— Ты думаешь только о себе и об этом проклятом бубне!— вспылил Тулчи.— Я чувствовал, что не стоит мне с тобой идти. И если бы не Хуралчин...
— Если не уничтожить Стража, рано или поздно он доберется до аштенги,— привел еще один довод Гримар.— А если не остановить Тьму, то очень скоро не поздоровится всему этому миру.
— Плевать я хотел на этот мир! В нем нет ничего такого, ради чего я готов бы был рисковать своей шкурой.
— Ты же ею рисковал, грабя путников на большой дороге?
— Это не одно и то же!
— Но конец мог бы быть тем же, если бы я тебя не вытащил из клетки.
— Как благородно с твоей стороны напомнить мне о том, что я перед тобой в долгу. А я, между прочим, не просил тебя вытаскивать меня из клетки! Уж лучше сидеть в ней, чем дать этой твари себя сожрать.
— Значит, нет?
— Да!
Гоблин прошелся туда-сюда, демонстрируя хромоту и немощность. Он как будто призывал к совести Гримара — посмотри, на что ты побуждаешь калеку.
Адан ни за что не обратился бы к нему за помощью, будь у него иной выбор. Но его не было, поэтому выражение лица его милости осталось бесстрастным. А потом он сказал:
— Вымани сущность из пещеры и постарайся увести ее как можно дальше. Мне понадобится время, чтобы уничтожить второго.
— Легко говорить,— поморщился Тулчи, потирая ушибленное когда-то колено.— А ловушки?
— Можешь не беспокоиться, они обезврежены все до одной... У тебя получится. Не такая уж она и быстрая, эта сущность. А если станет совсем трудно, беги в коридор, стены которого покрыты защитными знаками.
— Хуралчин не простит тебе, если со мной что-нибудь случится,— сказал гоблин, но так нерешительно, будто сам не верил собственным словам. Будь все так на самом деле, шаман не отправил бы Тулчи вместе с его милостью.
Адан ободряюще похлопал гоблина по плечу, и тот, свесив голову, поплелся к выходу.
Гримар остался и вернулся к разлому, через который собирался наблюдать за первым актом своего плана. Долгое время ничего не происходило: Страж продолжал прогуливаться по Хранилищу, а гоблин... Он пропал. Уже давно стихли его шаги, и у Гримара появилось подозрение, а не сбежал ли он? Его милость не удивился бы.
Но вот Тулчи дал о себе знать, медленно, нерешительно, прихрамывая, вошел в пещеру и остановился, уперев руки в боки. Страж почувствовал его присутствие, обернулся. Гоблин что-то крикнул на языке аштенги и взмахнул рукой. Даже не понимая слов, Гримар догадался — Тулчи бросал Стражу вызов. Понял ли тот аштенги, неизвестно, но гигант тронулся с места и нехотя направился к возмутителю спокойствия. Гоблин оставался на месте, демонстрируя непоколебимое бесстрашие. Когда расстояние сократилось до минимального, Адан затаил дыхание: почему Тулчи не уходит? Может, у него от страха отнялись ноги? Или он лишился рассудка? Страж же изменил своей привычной тактике и за пару шагов до цели выпустил магическую сущность. Протиснувшись между камней, она рванула к гоблину, и Гримар на мгновение зажмурился в дурном предчувствии. Когда же он открыл глаза, то увидел как бодро улепетывает Тулчи, а следом за ним мчится бесплотное существо. Подгоняемый страхом и азартом гоблин бежал быстро, напрочь позабыв о своих ранах. Гримар облегченно вздохнул.
Он решил не спешить, дав возможность второй, более опасной половине Стража отлететь от Хранилища как можно дальше. Помимо этого он хотел зарядить иглис. И тут его ждало неприятное открытие. Пока гоблин находился в Хранилище, поток впитываемой геммой Силы был максимальный. Но как только засверкали пятки Тулчи, он заметно снизился. Разумеется, дело было не в Тулчи, а в магической сущности, которая покинула Хранилище вместе с гоблином. Это означало, что между ней и бубном Оз-Тарока имелась какая-то невидимая связь. Хорошо это или плохо, Адан пока не знал. Но сам факт того, что приток Силы заметно сократился, не радовал его милость.
Лишившись второй половины. Страж зримо не изменился. Он так же прохаживался по Хранилищу, разве заполнявший его прежде сгусток мрака стал менее темным, скорее серым.
Адан искренне переживал за гоблина. Если бы он отказался, Гримар понял бы это и принял. Но Тулчи рискнул, и теперь сердце его милости было не на месте. Прав Тулчи: если с ним что-нибудь случится, виноват в этом будет именно Гримар. А посему, нарушая первоначальный замысел, он не стал более выжидать, и направился в Хранилище.
