Невозвращенец

Денис мог управлять своим кораблем, спускаться на атмосфернике на обитаемые планеты, ремонтировать свой корабль (для ремонта других необходимо было подключить соответствующие инструкции, а для их получения — купить соответственно то, что собираешься ремонтировать или хотя бы то, чем собираешься это делать), складировать груз (для этого, оказывается, тоже нужна была инструкция) — опять же только на своем корабле, стрелять из прилагающихся пульс-пушек, и вдобавок сканировать астероиды. Такая функция на корабле была, видимо в дань прежней профессии Дениса. Базы на перевозку пассажиров у него не было, но к счастью, военные пилоты получали знания по перевозке десанта, и этого было достаточно. Как оказалось, Денис мог управлять десантным кораблем с вместимостью до сотни существ, это значительно повышало его шансы на рынке труда. База "Навигатор местных линий", необходимая для полета внутри систем, подгрузилась автоматически, а вот медицинской базы, которая ему была необходима, чтобы заставить работать медблок, у него не было. Зато такое обслуживание для чего-то требовалось гражданским пассажирам. Тех начальных основ по оказанию первой помощи, которые ему преподавали на Весте, было недостаточно. А перевозка пассажиров, похоже, была единственным рынком, на который Денис еще мог пробиться в одиночку, доставку грузов и исследование межзвездного пространства прочно оккупировали разные корпорации и союзы пилотов.

За десять дней изучив бесплатно все, что только можно — это заняло всего сутки, остальное Денис, как оказалось, уже знал — по крайней мере, читать и считать он умел, и излазив инфосеть в поисках работы и других способов добычи денег, он подошел к той черте, которую необходимо было переступить. Черта эта называлась — иммиграционная регистрация, не переступишь, местные вояки выдворят тебя из системы в капсуле жизнеобеспечения, оставив корабль себе, о чем Дениса проинформировал иммиграционный офис, предложив, весьма настойчиво, как можно скорее прибыть на встречу с офицерами.

4.

На сам Хавор Дениса никто пускать не собирался, на поверхность планеты могли спускаться только граждане этой системы, дипломаты, военные — при наличии большого количества кораблей и вооружения, и просто богатые люди. Ни к одной этой категории Денис не принадлежал, поэтому его ждали на хаворостационарной орбите, на платформе иммиграционной службы. Перед полетом он загрузил из сети бесплатный навигатор и тот сам проложил маршрут — с посещением межпланетных торговых центров и площадок продажи топлива, оружия и прочих необходимых для полетов вещей. Пришлось на свой страх и риск исправлять маршрут вручную, пользуясь изученной базой, иначе до иммиграционной службы можно было добираться не меньше месяца.

Расположившись в центральном ложементе рубки, Денис отдал команду на разогрев двигателей. В отличие от тритиевых микро-реакторов, местное топливо требовало некоторой подготовки перед полетом — отдельные компоненты, заключенные в микрокапсулы, смешивались в специальном отсеке. Во время маневров работала только одна форсунка из шести, остальные включались последовательно, правда был еще турбо-режим, который включал сразу все форсунки, но, как следовало из инструкции, включать его рекомендовалось только в самом крайнем случае. Что это за случай, Денис догадывался, но надеялся, что не дождется его наступления. "Пекод" тронулся с начальным ускорением в два жэ, в рубке это совершенно не чувствовалось — внутренний гравитрон поддерживал ускорение свободного падения на комфортном уровне. Только картинка с внешних камер слегка дрогнула, звездное небо слегка повернулось, подстраиваясь под курс. До иммиграционного офиса было примерно с пять часов лета с минимальным разрешенным ускорением, Денис находился по ту же сторону от звезды, и двигался навстречу Хавору по плоскости эклиптики. Таковы были правила — максимальная скорость, ускорение и запрет полета над плоскостью эклиптики действовали для всех чужих кораблей. Что с ним сделают, если он эти правила нарушит, Денис решил не выяснять опытным путем

Во время полета догрузилась база "Управление складами", необходимая для размещения груза на корабле. Оказалось, что она необходима для транспортировки пассажиров с багажом. Остались несколько мелких инструкций — к стрелковому оружию, которое полагалось пилоту корабля, хотя в наличии его не оказалось, и к размещенным на узловых шарах плазменно-импульсным орудиям. Хотя конструкционно они входили в состав двигателей, но описание орудий шло отдельно, и изначально было защищено военным кодом. Только сейчас обнаружив это, Денис полез в сеть — на гражданских переделанных корветах "Вихрь" эти форсунки не функционировали.

