Запорожье - 3. Цивилизация атлантов

   Ведь без пути "из варяг в греки" Руси никак не можно. На нём она держится. А запорожцы с челядью пропускать русов не хотят. И ладно жертва человеческая — не помог за неё Перун, так что может, и впрямь не очень-то угодны богам такие жертвы. Дома есть кому над этим поразмыслить. Ладно выручка за челядь — не единственный это товар русов для торга с ромеями. Даже не самый ценный из всех, хоть и далеко не пустяковый. Но как проходить Пороги без челяди? Кто поклажу будет нести, пока гридни волокут ладьи мимо того же Ненасытца? Кто поможет подтолкнуть их вверх по склону? Волок не оборудован, тащить тяжело, и как тут обойдёшься без холопских рук? Это сейчас, в межень, часть дна обнажилась, и можно тянуть ладьи бечевой, а в половодье — только волоком.

   Так что никак не можно Руси без вывоза к ромеям челяди. Мыто берите, это по обычаю, и если умеренное будет, так скорее всего, хёльг в Вышгороде на него согласится. Печенеги на волоке у Ненасытца двадцатую часть берут, и если вы возьмёте столько же — это ещё терпимо. Подавитесь нашим добром, но не губите Русь! Не будьте дурнями — если не будет Руси, с кого сами же мыто будете брать? Обсуждая доклад Писарева на Майдане, долго смеялись. Князь с боярами в Вышгороде ещё обстановку толком не знают, но слухи дошли, и "правительство" Куявии проясняет их теперь через печенегов. Булан-толмач не скрывает того, что интересуются подробностями и отношением запорожцев к торговле по Днепру правобережные соседи, которым самим дела до этого практически никакого, зато к северу от них — урусы, интерес которых — самоочевиден. Но и получается при этом что? Пока держава растерянно хлопает глазами, о её судьбе пытается позаботиться то низовое звено, которому и понасущнее забот хватает. Ага, раньше думай о родине, а потом о себе. Когда-нибудь и жирафу станет видней, но пока до него доходит, как до жирафа.

   Понятно, что самая насущная забота у этих русских "гречников" — в Вышгород целыми и невредимыми вернуться. Там — дома и семьи, у кого есть, а у кого нет, надеются ими обзавестись. Иначе ради чего напрягаться и рисковать? Вторая по насущности забота — товар ромейский в целости и сохранности доставить. Хоть и мизер его наторгован из-за потерь своего за Порогами, но что сохранили, тем распорядились безупречно. Не их вина в тех потерях, а свою службу они исполнили. Может, и не за что их жаловать, но не за что и опале подвергать. Ну а третья задача — о будущем Руси побеспокоиться. А кому же ещё, как не им, прошедшим здесь один раз туда и возвращающимся обратно, лучше знать всю эту здешнюю обстановку? Потом-то — да, старшая дружина в Вышгороде судить и рядить будет. Но о чём ей судить и рядить, пока "гречники" уцелевшие не вернулись и сведения верные не доставили? С ними — легче будет и за потери отчитаться.

   А Фрутан и не скрывает неразрывного сочетания патриотической мотивации со шкурной. Это у вятших не принято говорить о ней открыто, хотя негласно свой шкурный интерес и у них на первом месте. Рядовому-то гридню чего лицемерить? Тем более, что и Стемид, бывший дружинный отрок, завраться уж точно не даст. Он же не вятший воевода, чтобы вятшестью своей и властью молодшему рот заткнуть? Ну так не с руки ему тогда и подражать тем вятшим, которые про Русь и долг перед ней речи ведут, на деле мошну тем временем новым добром набивая. Нет у Фрутана ни той вятшести, ни той мошны. А есть у него только служба в дружине. Опасная, зато сытая и дающая какие-то шансы выбиться в вятшие. Пока есть Русь с хёльгом во главе и дружиной при нём, есть и служба в дружине у гридня Фрутана. А не будет Руси — не будет у него ни сытой службы, ни надежд никаких на лучшую долю. А Русь, если о куявской говорить — это путь "из варяг в греки". Без него — на кой ляд сдалась Куявия и её хёльг тому же Хольмгарду, например?

