Безусловно, его соорудили и тщательно замаскировали уже после того, как солдаты покинули лагерь. Значит, где-то внизу есть очаг. Вот только как до него добраться? Даже если раскидать эту груду строительного хлама высотой почти в человеческий рост, кирпичная труба выглядела слишком узкой, чтобы в неё мог пролезть человек.
Девушка в очередной раз огляделась по сторонам. Ничего похожего на дверь или на люк. Присев на корточки, смахнула пыль, обнаружив, что пол в здании покрывал сплошной слой глины. Он кое-где растрескался, но попытка расковырять его кинжалом ни к чему не привели. Слой оказался слишком толстым.
Тогда беглая преступница стала простукивать его костяшками пальцев. Но получавшийся при этом звук ничего ей не говорил и казался везде одинаковым.
Добравшись до кучи сухих листьев, осторожно смела их в сторону, воспользовавшись валявшейся поодаль веткой с множеством причудливо искривлённых побегов.
Смахнув в панике расползавшихся жуков и гусениц, приёмная дочь бывшего начальника уезда сразу обратила внимание на множество коротких, тоненьких трещинок, образующих правильный прямоугольник.
Расковыряв замазку, прочностью и даже цветом отличавшуюся от того материала, из которого когда-то сделали пол, обнаружила канавки шириной и глубиной примерно в сантиметр, на дне которых проглядывали две вертикально поставленные, плотно прилагавшиеся друг к дружке дощечки.
Выпрямившись, Платина отбросила со лба выбившуюся прядь и сверху вниз посмотрела на ясно обозначившийся люк, представлявший собой набитый плотно утрамбованной глиной ящик длиной и шириной сантиметров в семьдесят. Чтобы скрыть его от посторонних глаз, кто-то тщательно законопатил щели между ним и полом, присыпал их пылью и набросал сверху нарезанных веток.
Вот только Ия никак не могла сообразить, как же его открыть? Попыталась вставить в щель между дощечками кинжал, но побоялась сломать.
Охваченная нетерпением и уже не обращая внимание на пыль, тщательно очистила ладонями люк, заметив два пятна, также покрытых сеточкой трещин. Эта глина походила на ту, которой замазали щели между ним и полом.
Поковырявшись кинжалом, девушка выкопала две короткие петли из толстой, даже на вид прочной верёвки.
Вскочив на ноги, ухватилась за них, пробуя поднять ящик. С первой попытки ничего не получилось, и люк вылез из своего гнезда лишь на пару сантиметров, после чего со стуком вернулся на место.
Тяжело дыша, Платина плюхнулась на задницу, вытирая рукавом выступивший на лбу пот. Здравый смысл мягко, но настойчиво рекомендовал сбегать за Сашкой и вдвоём вскрыть тайник. Вот только охваченная нетерпением и азартом исследователя Ия уже буквально извелась от любопытства, считая, что просто обязана первой забраться в этот подвал и всё там осмотреть. А на краю сознания мелькнула пугающая мысль: может, соотечественник не так уж и неправ в своей надежде на ангела?
Желание подтвердить, а лучше опровергнуть это предположение, оказалось настолько велико, что девушка не сумела с ним справиться.
Присев на корточки, она крепко ухватилась за верёвочные петли и, сделав пару глубоких вдохов, рванула ящик вверх, используя для этого ещё и мышцы ног, как тяжелоатлеты.
Запредельным усилием ей удалось вырвать люк из гнезда и положить его на угол. Потом она пыхтя оттащила его в сторону и с замиранием сердца заглянула в тёмный провал, сразу же увидев лёгкую, бамбуковую лестницу.
Прихватив валявшийся поодаль кинжал, Платина осторожно потрогала ногой перекладину, заодно отметив, что пол подвала не так уж и далеко. Спускаясь, она оценила толщину потолка подвала сантиметров в пятьдесят. Снизу его поддерживали массивные балки из потемневшего дерева.
