Вздохнула и осмотрелась. Это место, в котором я оказалась, стоит того, чтобы его защищали. И у меня возник такой вопрос: если Вязьма, не дай Бог, подвергнется нападению, способны ли будут наши жители так же её отстоять, как обитатели этой маленькой, грязной, бедной, полуразвалившейся, никому не нужной провинции? Я не знаю. И не хочу знать ответ на этот вопрос: он риторический.
— Ах, как благородно. Для тех, кто себя защитниками назвал земли этой бренной. Ах, прекрасно и сам Всетворец вам благоволит. Кровь прольется этой ночью рекой, и будет земля сыта, опьяненная горем и страданием. Ах, как это... мерзко. Людей, безвольных этих марионеток под руководством мертвеца ходячего, может и больше, но неужто они наедятся побить столь великого и могучего, ужасного и милосердного Хозяина? Ах, какая великая печаль, что повержен был я и пал от рук мерзкой убийцы, чьи помыслы были чернее самой сажи. Ах, и не могу более быть в бою я, ах, не падут от руки моей враги презренные больше. Но помоги мне решить одну думу, не дающей мне покоя ночью и днем и сон нарушившую, злодейки низинской тайну разгадать. Ох, ты — дева из других земель, столь прекрасная и невинная — за что ты сражаешься в войне, которая не для тебя предназначена? — раздался сзади такой знакомый голос, что я вся вздрогнула.
Я повернулась и увидела Ривьера, облачённого в чёрный балахон. На лице у него была грустная маска, обагренная кровью. Сквозь прорези в маске, было видно, что на глазах была черная лента, и от этого фигура в черно-белой с красным маске казалась каким-то фантомом, загадочным призраком.
— Думаешь, что я просто взяла и тебе все рассказала? Да, ни за что.
-От чего же? — я еще раз повернулась, в этот раз Ривьер снял свою маску, и моему взору предстало его лицо, все залитое кровью. Он спрятал свой любимый предмет куда-то в складки балахона и начал, морщась, чесать руки. Знакомый жест. Похоже этот человек решил вновь стать тем лже-Шелвом из призрачного Ареота.
— Ты — мой враг, похитивший мою мать и оставивший ту насмешливую записку в моей квартире. Из-за тебя и этого мерзкого "хозяина" умерла моя мама. И ты своей собственной рукой едва не убил Зайша, низины тебя погреби! Он едва выжил! И после этого ты смеешь спрашивать, почему я не хочу ни то чтобы не разговаривать, но и видеть?!
— Ты считаешь, что я всегда был против тебя? Та, которая заставила измениться меня. Та, которая заставила мою память всколыхнуться и вспомнить то, каким я был до своего перевоплощения в верного служителя Комедии и Трагедии. Таким я могу быть, лишь рядом с тобой. Но ты все же не права. Я всегда был на твоей стороне. И хотел всегда тебе помочь.
-Да, ты — поехавший псих всего лишь навсего! Как тебе можно было вообще доверять?
— Но почему ты так считаешь? Почему ты думаешь, что на стороне Кордилины ты чего-нибудь добьешься? — я почувствовала, как он подошел ко мне и вся напряглась. — Присоединившись к Хозяину, ты бы получила многие ответы на вопросы. Ты бы все узнала. Ты и сейчас можешь. Зачем тебе все эти оборванцы? Ты достойна лучшего, — и он оказался прямо перед моим лицом. Руки у него тут же начали зудеть.
— Я и так намерена узнать ответы. Что тебе неймется?
-Считай, что мне скучно. А ведь это действительно так, я ведь пытаюсь освоиться в темноте, — он показал на свои глаза. — Быть слепым — это что-то совсем иное.... Но я не расстроен, мне даже это нравится. Неожиданно как будто словно.... не передашь словами. Но чувствуешь себя по-другому. Даже всякими изящными речевыми оборотами я не смог описать свое состояние. Я словно опять переродился и открыл новый мир для себя. Мир, наполненный одними прекрасными звуками. И ничем более. К тому же, я преследую одну благородную цель.
