Этот эффект толпы ощутила на себе даже Люся с подругами. Не будь их рядом, тоже настроенных не поддаваться, противостоять ему было бы намного труднее. Сразу же вспомнились и пояснения Тордула о природе эгрегоров как коллективных энергоструктур и об их воздействии на отдельных людей. Тогда, просто со слов, это было едва понятно, а сейчас ощущалось напрямую. Так если им, знающим и понимающим, сохранять рассудок нелегко, то каково же тогда приходится безграмотным туземцам? А у них эмоции хлещут через край, и если ритм задан запорожцами, то энергетическое наполнение — от туземцев. И это тоже ощущается, да ещё как ощущается! Купалу праздновали, конечно, и в прежней жизни, в основном на Хортице, и празднества были намного массовее, но там-то это было игрой современных горожан в средневековых предков, а здесь и сейчас для этих туземцев это настоящий религиозный обряд, и если он идёт не совсем по традиции, то уж точно не по их вине. Они — стараются, как только могут, и это — ощущается.
Постепенно костёр прогорел, "шалашик" дров обрушился, и пламя стало ниже. Хоровод начал замедляться, пока совсем не остановился остановился, и самые отчаянные из туземцев, разбившись на пары, начали с разбегу прыгать через костёр. Туземные девки при этом задирали свои длинные подолы, чтобы не опалить их, сверкая голыми ляжками, и это вызывало бурю восторга у парней. Вслед за туземцами начали прыгать и горожане, кто парами, кто сам по себе, но только городским девкам и молодым бабам задирать было нечего, и так подол короткий, что тоже туземных парней уж всяко не расстраивало. И чем дальше, тем разнузданнее становились последующие прыгуньи, стремясь переплюнуть на глазах у толпы своих предшественниц. Кириллина и Кузьменко и короткие-то подолы до пупка задрали, демонстрируя на всеобщее обозрение свои трусики, а не в меру креативная менеджерша Аня, перетрусив в последний момент прыгать через костёр и обогнув его по дуге, в качестве реванша задрала свой топ до самых подмышек, а под ним у неё ничего не оказалось, кроме верхних выпуклостей внушительного для её телосложения размера. Тут уж туземные парни взвыли от восторга, и у неё сразу же нашлись подражательницы.
При виде начавшегося непотребства добропорядочные семьи горожан начали расходиться по домам, уводя мелких детей и вытаскивая из круга зрителей в приказном порядке малолетних подростков, особенно девочек. Пацанва-то ныкается за другими, её поди ещё разыщи. Но находят и тоже выдёргивают, кое-кого подзатыльником отцовским вразумляя. С совершеннолетними сложнее — имеют право решать за себя сами, а соблазн подзадержаться у пацанвы велик. Тут и стриптиз бесплатный, и танцульки эротические, и продолжение намечается теоретически ничем не ограниченное. Репутация зачинщиц ведь такова, что не заржавеет за ними и пощупать себя дать, а кому-то — и не только пощупать. И напоминать многим приходится, что бесплатный сыр бывает только в мышеловке, а для шалав и прочих не востребованных ловля дурачка на пузо — единственный способ женить его на себе. Девки — ну, эти в зависимости от индивидуальной испорченности. Есть такие, которые готовы тоже пуститься во все тяжкие. Дурной пример — заразителен.
Но нормальные девки и настроенные на нормальную жизнь — тоже начинают с женихами расходиться по домам. Тут и Люся подала сигнал и с помощью подруг выдрала из круга сперва стайку туземных невест участников экспедиции, а затем и городских. Не хотевших выпускать их урезонили Андрей с Костяном и Витьком. Городских быстренько увели Костян со Светкой через парк к жилым кварталам, а туземных Люся, Витёк, Наира и Андрей повели сперва в их общажные комнаты во Дворце за их постельным тряпьём и прочими личными вещами. Не факт ведь ещё, что только на эту ночь из общаги уходят. У славянских язычников, как вспомнилось Андрею, их летнее солнцестояние тоже не один день празднуется, так что вовсе не исключены продолжения в том же духе в последующие вечера. Это уже по обстановке завтра виднее будет, а пока, исходя из худшего варианта — пару-тройку ближайших ночей девкам лучше всего в ментовской кутузке поспать. Так и безопаснее им будет, и просто спокойнее.