Пробивавшегося сквозь люк дневного света хватало, чтобы рассмотреть помещение, расположенное, как показалось Ие, почти под всем зданием. В том месте, где наверху в груде мусора прятался дымоход, располагался очаг, чем-то напомнивший девушке декоративный камин из её родного мира. На трёх булыжниках над кучей пепла стоял небольшой, закопчённый котёл с крышкой.
Почти по всему периметру вдоль стен и посередине подвала возвышались деревянные стеллажи. Но в одном месте верхние полки сломали, соорудив на нижней лежанку. Об этом красноречиво свидетельствовало сложенное одеяло и тряпичный ком, очевидно, служивший подушкой.
Скорее всего, во времена существования военного лагеря здесь хранились какие-то ценные припасы, возможно, деликатесные продукты для командного состава или ещё что?
Тот, кто обустраивал здесь убежище, постарался придать подвалу хоть немного жилой вид: соорудил очаг с дымоходом, топчан для сна и даже стол с табуреткой. На их сооружение, видимо, пошли доски с одного из двух стоявших в центре стеллажей, от которых остались только верхняя полка и поддерживавшие потолок кирпичные столбы.
Из утвари бросились в глаза: масляный светильник с потемневшим металлическим отражателем, пара глиняных мисок с одинокой ложкой, маленький медный ковшичек на длинной ручке и фарфоровый чайник с отбитым носиком. Посуду и всё вокруг покрывал густой слой пыли. Похоже, хозяин схрона не появлялся в нём уже давно.
В дальнем конце подвала на полках темнели какие-то непонятные тюки. Подойдя ближе, Платина с удивлением поняла, что это большие керамические горшки.
Осторожно приподняв крышку на том, что стоял поближе, Ия принюхалась, но ничего особенного не почуяла. Наклонив посудину за широкую горловину, убедилась, что та явно не пустая. Послышался шорох, будто что-то сыпалось. Девушка хотела сунуть туда руку, но в последний момент удержалась. Ещё сильнее потянув горшок на себя, высыпала на грубо отёсанные доски кучку крупных, жёлтых семян, похожих на очищенное пшено.
Беглой преступнице уже приходилось есть кашу из подобной крупы. Вкус так себе, но это еда. То, что им сейчас так необходимо.
С трудом веря в происходящее, взяла несколько семян и ещё раз понюхала. Ни затхлости, ни гнили. С замиранием сердца приёмная дочь бывшего начальника уезда положила их в рот и разжевала, готовясь выплюнуть при первом же неприятном ощущении. Проглотила, прислушиваясь к себе. Ничего не произошло, только есть захотелось ещё сильнее.
Тут же осмотрела и другие горшки. В одном, такого же размера, — хранилось немного бобов, во втором, поменьше, — обнаружилось примерно грамм триста крупной, грязно-серой соли, в третьем — что-то перекатывалось. Это оказался моток тонкой, шёлковой бечёвки с петельками на концах.
"Тетива! — тут же догадалась Платина. — Значит, где-то есть и лук. Но зачем её в горшок прятать?"
Удержав себя от немедленных поисков оружия, Ия продолжила осматривать сосуды на полке. В пузатой, керамической бутылке, как и ожидалось, плескалось вино, а вот из узкогорлого кувшина, плотно заткнутого кожаной пробкой, пахнуло такой кислятиной, что у беглой преступницы заслезились глаза.
Вернув его на место, девушка в который раз окинула полутёмное помещение изучающим взглядом. Конечно, по-хорошему здесь следовало всё тщательно осмотреть, но Платина вдруг почувствовала странную опустошённость.
В душе пришелицы из иного мира воцарил полный хаос. Это, что же получается: Сашка оказался прав, понадеявшись на Бога? Ну, или, скорее, на то сверхъестественное существо или сущность, утащившую его сюда прямо из Чёрного моря середины 19 века?
Одно то, что им вообще удалось спастись от разбойников, уже само по себе огромная удача. Однако Ия этому как-то не особенно удивилась, привыкнув к тому, что "игрок", неустанно устраивая ей разнообразные гадости, всегда оставляет для своего "протагониста" маленькую "лазейку", позволяющую уцелеть, хотя и большим риском для жизни. Нужно быть только очень внимательной, недоверчивой и суметь перебороть свой страх.
