— Конечно буду! — она сцепила пальцы и аж засияла, — а названной папой кто?
— Вот, он, — Карна ткнула пальцем в Шницеля и сурово оглядела сидящих за столом, — а все остальные, если хоть кому мявкнете без спроса, прибью! — она потрясла могучим кулаком.
— Это типа крёстного? — спросил киборг.
— Это не «типа крёстного,» — передразнила Вальмира, — это мы с тобой теперь часть их семьи, как сёстры, если не ближе. Цени, малолетка.
— Ценю, — подтвердил ошарашенный ктулхуист.
— Да заткнитесь оба и идите сюда.
Эти встала, задрала футболку, положила руки новых родственников себе на низ живота и задала матроне ритуальный вопрос: «обещаешь защищать, заботиться и тискать?» после согласия Миры той же процедуре подвергся и киборг. Этот очень древний ритуал никогда не был вычурным или помпезным — матери выбирали «названными» для своих дочек только тех, кому можно безоговорочно подставить спину. А с такими друзьями торжественность и в лазурь не впилась.
Завтрак подходил к концу. Тали заметила, что Алекс что-то беззвучно шепчет и выписывает пальцем непонятные литеры. Наконец он нахмурился и приподнял зад со стула.
— Ты куда? — спросила его кварианка.
— В номер, хочу на ордене кое-что посмотреть... — рассеяно ответил Щитт.
— Можешь не идти, — придержала его старшая Т’Сони, — там оно самое написано.
— Ну, вы... троллихи, — рыцарь-папа захохотал и обнял матриархов за плечи, — спасибо!
* * *
Сама свадьба пролетела на одном дыхании, словно в полусне . Вершина горы Якуши, на которую опустился аэро-лимузин. Тёмно-синии тоги на всех четверых. Красная тога на Этите и золотая раскраска на её лице. Весенний дубак на высоте почти трёх километров. Фразы на клановом диалекте, который «со скрипом» берёт Винт-переводчик. Грозный вопрос, «согласна ли ты держать интересы семьи и клана превыше прочих и обещаешь ли послушание столпу семьи Теле Вазир?» И последовавшее неуверенное от Кона, «а последнее обязательно?» На этом моменте в ритуале пришлось взять паузу, пока все присутствовавшие не закончили ржать, как укуреные лошади. Тёплый салон машины, в который все буквально забежали после церемонии, кроме, разве что, Щитта, которому холод был до биореактора. Первой остановкой был не ресторан отеля, который сняли для празднования, а... космопорт.
— Точно остаться не можете? — уточнил Щитт.
— Помнишь, мне пить нельзя? — улыбнулась Этита, — тем более Крылышку кровь из носа надо успеть на конференцию. И, к тому же, мы за Наллой присмотрим, — она погладила малышку по фестонам, — пусть Арбуз с вами развеется. А то с виду уже матрона, но не жила совсем. Оторвись там, девочка, за нас троих — улыбнулась она.
Бенезия хотела было добавить, но передумала — это к Шиале она испытывала чувство вины, а хтоника пока что баловать было не за что. Хватало и того, что благодаря внешности, матриарх воспринимала синту пилота фрегата чуть ли не дочерью.
Друзья обнялись и распрощались. Лиара с матриархами и дочерью Ростка на Илиум. Зелена, Леший и Заид — на задание, после остановки в Нос Астра. Кона сильно расстроилась было, но оказалось, что аватаркой можно управлять и из глубокого космоса, через квантовый коммуникатор на Секвойе что тоже сейчас стояла в космопорту. Так что расстроился Дубянский, которому предстояли отношения с Машей Кулачковой. Идея договориться с Мясоведом на новую куклу для синты не прокатила, так как на её место рациональнее было взять дополнительного абордажника. А вот Вальмира, наоборот, осталась погулять ещё денёк на свадьбе ученика и «присмотреть за ученицей,» коей была Жаклин. Зиро уже мало напоминала тюремную оторву, которой была меньше года назад — сказывались и уроки профессора Мендельсона, и монастырские наставления (иногда биотикой по заднице), и, как ни странно, пример Лем. При всей своей вредности, кварианка была прилежной ученицей, да и матюгалась сравнительно мало. Даже причёску Джек себе скопировала с подружки, не став отращивать волосы подлиннее.
