Нагосчестно дошел до поместья Мальвиоллеты,но сил постучать у него почему то нехватило, и Пушист торжественно объявил:
-Открывайте ворота перед героем, а тоего высочество по двери размазается!
Воротаоткрыли, принц вошел, первым деломпосмотрел на Мели, та с отсутствующимвидом пила чай.
-Мели…
-Если ты хочешь спросить любит ли онаеще тебя, то да любит, — сообщил пушистыйкомментатор уворачиваюсь от брошеннойэльфийкой кружки с чаем. Девушка вскочилаи резко по слогам крикнула:
-Наг! Ты! Сволочь! И! Свинья!
-Что же ты не говоришь, что ты затосимпатичный? — спросила Мальви перетягиваяодну из ран принца, лечить такого пациентабыло весьма проблематично, так как унего нет практически собственнойэнергии, а на чужой далеко не уедешь.
-Понимаешь, Мальви, сейчас это спорныймомент, с такой разбитой рожей, я врядли кому понравлюсь, кстати, давно хотелспросить: чем тебя очаровал этот наглыйшар?
-Вездесущий Наг и не знает? — целительпоймала парня и аккуратно уложила егона траву.
-Нет, хотя возможно…
-Считай не хочу терять политический весв совете, — перебила женщина больного,пока тот лишнего не насочинял, — они всеравно после выходки Вауэра с моим мнениембольше не считаются, а Знающего всеуважают.
-Угу, вот и Мели мне заявила, что она недевушка, а боец-телохранитель…
Нагуслышал тяжелый вздох у себя на затылке,и почувствовал как теплые руки накрылиего лицо, сразу стало легче.
-У тебя есть запас его энергии, откуда?— услышал он заинтересованный голосмага жизни, — неужели он уже…
-Нет!
-Но обычно уже женщины есть запас энергиимужчины если он…
-Я сказала нет! Это не тот случай!
-А разница? Во время этого или нет,результат то присутствия в твоеморганизме его энергии один, вон какойженственной стала, и тут кругленько, итам кругленько стало…
-Госпожа Мальви! Наш пациент вообще-тов сознании!!!
-Ну и что, все равно ему нечего необломиться, если ты можешь брать егомужскую энергии напрямую, зачем тебезаниматься этим?
-А если я ребенка хочу? — на грани слышимостишепот.
-Ну тогда, да, тогда придется, но ты небойся, это намного приятнее чем напрямуюэнергию перекачивать.
Пушист,мне нужны твои рекомендации как соблазнитьэльфийку! — забеспокоился принц.
-А что там соблазнять? Сначала женщинуприласкать нужно, там и делай все чтохочешь с ней!
Рукис глаз принца пропали, фингалы тоже, онснова мог видеть во всю ширину раскрытыхглаз, как Пушист прячется от Мели подбеседкой, причем что интересно онагонялась только за одним, другие пушистыешарики наблюдающие со стороны и помогающиебеглецу ее не интересовали. А у младшегопринца, только что выполнившего как понотам, свой сумасшедший план, в головеуже рождался новый подлый и коварныйплан, он понял, что как только у Мелипоявится ребенок, она уж точно не будетизображать его телохранителя!
Часть третья
Судьбастраны.
Предисловие
Приветствуювас дорогие читатели! Да, вы правильнопоняли, когдавышла первая часть этой книги,инквизициявовсе не посчитала написанное вначалеза алиби, скорее наоборот, и теперь унашего писателя романов крупные проблемы.Ноповерьтеэто даже лучше, ведья, Знающий все помню до мелочей, и небуду вести повествование от первоголица как этот необразованный человечишка.Ато вся первая часть и состоит только изфраз типа «Я прыгнул...», «Я испугался...»,«Я вырубился...», даже про свою сексуальнуюозабоченность написал, какой позор! Ноничего, теперь этого больше не будет. Япродолжу писать этот роман за него, ирасскажу вам не о постельных похожденияхПроклятого(да-да, это я вырезал всепостельные сцены из книги, можете неблагодарить), а о том сложном временипосле войны людей с темными эльфами,когда сильные мира сего, на подобииСтальной Эленоры, Грейвера, и Императорапеределывалиэтот бренный мир по своему усмотрению.Расскажу вам немного о любви, чуть большео власти и о том какуходилисильные мира сего.