-Ты? Благородную? Единственное, что ты сейчас сделаешь, так это уйдешь отсюда. И оставишь меня одну наедине со своими мыслями.
-Неужели ты ничего не понимаешь? — неожиданно разозлился Ривьер. — Зачем тебе воевать, астралка, даже не за свой мир? Неужели ты не хочешь вернуться домой?
— Я и так туда вернусь. Найду "хозяина", и он обязательно сделает это.
-Аллариан-то? От него ничего не осталось уж. Он пуст. Как кукла. Лишь внешняя оболочка осталось от него. Он — никто. Лишь эта стерва Блоурэн имеет силу.
— Откуда тебе это знать? — прошипела я.
— Я же правая рука великого Хозяина, — Ривьер заулыбался во все лицо. — Пусть все и говорят, — он начал яростно чесать руки так, что вскрыл пару ран и по его ладони заструилась кровь, — что у меня не в порядке с головой, но я все же вижу. По крайне мере, видел. И твой мир тоже.
-Что? Ты знаешь, как перемещаться между мирами? — почувствовала дрожь во всем теле, но лже-Шэлв развел руками:
— Нет. Но я был в Астрале. Такой странный мир, в котором невозможно дышать. И одновременно такой нелепый. Неужели такая прекрасная дева прибыла из столь отвратительного места?
-Это мой дом. И тебя он не касается. Ты мне надоел. Уходи.
— Нехорошо с твоей стороны гнать несчастного инвалида, у которого ранено не только тело, — вздохнул мужчина. — Мне ведь ничего не осталось кроме разговоров. Занятия у меня нет, а роль злодейского злодея играть пока не могу. Я немного погорячился, когда сказал, что это все мне нравится. Всё-таки многое теряешь, когда не видно ничего. Зато с другой стороны, можно наслаждаться шумом прибоя хоть целый день, не надо разрабатывать план, не надо пытаться кого-то убивать. И прибываешь в своих мыслях и размышлениях. А тишина мне кажется противной. Нет в ней ничего хорошего. Она сводит с ума...
-Ты и так сумасшедший. Куда уже дальше?
Лже-Шэлв рассмеялся во весь голос:
— Как же ты глупа. Неужто ты действительно ничего не видишь и не понимаешь? Я бы не стал тебе оскорблять ни за что, это я сказал лишь от отчаянья. Потому что хочу защитить тебя.
— И от кого же, позволь узнать? — хмыкнула я.
— Да, от всего этого! — вскипел мужчина. — За что ты воюешь? Зачем тебе сдалась эта война?
— Да, ты достал меня этим вопросом! — вскипела я и собралась его ударить, но мужчина неожиданно перехватил мою руку своей окровавленной.
— Я хочу лишь знать, зачем, астралка. Неужели ты хочешь стать такой же, как и я? В любом случае, — он крепко сжал мою руку, — я не уйду, пока не услышу ответ на мой вопрос.
Я не смогла вырваться, хватка этого человека была воистину цепкой, поэтому пришлось ответить:
— Я просто не могу не игнорировать того, что происходит. Я не люблю быть пассивным или даже равнодушным зрителем. Так я устроена, что не могу на всё спокойно смотреть и не вмешаться, так воспитана своей мамой.... — у меня по щекам потекли слёзы, но я быстро вытерла их, потому что прошло время хныкать. Можно потом грустить, но не сейчас. Особенно когда тут рядом стоит один человек, и я не хочу выставить себя слабой. — Тем более уже давно меня втянули во всё это.
— И всего-то ? Не можешь быть зрителем? И вся причина? А ты не боишься быть участником?
— Нет, — твёрдо ответила я.
— А зря? — сморщился лже-Шэлв. — Ты же знаешь, что от Хозяина поступил приказ не трогать тебя? Что его люди не могли на тебе даже царапинки оставить? Но сейчас он слаб и может изменить свое решение. У него могут поменять резко планы на тебя. Я видел, как ты сражаешься. Ты, видимо, где-то овладела искусством фехтования. И твой стиль своеобразный, но я такой раньше видел. У Хозяина. Но ты думаешь, что ты справишься? Что это тебя спасет? Ты же просто обычная девушка, толком и не видевшая НАСТОЯЩЕЙ войны.