   Хоть и не дело простого гридня о столь высоких делах рассуждать, на это есть старшая дружина, но и гридни ведь тоже под её рукой ходят и её наставления слушают о тех великих целях, за которые их сражаться и умирать ведут. А в рядах гридней и вятший молодняк службу свою начинает. Им-то потом в старшую дружину путь проложен загодя, но какой из тебя воевода, если ты не был гриднем? Поэтому — вынуждены тоже тянуть эту лямку наравне с незнатными, становясь тем самым их товарищами по службе. А их отцы за дураков своих отпрысков не держат, готовя наследников себе на смену. Жизнь вятшие недоросли знают хорошо. И чего ты сам по опыту службы не подметил и не смекнул, что от тебя скрывают, о том твой вятший сослуживец проговориться может — случайно или в запале бахвальства. А ты не спорь с вятшими, ты их внимательно слушай и мотай на ус, о чём проболтаются. Это и есть те жизненные реалии, которые они знают лучше тебя. Вида только не показывай, что сложил два плюс два и вычислил скрытую от тебя тайну жизни. Этому старшая дружина не учит всех гридней открыто, для этой науки у неё и своя родня имеется, которой не нужны знающие жизнь соперники. Сметливые, но незнатные учатся этому сами, и кто не научится, тому не преуспеть. В результате вся дружина хёльга — как одна большая семья, в которой, естественно, греблом не щёлкай.

   Но гребло у каждого своё, и не щёлкать им — забота индивидуальная, интересов общесемейных не отменяющая, а только дополняющая их. И о них позаботиться русские "гречники" тоже не забывают. Ведь не сами они добывают то, что везут продавать путём "из варяг в греки", а торгуют тем, что добыла вся большая семья, то бишь дружина. Дань с подвластного населения, в том числе куницами и бобрами не они же собирают, а другая часть дружины. Другая часть и соболей на севере с тамошних данников собирает, и янтарь у полочан и варягов-свионов закупает, и франкское оружие, а у других варягов, норгов — и рыбий зуб с далёкой полночи, который мельче зубов большого полуденного зверя и из-за этого намного дешевле ценится, но в остальном такой же, и его норги предлагают много. И челядь ловит и холопит вся дружина. Не будет её — не будет и "гречников". Собственно, дружина — это и есть Русь. Не все в ней русы, есть и принятые чужаки, но и они в дружине становятся русами. Есть русы и есть подвластные им русские данники и холопы. Не будет этих — примучат и похолопят других где-нибудь в другом месте. Лишь бы торговые пути при этом сохранялись на реках между варягами и ромеями.

   А теперь как со всем этим быть? За то, что пропускают запорожцы все восемь ладей, оставшихся от куявского каравана, Фрутан благодарит их от имени своих вятших. За то, что не берут с них и мыта ромейскими товарами за этот проход домой, благодарит вдвойне. Да, он понял, что это только в этот раз — ввиду того, что на пути туда запорожцы взяли с них намного более, чем достаточно, мягко говоря. Что человеческие жертвы богам на этом острове и вообще вблизи Запорожья строжайше запрещены, он тоже понял. Вряд ли обрадует это почитателей святоотеческих богов, но город, который гридню показали за парком, небольшой, но весь каменный и вооружённый до зубов, может позволить себе и свои порядки устанавливать. Знал бы о нём покойный воевода Фарлоф, разве решился бы он тогда на нападение силами охраны каравана? Тут и для всей дружины хёльга крепкий орешек получается, а уж с атлантами за протокой — нет, русы с ума ещё не сошли губить дружину в таком безнадёжном походе. Согласны впредь на двадцатую часть всех русских товаров туда и от всех ромейских обратно, как берут и печенеги на волоке? Это и разумно, и пожалуй, даже справедливо. Но как с челядью быть? Ведь никак не можно и Пороги без неё пройти. Берите и от неё двадцатую часть, выбирайте лучших, но не губите Русь!