Итак,приступим же.
Пролог
КабинетГенриха не отличался большойплощадью, как бы это казалось должнобыть у человека с его статусом, скореехарактер хозяина этой комнаты отражалсяна ее комфорте: три мягких кресла умаленького стола для гостей, и большойписьменный стол в форме большой буквы"Р", узкая часть которого всегдабыла расчищена для написания документов,а широкая же наоборот содержала кипыэтих самых документов что иногдасоскальзывали и падали на плотный ковериз бараньей шерсти. Если честно, собиратьупавшие бумаги, Генриху приходилосьсамому, так как никто из прислуги неосмеливался к ним прикоснуться. Но этобыло у одной стены, вторая же стена,соседняя с этой, и стоящая напротиввхода, была целиком застеклена — мужчиненравилось вглядываться в картинуогромного окна. Этот пейзаж был похожна саму жизнь — менялся немного каждыйдень и содержал как прекрасные участки,так и участки на которые без грусти ине взглянешь. Конечно, даже любимаякартина может рано или поздно надоесть,вот и Генрих все реже смотрел в окно, акогда и смотрел, то видел совсем иныемиры, миры из своей памяти.
Водин из таких миров ушла любимая женщинаэтого человека, а он был все еще здесь— Генрих как мужчина должен был позаботитьсяо их детях и уже только тогда идти.
Детейтрое. Не совсем безнадежны, но все жеоставлять их одних еще рано.
Мужчинаогладил бороду и все же подошел к окну:весна уже предъявила свои права на всеживое, и лишь немногие из людей былиэтому рады по-настоящему, но почти всебыли рады что нелегкая зима закончилась.Для кого она была голодной, чьепродовольствие ушло на войну, для когосмертельной, снег от крови полностьюстаял в месте Святого сражения, а длякого-то страшной, они боялись что войназахлестнет и их... Лишь немногие этойзимой увеличили свое благосостояние -падальщики жили везде и всегда.
Генрихпонимал что не нужен этой стране, егоравнодушие к происходящему в страненикак не могло привести к расцветугосударства. Но конечно он не могпозволить подобного отношения к этомусвоим детям — если не они, то кто вообще?А разваливать страну все же былонеприемлемо.
Императорвздохнул и опять огладил бороду. Как бытам не хотелось ему туда, в другие
миры,за гранью этого пространства, дела ещебыли и ждали его в виде ненавистныхбумаг
настоле. Он сел, просмотрел очереднойдокумент о выделении земли под верфь итвердой
рукойподставил внизу разрешение на исполнение:«Утверждаю, Император».
Грейверс рыком потянулся на своей кровати,завершающая материализация тела прикаждом движении отзывалась болью, этобыло как рост зубов у младенца,энергетическое эфирное тело все большезаменялось и впитывалось в грубую,вполне физическую плоть. Сейчас мужчинавспоминал добрым словом того, кого заэто стоило поблагодарить. Благодаряэтому мальчишке, ему пришлосьматериализоваться, жертвуя частьюсобственных воспоминаний. И вот сейчас,обладая здоровым телом, Создательпорталов помнил лишь свою магию и двухженщин: Элеонору и Александру. И если кпервой он ощущал некое родственноедружелюбие, то вторую, даже не знал,любит или ненавидит? Зато он точно знаетчто ненавидит Вауэра! С ним все с самогоначала пошло не так! Зачем этот кретинпотянул свои шаловливые ручки к егокниге?! Ведь она была рассчитана на то,чтобы он воскрес когда о нем уже забудут.А еще этот кретин оказался настолькотупым, что Грейверу так и не удалосьподчинить его разум. На самом деле, этопожалуй, его единственное достоинство.Одна и та же ментальная атака работаетна нем от силы три раза, потом мозг этогодебила становится к ней не восприимчив.То есть на практике это значило, что магдержал тело несколько десятков ударов,после чего разум Вауэра подвергавшийсяуже атакам Элеоноры, просто выбросилее деда в потусторонний мир. Конечно,опытный маг не расстерялся, и сновавломился в доставшиеся ему тело уже какментальный паразит и это сработало.Дальше Грейвер же решил было пойтиметодом демонов(душа за желание), но тутего ждал очередной чертов облом! На душеэтого засранца уже был пирог из печатей:
насамом верху была печать собственноститемных эльфов, под ней, еще большей Тьмойбыла печать Проклятого, появлениекоторого Грей рассчитывал проспать вкниге. Но маг полез дальше, он не понималкак слабая человеческая душа можетобладать такой сопротивляемостью. Истарый маг смог заглянуть под печатьПроклятого, и вместо души этого мальчишки,он увидел щит сияющий своей белоснежностьюи охватывавший душу проклятого полностью,не давая тьме коснуться ее.