Денис в голове прокрутил всю ту информацию, которую получил за последние десять дней. Сведениям из сети, по аналогии с Землей, он не доверял, но других источников все равно не было, и по тем, что он изучил, вроде бы сложностей с регистрацией возникнуть не должно. Информация с нейросети мигранта считывалась в компьютер департамента и проверялась с той, что имелась в базе. Одновременно данные с корабля синхронизировались с внутрисистемной базой. Через трансмиттеры проверялось соответствие данных в соседних системах, откуда должен был прибыть корабль. При умелом воздействии на базы все эти проверки пройти не составляло труда, и судя по инфосети, таких умельцев было много. К сожалению, Денис к ним не относился. Тот факт, что, будь корабль нелегальным, его бы давно уже конфисковали, землянина не слишком успокаивал.

При вхождении в местную сеть кораблю присваивался уникальный идентификатор, и Денис, полазив по базам данных, обнаружил, что его Вихрь принадлежал совсем другому существу, которое продало его меньше чем две недели назад неизвестному лицу. Видимо, этим лицом был он. При прохождении имм-контроля имя владельца заносилось в базу, хотел он того или нет. Теоретически можно было перелетать из системы в систему, оставаясь инкогнито, но вести дела предстояло определенному субьекту.

В общей системе корабль был зарегистрирован под определенным номером, но если Денис собирался здесь заработать немного денег, то индивидуальность корвету не помешает, и он собирался изменить числовой идентификатор на "Пекод". Были и другие варианты. Размышляя о своей нелегкой судьбе, он подумывал о названии "Скиталец" — это слово на имперском было синонимом слова Идиот, видимо отражая отношение местных жителей к тем, кто, очертя голову, ломится в бескрайние просторы космоса, наплевав на удобства и благополучие. Можно было назвать корвет "Корус" — такое животное, напоминавшее земного варана, водилось в соседней звездной системе, было почти разумно и главное — обладало зачатком крылышек, в точности как родовой знак мифических Ахонцев. О которых, впрочем как и об их артефактах, в сети не было ни слова. Редкие упоминания о Древних расах были связаны в основном с теориями (не признаваемыми официальной наукой), по которым большая часть гуманоидного населения империи была создана в качестве разумной еды для неких высокоразвитых существ, скоро должна была достигнуть той численности, при которой переработка их на консервы для бывших хозяев должна стать рентабельной, и те, дождавшись таки этого радостного факта, вернутся. Одни приверженцы этой теории усиленно питались, чтобы максимально соответствовать чаяниям каннибалов из другой галактики, другие наоборот, старались как можно сильнее похудеть, надеясь, что их это спасет. Изможденные существа пугали своим видом остальных граждан и привлекали излишнее внимание местных средств информации, их изображениями была забита вся сеть.

— Вы приближаетесь к иммиграционной платформе, — раздался голос. — Заглушите двигатели, пока корабль проходит идентификацию.

Денис послушно отключил двигатели, корабль шел в режиме торможения, и теперь перестал сбрасывать скорость. Орбитальная платформа, в четырнадцать километров длиной и диаметром метров триста, была почти рядом.

— Продолжай торможение, пилот, — вклинился другой голос, — а то ты тут у нас все разнесешь. Как только уравняешь скорость с платформой, подходи на расстояние в три километра и держись этого курса.

— Понял, — Денис отдал команду навигатору (тот попытался снова проложить курс через соседнюю торговую платформу, но эта жалкая попытка была решительно пресечена). Корвет замедлился до скорости пять километров в секунду и завис на орбите возле иммиграционной платформы. От платформы отделился зонд, подлетел к кораблю, подключился к внутренней сети через внешний коммуникационный разьем.

— Отличный корабль, — обладатель второго голоса усмехнулся, — где ты его только откопал. Не думал, что такие еще летают. Твой стыковочный шлюз — 19. Передача параметров прошла.

— Параметры принял, — привычно ответил Денис, глядя на основной монитор, где уже мигала иконка навигатора.

— Конечно, принял. Откуда ты вообще взялся, парень? На станции нормальная атмосфера, так что скафандр можешь не надевать. Пройдешь по красной линии, ждем.

Денис кивнул головой, впрочем, сомневаясь, что его видят — в описании корабля такая возможность для наружного компорта отсутствовала. Разьем на одном из ребер передавал ограниченное количество информации — тип корабля, количество топлива и наличие вооружения. Остальное выяснялось при необходимости с разрешения старшего пилота, или, если тот был не согласен, в корабль посылали спецкоманду.

На мониторе возник стыковочный узел — площадка диаметром в сотню метров, навигатор выровнял корабль, захваты надежно притянули его к площадке. Башенки с излучателями нацелились на корабль, по поверхности проскакивали искры. От ближайшего шлюза начал разматываться канал перехода — шланг диаметром метра в три с расширением на конце. Плоская лента достигла корабля, расширение поднялось, словно голова змеи, и надежно присосалось к эвакуационному люку. Люк открылся автоматически, корабль даже не спросил разрешения у хозяина. Денис уже понял — почему, управление было перехвачено присосавшимся к внешнему компорту зондом. Это что ж такое, к чему все эти знаки внимания. В той процедуре регистрации, которое он изучил, такое проводилось только с военными кораблями других систем. Ну да, конечно же, он и есть военный корабль, правильно там опасаются — мало ли какой .. скиталец.. сидит за пультом, еще разнесет все тут к такой-то матери.

