Старатель

— Спасибо, сразу же к нему и направлюсь, — пообещал я.

— Кстати, для тебя есть приятный сюрприз, — дружески улыбнулся мне Олир.

Вот в этом месте я резко напрягся. Делать мне приятные сюрпризы ни у кого здесь не было ни малейших причин, так что сюжет, скорее всего, плавно движется к разводке заезжего лоха.

— Три недели назад администратор Аденор издал приказ, — продолжал он. — Для пилотов, прибывающих в спасательных капсулах, услуга приёма в док оказывается бесплатно.

— Это нельзя не приветствовать, — ответил я, напряжённо ожидая, когда же начнётся разводка.

— А также станция берёт на себя утилизацию спасательной капсулы, — добавил он.

— Утилизация обязательна? — осторожно спросил я.

— А как же иначе? — развёл он руками. — Капсула ведь одноразовая, в ней после полёта мало что остаётся. Куда её девать? Надо утилизировать. Раньше прибывающие платили за приём в док, а утилизацией занимались сами. А сейчас этим занимается станция. Правда, есть один интересный момент: услуга докования стоит сто двадцать динеро, а за капсулу служба утилизации выплачивает тысячу шестьсот. Зато человеку не приходится морочить себе голову лишними хлопотами.

Олир глубокомысленно покивал, как бы подчёркивая мою несомненную выгоду.

— Администратор Аденор поистине не оставляет людей своей заботой, — пробормотал я. — И часто сюда прибывают в спасательных капсулах?

— Не так часто, — пожал плечами Олир. — Но указ администратора касается многого. Капсулам посвящена лишь строчка в длинном списке.

— Такое трудолюбие администратора вызывает восхищение, — кисло заметил я. Отчего-то у меня возникло стойкое ощущение, что на этой станции мне многое не понравится.

— Правильное слово, — заржал Олир. — Именно восхищение. Вот мы и восхищаемся вполголоса. Но люди всегда ищут где лучше, и для ровного кирша может найтись и более интересный вариант.

Вот мы, наконец, и дошли до конкретного предложения.

— Внимательно тебя слушаю, — осторожно сказал я.

— Ты получаешь сотню и забываешь, что прибыл сюда в спасательной капсуле.

— А зачем тебе вообще давать мне деньги? — поинтересовался я. — Я прибыл и пошёл своей дорогой, как администратор Аденор прописал, а капсула вот она — делай с ней, что хочешь.

— Когда ты выйдешь из дока, попадёшь на входной контроль, и там тебя спросят, как ты прибыл, — объяснил Олир. — Деньги ты получаешь за то, что забываешь о своей капсуле.

— Вариант интересный, — признал я. — Но сотня — это не вполне серьёзно.

— Вот сейчас вижу, что психика у тебя действительно не пострадала, — ухмыльнулся он. — Получишь двести динеро, но торговли не будет — это последнее предложение. Дело не в жадности, деньги пойдут не только мне. Нужно дать долю напарнице, чтобы внести в базу отмену запроса на докование. И нужно будет хорошо отстегнуть безопаснику, чтобы отметить твоё прибытие другим кораблём и провести тебя мимо контроля.

— Договорились, — кивнул я.

— Оформим соглашение под протокол, — потребовал Олир. — Не хмурься, — успокаивающе сказал он, посмотрев на меня. — Это просто страховка, что ты нас не сдашь. Нам ведь никак не отмазаться, а вот ты можешь сразу пойти в службу безопасности и заявить, что на самом деле прилетел на капсуле и даже не знал, что продавать её нам было незаконным.

— Для чего мне это делать? — удивился я.

— Чтобы получить вознаграждение за раскрытие преступной группы, для чего же ещё? А так ты тоже будешь считаться соучастником.

Становиться соучастником я совершенно не горел желанием, и в чуть более нормальной ситуации предпочёл бы отказаться от такой сделки. Вот только ситуация у меня была совсем ненормальной, а двести динеро — деньги не такие уж маленькие. Они мне наверняка очень пригодятся. Да и какое-никакое знакомство тоже лишним не будет — Олира можно будет потом о чём-нибудь попросить, раз уж мы с ним одна банда.