В Гараку уже ждали. Конечно же кроганы, целых трое. Чарр, свой в доску парень, по уши влюблённый в асари, что тоже осталась на празднование второй свадьбы. Рекс, то есть, простите, «Рэкс,» если верить Тучанскому паспорту. И иже с ним его шаман-собутыльник, который отказался пропустить попойку и торчать на родине в компании куклы. Салар, ударившийся в ксенофилию. Судя по довольной рожице прижимавшейся к нему японки не слишком тяжёлого поведения, ночной эксперимент прошёл удачно, и участники были не против его периодически повторять. В противном случае, вивисектор легко нашёл бы чем (не смертельно) травануть Саори. Гаррус может и хотел бы отмазаться, но дружба с Тали и Шницелем перевесила чувство долга. Пару он себе не приглядел, да и не нужно ему это было. Лика, внезапно, с Хапсиэлем, временно исполняющим обязанности её пары. Последнего все старались сторониться и благодарили различных божеств, что сегодня ангел любви домогается не до них. Айко, пилот корвета. Асари осталась не при у дел, так как Стас с Норико улетели на медовый месяц в каюте первого класса на одном из лайнеров Илиум Галактика. В компанию к ней прилагался какой-то американец, будущий пилот флаерации, чувствовавший себя очень, очень не в своей тарелке. Троцкий, Лев Давыдович, приглядывал за телом своей дочери, Зелены Львовны, пока она не пройдёт через масс реле и не передаст контроль над фрегатом Лешему. Аная, после отлёта Заида вновь впавшая в лёгкую депрессию. Касуми и Кейджи, на радостях от горы счастья, которую возвращение сына недавно вывалило на престарелых родителей.
А после шампанского и стопарика турианского брэнди, празднование вообще превратилось в череду несвязных обрывков.
«Эй, косой не наливать!»
Вазир, отжигающая какой-то асарийский танец под тяжёлый рок и не отстающая от неё Вальмира.
Два крогана, водружающие на стол пятидесятилитровый, а то и больше, металлический бочонок. «Это из женского клана!»
Троцкий, воровато оглядывающийся и украдкой прикладывающий какой-то прибор к голове.
Лемка, рвущаяся куда ей совсем не следует. «Дура! Это же линкор, тьфу! ринкол!» «Поздно уже, налейте и мне тогда попробовать.» Жидкое пламя продирающееся через глотку в желудок.
Тощая асари, практически голяком отплясывающая на горбах у кроганов.
Два синтетика то стукающиеся лбами, то прикладывающие к ним таинственный девайс. «Ты меня уважаешь?» «Уважаю, а ты меня?» «Уважаю!» Так я же п.дарас!" «Ты — уважаемый п.дарас!»
Вкрадчивый рокот, «Малыш, тебя ведь тоже достало быть администратором? Весь фан проходит мимо тебя...»
Запинающийся голос «...ки, меня с собой не взяли! Пресляшь! Ограбление тысячелетия!» «ГДЕ?!»
«...тоже чо-нить сп.здим! Троцкий! Где шо плохо лежит, а?»
Тела забрала гитару и выдаёт дикое металлическое соло, а на барабанах Вальмира устраивает какофонию.
Лиара в засос целуется с Косой... ан нет, это Зелена.
Джек дерёт горло под музыку и изрыгает батарскую матершину, притворяющуюся песней.
«Значит так, Гайка,» шатающийся кроган докапывается до малознакомой асари, «пох.й, пусть будет Айка. Ты не гунди, слушай стратегическую деградацию. Дефекацию? Нет, не то. Депозицию? Да нас.ать. Короче, все батары — м.даки и далба.ппы!»