Даже в плане элементарной тишины. Как тут заснёшь, когда на площади перед Дворцом такой гвалт? И хрен он прекратится в ближайшее время, потому как все, кто не расходятся, намерены продолжать празднование. В другие какие-нибудь дни разогнали бы это шумное сборище ментовскими патрулями, но сейчас — это традиция, которую следует уважить. Разве предполагал кто-то в прежней жизни, что и помещения Дворца под жильё придётся использовать? А другой площади под мероприятие в городке просто нет. И кого поселили во Дворце, тем в эту ночь уж точно не заснуть. Это даже если и не будут к ним ломиться сексуально озабоченные, которым на самой площади на всё согласной пары не нашлось, но скорее всего, будут ведь — просто как к ближайшим, до которых далеко идти не надо. Поэтому — на хрен, на хрен.
Так ведь и в комнатах общаги спокойно собраться им не дали. Они ведь там в трёх разных комнатах вперемешку с другими туземными девками были расселены, кто из их же племён или ближайших родственных. Первыми эти девки-соседки прибежали — вы куда, типа, собрались? Этих отшили Люся с Наирой — куда надо, туда и собрались! Нет, с ними вам не нужно, раз вы веселиться здесь настроены. Только собрали вещи и в коридор с ними вышли, так парни там подвалили — на кого вы, типа, нас оставляете? На кого сами хотите из оставшихся! Это им Андрей с Витьком растолковали. Было же вам сказано, что невесты отсутствующих дожидаются женихов и в ваших игрищах не участвуют? Ну так и какое ваше дело, куда мы их уводим? От вас с вашими приставаниями подальше.
Выходить решили не через главные проёмы, которые на площадь, а наоборот, через противоположные и в обход площади. Сунулись было на южную сторону, чтобы за кустиками тихонько пройти, но куда там! Навстречу трусцой, но задрав подолы, девки с площади бегут. Там, типа, уже слишком весело, и они лучше к реке пройдутся пораньше, где всё равно венки в воду пускать предстоит. Парни, конечно, всё равно сейчас за ними увяжутся, и всё равно там раздеваться, и кончится всё тем, чем и должно, но свои женихи — это свои, с ними — нормально, для того и предназначен праздник, а на площади при всём народе, как их некоторые там уговаривают — это чересчур. Их женихи такого не поймут и будут ведь правы. Какие-то у запорожцев обычаи очень странные. Так разве делается? Ах, это не у всех запорожцев, а только у некоторых, которые там сейчас и резвятся? Ну, тогда понятно. Правильно делаете, что уходите, только не этим путём, за нами сейчас и женихи наши пойдут. Другой стороной лучше обойдите.
Так и сделали, обойдя Дворец с северной стороны. Проходя мимо площади, тут же убедились, что встреченные ими с южной стороны Дворца девки ещё поскромничали, постеснявшись назвать вещи своими именами. Уже и по гвалту из-за угла стало понятно, что творится на площади нечто экстраординарное. Ага, слишком весело, называется! Так и есть. В середине круга три массовицы-затейницы, то бишь Аня, Галя и Оля, практически нагишом разнузданно отплясывают и явно балдеют от вызванного ими восторга туземных парней. Ну, на Ане с Олей узенькие трусики, у Гали пляжный платок на бёдрах, а есть ли что-то под ним, можно только гадать, да и сам он неширок. Ну, туфельки еще у всех трёх на шпильках — нельзя сказать, что они раздеты полностью, не погрешив против истины. И одеты уж очень слегка, и ведут себя соответственно.
