И естественно, Елена отказалась от такой с позволения сказать работы. Порна она им, что ли? Так ведь ещё и отстали не сразу. Ты же эллинка, язычница тайная, и все об этом знают. Наверняка ведь и в разнузданных Дионисиях с мамашей участвовала. Ну так и чего тогда строишь из себя "не такую"? Ведь хорошие же деньги зарабатывать будешь, если за ум возьмёшься. Ладно бы ещё христианка была ревностная, грехов страшащаяся, а тебе-то что? Убудет от тебя, что ли?
Ближе к концу этой зимы она согласилась на работу в обычной таверне, но не в обслуживании посетителей, а на кухне. Роман там же помогал разгружать припасы с телег и грузить пустую тару, и это помогло им продержаться до весны. Весной, когда и шторма стали реже, рыбаки возобновили промысел, а там уже и первые купцы начали свои первые торговые рейсы. И у рыбаков удавалось работу найти, и у купцов на погрузке и разгрузке. Стало легче, но тут заболела одна из служанок в зале таверны, и Елене пришлось работать вместо неё. Практически сразу же начались домогательства посетителей по вечерам. Она отбрыкивалась, кое-кому из непонятливых и кувшином нос расквасила. Вроде бы, отстали от неё, но тут хозяйка начала пилить. Ты работать и зарабатывать хочешь? Ну так тогда и будь с посетителями поласковее, особенно с постоянными, а со щедрыми и поподатливее. Все так живут, а ты что, особенная? Намёк был прозрачен, и с этой хозяйкой ей пришлось расстаться, как только нашла работу в другой таверне. Но служанки, обслуживавшие зал с посетителями, болели и там, и она не раз жалела, что не болеет сама.
На этом моменте Марул довольно долго расспрашивал о чём-то по-гречески и Елену, и Романа, после чего пояснил Махно, что интересовался их здоровьем, родителей, пока были живы, ну и прочей родни по обеим их родительским линиям. Порода по меркам дикарей очень неплохая, и лучшей среди них найти даже при целенаправленном поиске не так-то легко. Он ведь правильно понимает желание запорожцев научить их своему языку и получить в лице этих молодых херсонитов на следующий год хороших переводчиков на греческий? На его взгляд, если проверка их слова подтвердит, то лучших и искать не надо. Работа работой, но ведь это же ещё и пополнение для их анклава. Невеста для кого-то из их парней и жених для какой-то из их девок. Именно эти — самые высококачественные из реально для запорожцев доступных. Запорожцы принялись обсуждать кандидатуры среди сограждан, ради шутки предлагая рассмотреть и заведомо никудышных, отчего компания хохотала, схватившись за животы.
Брат с сестрой занервничали было от их смеха и затараторили что-то, но Марул успокоил их, ответив тоже по-гречески — типа, нормально всё, люди о своём шутят. Потом ещё что-то для них добавил и перевёл для запорожцев, что встревожены они, одобрят ли их при таких их жизненных обстоятельствах, а он сказал им, что пока их попрекнуть ещё нечем, а похвалить — уже есть за что, и если при проверке всё подтвердится, и не всплывёт ничего неприемлемого, то он и сам будет советовать принять их. А то, что обстоятельства у них не самые респектабельные — это уж, какая жизнь, такие и обстоятельства. Главное — как они сами себя в этих обстоятельствах ведут, а к этому претензий пока никаких. Махно кивком подтвердил своё полное согласие со словами атланта, и парень с девкой ощутимо повеселели. Видно, крепко припекло их, раз готовы кинуться с головой в неизвестность.