Плачущий певец. «Какие теперь песни? Жених микрофон на спор сожрал!»
Кона декламирует на сцене:
«Живу с асари.
Роли перемешались.
Дай нейропенис!»
Саларианец, сосредоточенно что-то (Тали надеется, что не «кого-то») препарирующий на столе.
Глоток свежего воздуха и снова запах потных кроганских подмышек.
Рокот космодрома. Перекрывающий его рык, «не с.ы! Них.я не закончился. Ещё литров сто на борту.»
«Гаррус, не гунди, ё.ни ещё стакан, дизтопливо не хиральное.»
«Мир и любовь!»
Грохот.
Сполохи.
Батарский мат.
Долгожданное забвение.
* * *
Здравствуйте дорогие друзья и галакты! Я снова в строю, трезв, здоров и готов дать вам ответы на терзающие ум, и ваш и мои, вопросы. Для начала успокою всех, кто волнуется о состоянии юного Лаеля. С ним всё хорошо. Он раскрыл свои сексуальные горизонты и получил справку об успешно пройденном курсе терапии, а так же бесплатный абонемент в лучший О-ро-ро клуб Нос Астра. Вдогонку вопрос от Эвге’Дава вас Раннох, «Почему вас называют не называемым? Ангелом какого бога вы являетесь? Как искин может в принципе напиться?» Так как Хапсиэль на данный момент вне досягаемости, отвечу я. Первое — суеверие. Он является далеко не всем, а только симпатичным мальчикам и, изредка, нехорошим девочкам. Второе — никакого, то, что бога нет, объективно доказал ещё Троцкий. Третье... если вам действительно нужен ответ, то советую начать с курса по процессорной литографии, затем получить магистра по физике экзотических частиц, а так как вы примерно знакомы с основами троичного программирования, остальное я вам расскажу за серией семинаров. Думаю, месяца в три уложимся. Следующий вопрос от Пер’Мера вас Акра, «Последователи Омниссии у вас есть, а последователи Элиш Норн? Когда проснется Ктулху?» Хотите путёвку на астероид New New Phyrexia, родину Скайнета? От Тиккуна не так уж и далеко. А затем можете слетать на Илиум, гдя Мясовед в клинике Патогеныча сделает вам апгрейд до полного compleat-а. Ваш второй вопрос я переадресую Тормозу, но он сейчас тоже вне досягаемости, так что ответа придётся подождать. Анонимный вопрос, да ну! «Правда ли что во время вашего пьяного загула, вас видели с Хапсиэлем?» Хм, я ничего не помню, значит ничего не было. А вам стоит лучше прятаться, VPN со спуфером на Раннохе, это даже не смешно. Не путайте линкор с копирастом. И вопрос от Даро’Зен вас Горыныч... Так, это я озвучивать не буду. Это личное.
Глава Десятая. В которой есть грабёж, но нет совести.
Глава Десятая. В которой есть грабёж, но нет совести.
Апрель 2184
«Na-fu-ya» попробовал японец чужой язык на вкус, «Нафуя,» уже более уверенно повторил он, тем более, что в японском кана フ (это на катакане, в хирагане она пишется как ふ), «фу,» звучит не так уж и далеко от «ху,» да и группируется вместе с ха, хи, хе и хо. С тем же английским fuck оябуна ждал бы облом, в лучшем случая удалось бы произнести ハック, «хакку.» Одному из его кобунов пришла в голову идея пробить по гостей на недавней свадьбе сестрички не только по открытым базам, но и приплатить инфоброкерам, чтобы получить более полную картину... После чего уже слегка седоватый Сато-сан чуть не побелел к ёкаям.