— И куда же это вы их ведёте, да ещё и с вещами? — глазастая Оля Кузьменко в этот момент как раз смотрела в их сторону и заметила попытку тихого ухода, — С ночёвкой в неизвестном направлении, пока их женихи загорают на южном берегу Крыма?
— Ментам дежурство скрасить или стеснительным соседям? — развила её шутку Галя, — Ну, Люся, не ожидала я от тебя сводничества! Ты такую правильную всегда из себя строила, и тут — на тебе! А что Олег скажет, когда вернётся?
— Плюнь на всё, Люся! — добавила Аня, — Присоединяйтесь все к нам, у нас тут веселее будет! А твоему Олегу мы об этом не скажем, слово тебе даём, честное шалавье! — и хохочут все три, подстрекая к этому же и остальных, — Ребята, не отпускайте их!
— А ну-ка, кто тут кого-то куда-то не отпускать собирается? — поинтересовался возглавлявший ментовский патруль Михаил Писарев, передвигая МП-5 и перехватывая за рукоятку, — У нас в ГУВД как раз обезьянник соскучился по постояльцам! — его напарник прыснул в кулак, — А в случае беспорядков — тебя предупреждали, Галя, какую мы имеем команду от Семеренко? Не вынуждай нас выполнять её.
— Пришли менты, нам всем кранты! — процедила Галя, — Фиг с ними, пусть идут, куда хотят, мы тут и без них скучать не станем!
— То есть, так и быть, милостиво отпускаешь нас? — съязвила Люся.
— Да катись ты на фиг, змеюка! Андрюша, проводи её и развлеки, а то она тут без Олега вообще остервенела!
— Хорошая попытка, Галя! — ухмыльнулся тот, — Вы тут, главное, продолжайте, не скучайте, но ждите меня, и я вернусь!
— Ты что, на самом деле собрался? — спросила его Люся, когда они свернули на дорожку в обход парка.
— Ну, как историк, я не прощу себе, если не увижу и не запечатлею для истории, — Андрей похлопал по чехлу смартфона.
— А главное — если не поучаствуешь?
— Это ты у нас, Люся, по факту замужняя женщина, а я-то — холостой. На пузо я им не поймаюсь, не беспокойся, — и вся компания рассмеялась.
Привели девок в РОВД, показали им камеры в кутузке, дали выбрать места на нарах и расстелить на них свои постельные тряпки, а заодно Люся с помощью Андрея им растолковала, для чего на самом деле предназначены эти помещения. Въехав в юмор всей этой ситуёвины, девки долго смеялись. И когда Зозуля предложил ради шутки заполнить электронный протокол административного ареста "за злостное уклонение от соблюдения традиционных обычаев родных племён", и они въехали в суть идеи, то с удовольствием "во всём признались" и хохотали дольше и заливистее самих ментов. Отсмеявшись и сам, капитан отправил протокол по сети и Семеренко, чтобы посмеялись и коллеги в ГУВД. С определением девок на безопасный и спокойный ночлег в ментовской кутузке обязаловка для городской молодёжи была исчерпана.
Витёк с Наирой отправились к себе, Андрей снова на площадь у Дворца, как и обещал шалавам, а Люся — к родокам Олега, у которых и жила. За чаем рассказала и им об этой эпопее, отчего долго хохотали и они. А уж как Олег и его товарищи по экспедиции обхохочутся, когда вернутся! Хотя, наверняка ведь и у них найдётся чего забавного здесь поведать. Да даже и просто интересного. Андрей не раз уже говорил о том, что в хорошем смысле им завидует. Он-то только по привезённым ими фоткам и видеозаписям Херсонес этот византийский будет знать, да по их рассказам, а они в нём сами побывали, по улицам его топтались, да ещё и с живыми и трезвыми херсонитами хоть как-то, но общались. Это, правда, частично поправимо, поскольку грозятся привезти оттуда парня и девку местных, из натуральных херсонесских греков. Плодотворно они там поработали! Но атланты свои трансляции не так часто и не так надолго организовывают, чтобы всем со всеми говорить и подробности выяснять, так что всё равно надо ждать их возвращения. Главное — живые и невредимые, а достижения — второй уже вопрос.