   Это-то и смешно было Майдану, что возвращающиеся "гречники" придумали и условия мира Киевской Руси с Запорожьем. И приемлемы они запорожцам или нет, это уже вопрос второй. С колокольни русов — вполне нормальные и разумные условия, но от кого это предложение должно было исходить? От этих исполнителей, даже домой ещё не вернувшихся, или от князя с боярами? За то время, которое понадобилось на передачу их запроса через кучу посредников в двух, а то и трёх печенежских ордах, наверняка ещё и наполовину перевранное ими, прямое посольство из Вышгорода в Запорожье обернулось бы дважды и уж точно ничего не переврало бы. Но князь с боярами и не почесались, а за них вот эти "гречники" судьбой их государства озабочены. Это гетману и его окружению понятно, что не всё так просто, да и Тордул подтверждает, что чешется Ярополк, поход на уличей планирует и готовит, дабы и не зависеть в будущем от пути по Днепру, но это ему известно от разведки атлантов, а здесь этого не видно, ну и откуда об этом знать массовке запорожцев? А из того, что ей известно, получается смешно. Киевская Русь в опасности, и "гречники" спасти её пытаются, а князь с боярами спят в одном ботинке.

   А что до конкретных условий, предлагаемых "гречниками", то пошлина в одну двадцатую часть выглядит вполне разумно. Вместе с такой же долей орды Керей-хана это десятую часть составляет. Со слов Тордула, столько же и хазары в Саркеле брали с русов, пока Святослав войной на Каганат не пошёл. В этом мире война эта неудачной вышла для русов. Не то, чтобы полный проигрыш, дань-то кагану Куявия теперь не платит, но теперь пошлина с русов в Саркеле удвоена, пятую часть составляет, и не миновать им Саркела на пути по Дону к Волге, без чего и не поторгуешь в Итиле, и не попиратствуешь на Каспии. В целом оно то на то и вышло, и ради чего воевали, хрен их знает. Десятая же часть в эту эпоху считается умеренной и вполне нормальной, и пополам её разделить с печенегами — вполне справедливо. По сути-то ведь именно это запорожцам и предлагается. Ну, если и Ярополк ещё в Вышгороде эти условия примет и утвердит, но куда он на хрен денется с подводной лодки? Особенно, если ещё и уличи на Южном Буге его обломают. И товары транзитные Запорожью пригодятся, и пополнение отборной молодёжью.

   Но как раз в этом вопросе и нашла коса на камень. Не нужно такое пополнение бэушным с довесками, поскольку окончательно выводит их в тираж. Настолько не нужно, что даже транзитными товарами пожертвовать для этого готовы. Ведь уменьшится же со временем зависимость Запорожья от импорта? Вот и уменьшайте её поскорее. Металл вам негде брать? Ничего, придумаете что-нибудь и выкрутитесь как-то со своими железяками. И вообще, как вы можете спокойно на работорговлю эту смотреть? Вы казаками сечевыми гордитесь, а где ваше соответствие им? Те по всему Чёрному морю турок гоняли и рабов христианских освобождали. Ну да, и пиратствовали, конечно, но ведь освобождали рабов? А вы чего? Сложно ведь что-то возразить, когда демагогия за святое цепляет. А туземцы и подавно не повестись не могут. Сами вчерашние рабы, и для них борьба с работорговлей вчерашних хозяев — тем более святое дело.

   Фрутану из всего этого только фактор бывших холопов и понятен. Эти волками смотрят, и понятно, за что — один из вчерашних поработителей. Так же смотрели бы они и на Стемида, не попади тот сам в их число. А разве не так же смотрел бы на гридней и сам Фрутан, окажись он сам в шкуре этих холопов? Всё это понять нетрудно. А ему, что ли, в радость общаться с запорожцами, в бою с которыми погиб и его друг Ингольф? Но такова судьба гридня. Война есть война, на ней убивают, и если не ты убил, а тебя убили, то кто тебе виноват в твоей нерасторопности? За удаль в бою не судят. Стемид, сам едва гриднем не ставший — понимает, а эти — ну, не гридни они, и им — простительно. Ему-то понять их легче — что хорошего в холопстве для тех, кто сам холоп?