Мужчина,еще раз широко зевнув, поднялся с кроватии потянулся к фруктам на столе.
Когдаяблоко хрустнуло на его зубах, воспоминаниеснова накатило на него и он скрипелзубами, от бессильной пока ярости. Онвспомнил глядя на постель, как он смешивалпроклятие и благословение в душемальчишки из-за всех сил, надеясьнейтрализовать одно другим и добратьсядо его души! А шельмец в это время якобыстрадал от подростковой озабоченности,обнятый Элео!
-Мелкий говнюк! Но нечего, теперь когдавсе твои печати исчезли, я поимею тебяи твою душу! — мужчина сплюнул яблочноесемечко и быстро одевшись, покинулкомнату.
Вообщенадо честно заметить, что заслуга вразрушении печати Проклятого, и щитамоей хозяйки, принадлежала вовсе неГрейверу, который вынужден был сбежать,когда разум Вауэра начал сливаться сментальным паразитом, делая его частьюсебя. Но конечно, древнего мага несколькоданная мелочь не волновала, ибо он зналчто все в этом мире происходит если непо его воле, то уж с его разрешения точно.
Старыйслуга барона, который лишь недавно былодним из самых влиятельных людей столицы,и инквизиции в частности, вернулся спохорон своего хозяина. Сняв сапоги ипройдя в пустой дом (двум старикамфактически никто более не нужен был,один из них работал в инквизиции, второйследил в их совместном месте проживанияза всем остальным) Герром опустился настул. Он был опустошен. Инквизицияпогибла почти в один день с его хозяином.Барон уже еле передвигаясь в свои восемьдесятков человеческих лет недавно вдругизменил своей привычке и не поехал сутра в Святую Инквизицию. Но к полуднювсе же за ним приехали. Они объявили егохозяина пособником мага Крови.
Ужетогда оба старика осознали что это конецинквизиции. Уже позже, в допросной,Герром понял, что проблема в той вечновеселой девушке что приходила к ниминогда. Она игралась с котом что жил уних, слушала их воспоминания о былыхвременах и всегда приносила каких-нибудьсладостей к чаю. А теперь они говорятчто она была слугой мага крови... какаячушь. Понятно что магов Крови истребилиуже давно и это был банальный поводчтобы избавится от барона. Смешно какглупо, но обидно в то же время.
Герромпочувствовал в руке резкую боль, оглянулсяи с удивлением отшвырнул животное чтовцепилось ему в руку! Возмущенно потерпрокушенное до крови место и спросил:
-Норе, и ты решил предать нас?!
Норыжий котяра не ответил, он уже был напути к чердаку.
-Ну и грех с тобой! — сплюнул старик иобреченно откинулся на стуле.
Инквизицияне надолго пережила его хозяина, неуспел палач отмыть свой топор отблагородной крови, а младший принц ужеказнил всю верхушку собственноручно.
Всемда воздаться по грехам их. Такую простоюистину и то забыли, — решил старый слугаи забылся в легкой дреме, от которой емубыло уже не суждено очнуться.
Ризбыл не особо доволен собой, все-такииспользовать кота как резервное телобыло слишком кардинальным решением.Пол дня ушло только на то чтобы освоитьсяв этом дурацком теле и научится мыслитьсвязно. Еще три оборота чтобы найти чемписать.
