Товарищ Гроза (Книга шестая)

 Самой неожиданной для меня была Аэлита. Да, та самая марсианка с тремя сиськами, которую я не знал по имени и фамилии. К счастью, в списках значилось, чем и кто знаменит и в каких фильмах снимался. Так что Гитлер никуда не денется, а привезёт мне её в Касабланку. Остальных тоже привезёт.

 Правда, вдруг выяснилось, что Александра Перегонец — не совсем Аэлита, а её служанка. А настоящая Аэлита, Юлия Солнцева, в это время находится в Москве. Я всего лишь пожал плечами и сказал, чтобы привезли и её тоже. Тем более что списки именно советских знаменитостей я был готов передать напрямую, без озвучивания в прямом эфире. Да и это действительно проще.

 На самом деле у меня их и так уже было много, этих самых знаменитостей. Маргарита Орлова в Ленинграде постаралась — чуть ли не весь пространственный карман мне бомондом забила. Понятно, шучу, но шутка отражает масштаб. Однако знаменитости живут не только в Ленинграде, но и в Москве, да и по всей стране тоже. И некоторых из них я хотел повстречать. Предполагалась совсем немаленькая коллекция уникальных встреч.

 Только не всех их хотели отправлять куда-то в Касабланку. Мне даже предложили встретиться тут, в СССР, если уж очень надо. А вот когда я попросил позвать самого главного пропагандиста советской власти, почему-то вообще удивились.

 Самое забавное, этот пропагандист сам себя как раз считает антисоветчиком и прямо об этом даже Сталину заявлял. И не побоялся же! Только товарищ Сталин противоположного мнения и считает главным пропагандистом советской власти как раз самого Булгакова. А поскольку я Булгакова читал, склонен согласиться именно со Сталиным, а не с самим Булгаковым.

 Если взять две его самые известные вещи, 'Мастера и Маргариту' и 'Собачье сердце', то там вообще нет положительных героев. Все плохие! Однако читатель к этому не привык и пытается выбрать из злодеев того, кто лично ему ближе.

 Если подумать, профессор Преображенский — практически типичный сумасшедший учёный из западного кино. Только мир завоёвывать ему лень. Предпочитает обслуживать всяких извращенцев и пед*филов (в плохом смысле этого слова). Оно и понятно: с них денег можно поиметь куда больше.

 А положительный герой там всё-таки есть — советская власть. С чертовщиной в Москве борются не попы с крестами, а чекисты с маузерами. И с написанным Мастером Евангелием от Сатаны — тоже не церковь, а советские чиновники от литературы.

 Однако Сталин главной пропагандой советской власти назвал всё-таки не эти книги, а 'Дни Турбиных' — взгляд на Гражданскую войну с другой стороны. Белые там показаны хорошими, честными и достойными людьми — которые всё равно проиграли — и это исторический факт. А значит, мы, которые выиграли, были лучше, умнее, честнее, добрее, и это тоже исторический факт.

 Если вспомнить советские фильмы про войну, то немцы там были однозначно отрицательными персонажами, но жалкими их никогда не изображали. Это был достойный враг, которого мы победили, потому что были ещё более достойными. А если посмотреть на современные западные фильмы — как там изображают Россию и русских? Почти всегда мы жалкие или в лучшем случае карикатурно смешные. В плохом смысле смешные. Извините, господа, но если вы всегда нам проигрываете, то насколько же жалкие и смешные вы сами?

 В любом случае Булгакова мне в Касабланку никто отправлять не собирался. И когда мне озвучили настоящую причину, то я почувствовал себя довольно глупо. Библиотекарь пятого уровня, видите ли. А ещё путешественник во времени. Вот Ворошилов и предложил слетать хотя бы в сороковой год, потому что тогда Булгаков был ещё жив. И чего они мне голову морочили? Или проверяли достоверность уже моей информации?

 Однако и никого не послать тоже нельзя, иначе будешь выглядеть странно перед мировым сообществом. Так в СССР писателей, которые не считают себя антисоветскими, тоже хватает. Ещё в Сталинграде я намекнул, что совсем не против встретиться с автором двенадцати стульев. Да что там намекнул — прямым текстом сказал.

 Я тут постоянно из себя Остапа Бендера изображаю. Ну ладно, не постоянно, но иногда бывает. А ведь один из авторов всё ещё жив. Если Ильф умер ещё до войны от болезни, то Петрова должны сбить вместе с самолётом, когда он возвращался с фронта в качестве военного корреспондента. Хотя, учитывая, что там был случайный залётный немецкий истребитель, то уже вряд ли: история слишком изменилась. С другой стороны, военный корреспондент — тоже не самая безопасная профессия, могут и в другом месте достать. Так что вмешиваться или не вмешиваться именно в этот момент — ещё большой вопрос, не станет ли хуже.