Так оно и оказалось. И на новом месте работы Елена столкнулась с такими же проблемами, как и на прежнем. Только там ещё и Роман часто бывал поблизости и мог за неё вступиться, а если ему своих сил на это не хватало, так с друзьями особо назойливого охальника подстеречь. Теперь же, когда у него снова пошла работа у рыбаков и в порту, и с этим тоже стало труднее. Хорошо, если успел освободиться ко времени ужина в таверне, когда и домогаются чаще всего, а если нет? Поэтому и нанималась Елена работать только на кухне, а не в зале, дабы не мелькать перед посетителями. Но куда деваться, когда надо подменить заболевшую работницу зала? Трезвым или хотя бы не сильно выпившим и её неприступного вида хватало, но за ужином, после тяжёлого рабочего дня, трудовой народ расслабляется, и многие выпивают больше разумной меры. Как там Роман шутил про ту давешнюю порну, на которую заглядывался? Что не выпил столько, чтобы любая лахудра красавицей показалась? Елена и так-то, на абсолютно трезвый взгляд далеко не лахудра, а уж с пьяных-то глаз, да при привычке к податливости служанок в зале — в общем, в конце концов нарвалась на не в меру напористого, которого пришлось полным кувшином вина по башке отоварить. Убить — не убила, крепким у него оказался череп, зато оглушила его добротно, даже сам кувшин расколов. И вино было не из дешёвых, и за жизнь рухнувшего замертво посетителя хозяин перепугался, на чём и кончилась её работа и в том заведении.
Случилось это в прошлом месяце, и после этого Елену уже ни в какие таверны никто больше на работу не брал. Все служанки, как служанки, и проблем с ними никаких, разве только приболеет какая или до беременности доиграется, но это нормально на такой работе. А эта — ненормальная какая-то, того и гляди, неприятностей с ней не оберёшься, а кому нужен источник неприятностей? Уж точно не хозяевам таверн. Вино было привозное из столицы, по херсонесским меркам дорогое, так что и не совсем уж забулдыгой был этот охальник, которого она чуть не убила. Слава богу, всё-таки простолюдин, поскольку ведь ещё и умом после этого удара тронулся, а если бы, не дай бог, не из простых оказался? Ну, в первую-то очередь, конечно, не поздоровилось бы после этого ей самой, но во вторую — досталось бы и владельцу заведения, который в подобных случаях без вины виноватый. И кому охота рисковать оказаться в таком положении из-за какой-то служанки, да ещё ведь и неблагонадёжной? Говорят, тайная язычница, а это ведь чревато неприятностями ещё и со стороны церкви. Кирие элейсон!
Олег поинтересовался, каков же был тот кувшин, которым она охреначила того придурка, и Елена, выслушав перевод, ответила ему, что обыкновенный конгий, в котором шесть секстариев. И указала стоящий на столе кувшин с вином — вот такой. Визуально три литра с небольшим. Спасибо хоть, тонкостенный, иначе наверняка оказался бы покрепче черепушки охреначенного. Но и пустой-то весит наверняка не меньше пары килограммов, плюс три килограмма содержимого — пять с лишним кило, если был полным. Ну, нехилая девка, хоть и не коровьего телосложения! Знал бы, что на такое способна — остановил бы на тридцати шагах, а на двадцати дал бы предупредительный выстрел в воздух! По смеху запорожцев греки поняли, что это шутка, и тоже посмеялись, когда Марул перевёл им.
Но тогда-то им было, конечно, не до смеха. Случайная надомная работа давала гроши. Пока весна и лето, рыбачий и торговый сезон, у Романа работа есть, а на что жить предстоящими осенью и зимой? В прошлые-то у них были ещё оставшиеся от родителей семейные сбережения, которые их и выручили, но теперь от них уже мало что оставалось. А за дом — заплати, сколько положено, и никого ведь не волнует, где ты возьмёшь на это деньги. И одёжка снашивается, а она ведь вся из привозных тканей шьётся. Недорогих по меркам Константинополя, но здесь-то — Херсонес, и заработки в нём херсонесские. Масло для светильников, опять же, привозное из-за моря, и цены не него — соответствующие. На еду только местную местные и цены, но кто знает, каким выдастся урожай в этом году, и сколько хлеба затребует от Херсонеса прожорливая столица?
И на их памяти случались такие невезучие годы, когда и местный урожай мал, и Константинополь требует намного больше обычного, выгребая херсонесские закрома, и тогда местные цены на хлеб вырастают и в разы, перехлёстывая сдерживаемые властями столичные. Если нормальный год выдастся с нормальным урожаем и нормальной ценой на хлеб, то переживут они и предстоящие осень, зиму и весну, а вот если такой, с низким урожаем и дорогим хлебом — плохи тогда будут их дела, очень плохи. Чем питаться, если хлеб станет дороже копчёной, солёной или вяленой рыбы? А запастись на всякий случай, пока он дешёвый — не на что. Как тут заработаешь на создание запасов, когда никто тебя на постоянную работу не берёт как неблагонадёжную и проблемную? А кончится сезон, и перестанут выходить в море рыбаки с купцами — у Романа ведь тоже регулярной работы не будет. Знают уже по прошедшим осени и зиме.