Его появление стало неожиданностью для Стража. Он неторопливо шагал к выходу, когда в пещеру вошел Адан. Увидев — или почувствовав — человека, гигант замер. Гримар не мог знать о его помыслах, но было такое впечатление, будто Страж в замешательстве. Адан же не стал медлить и атаковал противника с ходу. Он действовал бесхитростно: зачерпнув чистой Силы, он бросил ее в каменное существо. Сгусток светящейся энергии ударил его в грудь, заставив отшатнуться назад. Гримар не остановился на этом, послал в Стража еще один сгусток и с тем же результатом. По причине близости Уз-Бар-Гаша приток Силы увеличился, но не так, как это было прежде. Тем не менее, Адан понемногу восполнял затраты, а посему не жалел Силы, видя, что его тактика приносит определенные результаты. Сгустки не только заставляли псевдоголема пятиться назад, они разрушали его броню. Во все стороны летели камни, а новые при этом не появлялись. И это было именно то, что подозревал и на что рассчитывал Гримар. Без своей второй половины Страж не мог восполнять запас Силы — ее ему хватало разве что на защиту. Пытаясь прикрыться, он подставлял под удары то, что условно можно было назвать руками. Камни крошились, рассыпались, и с каждым ударом их становилось все меньше.
Впрочем, внутреннее торжество его милости оказалось преждевременным. Оказавшись рядом с бубном, Страж протянул к нему руку, прикоснулся к ободку и... Похоже, все-таки и у каменного монстра существовал способ восполнить запас Силы. Адан понял это, когда увидел, как со всех сторон к существу полетели новые камни, занимавшие место выбитых. Его милость усилил натиск при помощи особенно крупного сгустка, отбросив Стража от бубна.
Тот был в ярости, о чем засвидетельствовали трущиеся друг о друга камни — треск стоял знатный. А потом он, прикрывшись "руками", ринулся в атаку.
Его милость изрядно поиздержался, поэтому решил приберечь Силу и приготовился к предстоящей разминке. Подражая Тулчи, он стоял на месте, демонстрируя несгибаемую волю. Ич-Калан ускорялся, а на последнем этапе позабыл о защите и принялся размахивать "руками". К счастью, свободного места в Хранилище было предостаточно, поэтому, дождавшись удобного момента, Гримар резко бросился в сторону, выходя из-под удара. Страж же не успел остановиться и врезался в стену.
Адан не стал его дожидаться, поспешно переместился к бубну. Дело было за малым: схватить бубен и помахать псевдоголему ручкой. Но стоило его милости прикоснуться к бубну пальцами руки, в которой под перчаткой скрывал иглис, как произошло непредвиденное: поток Силы оказался настолько мощным, что Гримар не устоял на ногах, и его отбросило назад. Возможно, случилось это из-за соприкосновения двух мощных артефактов разной природы — Адан не имел этому объяснения. И не искал его, потому что, воспользовавшись его оплошностью, Страж снова пошел в атаку. Он спешил, бежал к поверженному на пол противнику для того, чтобы раздавить его, растоптать, уничтожить. Если в нем была хотя бы крупинка разума, он не мог не видеть, что его милость лежит неподвижно, а по его телу пробегают крохотные молнии. Это был его шанс.
Между тем Адан Гримар чувствовал себя великолепно, как никогда в жизни. Сила переполняла его, бурлила, вызывала непередаваемую эйфорию. И он наслаждался моментом. При этом он держал ситуацию под контролем. Он не видел, но точно знал, что делает в этот момент Страж, и его немного раздражал тот факт, что приходится отвлекаться на такую ерунду. Однако медлишь более было нельзя. Он хотел лишь привстать, но Сила подбросила его вверх, приподняла над полом в тот самый момент, когда каменный гигант был уже совсем близко. Потеряв цель из виду, Страж резко, насколько позволяла его масса, остановился. Он вертел каменной головой, потеряв Гримара из виду. А потом он, пятясь, задрал голову вверх. И в этот момент Адан нанес сокрушительный удар. Это был даже не сгусток, это была целая волна Силы, которая смела, разорвала псевдоголема, разнесла в пыль слагавшие его камни. Не все — часть их просто разлетелась в стороны, обнажив удерживавшую их магическую сущность. Она выглядела серой и жалкой. Она попыталась притянуть к себе защищавшие ее камни, но Гримар не дал ей этого сделать. Мысленно сформулировав желание, он сконцентрировал в ладони запас Силы и запустил ее в серое нечто. Она была похожа то ли на короткую молнию, то ли на длинный дротик. Снаряд пронзил серое сосредоточие, и оно исчезло. Пыль, песок и остатки камней рухнули на пол.
Со Стражем было покончено.
По крайней мере, с одной из двух его составляющих. И второй половине это пришлось не по душе. Издалека, из глубин подземелья до слуха Гримара донесся душераздирающий вопль, в котором воедино слились боль, ненависть и злость.
Адан плавно опустился на пол. Преграда на пути к бубну была уничтожена, осталось забрать артефакт и покинуть подземелье. Он неторопливо шел к цели, под ногами потрескивали золото и драгоценные камни, которые после сражения покрывали пол пещеры. Гримар не обращал внимания на сокровища. Он не сводил глаз с бубна. Подошел к подставке, протянул руку, замер. Он не забыл о том, что произошло в прошлый раз. Адан сменил руку, снова потянулся к артефакту...