Собственно, если говорить о ситуации вообще, у меня до сих пор плохо получалось принять, что я в космосе, и только что прилетел на космическую станцию, и, возможно, больше никогда не попаду на Землю. Едва я начинал об этом думать, как внутри подымалась паника, и я немедленно впадал в отчаяние. Вряд ли паника мне бы помогла, так что я старательно гнал эти мысли прочь, представляя, что и место это достаточно обычное, и ситуация совершенно заурядная. Выходило не очень хорошо, но сильно помогало то, что здешние люди оказались вполне понятными и привычными, только что говорили на сидале, а не по-русски. Было бы гораздо хуже, если бы они оказались какими-нибудь возвышенными гуманоидами, успешно построившими коммунистическое завтра — там бы у меня точно крыша съехала.

— Я не против стать твоим соучастником, Олир, — ухмыльнулся я. Не знаю, как там должен выглядеть ровный кирш, но я постарался выглядеть именно так. — Что от меня требуется?

— Да ничего особенного, — небрежно махнул рукой он. — Сейчас перекину тебе две сотни. Вслух подтверди наш договор и то, что получил оговорённую плату. Я просто сохраню полную запись нашего разговора, этого будет достаточно. Можешь тоже запись сохранить на всякий случай, но смотри сам.

Практически сразу тренькнуло, и перед глазами появилась надпись: «Принят перевод. Сумма: 200 динеро. Отправитель: Олир Ниброн. Баланс: 520 динеро 25 асс».

— Договор с Олиром Ниброном подтверждаю, — объявил я. — Оговорённую плату в размере двухсот динеро получил полностью.

Сразу после этого я пожелал полностью сохранить этот разговор и, получив подтверждение, привычно смахнул надписи в лог.

— Приятно иметь с тобой дело, — одобрительно сказал Олир. — Если подвернётся какой-нибудь интересный вариант, обращайся.

— Спасибо, Олир, — кивнул я. — Ну и ты обращайся, если что. Только без подстав и кидалова, пожалуйста, не люблю этого.

Прозвучало это достаточно уверенно, и он посмотрел на меня каким-то новым взглядом. Потом его взгляд задержался на пистолете Шакума у меня на боку, и он медленно кивнул.

— Буду иметь в виду, — ответил он с непонятной интонацией. — Пойдём, занесём тебя в базу и проведём мимо зоны контроля.

* * *

Дальше всё происходило быстро, в буквальном смысле бегом. Олир притащил меня к какому-то мрачному мужику, который без интереса взглянул на меня, ткнул мне в лоб каким-то прибором — скорее всего, сканером, — и вяло махнул рукой, отсылая прочь.

— Всё, решили с твоим прибытием, — на ходу объяснил мне Олир, таща меня дальше.

— И на чём я прибыл? — поинтересовался я.

— А тебе не всё равно? — удивлённо посмотрел на меня он. — Зачем тебе название корабля? Никому это не нужно, а если кто-то серьёзный тобой заинтересуется, то выяснит за минуту, что ты на самом деле прилетел в капсуле. Но серьёзные люди такой ерундой не занимаются.

— Мало ли, вдруг пригодится, — настаивал я.

— Ну, может, и пригодится, — пожал плечами Олир. — Это транспорт «Искусник силикатов», он постоянно ходит между нами и Арикой-2. Древнее корыто, я бы на нём путешествовать не рискнул. Но к нам вообще мало что ходит, так что народ в основном на нём от нас и к нам перемещается. Если скажешь, что на нём прибыл, других вопросов и не будет. Да их и так не будет — кому ты нужен, интересоваться, как ты сюда попал?

— Ну вдруг кто заинтересуется, — сказал я упрямо.

