Спасибо потом скажете, свежей рыбкой.
Робин решил, что все подождет, и подхватил на руки Ларисию.
— Лисёна, Лисси...
— Погоди, дай я, — Матео уже привел в чувство Алю, и та озиралась по сторонам.
— Где мы?
На руках у Робина застонала Лисси. Матео вливал по каплям магию жизни, и отслеживал состояние пациентки.
— Нормально! Здорова, еще вот в себя придет...
— Голова болит, — пожаловалась Ларисия.
— А неудивительно. Вы с Алей практически сухие, словно в вас магии и не было ни капли.
— Неудивительно, — шепнула Ларисия, схватившись за виски.
— Ты что-то знаешь?
Робин показал приятелю кулак.
— Знаю, — Ларисия едва шевелила губами. Но мы не утратили магию? Я и Аля? Канал, все цело?
Матео бросил диагностику, и кивнул.
— Да. Просто вы с ней выжаты досуха.
— Вы?
— Мы опять маги.
— А я, кажется, избавилась от нервной дрожи. И стала намного сильнее, — похвасталась Элина. — может, теперь и золото взять смогу.
На губах Ларисии появилась бледная улыбка.
— Значит, все правильно. Я всегда знала, что правильно...
Робин посмотрел на Матео. На Элину.
— Тетя Лина, если так — можете двигаться самостоятельно?
— Да.
— Давайте-ка мы к рамбилю, и домой.
— В город. В больницу, — попросила Ларисия.
Туда и поехали. То есть собрались...
* * *
Кошка прыгнула прямо на дорогу, Робин едва затормозить успел.
— Кис, ты озверела?!
— Мяфффф!
Кошка сидела с таким видом, что становилось ясно — человек ей нужен. Вот прямо сейчас и неотложно.
— Кис, нам в больницу надо.
— Мяффффф!
Уже настойчивее. Матео вздохнул.
— Роб, ты посиди тут, а я схожу с кисой. Может, ей тоже надо?
Кошка шевельнула хвостом. Вот же бестолковые эти двуногие, даже самые лучшие из них! Кошачьим же языком говоришь — надо! Не ей, а им! Все равно не идут!
Матео выпрыгнул из рамбиля.
Все тело переполняла давно забытая азартная сила. Магия растекалась по клеточкам, привыкала, успокаивалась, начинала свою тихую работу. Матео знал — скоро у него и шрамы пройдут, и болезни, которые появились за годы в руднике, он сам подлечит... может, даже они уже лечатся. Он потом посмотрит внимательнее, сам маг воды. И Робина посмотрит, и девочек.
Явно, Ларисия что-то знала.
Но как она все это рассчитала? Или угадала?
Потом сама расскажет, когда захочет.
Кошка уверенно мчалась по холмам, Матео вытянул из воздуха немного воды, и сформировал небольшой водяной блинчик у себя под ногами. Так он мог двигаться почти вровень с кошкой, разве что сил уходило много. Но их и было много!
Ах, как же это здорово — магия!
Рамбиль?
Вот этого Матео не ожидал.
— Киса?
Киса шевельнула хвостом, направляясь к пещере. Матео последовал за ней, и увидел там человека, которого менее всех ожидал встретить в горах...
— Опппа! Рент Слифт, какая встреча!
Связанный, побитый и кажется... да, помеченный котами рент Слифт замычал через кляп.
Матео не стал его вытаскивать, или разбираться, чего там хочет от него полицейский. Лучше с разумным существом поговорить.
— Кис, ты мне его показать хотела?
— Миффф.
— Убрать его из гор?
— Мяу!
— Как скажешь. Это все — или еще есть кто-то?
— Мя, — развернулась хвостом киса, решив, что ее миссия закончена.
— Спасибо тебе огромное. А то бы так и сдох тут.
Киса в этом и не сомневалась. И сдох бы, и не жалко, но горы-то зачем портить? Тут же вонять будет, падальщики заведутся, а кому их потом ловить?
Приличная кошка себе работы не ищет. Особенно, если есть, на кого ее переложить.
Матео подумал секунд десять, а потом молча погрузил Симона в полицейский рамбиль и поехал туда, где оставил Робина и женщин.