Хотя и они, конечно, достаточно важны. Свёкру даже и растолковывать ничего не нужно — сам ей кое-что из недопонятого растолковал. Добрались до Херсонеса, контакт с уличами установили, торговлю с греками наладили, языковый барьер как-то преодолев, с сырьём для боеприпасов, хлебом и солью проблему решили, а теперь ещё, оказывается, и будущими переводчиками на греческий обзавелись. То есть, помимо решения насущных проблем, ещё и продемонстрировали атлантам способность Запорожья выжить и наладить приличный быт в этом мире самостоятельно. Это у атлантов ценится, и теперь их мнение о запорожцах только улучшится. Не только планы строить способны, но и претворять их в жизнь собственными силами. Таким атланты и помогать будут намного охотнее, увидев и убедившись, что корм — явно в коня.
Уже собирались ложиться спать, когда звякнул по фай-фаю Андрей. У Дворца творится нечто невообразимое. Народу на площади осталось немного, но самые отвязные. Снова разожгли уже затухавший было костёр и кружатся в хороводе нагишом — кто почти, а кто и совсем. Самое интересное, что уже без этих трёх массовиц-затейниц, которые уже нашли с кем за кустиками уединиться, но и без них есть кому дать копоти. Естественно, из тех бэушных с довесками, пытающихся завлечь кого-нибудь не самого худшего для ловли на пузо. Андрей и короткий видеоролик переслал, снятый на смартфон — распознать всех разрешение не позволяет, но некоторые персоны узнаваемы и при нём. И какие-то сами не свои, хоть и нет, вроде бы, ни выпивки, ни наркоты, но то ли от ритма этого, то ли просто от эффекта толпы — натурально зомбированы. Если кончится это дело групповухой прямо на площади, он не удивится. Так ли обстоит дело на настоящих туземных празднествах, он не уверен, но с учётом увиденного — теперь вынужденно допускает.
Не одни ведь там горожане и горожанки, а есть среди них и туземные парни, и девки, и не скажешь по ним, что втянуты против своей воли. Но и не все они там остались, далеко не все. Те встреченные ими с южной стороны Дворца девки уходили оттуда тогда, когда ещё только эти три шалавы раздевание прилюдное устроили — уже и это с их точки зрения было чересчур. И это ведь реальные туземки-язычницы, так что считать свальный грех общепринятой нормой для их племён, как это и предписывает церковная пропаганда, он достаточных оснований не видит. Скорее всего, есть небольшая доля склонных к таким излишествам, но основной массой они не разделяются, и вряд ли насаждаются со стороны нормального всеобщего язычества. Ну, если вынести за скобки помешанные на этом деле секты. Так секты — они ведь секты и есть. И у греков были дионисанутые, у римлян были подражавшие им вакханутые, но нормой это не считалось ни у тех, ни у других, а сурово преследовалось нормальным добропорядочным языческим социумом.
Потом звякнула костяновская Светка — Андрей переслал этот ролик и Костяну, и она с ним тоже в полном охренении. И тоже склоняются к мысли, что реальные туземцы едва ли до такого непотребства массово докатываются, как вот это празднование Купалы с подачи городских шалав, в персоны которых не будем тыкать пальцами. Офигели вконец! Вовремя они порядочных девок оттуда увели, очень вовремя! В прежней жизни Купалу на Хортице разве праздновал кто-то подобным разнузданным образом? Всё благопристойно всегда было, и никакого непотребства даже в мыслях никто не держал. Ну, вслух никто их не озвучивал, по крайней мере. Где-нибудь за глухими заборами на каких-то закрытых для посторонних тусовках "золотой молодёжи" — ходили слухи об оргиях "по мотивам" Ивана Купалы, ну так оно ведь "по мотивам" и есть, а вовсе не достоверная реконструкция того, что реально было у предков. Скорее уж, воплощение в жизнь измышлений церковников в целях антиязыческой пропаганды.