 Однако вмешаться надо, но совсем по другим причинам. Кто мне третью часть приключений Остапа Бендера напишет, если не сам автор? Тем более что про новые интересные книги я руководству страны уже тоже намекнул. Так что первым в одном из списков желаемых знаменитостей был именно Петров. И, как ни странно, товарищи пошли мне навстречу. Может, потому что не очень его долюбливали именно за приключения Остапа Бендера? В моё время ходят слухи, что эти книги в Советском Союзе долго были запрещены. Сильно сомневаюсь. Многие путают 'запрещены', 'не рекомендованы' и 'просто не издаются'. Так что, скорее всего, что-то между вторым и третьим.

 Ну а я им ещё рассказал, что когда американский оскароносный режиссёр вдруг решил снять что-нибудь из русской классики, он почему-то выбрал не Чехова, не Толстого и не Гоголя с Достоевским, а двенадцать стульев. И сам там снялся дворником. Неравнодушны почему-то режиссёры к этой роли.

 В любом случае товарищи каким-то образом сумели подсуетиться, и в Баку нас уже встречал сам Петров, откомандированный с фронта. Типа, раз ты военный корреспондент, вот и бери интервью у одного из самых известных героев. И, кстати, не у меня, а опять у Маши Вороновой. Ну и со мной тоже можно пообщаться.

 Первым делом я, конечно же, попросил автограф. И вынул из инвентаря те самые 'Двенадцать стульев' с уже имеющимися тремя автографами от гроссмейстеров. Петров усмехнулся, подписал стандартный писательский автограф, а потом добавил ещё от себя, что он тоже играл с Остапом Бендером и тоже выиграл.

 После чего я вынул из инвентаря большую стопку книг — около десятка экземпляров 'Двенадцати стульев' в разных изданиях, примерно столько же 'Золотых телёнков' и ещё несколько книг тоже за его авторством. Всё пришлось подписывать.

 Весь свой набор шуток и пророчеств я ему быстро пересказал. Дальше мы, естественно, перешли на творчество авторов. Ну и первая моя претензия была: почему про Остапа Бендера всего две книги? А на оправдание, что это вообще-то немало, я заявил, что у нас в будущем принято писать циклами по десять книг. Причём это считается небольшими циклами, если персонажи не сильно популярны. А вот про популярных — больше.

 Так что садись, товарищ Петров, и пиши. Ну а на попытку возразить, что автор теперь один, я выдал ещё одну шутку из будущего. Про то, что Карл Маркс и Фридрих Энгельс — это четыре разных человека. Наоборот тоже можно: автор 'Двенадцати стульев' — один человек по имени Ильф и фамилии Петров.

 Хотел было рассказать, что в будущем существует несколько десятков экранизаций Остапа Бендера. Ну, собственно, и рассказал. А вот пересказать не очень получилось. Начнём с того, что о всех европейских я могу вспомнить лишь то, что в большинстве из них Остап Бендер почему-то парикмахер и стульев там чаще всего не двенадцать, а тринадцать. На этом мои познания о европейском кино заканчивались.

 Ещё вспомнил бразильскую версию, которую не смотрел, а только лишь читал о ней. Там, где Остап Бендер — вообще женщина. Но бразильцам с их сериалами можно.

 Про американский фильм, где всё довольно близко к тексту, насколько это вообще может быть у американцев, снимающих по иностранному первоисточнику, тоже рассказал. Только почему-то там Остап не в фуражке несуществующего яхт-клуба, а вообще в гусарском мундире.

 А вот про советские экранизации я вдруг неожиданно понял, что особо рассказать-то и не смогу. Не потому что не помню, и не потому что мне они не нравятся — с точностью до наоборот, просто все три сливаются как бы в один, и если Остапов из них я ещё как-то различаю по разным актёрам, то вся остальная вселенная идёт единым пакетом.

 Зато вспомнил трилогию-приквел о молодости Остапа Бендера. Вот её и рассказал. Не то чтобы она мне очень сильно нравилась, просто так получилось, что я о ней вообще узнал только перед самым своим отправлением на системное испытание и тогда всё пересмотрел. И, соответственно, на данный момент я её лучше всего помню.

 Петров поначалу возмущался, потом усмехался, потом вдруг начал записывать. А также переспрашивать, уточнять и прочее, прочее, прочее. А потом я вдруг сам чуть не воскликнул вслух:

 — 'Вы там что, охренели?!'

 Просто у меня выскочило системное сообщение:

 Внимание! Получен новый навык.

 Соавтор: 1

 Система иной раз очень странно выдаёт новые навыки. Чаще всего просто по факту: сделай что-нибудь своими руками — и единичку в этом навыке ты уже практически гарантированно получишь. Хочешь больше — развивайся, начинай делать это профессионально и так далее, и тому подобное. Механика получения простых умений отработана до автоматизма.

 Но это когда дело касается простейших навыков, доступных многим жителям средневековья или раньше. Если что-то наукообразное или технологичное — уже извини, нет. Умения недостаточно, надо ещё документальное подтверждение: водительские права, например, диплом об окончании университета, да хотя бы запись в трудовой книжке. Такая вот системная бюрократия.