По раздутому от воздуха с пониженным в сравнении с земным, содержанием кислорода, Денис протопал к шлюзовой камере, а оттуда попал сразу в коридоры иммиграционной платформы. Мимо сновали гуманоиды, хотя проще сказать — люди, от землян они отличались только слегка фиолетовым цветом кожи, невысокого роста, коренастые, а проще говоря — толстые. Культ жирных боков тут процветал, это Денис сразу заметил, когда просматривал инфосеть. Самые высокие расценки на секс-услуги шли от заплывших жиром фиолетовых колобков. Кроме людей, иногда проходили змееголовые кроги, раса, обитавшая в нескольких соседних системах, от змей, правда, у них была лишь текстура кожного покрова и лысая голова, да еще глаза без бровей и ресниц, по сути они тоже были теплокровными гуманоидами, хотя таковыми себя не признавали. У кроги не было своего государства, и на принадлежность своих систем каким-то людским образованиям им было наплевать. С этим хотя и неохотно, но мирились, цивилизация крогов была технологически более развита, история их существования на планетах, вращающихся возле красных карликов, насчитывала сотни тысяч лет. В сериалах кроги обычно изображались существами благородными и щедрыми, лучшими друзьями, человеческие женщины были от них без ума, а их товары — самыми качественными и технологически продвинутыми. Видимо, без денег змеелюдей там не обошлось.

После того обилия инопланетян, которое наличествовало в сети, всего двух рас на платформе было явно недостаточно — Денис рассчитывал на большее. Пунктирная линия вела мимо каких-то магазинчиков, забегаловок и офисов, клиентов было много, хорошо, что он догадался поесть перед выходом, синтезатор продуктов на корабле работал отлично, из чего была сделана еда, Денис предпочитал не думать. Инопланетной еды, конечно, хотелось попробовать, но пока было не на что, оставалось надеяться, что после регистрации на бирже на разблокированном счете корабля окажется хоть какая-то сумма. Корабль мог стыковаться бесплатно на государственных платформах около трех местных суток (время в иммиграционном офисе шло по универсальному времени, когда императору приспичит сходить в туалет, никто угадать не мог), оставалось только надеяться, что за это время подвернется хоть какая-то работа.

Тусклое освещение коридоров компенсировалось четкой работой навигатора платформы. Комм вел Дениса коротким маршрутом, видимо просканировав его счет и осознав его ничтожность как клиента. Судя по карте, сам офис находился примерно в километре от шлюза, воздух со слегка повышенным содержанием кислорода придавал бодрости, повышенное в несколько раз содержание серы отсекалось воздушными фильтрами, которые Денис захватил на корабле. Атмосфера местной планеты отличалась от атмосферы Земли в худшую сторону, но не настолько, чтобы, потеряв фильтры, упасть и корчиться в муках.

Денис шел, вертя головой — местные магазинчики предлагали все, что душе клиента угодно. Лавки с поддельными драгоценностями и артефактами Древних, многочисленные увеселительные заведения соседствовали с непонятными храмами и просто закрытыми для посторонних клубами. Уличные зазывалы предлагали новые наркотики и ручных зверюшек, способных определять яды. Магазинчики для туристов, отделения фирм по продаже космических кораблей, оружейные лавки, секс-шопы и просто бордели, ресторанчики и криминального вида забегаловки — Денис пообещал себе, что как только заработает денег, непременно прошвырнется по этому гадюшнику.

Пунктир вывел его в неприметный тупичок, совершенно пустой. Покрутив головой и не найдя ничего похожего на дверь, Денис запросил навигатор. Судя по пунктирной линии, дверь была прямо в стене, перед которой он стоял. Простояв так несколько минут, он постучал носком ноги по стене. Стена подернулась рябью, появившийся дверной проем намекал на то, что Дениса тут уже ждут. Ничего не оставалось, как толкнуть дверь иммиграционного офиса.

Комната размером примерно десять на десять метров была практически пуста, матовый потолок источал приятный приглушенный свет. Легкая неприятная музыка резкими звуками терзала слух. Пунктир заканчивался в центре комнаты у ложемента, подобного тому, что стоял в рубке корвета. Больше ничего в комнате не было, ни окон, ни других существ, только ложемент, свет и музыка. Даже дверной проем исчез. Подойдя к креслу, Денис на секунду замер, потом решился и уселся на мягкое сиденье, подождав еще немного, прилег.

— Ты находишься в офисе по регистрации гостей системы Магс, — предупредил его чей-то голос. — У тебя есть право встать и уйти, в этом случае ты обязан покинуть нашу систему до следующего пробуждения императора, которое может произойти в любой момент. Если останешься, ты должен дать полный доступ к своей нейросети.