* * *
— Вот чего не ждал! — удивился Робин, разглядывая прочно увязанного Великого Сыщика. Вид у Симона, конечно, был не очень.
Морда набита, ухо надрезано, но следов пыток видно не было.
— И что с ним теперь делать? — задумался Робин.
— Давай послушаем, что он скажет? — предложил Матео. — Прежде, чем развязывать?
Маги не боялись Симона, но им было откровенно некогда. Девушек бы в лечебницу поскорее доставить, и самим провериться, и кстати! А что этот Слифт здесь делал?
Так что кляп вытащили.
— Развяжите меня немедленно!
— Сейчас обратно засуну, — рыкнул Робин, глядя на Симона взглядом очень голодной виверны. — Ну-ка, разъясни мне, что ты тут делаешь? С довернцами сговорился?
— Я?! — аж задохнулся Симон. — Да это вы, вы, ВЫ!!!
Сорвало беднягу мгновенно, сказалось и нервное напряжение, и довернцы, и коты постарались, и как тут удержишься? И орал Симочка минут десять, обвиняя во всех своих бедах — кого?
Естественно, Элисон Баррет!
Она, зараза, с довернцами сговорилась, а вы с ней тоже были, значит, и вы тоже, и что теперь? Убьете меня? Убивайте, мир все равно узнает, какие вы негодяи, правду не спрячешь!
Робин и Матео переглядывались, понимая друг друга без слов.
Так вот развяжешь, а он еще что устроит? Видно же, мужик в истерике, неадекватен, агрессивен — его прикажете потом магией успокаивать? Или по всем горам ловить?
А с девушками что?
У них не так много времени!
Кисе спасибо, конечно, свалила на них этого идиота, и куда его сейчас? Хотя...
В глазах Робина мелькнули смешинки.
— Тео?
— Да, Роб?
— У меня предложение.
Симон что-то завизжал, но маги его не слушали. Кляп вернулся на место, а за руль полицейского рамбиля сел Матео, который и доставил его к участку. Там на ночь и оставил.
Прохладно, конечно, ну да ничего! Симон тепло одет, до утра долежит спокойно, а там пусть полиция со своим сотрудником и разбирается. А у них есть дела поважнее!
* * *
Ларисия и Элисон уже приходили в себя, но Робин настоял, и, несмотря на все уверения Ларисии, отправился в больницу с девушками. Там их достаточно быстро осмотрели, диагностировали сильное магическое истощение, и посоветовали отлеживаться, есть побольше сладкого и не перенапрягаться. Даже магией чуточку подпитать умудрились, за деньги, конечно, но леоний чудеса творит. Так что жуткая головная боль у Ларисии улеглась, да и Элисон чувствовала себя намного лучше. А раз получше, то можно и вопросы задавать.
— Лись, ты все знала? Что случится?
— Половину, — отмахнулась Ларисия. — Вторую только предполагала. Мама Лина?
Элина Баррет, которая вышла из кабинета, чуть ли не светясь от счастья, обняла сначала одну свою дочь, поцеловала, потом вторую.
— Маленькие мои! Я здорова! Совсем! И никакой нервной дрожи! Лисёнок мой, ты чудо совершила!
— Это не я. Это артефакт.
— Но ты его вычислила, нашла его... ты нам расскажешь?
Лисси кивнула.
— Обещаю. Но может, поедем домой? Робин, не надо пока не к тебе, тетя Астрид тоже наверняка волнуется, мы же как с утра ушли, так и пропали!
Робин чуточку устыдился.
Ну да, волнуется. Он в этом уверен.
— Поехали, Лись. Все верно, уже ночь на дворе...
— Хорошо еще, завтра на работу не надо.
— Да еще б тебе в таком состоянии на работу! — Робин, который лично выпросил у лекаря освобождение от работы для Ларисии на три дня (ну и доплатил немного, и что?), возмущенно фыркнул. — Я с тетей Астрид поговорю, она тебя из постели три дня не выпустит! А после свадьбы я лично прослежу, чтобы ты...
— Из постели не вылезала? — невиннейшим тоном продолжила Элисон.
— Друг, держись. Теща маг, и сестрица язва, вот ты встрял, — посочувствовал Матео.