Так-то, в тёплый и бесштормовой сезон, чтобы в Херсонесе голодать, это надо совсем уж беспомощным быть. Или пьянью, пропивающей всё. Тех же бычков наловить в море — это ради большого улова на продажу нужно на рыбацкой лодке подальше от берега отплывать, а если твоя цель просто наесться досыта, то наловишь вполне достаточно и на мелководье у самого берега. В детстве они так бычков и ловили ради развлечения — в море по шею зайдут с маленькой сетью, растянут её во всю длину, постоят так с ней несколько минут, чтобы вспугнутая рыба успокоилась, да и потянут сеть аккуратно к берегу, и редко когда хотя бы пару-тройку бычков не поймаешь. Следующий заход надо уже, конечно, не там же делать, а в другом месте, но побережье длинное, и подходящих мест много. Крабов при случае тоже ловили, хоть и реже они попадались, только один раз и наловили полную корзину, насытившись одними только ими — вкусные, но больше такого везения не было. А уж бычков корзину не наловить, не почистить, да на костре не поджарить — это совсем уж невезучим должен выдаться день. Налопаешься их досыта, домой вернёшься, и есть не хочется, а мать ругается — для кого она тогда, спрашивается, ужин готовила? Счастливое беззаботное детство, о котором теперь вспоминалось с тоской.
Когда пришло Елене в голову этот детский опыт вспомнить, Роман сперва был против категорически. Ему — некогда, у него работа с рыбаками и купцами, а ей — сдурела, что ли? Не шмакодявка ведь уже мелкая, формы и под туникой выпирают такие, что руки у охальников сами к ним тянутся, а она нагишом с мальчишками в море лезть собралась! Но когда обсудили, сестра убедила брата. Она ведь не со сверстниками этим займётся, а с подростками, которые и не решатся ни на что лишнее, зато ради удовольствия попялиться на неё голую с готовностью компанию ей составят, только свистни. А с их погляда от неё разве убудет? Зато, питаясь хотя бы через день её уловом, они сэкономят больше денег из его сезонного заработка — к осеннему урожаю как раз хватит на то, чтобы запасти хлеб на зиму и весну, пока он дёшев. Если и подорожает потом, их это уже не затронет.
Хоть и не нравилась Роману эта затея, деваться им всё равно было некуда. Где и как заработать больше, чтобы хватило на подстраховочные зимние запасы? А раз нельзя увеличить доходы, остаётся только сократить расходы, и задумка сестры как раз и давала им такую возможность. Вспомнилось к слову и то отцовское определение порядочности, и та элитная таверна для "золотой молодёжи", где ей предлагали танцевать с раздеванием. И ведь обдумывала же всерьёз, и согласилась бы, если бы была уверена, что только этим всё и ограничится. А раз она согласна была в принципе раздеваться там, исполняя перед посетителями заведомо непристойные танцы, то чего уж тогда от раздевания по делу при ловле тех же бычков нос воротить? Нормально всё это пройдёт с подростками, а заодно и это предстоящее межсезонье переживут нормально.
И ведь так оно и вышло на деле. Пацанва на пару-тройку лет младше Елены и не думала давать волю рукам. Нет, мечтала-то наверняка, но попытаться осуществить на практике — не осмеливалась. Зато пялилась-то на её соблазнительные выпуклости во все глаза, так что в добровольных помощниках на рыбалке недостатка не было. Стоило ей с корзиной показаться на ведущей к скалистому берегу тропе, как мигом собиралась с ней компания сопровождающей пацанвы, сразу же находилась у них и сеть для ловли бычков, и трезубец с ещё одной корзиной для ловли крабов, и ножи для чистки рыбы, и котелок, и топорик для дров, и кремень с огнивом для костра.