— Да как хочешь, мне-то что, — он равнодушно махнул рукой. — Здесь хватает даже тех, кто в розыске на других станциях, и всем плевать. У нас всё просто: если ты даёшь норму добычи или как-то по-другому полезен станции, то к тебе вопросов нет. А если начнёшь раздражать безопасность, то тебя просто спустят в утилизатор, причём тоже не поинтересуются, на каком корыте ты сюда прибыл. Это, кстати, тебе в качестве намёка, — добавил он, мельком глянув на мой пистолет.

— Со мной проблем не будет, — заверил его я.

— Вот и замечательно, — без интереса кивнул он, явно пропустив мои заверения мимо ушей. — Вот видишь лифт справа? Садись в него, он тебя довезёт до двенадцатого уровня, а там уже иди куда хочешь. Ну давай, удачи тебе.

— Один момент, Олир, — попросил его я. — Не посоветуешь, где можно остановиться? Мне бы что-нибудь приличное, но недорогое — с деньгами у меня не очень.

Он приостановился и задумался.

— Попробуй заглянуть к старухе Сюанд, — наконец, сказал он, улыбнувшись. — Я имею в виду гостевой дом «Лепесток шиповника», Ивни Сюанд его держит. Там, в общем-то, довольно прилично. Главное, не соглашайся на девочек — с клиентов девочек старой Ивни в клинике берут двойную цену.

С этими словами он развернулся и двинулся прочь.

— Спасибо, — сказал я вслед, но он уже не слышал.

* * *

Лифт выглядел почти привычно — как проём в стене с дверью, разве что дверь была сплошной. Непривычным было то, что кнопка вызова отсутствовала. Некоторое время я тупо пытался её нащупать на стене, а потом обругал себя за идиотизм — хорошо, что рядом никого не было. Впрочем, всё здесь наверняка просматривается камерами, так что вполне возможно, тот же безопасник сейчас с интересом наблюдает за моими метаниями. Надо повнимательнее следить за собой — по крайней мере, пока не вживусь в здешнее общество. Хотя очень похоже, что здесь всем на всех плевать, но всё равно не стоит объявлять, что я дикарь, украденный сидхе с дикой планеты.

Я пожелал вызвать лифт, и прямо на стене проявились мигающие цифры. Цифры довольно быстро менялись — нетрудно было догадаться, что это время до прибытия. И в самом деле, как только отобразился ноль, цифры исчезли, а дверь лифта плавно уехала вбок.

В кабине лифта никаких кнопок тоже не было, но принцип я уже понял, и лифт послушно повёз меня на двенадцатый уровень. Возможно, на нём можно было попасть и на другие уровни, но я не рискнул экспериментировать. Для исследования станции будет другое, более подходящее время.

Двенадцатый уровень вполне можно было принять за коридор в захудалом бизнес-центре — обычные прямоугольные двери, стены, облицованные пластиковыми панелями, пол из керамических плиток. Правда, очень быстро бросались в глаза и отличия: плитки на полу были неправильными пятиугольниками, а двери были без косяков и ручек — просто прямоугольные панели, обрисованные узкой щелью. Я посмотрел налево, потом направо — и туда, и туда коридор тянулся метров на пятьдесят, вдали плавно заворачивая в сторону. Я пожал плечами и двинулся направо.

Коридор повернул раз, потом ещё раз, и вывел на галерею вокруг огромного колодца. От вида вниз захватывало дух. Под моей галереей можно было видеть несколько похожих галерей — сосчитать уровни у меня не получилось, потому что именно круговых галерей было всего три, а большей частью на стенах колодца были в беспорядке разбросаны большие и маленькие балконы. Внизу можно было различить какие-то циклопические машины — вероятно, именно их гул пронизывал всю станцию.

Я посмотрел наверх — там тоже были галереи и балконы, но потолка не было видно из-за многочисленных платформ, далеко выдающихся в колодец на самых верхних уровнях. Только сейчас я полностью осознал, что это в самом деле космическая станция, и она просто гигантская. Настоящая космическая станция, совсем непохожая на те убогие курятники, которые у нас называют этим гордым словом. Помнится, диспетчер Олир сказал, что эта станция маленькая — а как же тогда выглядит большая?