Робин фыркнул.
Он тоже прекрасно ощущал, как магия заполняет каждую клеточку его тела, как восстанавливаются поврежденные сосуды и нервы... да, это займе много времени, но пусть! Главное — результат!
Его обожаемая Лисси выйдет замуж за мага! И не калеку! Теперь он может предложить ей союз равных, и это так замечательно...
Несмотря на позднее время, дом рены Астрид был ярко освещен. Рядом стояло несколько рамбилей, и на двери одного из них был виден королевский герб.
— Дамиан приехал? — удивилась Ларисия.
— Подозреваю, что не он, — пробормотала Элина. И выпрыгнула из рамбиля.
Еще сутки назад она готовилась распроститься с жизнью.
Сейчас она здорова, ее магия в порядке, и она может себе позволить встретиться с Риберто. Она не станет для него обузой.
Или...
Что он скажет?
Как посмотрит?
Элина могла бы думать об этом еще долго, но Риберто, заслышав шум рамбиля, вылетел во двор — и время остановилось для них двоих.
— Лина!
— Ри!
Выдох? Взгляд?
А больше им и не нужно было. И глаза сияют, и становится ясно, что чувство свое эти двое сберегли, несмотря на все прошедшие годы. Когда они вот так, стоят лицом к лицу, и смотрят, и глаза у них светятся, и даже и слов не надо — никаких. И узкая ладонь Элины касается щеки любимого, а пальцы Риберто путаются в ее коротких волосах.
— Наконец-то...
— Люблю...
И неважно, кто и что говорит, за этих двоих разговаривают их сердца.
— Ты ушла, а я так ждал, так надеялся...
— Я мечтала о встрече, но не хотела сделать тебе больно...
— Маленькая вредина. Самостоятельная... моя...
— Конечно, твоя. Никого другого у меня и не было, и быть не могло, только ты, только память, которая не дала мне сломаться окончательно...
— Мне сказали, ты больна?
— Ри, любимый, я совершенно здорова.
— Но... как?
— Это долгий рассказ. Предлагаю, пройти внутрь, а Лисси обещала нам все разъяснить.
— Лисси... Ларисия Эрдвейн?
— Да, ваше величество.
— Можно проще. Дядя Риберто вполне подойдет, не стоит расшаркиваться внутри семьи.
— Ээээээ?
— На Элине я женюсь, так что обе ее дочери мне — родные, — спокойно разъяснил Риберто, который за время ожидания не изводился, а методично и терпеливо расспрашивал Астрид Шафф. Он сильно подозревал что Дамиан половину не договаривал, а вот Астрид не постеснялась, чего не разузнала, то придумала и дополнила. Даже если поделить на три, все равно выходило увесисто.
Ох, и ведь все это у него в стране, в тихом Левенсберге!
Вот уж правда, в тихих скалах виверны селятся!
— А меня спрашивать не обязательно? — удивилась Элина.
— Вообще не обязательно. Ты тридцать лет назад удрала и решила за нас обоих? Отлично, теперь моя очередь, — отрезал Риберто.
Элина фыркнула в ответ, но спорить ей не хотелось. Она так устала быть самой сильной, так устала бороться с обстоятельствами, и столько всего было...
Сейчас ей хотелось просто опустить голову на плечо Риберто — и пусть решает за них двоих. Конечно, они еще и спорить будут, и ссориться, и характер никуда не денешь, но вот в эту минуту ее все устраивало.
Выбирает Ри за них двоих? Вот и пусть, а она в кои-то веки промолчит.
— Идем домой, там поговорим, — решил Риберто. — А это Элисон Баррет?
Аля наклонила голову.
— Да, дядя Риберто.
— Вот, правильно, привыкайте.
— Робину тоже привыкать? — невинным тоном уточнила Лисси. — А то мы пожениться собираемся?
— Не успел дочь получить, а уже замуж выдавать, — вздохнул Риберто. — Ладно, разберёмся потихоньку. А сейчас прошу всех в гостиную. Рена Астрид тут пирог с белыми грибами печет, запах такой, что сил никаких нет.