Энтузиазм мальчишек был таким, что наловленных бычков хватало и наесться самим, и Елене отнести домой — уже очищенных, выпотрошенных и пожаренных, чтобы досыта накормить и Романа. Конечно, они приедались, но если не каждый день их есть, а через день, то выходило вполне сносно. Изредка ещё крабами или мидиями это бычковое меню разнообразили, когда их накапливадось уже достаточно в амфоре с морской водой. А пацанва, обсуждая внешние достоинства Елены между собой внутри своей компании, старательно держала язык за зубами вне её. Все понимали, что в случае огласки эта лафа прекратится раз и навсегда, да ещё и влетит им всем, и такого исхода не хотелось никому. В результате подкормка дарами моря, а значит, и экономия заработков Романа, выходила регулярной, и ближе к концу мая медных фоллисов накопилось достаточно на заполнение зерном пяти амфор из предназначенного для этого десятка, имеющегося в доме. Родители тоже ведь предусмотрительностью отличались и всегда держали дома запас зерна на зиму, страхующий семью от резких подорожаний хлеба.
Стандартная амфора — три модия, пять амфор — пятнадцать модиев, а на месяц взрослому мужику, занятому тяжёлой физической работой, достаточно пяти модиев. Если питаться не одними только хлебом, да кашей, то хватит им этих пяти модиев и на двоих, и значит, есть уже на что купить трёхмесячный запас зерна. Если так пойдёт дело и дальше, дайте-то боги, то к началу июля, как раз к урожаю озимых, хватит денег и на весь десяток амфор, то есть на полугодовой запас. Роман молил Посейдона о богатых уловах, а Елена — Деметру о богатом урожае озимых, чтобы и денег у них скопилось побольше, и хлеб был подешевле. Об этом только и болели у них головы к концу мая. Нет, мечталось-то много о чём, но планировать исполнение такой мечты всерьёз — ага, если хочешь насмешить богов, поведай им о своих планах.
О том, что где-то на Борисфене вдруг появился какой-то каменный город, слух как раз тогда и прошёл, принесённый русами-дромитами из его лимана. Но мало ли, чего эти морские бродяги наговорят? Откуда у каких-то варваров взяться настоящим каменным городам, когда даже хазарские крепости вроде Саркела строились ими только с помощью ромеев? А атланты Борисфеном никогда не интересовались. В начале июня русов-куявов в город нелёгкая принесла, чего раньше не случалось, а они и подтвердили слух о каменном городе, и нажаловались на его обитателей — разбойники, пробы негде ставить. Да ещё ведь и громовое оружие имеют, как и атланты, и как тут против таких устоять? На их караван напали, разгромили и разграбили, только они вот и уцелели. Но мало ли, чего насочиняют и эти русы-куявы? Всем ведь прекрасно известно, что во всём мире громовое оружие есть только у атлантов, а у них — порядок, при котором не забалуешь. Да и какое дело Роману и Елене до того, что там на самом деле творится у варваров на Борисфене? Где Херсонес, а где этот варварский Борисфен?
Прибытие запорожцев было, конечно, интересным событием, но вид их слухам настолько соответствовал, что проверять их как-то не хотелось. Да и что запорожцы? Как приплыли, так и уплывут, а у брата с сестрой здесь своих проблем хватает. И не сунулись бы к ним, если бы позавчера самих не припекло. Как раз очередная рыбалка с компанией мальчишек у Елены была, но в тот день к ним прибился ещё старший брат одного из них, примерно одного с ней возраста. Да ещё и вина принёс — день рождения у него, отчего бы и не выпить по такому поводу? А выпив, вздумал к ней приставать. Ты же наготы своей не стесняешься, и давно уже, с самого детства с мальчишками голой купаешься, да ещё ведь и тайная язычница, и все об этом знают. Ну так и чего тогда недотрогу из себя строишь? В дионисиях непотребных тоже участвовала же наверняка. И в тавернах же работала? А кто не знает, что все служанки в тавернах — прожжённые порны? Вроде бы, отстал он от неё, когда отшила, но выпив ещё, снова полез, уже напористее, рукам волю давая, и видно по нему, что ограничиваться этим не намерен. Елена яростно отбивалась и вырывалась, но он был сильнее и намеревался изнасиловать её прямо в воде. Нащупав ногой камень на дне, она резко нагнулась, схватила его рукой и им звезданула охальника по его дурной башке. Убить — не убила, но ему стало катастрофически не до неё.