Асколько раз ему приходилось перерисоватьпечать!! Он уже со счета сбился когдаона хоть и коряво но получилась. Тутмагу немного повезло, старый слугабарона вернулся и обмяк на стуле. Хотякак сказать, ему явно немного времениосталось. Но больше Риз ждать не мог,его разум в кошачьем теле крошилсяслишком быстро. Еще оборот назад онпомнил как нарисовать нужную печать. Ауже сейчас понимал что к крови старикана его зубах необходимо добавить своюкровь. Он даже уже забыл что можнообойтись и слюной. Поэтому наконецдобравшись до печати на чердаке онпрокусил и свою лапу тоже, а потом капнуврозовой слюной в центр зашептал нужныеслова что все еще держались в его голове,к счастью даже будучи котом он понимал:забудет их — забудет все. И тогда всебыло бы зря, зря, потому что нет большегопозора чем выжить где погибли все, чтобыпогибнуть потом в шкуре простого кота!
Задремавшийбыло Керром проснулся, но это конечнобыл уже не он. Старый слуга бы никогдане стал бы себя хлопать по щекам чтобывернуть некоторое из позабытыхвоспоминаний. После чего старик подошелк зеркалу и взглянул в него.
-Кто не рискует, тот не живет, — тихозасмеялся он и пройдя в прихожую началнатягивать сапоги. Он еще помнил гдеспрятаны его выписки по магии крови, ноэто значило что он помнил все, по нимбудет не трудно восстановить полностьюпамять, хотя конечно и стоит найти дляэтого тело помоложе, ведь Риз не хочетв этом теле скончаться от старости.
Элеонора,одна из немногих первородных эльфов,принимала ванну. Ее стройное тело, дошеи погруженное в горячую воду сейчасбыло расслаблено как никогда. Она провелапо животу рукой, стряхивая со своей кожисотни пузырьков воздуха и счастливозажмурилась, не о чем думать в такоймомент не хотелось, а надо было.
Конечнов основном это была ее вина, именно из-засвоей прихоти она взвалила на себязаботу о целом народе, но и этого мальчишкуне стоит забывать. Вауэр и политикасочетались так же как танцы и посуда настоле. То есть одно неизбежно разрушалодругое. Конечно он делал это не специально,но случайностью смерть одного изстарейшин прямо на обеде тоже не назовешь.Сколько времени ее понадобилось чтобыих успокоить после прошествия, никомуне известно. Она сама потеряла счетвремени уже на десятой попытке убедитьсовет в том что их нынешний глава их неперебьет как каких-нибудь людишек-рабов.Но ладно, это уже не важно. Бояться ониего и хорошо что бояться. Более послушнымибудут. Это в прошлом. А вот подумать надоо будущем. Стальная понимала, что темнымсейчас самим по себе никак не выжить,раздавят люди рано или поздно. Значитее народу нужен был союз; сначала слюдьми, а потом и со светлыми. В концеконцов, одной из причин раскола ее народана светлых и темных было как раз то, чтоодни считали людей животными и хотелииспользовать их. А другие... так же считалиживотными, но использовать не желали.И поэтому союз с Империей был существеннымшагом по объединению когда-то цельногонарода.
Медленноворочая эти мыслив голове, женщина ужепочти задремала, когда дверь в ваннуюкомнату внезапно отворилась.
Стальнаяповернув голову в сторону незваногогостя, удивленно замерла: гостем былВауэр, он войдя, мягко прикрыл за собойдверь и улыбнулся. И эта улыбка непредвещала эльфийке ничего хорошего.Походка парня вообще была необычайноплавной, пока он шел к бочке для купания,он был похож скорее на хищника, чем напрежнего довольно неуклюжего человека.И его взгляд. Этот взгляд с легкимкрасным отливом в зрачках, говорил отом что ни бочка, ни горячая вода неявляются помехой для его планов.
Полнимаячто сейчас за этим последует, Эленорапочти незаметно поменяв позу в бочке,выпустила свою магию в воду, чтобы былолегче ее в следующее мгновение обратитьее в клинок.
Ноулыбка этого демона стала лишь шире:
-Пожалуйста, не сопротивляйся, это всеравно не поможет, — такой вкрадчивыйголос проник в уши и затуманил разумбоевого менталиста. И тут Стальнаяпоняла, что быть ей сегодня изнасилованной...