Я с трудом оторвался от разглядывания колодца — нужно было решать, куда двигаться дальше. Для начала надо бы определиться с жильём и нормально отдохнуть — в капсуле у меня заснуть не получилось. Однако посетить клинику тоже стоило как можно скорее — это зерно переноса здорово действовало мне на нервы. Я вызвал информацию по зерну — уже тридцать семь процентов?! Как так?! Вот только что было тридцать четыре! Похоже, созревание ускоряется, так что посещение клиники уверенно переместилось в списке дел на первое место. Усилием воли я подавил панику и запросил маршрут до клиники Ненека Гира. Вместо привычной цветной линии появилось сообщение, что подключение к станционной сети отсутствует. Пришлось заплатить восемь динеро за месяц подключения — однако недёшево! — и передо мной немедленно возникла зелёная нить.

Добираться до клиники пришлось долго — две поездки на лифтах и долгое, не меньше часа, путешествие пешком. Наверняка здесь был какой-то транспорт, но ничего похожего на остановку я нигде не заметил. Скорее всего, просто не знал, куда смотреть. Двенадцатый уровень был довольно пустынным, но на уровнях ближе к клинике людей становилось всё больше. Встречные равнодушно скользили по мне взглядом — собственно, я мало отличался от большинства. В основном люди были одеты в похожие комбинезоны, хотя частенько встречались довольно непривычные наряды, порой совершенно диких расцветок. Многие мужчины носили юбки и платья, правда, большинство предпочитало всё-таки штаны.

К тому времени, когда добрался до клиники, я окончательно потерял представление, где нахожусь. Ясно было только то, что я сейчас намного выше двенадцатого уровня — мне только что пришлось пройти по длинному мосту через центральный колодец, и дно отсюда выглядело совсем далеко.

Наконец, зелёная нить уткнулась в дверь — такую же прямоугольную панель в стене без ручки и петель. Впрочем, рядом с дверью светилась зелёным довольно простая руна, похожая на развёрнутую в другую сторону букву «Ч». Дверь тут же отъехала в сторону, отреагировав на моё желание войти, и я вошёл.

Не районная поликлиника определённо, но далеко не премиум-заведение. В целом, можно сказать: бедненько, но чистенько. За невысокой стойкой обнаружилась миленькая девушка в зелёном балахоне — наверное, такие зелёные балахоны здесь вместо белых халатов. Ну, во многих культурах белый — цвет смерти и траура. Представляю, на какие мысли наводит их врач в белом халате.

— Приветствую тебя, уважаемый, — улыбнулась мне девушка. — Чем клиника доктора Ненека Гира может тебе помочь?

— У меня есть проблема с лозой, — про зерно переноса говорить не хотелось.

— Тогда вами займётся доктор лично, — посерьёзнела девушка. — Я его вызвала, он сейчас подойдёт.

Доктор Ненек Гир оказался солидным мужчиной с лицом, вызывающим доверие, как и положено доктору. Одет он был в зелёный балахон из плотной ткани, похожей на шёлк, но явно синтетической. Несмотря на его респектабельный вид, мне сразу стало понятно, что диспетчер Олир не соврал, сказав, что доктор любит поддать. Не было ни красного носа, ни запаха перегара, вообще ничего такого, но что-то неуловимое сразу заставляло сделать вывод: этот бухает.

— Говоришь, у тебя что-то с лозой, Макс? — приветливо кивнул мне доктор. — Ну пойдём, посмотрим. Лира, запускай загрузку второй секции.

— Уже запустила, — отозвалась девушка.

— Чисто из любопытства, — спросил я Ненека, пока мы шли по коридору. — Как так вышло, что ты единственный доктор на такой большой станции?

— Доктор-то я единственный, но у меня в клинике ещё четыре медика работают, — охотно ответил доктор. — Для большинства случаев их хватает. А станция у нас совсем маленькая — тысяч сорок всего здесь живёт, не считая старателей, конечно.