Но то, что соотечественнику вот прямо, так ясно, чётко и недвусмысленно подсказали, где им можно спрятаться, а главное, этот подвал со множеством так нужных ништяков уже не вписывался в привычную схему.
Окажись приёмная дочь бывшего начальника уезда одна в подобной ситуации, она бы, не задумываясь, продолжила путешествие в Даяснору. Возможно, у неё и не получилось бы до него добраться. Вот только иной цели у девушки сейчас просто нет.
Но соотечественнику вопреки здравому смыслу захотелось непременно спасти своего побратима, а заодно — папочку и братика одной местной красотки.
И Платине, скрепя сердце, пришлось остаться с Сашкой, полностью осознавая бессмысленность этой затеи и имея лишь робкую надежду на то, что сия очевидная истина дойдёт до него не слишком поздно.
Сейчас же схрон с его содержимым даёт им шанс не только выжить, но и постараться помочь Хаторо, а заодно и олигарху с сыночком. Вдруг их и в самом деле удастся разыскать?
Ия уже давно сомневалась в случайности выпадавших на её голову бед и подумала, что "игрок" Жданова, если он, конечно, есть, гораздо добрее и, если так можно сказать, человечнее, чем та злобная субстанция, которая превратила жизнь девушки в бесконечную череду горестей. И в этом есть ещё одна причина держаться ближе к мичману российского императорского флота.
Возможно, с ним будет проще преодолевать преследующие их злоключения, или, может быть, их станет поменьше. Ну, и вдвоём проще удержаться на тех проклятущих "качелях", что устраивает им этот мир, бросая их от высот удачи к бездне несчастий, и наоборот.
Глава II
Робинзон и пара Пятниц
Знает ли Небо, как тяжек
подобный гнёт?
Оно исхудало бы, услыхав мои жалобы,
и со мною рыдало бы
ночь напролёт.
И никто не знает, когда придёт конец этой скорби!
Гуань Хань-цин
Обида Доу Э
Мичман российского императорского флота по-прежнему сидел, вытянув ноги и устало привалившись спиной к потрескавшейся стене.
Услышав приближавшиеся шаги, он, открыв глаза, посмотрел на соотечественницу и явно собрался вновь погрузиться в дрёму.
— Пойдём! — призывно махнув рукой, криво усмехнулась та. — Почтенный. Тебе нужно кое-что увидеть.
— В чём дело? — недовольно нахмурился молодой человек.
— Вставай, вставай, — настойчиво поторопила Платина, намекнув со значением: — Это очень важно.
— Ну, что ещё? — досадливо поморщился Жданов. — Говори здесь. К чему эти тайны?
— Давай поднимайся, — продолжила уговаривать Ия, заверив: — Тут совсем недалеко. Чего я буду рассказывать? Сам посмотришь.
Тяжело вздохнув, собеседник встал, машинально оправил куртку и вопросительно посмотрел на девушку.
Приведя его в нужные развалины, приёмная дочь бывшего начальника уезда кивнула на закрытый люк, взялась за одну верёвочную петлю и сказала, кивнув на другую:
— Помоги, почтенный.
— Что там? — наклонившись, настороженно спросил спутник.
— Подвал! — с довольным видом сообщила Платина.
Даже вдвоём они не без труда подняли набитый плотно утрамбованной глиной ящик, отложив его в сторону.
Глянув в таинственно темневший лаз, мичман российского императорского флота, видимо, от волнения, опять заговорил в привычной для себя манере:
— Вы уже туда спускались?
— Конечно, — кивнула соотечественница и, не удержавшись, ехидно заметила: — Не беспокойся. Проверено. Мин нет.
— Какие ещё мины? — недоуменно нахмурился молодой человек. — О чём вы?
— Не обращай внимания, — в нетерпении отмахнулась Ия. — Это просто присказка такая. Означает, что место безопасно и можно спокойно ходить.