Альянсовская военщина, ну да ладно с ней — то, что женишок отставной генерал новостью не являлось. Да и, наоборот, престижно. Но как вам самый могущественный из клановых вождей Тучанки? Представьте себе, что к вам просто так приперся пусть не президент САСШ, но как минимум премьер Японии. Инкогнито. Улыбчивый и слегка похожий на «быка» унтер, на поверку оказался магнатом-миллиардером, одним из совладельцев целой звёздной системы в Траверсе. И это он год назад торговался за ср.ный индустриальный фабрикатор. Юморист гр.баный. С заметкой для любителей порыться в документах «не лезь, хуже будет,» в армейских архивах. После этих кадров, «отставная» адмирал Кочующего Флота даже икания не вызывала. А на десерт — асари. По возрастающей: известная на всю галактику мастерица ихнего бушидо с похожим на японское названием. Самая богатая матриарх Илиума. Тоже, кстати, совладелица космической недвижимости. Но это всё х.рня. Босс якудзы реально чуть не обос.ался, когда узнал, что соска, трясшая задницей на танцплощадке с мико-куноичи — никто иная, как Голос Совета Ирисса. Самая, кусо, крупная шишка всей ё.аной во все дыры галактики, была на свадьбе его сестры. Инкогнито. Даже хвастаться страшно и, пожалуй, лучше не стоит.
«Нафуя,» в который раз сказал под нос себе японец. Ведь на следующий день кодла галактов, праздновавшая ещё одну свадьбу (на этот раз мутного родственника жениха) в куда более компактном коллективе, стадом диких кабанов ломанулась в космопорт прямо из ресторана. Был бы конфуз, но буквально через пять минут какой-то обдолбанный культист из Акихабары, через слово хвалящий Омниссию, привёз на своем, не иначе как божественным чудом держащимся в воздухе, тарантасе невзрачно выглядящего волуса, который тут же оплатил счета за попойку и гостиничные номера.
Ясно было одно — пора покупать билеты для ответного визита на Илиум, а так же хорошенько подумать, кому и что занести в подарок.
* * *
— ...старого, больного...
— Еврея? — закончил предложение Портос.
Был он французом, но не из метрополии, а каких-то тихоокеанских е.еней, на что очень толсто намекали и его смуглая кожа, и полинезийские черты лица вокруг характерно французского, с горбинкой «aquilin» носа, и отожранная ср.ка прирождённого сумоиста. Последнее, правда, для киборгов — а иных среди абордажников не было, проблемой не являлось, так как место жира заменяли полезные вставки типа добавочных синт-мышц, брони или аккумуляторов. Всю свою военную карьеру он оттарабанил сначала рядовым парашютистом, а затем унтером (sous-officier) в Иностранном Легионе (хоть и имел изначально подданство Евросоюза). Под конец он дослужился до adjudant-chef, а затем до полкового major. Затем пенсия... жаркая ночь с асари и вторая молодость в рядах Тёмной Стороны через программу «Звёздной Груши.»
Бойцы сидели уже как минимум час, набившись, словно сардины, в ангар фрегата. К счастью система рециркуляции справлялась и воздух даже потом пока не пропах. А ведь такое же столпотворение происходило буквально в каждой каюте и коридоре корабля.
— Scheiße! — выругался седой мужик с моложавым, не выглядящим даже на тридцать лицом, — вот почему каждый м.дак думает, что раз фамилия Кляйн, то сразу еврей? У меня, между прочим, целый выводок предков в Вермахте служил, и ещё столько же в Родезии и ЮАР негров гоняли.
— У тибя какие-то притензии к неграм? — поинтересовалась абсолютно лысая туша, вымахавшая хорошо за два метра, лениво поигрывавшая стволом гранатомёта.
— Ещё какие! — подтвердил потомственный фашист, — у вас, скотов, огромные херы, на которые кидаются все белокурые фройляйн, а мне, со своими четырнадцатью сантиметрами, всю жизнь приходилось или дроч.ть, или тратиться на бл.дей!
— И не поспоришь же. — хмыкнул афрогалакт и вернулся к своим делам.