Пахло и правда так, что во дворе чувствовалось, так что возражать никто не стал. Рена Астрид ждала в гостиной, заваривала чай. Ларисия вспомнила тот 'камуфляжный' чаек, которым ее встретила рена Шафф в первый раз, и улыбнулась уголками губ.
Рена Шафф так всех встречала, проверяла на совместимость. Если бы девушка тогда начала кривиться, корчить рожи, фыркать, ее бы вмиг с порога развернули. Значит — невоспитанная, или просто хамка, или слишком резкая... не нужно рене такое дома. А она вела себя вежливо, вот и прошла отбор. Так-то готовить рена отлично умеет, а теперь и Лисси учится.
— Я помогу, — шагнула она к кухне, но Астрид покачала головой, чуть не силой пихнула Лисси на диванчик, и подсунула ей громадную чашку чая и вазочку с медом.
— Пей. Я же вижу, глаза ввалились. И расскажешь сейчас, где, что и как, хорошо?
— Лучше — с самого начала, — посоветовал Риберто.
Ларисия сделала глоток чая, и даже глаза прикрыла от удовольствия. Как же хорошо!
— Началось все это, когда убили рену Ламарр. Я ее и нашла, и маленький клочок бумаги в ее руке. Ерунда, конечно, но я предположила, что убийство было совершено ради похищения дневников Штромберга. Но зачем они кому-то понадобились? Странно...
Я предположила, что Леон мог совершить еще какое-то открытие, о котором и написал. Для этого мы нанесли визит в усадьбу Ланнов, для проверки моей гипотезы. Я почти сразу поняла, что она оказалась несостоятельной, Леон не был ученым. Он был человеком, которому повезло. Даже Повезло с большой буквы, и всю жизнь он пользовался плодами этого везения. Сделать открытие он не мог, но что тогда? Я выслушала историю семьи Штромберга, и меня кое-что насторожило. Леон не вел себя, как маг. Он был магом, но вел себя, как обычный человек. Потом пожар в усадьбе Штромбергов, довернцы, который вылезли невесть откуда, пожар в столице, о котором поведал Дамиан, убийство Свелена — все складывалось один к одному. В деле были замешаны довернцы, они явно хотели что-то найти или скрыть, но довернцам же не нужна магия! Они к ней не способны! Вообще!
— И что вы предположили?
— Самое невероятное, — сделала еще один глоток чая Ларисия. И отправила в рот ложку меда, прикрыв глаза от удовольствия. — У нас есть маг, который ведет себя, как обычный человек, есть погибающие родные этого мага, есть пропадающие дневники и сильно заинтересованные довернцы. Так может быть, Леон и не был магом? Он просто обрел магию? Там, в горах?
— Это невозможно.
— Я тоже так думала, дядя Риберто, — с удовольствием воспользовалась разрешением Ларисия. А вот! — Но когда Дамиан попробовал допросить духов умерших... вот готова поспорить, если бы мы допросили учителя Леона, он бы сказал, что никакой магии у его ученика и рядом не было! И близко! Мы тогда не подумали, это уж потом я сообразила. Но если принять эту гипотезу, все остальное становилось допустимо. Именно ради магии довернцы пойдут на все.
— На убийство меня, королевы, возможно, Базиля... да, вполне вероятно, — согласился Риберто. — До Дамиана не добрались, тут сыграла против них его мобильность. Он сегодня тут, завтра там, поди, догони!
Ларисия кивнула.
— Вполне вероятно. Нет короля — и в государстве смута, и под шумок они откусывают кусок гор.
— Нет принца, и я впадаю в депрессию, и меня проще убить, — согласился Риберто. Элина прижалась к нему покрепче.
— Ну уж — нет! Никаких убийств!
— Обещаю, любимая.
— Я понимала, — вернулась к важному Ларисия, — мое предположение легко могло оказаться ошибочным, но... другие варианты были еще более неправдоподобны. Леон что-то нашел? И теперь это что-то ищут довернцы? Но если бы это было так, Леон бы рассказал. Или забрал свое найденное... про леоний-то он не утаил! Он хотел что-то оставить для себя и забрать потом? С женой и маленьким ребенком? Нет, вряд ли... я отметала предположения одно за другим. Коты рассказали мне, как довернцы обследуют старую шахту...