   Труднее понять запорожцев. То, что предки их где-то гуляли по морю не хуже русов-артанов и освобождали из холопства соплеменников — молодцы, правильно делали. Как же можно соплеменника из неволи не выручить? Но кто им вот эта челядь русов? Её они за какие заслуги освобождают? И какое им дело до других, судьба которых оказалась холопской? Не в обычае у вас холопов держать — ваше дело, у атлантов тоже, говорят, всё не как у людей, но другие-то тут при чём? У вас свой обычай, у нас — свой. Мы же вам не навязываем наш? Хотя — да, навязали бы, если бы сил хватило, тут ваша правда. Зато чего уж совсем никак не понять, так это разведёнок этих. И ладно бы вдовы были, но по своей воле без мужика остаться с детьми на руках — как такое вообще возможно? А если у вас в обычае даже такая нелепица, то чем вы тогда теперь-то недовольны?

   Такие дурацкие обычаи не укладывались в голове у простого русского гридня. Может, вятшие в Вышгороде чего-то поймут, а для Фрутана — слишком мудрено. Все же знают, что волос у бабы долог, а ум — короток. Если в дурь попёрла, так по шее ей сразу, чтобы место своё знала. А какие дурни в племени запорожцев решили дать глупым бабам такую волю, и как их племя позволило ввести такую блажь в обычай, он понять не мог. Но что сделано, то сделано, и теперь это у них обычай. Самих тяготит, судя по взятым в жёны некоторыми правильных девок из бывших челядинок. Правильно, кому нужна капризная дура, если вразумить её затрещиной обычай не велит? Начинают, видимо, браться за ум и свой дурацкий обычай искоренять, но пока он — ещё обычай. Говорят, ещё и не выдают у них девку замуж, за кого она сама не хочет. Тут гридень и сам определиться не мог, мудр такой обычай или глуп. Знавал и счастливые браки у знакомых, и несчастные, и мало это зависело от того, сама ли девка жениха себе выбирала. И так выйти могло по-всякому, и эдак. Но если эти сами выбирали, то и на кого им тогда пенять, если не удался брак?

   Доводы этих разведёнок Фрутан понимать решительно отказывался. Мужики вам непутёвые достались? А зачем вы тогда их таких выбрали, непутёвых? Значит, дуры, не умеющие выбирать, даже если не врёте и не валите с больной головы на здоровую. А если врёте, то тогда — стервы, с которыми и невозможно жить нормально, если вразумить кулаком нельзя. И хоть так, хоть эдак, а всё равно кто вам виноват в том, что вы остались без мужиков? Правильных мужей надо было выбирать, с кем жить и от кого детей рожать, а выбрав — держаться за них, отцов своих детей. Кому они ещё нужны, кроме них? Кому вы сами с ними нужны, когда свежие девки есть? Особенно — неприхотливые и знающие своё место, а не капризные дуры и не стервы вроде вас. И теперь Фрутан начал понимать запорожцев, напавших на их караван для освобождения челяди. С таким бабьём, как эти стервозные разведёнки, кто бы на их месте отказался заполучить лучших? То-то и не по нраву им теперь появление выбора у мужиков.

   А русам — что? Русам — чистый путь "из варяг в греки" нужен. Если силой его теперь не проложить, с атлантами за рекой — ищите самоубийц, то значит, мыто надо дать запорожцам, чтобы пропустили. Девок, если захотят, можно и больше дать, чем каждую двадцатую — за это другого ценного товара возьмут меньше. Ведь можно же урядить всё к обоюдному удовольствию? А разведёнок своих дурных — пусть уймут. Что значит, челядь по Днепру не возить? А как тогда Пороги проходить, тот же Ненасытец? Совсем с глузду съехали, что ли? И таких дур запорожцам слушать приходится? Стемиду вон после того, как Пороги прошли, даже растолковывать потом в Корсуни не пришлось — сам уразумел, что никак не можно Руси иначе. Уразумел он и то, что не будет этого пути, так другой их дружина проложит и всё равно будет возить по нему челядь. Так на этом они и освободят, если хотят, каждого двадцатого, а на другом — не освободят вообще никого. Но то Стемид, бывший дружинный отрок и без малого гридень, а прочим обида туманит разум, а стервы их обидой коварно пользуются. Нашли, дурни, кого слушать!