадцать минут обновлять заклинание).
Носительница "элемента гармонии" даже не вздрогнула от моих действий, лишь в глазах промелькнуло живое любопытство, когда по шерстке начали расползаться темно-фиолетовые линии. Когда же я убрал свое копыто она произнесла чуть смущенно улыбаясь:
— У всех должны быть свои хобби. К тому же, в таких местах, где мало или совсем нет пони, я могу не контролировать себя каждую секунду. Это утомляет...
На последних словах кобыла опустила взгляд к земле и шаркнула левым передним копытцем. В ответ на это я лишь кивнул и направился вглубь долины.
Серый прах, потревоженный моими ногами, взвился вверх почти невесомыми облаками, обнажая мертвую землю пропитавшуюся эманациями смерти. Глядя на равнину, словно бы вышедшую из счастливого сна какого-то некроманта, сложно было поверить, что здесь похоронены именно маги жизни, каковыми в большинстве своем были олени. В моей голове даже зародилась мысль, что тех же друидов можно было пытать, просто заставляя жить рядом с подобной аномалией...
"Может ли быть так, что какой-нибудь "князь леса" специально создал тюрьму для своих врагов? Сложно быть гордым и упрямым, когда каждый вдох причиняет почти физическую боль".
— Вон там была молитвенная, где умерших провожали на вечно-зеленые луга. — Поравнявшись со мной, пегаска стала активно крутить головой, время от времени тыча копытцем в одну из стен, выступающих из земли. — Тут должно быть жили жрецы, а там...
— Гробница "князя леса". — Прерываю монолог своей спутницы. — Туда мы и идем. И еще одно: не шуми пожалуйста.
"Никогда не думал, что буду просить об этом именно Флаттершай".
* * *
(Отступление).
Глубокой ночью, скрываясь в тени отбрасываемой небоскребом, по стене административного здания полз жеребец из расы земных пони, с ног до головы облаченный в облегающее черное трико, поверх которого был надет короткий плащ с покрытием из кристаллического напыления, обеспечивающий визуальную маскировку. Копыта обхваченные кольцами усиливающими примагничивающий эффект копытокинеза, (как называли эту способность в повседневной жизни для большего удобства), шаг за шагом передвигались вперед, поднимая своего хозяина все выше и выше.
"Дискордовы минотавры: что в их головы ударило, из-за чего они начали строить такие высокие дома? Пятьдесят пять этажей! И мне нужно на самый верх".
Джем Бандаж не боялся высоты, но все равно чувствовал себя крайне неуютно из-за необходимости ползти практически в открытую. И пусть плащ должен был скрыть от обнаружения визорами "железных гвардейцев", а высота и темнота обеспечиваемая тенью небоскреба дополнительно укрывали от взглядов случайных свидетелей, агенту разведки от этого не становилось легче.
Время от времени жеребец прерывал свое восхождение чтобы в очередной раз прыснуть из баллончика бесцветного газа который высвечивал линии магической сигнализации. За последние годы мастера артефакторики Народной Федерации сильно продвинулись вперед, что заставляло разведчика постоянно совершенствовать свои навыки взлома и проникновения.
"Пора мне переходить на кабинетную работу: буду сидеть в офисе, перебирать бумажки, заигрывать с секретаршей... Хотя, последнее лучше оставить в мечтах. Уж больно тяжелое у Флоры копытце".
Усмехнувшись своим мыслям, земной пони едва не пропустил очередную линию сигнализации, что заставило беззвучно выругаться сквозь сжатые зубы. Однако же, выкинуть из головы мысли о белой кобылке с красными гривой и хвостом, даже после этого окончательно не получилось. Слишком долго он добивался расположения напарницы, планомерно осаждая ее сердце...
"А вот и окно. Эх... если бы там меня ждала принцесса...".
Несколько минут Джем Бандаж устанавливал систему из маленьких зеркал и призм, которые перенаправляли лучи сигнализации в обход нужному оконному проему. После этого, вооружившись резаком, жеребец вырезал в кристаллической пластине заменяющей стекло, достаточно широкое отверстие чтобы можно было просунуть переднюю ногу и специальное устройство, которое деактивировало сигнализацию установленную на защелке механического замка. После этого оставалось лишь распахнуть раму и забраться внутрь комнаты.
"Я все еще хорош! Не то что эти сопляки из учебки".
Оказавшись внутри кабинета главы космической программы Народной Федерации, Джем закрыл за собой окно и приставив на прежнее место кружок вырезанного кристалла, провел по кромке разреза бесцветным клеем, тут же затвердевшим и ставшим неотличимым от остальной поверхности окна. Все эти манипуляции приходилось проделывать балансируя на подоконнике, так как по сведениям полученным от осведомителей, пол в помещении был оснащен датчиками реагирующими на давление.