— Я догадываюсь к чему ты клонишь... — прищурилась, но мужчина перебил меня и весь взвился:
— Ты ничего не знаешь! И поэтому догадаться ты тоже не можешь! — он резко поставил руки на стол, на котором лежала Ши Дзинь с такой силой, что ножки даже подкосились. — Что ты вообще понимаешь?! Я представляю, что такое война. А война — это не игральная доска. А с тобой до этого момента просто игрались, астралка. И все может очень даже неожиданно кончиться. Для тебя. Ты сегодня можешь умереть. В этой битве не за твой мир. Ты думала об этом? Астралка, погибшая под кронами Эрвуа. Что может быть трагичнее? Поэтому прошу тебя, — он резко понизил голос. — Не иди. Это не твое дело.
-Очень даже мое, — помрачнела я и собралась уйти, но задала следующий вопрос. — Какая тебе разница, умру я или нет? Что тебе вообще до этого?
Лже-Шэлв ответил не сразу. Он обогнул стол на ощупь, подошел ко мне и очень крепко обнял так, что я не могла высвободиться из его объятий. Он наклонился к моему уху и начал говорить:
— Просто... — он замялся. — Я действительно боюсь за тебя. Сколько женщин было у меня, но ни одна ни сравнится с тобой. Мне ещё никогда так не нравился. Нет. Это неподходящая фраза. Я еще никогда не был счастлив просто в присутствии тебя. А оказаться в твоих объятиях было бы просто верхом всего.
-Что же ты этого не сделал, когда я была парализована? — спросила я с презрением. — Неужели не успел?
-Нет. Это принесло бы тебе страдания. А я бы не хотел видеть тебя несчастной. Для меня безразличное мое счастье, главное, чтобы ты улыбалась. И, самое важное, чтобы была жива, — он отпустил меня и отвернулся. -Все остальное не имеет смысла.
Я даже и не знала, как на это реагировать. Мой враг только что признался мне в сильных чувствах, но и в то же время сказал, что неважно, что я не могу ответить на них. Это так...даже не знаю...
Он прав... я действительно ничего не знаю...
— Если ты вздумаешь умереть, — начал мужчина, одевая маску, — то алая и прекрасная кровь будет сочиться из тех, кто посмел убить самую прекрасную и замечательную на свете, ту, кто подобен самому светилу, даже затмившим его. Ах, воистину Трагедия будет торжествовать! Ах, и первым, кто падет от рук моих искалеченных будет тот, кто не сумел защитить тебя, — и лже-Шэлв вновь сменился Ривьером. Мужчина в маске, так похожий на фантом, развернулся и пошел неуверенным шагом прочь, аккуратно нащупывая землю в темноте.
Я провожала его взглядом, а сомнения, которые и без того одолевали меня, нахлынули меня с головой. А ведь Ривьер, возможно, и прав. В плане того, что я действительно могу погибнуть...
Ну, нет. Я не люблю быть зрителем, тем более я уже в это втянулась по самые уши, и нельзя теперь отступать. Стоять до конца. Тем более у меня есть и личный счёт...
Мы пошли в освободительный поход в Шерту, когда уже само солнце окрасилось в неяркий, даже тусклый алый свет и уже готовилось отойти к ночному сну, окрашивая небосвод в мягкие рубиновые цвета. Случайность ли? Вспоминаю свой сон и примечаю про себя, что война была начата, когда небо пылало кровавыми оттенками, закатом же она и закончится... Просто, случайность, какие бывают в жизни. Не приятная, но и не плохая с другой стороны...
Просто случайность.
Но цвет неба наводит меня на печальные мысли...
Я шла вместе с большим отрядом, погруженная в свои мысли, поэтому не замечала пути. Все, леса, холмы и богатые кроны деревьев были залиты лишь одним цветом. Казалось, что у природы закончились краски, и она просто закрасила все, в том числе и людей, одним алым. Это также можно было сравнить с тем, как если бы смотреть сквозь красноватую пленку. Жутковатое зрелище. Мне было, конечно же, страшно, но я пыталась себя успокоить. Но не получалось. Вдалеке стали виднеться белоснежные крыши, также залитые зловещим карминовым цветом. Меня охватила просто вселенская тоска, но я тут услышала рядом с собой тихое:
— Привет. Думала, я тебя брошу?
