похода. Вместе с тем, Н.А. Шумков знал лодку, знал экипаж, в любой момент мог вернуться из отпуска и отправиться в поход. Однако его ближайшее окружение — старший помощник коман-дира, заместитель командира по политической части были на ко-рабле людьми новыми. Приведённые воспоминания дают воз-можность немного понять ту моральную обстановку, которая то-гда была в соединении и в которой приходилось готовиться к дальнему походу. Мягко говоря, обстановка была совсем не про-стой.

Как правило, подготовка всех крупных мероприятий, в кото-рых задействовано большое число корабельных единиц, ведётся скрытно и с задействованием большого количества дезинформа-ции. Перебазирование сил флота на Кубу получило наименова-ние

«Кама». Экипажи начали готовить к различным вариантам действий — так принято для дезинформации. Штаб соединения отрабатывал многие варианты действий подводных лодок по всему Атлантическому океану. Разрабатывались инструкции «на все случаижизни», чтобы не только помочь кораблям, но и обез-опасить себя от нежелательныхпоследствий. Так, была заменена часть корабельного ЗИПа (запасных частей и имущества), загру-жена на борт часть ЗИП базового хранения, заменён запас продо-вольствия, рассчитанный на девяносто суток. На лодки был вы-дан комплект штурманских карт всего Мирового океана, весь за-пас пресной воды, заполнены «подкрышку» дизельное топливо и масло. Вдобавок, уже начал действовать режим секретности, ка-сающийся доступа на лодку, и, главное, «благонадёжности» эки-пажа. Все эти мероприятия проводились под лозунгами «срочно» и «секретно», что, конечно, не могло не сказаться на общем уровне подготовки экипажей подводных лодок. Приходилосьдо-учивать заменённый личный состав, до уровня требований, предъявляемых в каждом экипаже, проверять готовность всех вновь прибывших к плаванию.

Для Северного флота фактическая реализация операции «Кама» началась в середине августа 1962г., когда средний танкер пр.577 «Терек» (полное водоизмещение 7240 т) был направлен в

район Карибского моря для обеспечения топливом советских су-дов, которые направлялись в данный район. Это было новое судно, вступившее в стройв 1961г. являясь, по сути, флагманом вспомогательного флота СФ. Участие в операции

«Кама» стало его первым самостоятельным рейсом. Причем команда не знала о цели похода танкера, где и кого они должны были заправлять топливом. Мало кто в в штабе Северного флота в те дни, очевидно, задумывался над тем, что появление танкера в океанеможет вызвать вопрос у вероятного противника — кого же он должен здесь обеспечивать топливом?

В конце августа 12 советских торговых судов подверглись об-лётам американских самолётов на пути к Кубе. С 28 августа к об-лётам дополнились и подходы боевых американских кораблей. Облёты совершались, в том числе и на критически опасных вы-сотах. Отсюда следует, что уже тогда американское командова-ние насторожилось и начало проявлять обеспокоенность. Начи-ная с 18 сентября 1962г. американские военные корабли стали постоянно запрашивать советские транспорты о характере пере-возимого груза. В ряде случаев они опасно маневрировали и наводили на советские суда орудия.Тем не менее, руководство СССР продолжало отправлять на Кубу суда с вооружениями, бо-еприпасами и личным составом без охраны и сопровождения бо-евыми кораблями. Правда, капитаны судов имели специальные инструкции на случаи встречи с американскими боевыми кораб-лями и попыток досмотра или захвата грузов. Почему так посту-пали? Причин две. Первая — обеспечить скрытность развёртыва-ния группировки под видом доставки на Кубу народнохозяй-ственных грузов. Народнохозяйственные грузы не требовалось сопровождать военными кораблями. Вторая — отсутствие необ-ходимых боевых кораблей флота, способных сопровождать все суда на просторах Атлантики. Поэтому в операции в качестве ос-новных были приняты два принципа — скрытность и внезапность. Один из них — скрытность — в конечном итоге сыграл, как поло-жительную, так и весьма отрицательную роль в политическом разрешении кризиса. Американская сторона посчитала, что

скрытное развёртывание баллистических ракет есть прямая под-готовка для нанесения внезапного ракетно-ядерного удара по территории США и вероломность, а не защита Острова Свободы от вторжения.

11 октября США приступили к проведению «предупредитель-ных мероприятий» против Кубы.

Благодаря тому, что ряд частей ВМФ доставляли судами Ми-нистерства морского флота, к концу сентября — началу октября 1962г. уже была сформирована советская военно-морская груп-пировка на Кубе. В неё вошли: 26-я бригада ракетных катеров (РКА), состоявшая из РКА пр.183Р — командир бригады кап. 1 ранга Е.Г.Шкутов; подвижный береговой ракетный полк в со-ставе четырех отдельных дивизионов, вооруженных крылатыми ракетами С-2 («Сопка») — командир полковник А.Г.Шиков; авиа-полк в составе трех эскадрилий самолетов Ил-28 — командир пол-ковник Д.С. Ермаков. В городе Мариэль был развёрнут флотский узел связи — командир кап. 1 ранга К.А. Белов. Там же распола-галось Отдельное морское отделение тыла. В состав группировки входили также отдельный отряд гидрографического обеспечения — командир кап. 3 ранга В.Бушмин, флотский полуэкипаж, не-сколько ракетно-технических баз, ряд частей и подразделений боевого обеспечения и тыла. В начале ноября ожидалось прибы-тие эскадры подводных лодок и эскадры надводных кораблей.