Собеседник нахмурился, но уточнять не стал, а решительно отстранив её, спустился в подвал первым. Оглядевшись по сторонам, он поднял взгляд на девушку и протянул руку с явным намерением помочь.
По-началу та его проигнорировала, но, сойдя вниз на пару ступенек, царственным жестом вложила свои испачканные пылью пальчики в грязную ладонь Жданова и не стала убирать их, даже оказавшись на полу из плотно утрамбованной глины.
Мичман российского императорского флота отстранился первым, якобы затем, чтобы поправить матерчатый пояс, перетягивавший его гибкую талию.
— Что это? — спросил он, оглядываясь.
— Наверное, когда-то тут была какая-нибудь кладовочка или склад, — ответила Платина. — А сейчас чей-то схрон.
— Схрон? — вскинув брови, молодой человек досадливо поморщился. — Пожалуйста, говорите яснее! Я же не знаю всех ваших новомодных словечек.
— Так у нас называют тайное, хорошо замаскированное укрытие, — заставив себя успокоиться, стала терпеливо объяснять соотечественница из иного времени. — Сами видите. Сверху обычные развалины. Мимо пройдёшь, ни за что не догадаешься, что здесь такое удобное и просторное помещение. Тут есть очаг, лежанка и даже запас продуктов.
— Продуктов? — заинтересованно переспросил собеседник.
— Ну да, — подтвердила Ия. — Немного бобов, соли и пшена. Дня на три точно должно хватить.
— Покажи! — голос Жданова дрогнул.
— Сюда, — позвала его девушка, направляясь к полке с кувшинами.
Зачерпнув горсть крупы, мичман российского императорского флота высыпал её обратно и вдруг истово перекрестился.
— Слава тебе, Господи! Слава тебе!
Потом ликующе посмотрел на спутницу.
— Я же говорил вам! Сказано в Писании: "По вере вашей да будет вам". А вы не верили! Вот вам доказательство того, что Ангел Господень нас не покинул!
Предвидевшая нечто подобное приёмная дочь бывшего начальника уезда криво усмехнулась.
— Если он такой добрый, то почему позволил разбойникам перебить всю команду "Бойкого селезня"?
— Апостол Павел сказал: "Неисповедимы пути Господни", — назидательно произнёс молодой человек. — Или вы сомневаетесь в Божественной мудрости?
— Не сомневаюсь, — покачала головой Платина. — Я сомневаюсь в том, что ему вообще есть до нас хоть какое-то дело. И думаю, что если ты намерен рассчитывать только на своего Ангела, то погубишь и себя, и всех нас. Даже свою ненаглядную Итоми.
Она ожидала продолжение спора и даже уже подыскала несколько несокрушимых, как ей казалось, аргументов, чтобы оставить последнее слово за собой, но соотечественник вдруг охнул:
— Как же я мог забыть! Она же сейчас вернётся, а меня нет!
— Покричит, услышим, — буркнула Ия.
— Нет, нет! — замотав головой, Жданов заявил не терпящим возражения тоном: — Я тут всё осмотрю. А ты ступай и подожди её там.
— Вообще-то, я хотела кашу сварить, — устремив взгляд к потолку, пробормотала девушка. — Но, если надо, то, конечно, пойду и буду ждать сколько понадобится.
— Кашу? — переспросил собеседник, глотая слюну.
— Кашу, — подтвердила Платина. — Только надо сначала на речку сходить, крупу промыть и воды принести. Вон там на полке как раз подходящий кувшин есть. Ну, и хворост нужен для очага.
— Хорошо, — с явной неохотой согласился соотечественник. — Я сам подожду госпожу Итоми и приведу её сюда.
"Да не называй ты её госпожой!" — в который раз за этот день подумала Ия, но не стала ничего говорить и только досадливо махнула рукой. Чего уж тут. Сашка успел столько всего наговорить, что, если только дочка олигарха — не полная и окончательная дура, то наверняка уже начала подозревать их в сокрытии своих истинных личностей.