 Но недавно я обнаружил ещё более интересные навыки — те, которые зависят не только от тебя. И их Система даёт как бы авансом. Например, 'Королевский шут' — трудно оценить, с какого момента я его получил: когда кто-то из королей оценил мою шутку или Система решила, что когда-нибудь оно будет оценено? Зато с 'Градостроителем' — я его получил именно авансом. Извините, но просто высыпать кучу народа где-то в тайге и прибить две таблички на входе и выходе из города — всё-таки несерьёзно. Видимо, Система посмотрела вперёд в будущее и поняла: власти этот город признают и продолжат строить.

 Или вот сейчас — 'Соавтор'. Похоже, Система подсмотрела в будущем, что книга действительно будет написана. Осталось выяснить: я соавтор только как тот, кто дал идею, или действительно буду значиться на обложке? Вместо 'Ильф и Петров' будет 'Гроза и Петров'. Если так, обязательно надо будет отнести эту книжку в будущее, там всем похвастаться. И пусть только авторы трилогии заявят о плагиате! Ведь настоящий автор — Петров, у которого они сами всё и спёрли.

 А вообще оказалось, что Петров не просто интервью у нас брать приехал: его к дивизии как бы прикомандировали в качестве штатного корреспондента. Попросил товарищ Гроза писателя? Сам виноват — получи и распишись ещё одного штатного шпиона. И похоже, если он вдруг решит сбежать со мной в будущее, власти не сильно обидятся.

 Меня опять посчитали, сделали ещё одну рецензию с помощью нейросети. Опять от имени персонажа Любовь Орлова, уже к третьей книге.

  https://author.today/review/922977

 Там ещё и довольно необычные иллюстрации.

 Глава 6. Грузчик 90-го уровня

 Глава 6. По цене металлолома

 (К читателям. Пока не выбрал, какой вариант названия для главы подходит лучше. Пишите в комментариях, кому какой больше нравится. Или предлагайте свои)

 На самом деле разговоры с Петровым были позже — поначалу просто с ним встретились и познакомились. Ну а первым делом была торжественная встреча правительственного поезда. И, естественно, встречали не меня, а представителя Ставки Ворошилова. Как, впрочем, и на всех других станциях, через которые мы ехали. В первую очередь Ворошилов, потом Маша Воронова, а потом уже я — или без этого третьего 'потом'.

 Поэтому мог спокойно фотографироваться на фоне вокзала, не обращая внимания на комитет по встрече. Правда, некоторых удивляло, чего эта Маша Воронова предпочитает фото с каким-то странным шестнадцатилетним, максимум восемнадцатилетним пареньком, а не торжественную встречу, которую приготовили в том числе и для неё. И с какой стати этому пареньку вообще разрешают фотографироваться на фоне объектов любой степени секретности?

 Ну и тут было почти так же. Очень скоро ко мне подошли ответственные товарищи и напомнили, что у меня для них посылочка. Ну да — целая тысяча, а на самом деле даже больше тысячи железнодорожных цистерн. И как только закончилась торжественная часть, я с ними отправился эти цистерны выгружать. И вот тогда я проклял тот час, когда сел за баранку этого пылесоса. И пообещал больше в таких количествах ничего попутно не таскать.

 Эту тысячу даже загрузить получилось не с первого раза и не быстро. А уж выгружать не в моей манере — выкинул всё где-то в тайге или в чистом поле, а вы как-нибудь сами. Нет, каждую цистерну требовалось аккуратно поставить на рельсы, а это время, и не важно, что там работали сразу несколько бригад, а я большую часть проводил у себя в пространственном кармане, ориентируя эти цистерны на переходники, и тратил в реальном мире не более минуты на каждую. Всё равно получалось очень долго. А вы представьте себе тысячу, которая делится на шестьдесят. Ну да, получилось меньше суток, но не сильно меньше.

 К счастью, место под цистерны закончилось быстрее, чем они сами. Никто и никогда тут такими количествами не оперировал и, естественно, свободных мест под это не резервировал. Так что пришлось отложить на следующий день, когда они всё это растащат. И не только на один день — там работы ещё минимум на три, а то и на четыре. Ну а дальше я отправился смотреть порт, тем более что было недалеко.

 Как нетрудно догадаться, меня ещё попытались припахать грузчиком в порту. Тут я, надо сказать, сам виноват. Когда на дороге попался какой-то непонятный контейнер, я, даже не задумываясь, машинально забрал его в пространственный карман и выложил на полметра в сторону. Именно машинально — я уже за собой такое замечал: вместо того чтобы какой-нибудь объект обойти, я его передвигаю. Ну а местные сразу просекли, что это можно использовать при погрузочно-разгрузочных работах. Причём не в железнодорожные вагоны, а в порту.