Далее остановимся на «Плане перехода кораблей Военно-Морского Флота по операции «Анадырь» (так в документе — авт.), сформулированном 18 сентября в Записке начальника Ген-штаба Маршала Советского Союза М.В.Захарова и первого заме-стителя главнокомандующего ВМФ адмирала В.А.Фокина в Со-вет Обороны лично Н.С.Хрущеву (полный текст документов см. в [Сайт Архив Национальной Безопасности https://nsarchive.gwu.edu/rus/Volkogonov.html 1. Записка Захарова и Фокина о планах военно-морской поддержки операции «Ана-дырь» из Архива Волкогонова]. Самфакт разработки этой За-писки данными должностными лицами в рукописном виде (кто писал — Захаров или Фокин, узнают будущие исследователи) го-ворит, во-первых, о секретности работы и, во-вторых, о том, что

даже другие офицеры Генерального штаба, привлечённые к раз-работке и реализации плана операции «Анадырь», не должны были знать о ней. Согласно документа, подводные лодки и надводные корабли на время перехода сводились в отряд боевых кораблей, включающий эскадру подводных лодок, эскадру надводных кораблей и дивизион судов обеспечения. В отряд было намеченотакже включить транспорт со спецгрузом, «…ко-торый совершит переход совместно с эскадрой подводных ло-док». Понятно, что «спецгрузом» были ядерные заряды различ-ногоназначения. Командование отрядом боевых кораблей возла-галось на вице-адмирала С.М. Лобова — первого заместителя ко-мандующего Северным флотом, который со своим штабом во время перехода должен был находиться на крейсере «Михаил Кутузов». Сегодня нам представляется, что разработчики допу-стили ряд терминологическихнеточностей и просчётов в предва-рительной оценке своих возможностей. Так, по современным представлениям «отряд кораблей» — это формирование мень-шего масштаба, чем эскадра, поэтому отряд в составе двух эскадр это нонсенс. Повторяем, по современным понятиям. Просчеты состояли в том, что для доставки «спецгруза» потребуется не один, а два транспорта, переход им придется осуществлять не с эскадрой подводных лодок, а самостоятельно. Данные замечания не следует воспринимать в качестве упрёков к разработчикам планов. Они в те дни оперировали теми категориями, которыми располагали и планировали те действия, которые предполагали осуществить. Через некоторое время ситуация изменялась, и они корректировали свои решения. Такова общая практика примене-ния войск и сил.

Исходя из первоначально установленного командованием срока прибытия кораблей на Кубу 9 ноября, были назначены сле-дующие сроки выхода из баз: подводных лодок (дивизии и бри-гады) из губы Ягельная на Севере — 7 октября; вспомогательных судов из Кольского залива и из Севастополя — 9-12 октября; надводных кораблей из баз Северного, Балтийского и Черномор-ского флотов — 19-21 октября. Переход отряда боевых кораблей

планировалось выполнить в три этапа: 1-й этап: переход подвод-ных лодок и надводных кораблей в район учения, лежащий южнее Бермудских островов; 2-й этап: проведение учения под-водных лодок и надводных кораблей в океане (2-3 суток); 3-й этап: движение отряда боевых кораблей из района учения на ост-ров Куба. В плане назначалась скорость перехода для всех групп кораблей и судов. Так, подводные лодки должны были двигаться для обеспечения скрытности днём в подводном положении, а но-чью в надводном положении «со средней суточной скоростью 7-8 миль в час» (так в документе — авт.). В последующем анализе и оценке действий подводных лодок мы всегда должны помнить об этом первоначальном замысле развёртывания отряда боевых ко-раблей на Кубу.

Однако реальная действительность оказалась иной. Уже через неделю — 25 сентября — те же лица в Записке в Прези-диум ЦК КПСС, докладывая ход выполнения «уплотнённого плана» операции «Анадырь», в части сил флота предлагают [Сайт Архив Национальной Безопасности https://nsarchive.gwu.edu/rus/Volkogonov.html

1. Записка Захарова и Фокина в ЦК КПСС о проведении опе-рации «Анадырь» из Архива Волкогонова]:

«2. В связи с тем, что посылка надводных кораблей флота с судами в настоящее время привлекла бы внимание всего мира и послужила не в пользу Советского Союза представляется необ-ходимым надводные корабли на о. Куба пока не посылать (про-должали реализовывать принцип скрытности не только в воен-ном плане, но прежде всего в политическом плане! — авт.).