Я повернулась и увидела Зайша. Он сказал это запутавшимся языком, но я понимала его бессвязные слова и воспринимала как полноценные реплики. Я тоже так разговаривала, когда видела его. Он тоже меня понимал. И это для меня чем-то новым и необычным. Я глубоко вздохнула. Я не одна, и меня это стало понемногу успокаивать.
— Ты уже полностью вылечился? — повернулась я к Косте и отметила, что в гранатовом свете, он выглядит очень...загадочно.
— Ну....по правде, нет. Сбежал. Я, конечно, понимаю, что у Зоклер тяжёлая работа, но она теперь всю злость на меня срывает и постоянно говорит, что я еле стою на ногах. Не знаю, но мне кажется, что я там слишком залежался. Тем более, я не мог тебя пускать одну в это сражение. К тому же, не зря же тащил этот флаг. Знаю, знаменосцы у нас есть, но мне всегда хотелось походить с этой тряпкой в руках, считай, что это моя детская мечта, — он улыбнулся и показал свёрнутую ткань в его руке. Я видела уже этот флаг. Фон яркого зеленого цвета, на котором цветное логотип в виде силуэта маяка Надежды.
Когда я увидела Шерту то ахнула. Первое, что пришло на ум, была такая фраза: "Ну, наконец-то я увидела действительно город, а не пародию на него!" Может быть столица Эрвуа не была шибко большим городком, но действительно чувствовалось, что это город. Столица как никак. Многие дома были сделаны из белого камня, и у меня было предположение, что там живут богачи. И это выглядело очень необычно, особенно в лучах заката. Камень приобретал какие-то нежные розоватые оттенки, и казалось, что ты попал в какую-то сказочную страну. Тут были и менее богатые деревянные резные дома, но они просто словно пропадали на фоне сияющих поместий. Улицы были широкие и просторные, а дорога была уложена брусчаткой. Видно было, что город за день не обойти. И весь этот вид открывался с крутого холма. Нам еще предстояло проникнуть за не особо крепкую крепостную стену, которая была сделана из камня и наполовину разрушена. Неужели эта "хозяйка" была настолько самоуверенна, что даже не удосужилась починить стену? Я вспомнила сон. Да, тогда она полагала, что сможет захватить Эрвуа буквально за день. Как же она ошибалась.
Мы начали спускаться с холма, и я отметила еще одну интересную особенность столицы. Она была воздвигнута на неровной местности, а все важные здания располагались на возвышениях. Почему-то не люблю равнинные города. Может, потому что я всю жизнь обитала в Вязьме, а потом стала учиться в Смоленске, а эти города далеко не ровные.... Я ещё постоянно посмеивалась, что, если начнётся наводнение (что с нашим климатом этого никогда не случится), то город не пострадает, а вся вода уйдёт в бознинское болото. Или в водохранилище, которое находится рядом с болотом. Их разделяет автомобильная дорога.
Опять задумалась.... Я просто скучаю по Вязьме. А тем временем Кордилина быстро на всех навесила иллюзию того, что мы не видны. Честно говоря, вышло эффектно, когда мы нападали на Нурт. Сражаться с невидимым противником сложно, если даже невозможно. Но при желании всегда можно найти лазейку, а пока она не найдена, надо воспользоваться положением.
Чем ближе мы приближались, тем крепче у меня все сжималось внутри. Я даже от волнения взяла руку Зайша. Он тоже волновался, но он лишь улыбнулся и сказал: "Все обойдется и станет только лучше". Люблю его за это. За то, что он способен всегда сказать хорошие, добрые слова.
Думаю, что бой будет долгим и жарким....
Мы подошли к стене, и Кордилина с помощью магии возвела, барьер, который разрушил камень. Не даром же нити пространства, по ее словам, являются самым прочным материалом в Кристалье. И мы начали атаку...