3. Для усиления обороны о. Куба в группу Плиева направить 69-ю бригаду торпедных подводных лодок в составе четырёх ди-зель-электрических подводных лодок проекта 641, по 22 торпеды на каждой, всего 66 торпед, из них 4 с атомными боеголовками. Дальность стрельбы торпедами 19 км.

Бригаду отправить 1 октября из Кольского залива с расчё-том её прибытия на о. Куба 1 ноября с.г.».

Несколько комментариев к данным пунктам. Первый — в два-

дцатых числах сентября мы уже имеем дело не с первоначаль-ным, а «уплотнённым планом» операции

«Анадырь». Второй — надводные корабли «пока! не посылали» потому, что они могли быпривлечь внимание всего мира. По по-литической причине, а совсем не потому, что они не имели при-крытия с воздуха или потому, что по своему количественному составу они не могли соперничать с Атлантическим флотом США, как выдумывали в последующие годы многие «знатоки» советского ВМФ. Третий — 69-я бригада подводных лодок направлялась «для усиления обороны о. Куба». Запомним эту формулировку задачи.

Далее в Записке предлагаются меры для сопровождения и охраны транспортов

«Александровск» и «Индигирка», доставляющих на о. Куба спецбоеприпасы, в том числе:

«4. …В целях охраны транспорта «Александровск» на пере-ходе до Кубы послать атомную торпедную подводную лодку проекта 627-а, вооружённую торпедами, из них одна со спецбое-головкой в окончательно снаряжённом виде. Дальность стрельбы торпедами 19-24 км.

Атомная подводная лодка из соображений скрытности на наиболее ответственных участках перехода будет следовать до Кубы непосредственно под транспортом.

5. По транспорту «Индигирка», доставляющему спецбоепри-пасы, кроме сопровождения его транспортом «Бердянск» и наблюдения за ним других судов, идущих на о. Куба, направить в район южнее Бермудских островов торпедную дизель-электри-ческую подводную лодку «Б-75» проекта 611, находящуюся в данное время в разведке у берегов Америки (транспорт «Инди-гирка» вышел из Североморска 16 сентября — авт.).

Подводная лодка «Б-75» имеет 22 торпеды с дальностью стрельбы 11 км.

Подводная лодка будет находиться в районе движения транс-порта».

Важно ещё раз подчеркнуть, что перед 69-й бригадой не сто-яла задача обеспечивать развёртывание судов обеспечения. Она

должна была усилить оборону о. Куба, а для этого она должна была сначала туда перебазироваться.

Такое подробное и точное цитирование документа потребова-лось для того, чтобы данные сведения, которые пока неизвестны многим, довести не только до военных историков, но и для ши-рокой общественности. Цитаты позволяют сделать несколько за-ключений. Во-первых, из документов следует, что в сентябре план «Анадырь»

«уплотнили», очевидно, с учётом усиления активности амери-канского флота в его действиях против советских судов и хода подготовки США к вторжению на Кубу. Во— вторых, признано, что «посылка надводных кораблей флота с судами в настоящее время привлекла бы внимание всего мира и послужила не в пользу Советского Союза». Мы же добавим, что одновременно было принято решение не отправлять на Кубу и 18-ю дивизию ракетных подводных лодок. В Записке об этом не говорится, но по факту это решение состоялось и лодки рассредоточили в Мо-товском заливе вблизи Кольского полуострова [Лебедько]. В этих новых условиях уплотненного плана вполне логичным яв-ляется направление на Кубу не 7 октября, а на неделю раньше всего лишь одной 69-й бригады подводных лодок «Для усиления обороны о. Куба в группу Плиева».

Очевидно, что это был вынужденный шаг. Ведь, что могли сделать четыре торпедные дизель-электрические подводные лодки со своими торпедами против мощного американского флота вблизи от его баз? Они в Карибском море не имели ни раз-ведывательного, ни гидрометеорологического, ни гидрографиче-ского, ни поисково— спасательного, ни материально-технического обеспечения. На всём маршруте перехода и на его конечном участке лодки не имели прикрытия с воздуха от многочисленных средств воздушного обнаружения и нападения противника. Не было в регионе и надёжной системы управления ими. Вместе с тем, следует обратить внимание на то, что срочно, все— таки, по-требовалось сопровождение подводными лодками ценных транс-портов со спецбоеприпасами, не предусмотренное ранее. Теперь понятно, что в конце сентября первоначальный план «Анадырь»

претерпел существенные изменения в части развёртываемых сил и средств ВМФ и 69-я бригада подводных лодок становилась за-ложницей новой оперативно-стратегической ситуации.

Конечно, четыре ядерные торпеды могли натворить много бед, в том числе, привести к развязыванию всеобщей ядерной войны. Однако, как выяснилось позже, американское руковод-ство вообще ничего не знало о тактическом ядерном оружии на Кубе и на советских подводных лодках в том числе. И этот фак-тор был ещё одним из множества других, которые могли приве-сти мир к ядерной катастрофе.