...и опять отлетел назад, но на этот раз по иной причине: что-то гибкое и цепкое схватило его за ногу и, резко дернув, потащило через пещеру. Извернувшись, его милость оказался на спине и увидел магическую сущность, висевшую у входа. Она оказалась гораздо быстрее, чем мог предполагать Гримар. Ей понадобилось совсем немного времени для того, чтобы вернуться в Хранилище.
Как ни странно, но первое, о чем подумал его милость, было — успел ли Тулчи добраться до безопасного коридора? И лишь потом он озаботился собственным спасением. Скользя по полу и ощущая спиной малейшую его неровность, Адан собрал горсть Силы и бросил ее в Ич-Калана. Эффект получился неожиданным и неприятным: существо впитало сгусток энергии как редкое лакомство, не получив при этом ни малейшего урона.
Проклятье...
Магическая тварь все больше напоминала горизонтальную воронку, в которую она длинным щупальцем подтягивала свою добычу. Страшно было подумать, что случится, если она достигнет своей цели.
В распоряжении его милости оставалось всего пара секунд на то, чтобы принять единственно верное решение. Сила переполняла его, но он понятия не имел, как именно ею распорядиться. Он знал, что успеет нанести один единственный удар, однако боялся ошибиться. Потому что ошибка могла дорогого стоить.
Взгляд на короткое мгновение задержался на щупальце. Решение пришло неожиданно и в последний момент. Адан выхватил саблю, привстав, подался вперед и ударил. Для пущей надежности он слил в клинок немного Силы, отчего сталь засверкала золотом. Сабля легко отсекла гибкую конечность перед самой воронкой. Двигавшийся по инерции Гримар откатился в сторону и тут же вскочил на ноги. Тварь выпустила новое щупальце, но Адан отрубил его прежде, чем оно успело обвиться вокруг его шеи. После чего оба противника отпрянули назад и застыли, понимая, что все только начинается.
Какова ирония судьбы! Обладая практически неисчерпаемым источником Силы, Гримар, тем не менее, понятия не имел, как ею воспользоваться. Впрочем, он решил не изобретать колесо, а воспользоваться тем, что имелось в наличии и уже доказало свою результативность. Зарядив саблю энергией, он бросился в атаку.
Магическое существо, определенно обладая зачатками разума, терзалось похожими мыслями. Впервые оно столкнулось с достойным противником и не знало, как его одолеть. Поэтому тоже сделало свой выбор в пользу уже проверенных средств. Оно приняло форму гигантского осьминога и попыталось опутать щупальцами его милость.
Гримар без проблем отсекал тянущиеся к нему конечности. Те падали на пол и исчезали. Однако на их месте появлялись новые. Адан пытался пробиться к телу твари, которое выглядело менее плотным, но именно в нем находилось сосредоточие силы и разума. Его противник лавировал, уворачивался и упорно отбивался щупальцами, не считаясь с потерями. Иногда ему удавалось захлестнуть то ногу, то руку его милости, но всякий раз Гримар пускал в ход саблю, освобождался, после чего обоим приходилось начинать сначала.
Какое-то время дело ограничивалось старыми приемами. Первым пустило в ход нечто новое магическое существо. Подпустив Гримара поближе, оно ослепило его яркой вспышкой. На пару секунд Адан утратил контроль, и тварь опутала его сразу шестью щупальцами, а потом резко потянула к себе. В центре округлого тела Ич-Калана образовалась уже знакомая, пусть и маленькая, воронка, в конце которой золотился яркий огонек. Взглянув на него, Адан почувствовал, как его неудержимо тянет внутрь. Нет, не тело — саму тушу. Теперь он понимал, как несчастные рабочие превратились в неупокоенных. Как понял и то, что очень скоро станет одним из них.
Это было бы гораздо хуже смерти.
Нет, только не это!
Ярость внутри его милости всколыхнулась, смешалась с Силой и выплеснулась наружу стремительно расширяющимся шаром. Воздушная волна прокатилась по пещере, разорвав путы и оставив осьминога без конечностей. А так как Гримар оказался в непосредственной близости от противника, он не стал мешкать и вонзил саблю в ту самую воронку и тут же вбросил всю имеющуюся у него Силу, которая разорвала существо изнутри. Куски похожей на туман плоти разлетелись во все стороны, однако не упали на пол, не растаяли, а остались висеть, представляя собой завораживающую картину.
Очень хотелось верить в то, что на этом с Ич-Каланом было покончено. Адан не стал искушать судьбу и, не теряя времени, бросился к бубну. Перекинув саблю в левую руку, правой он взял артефакт. На этот раз его не отбросило, но от прикосновения к Уз-Бар-Гашу закололо в сжимавших его пальцах. Ерунда. Адан развернулся, собираясь покинуть Хранилище, и замер.
Он отвлекся всего на пару секунд. Но за это время магическое существо не только успело прийти в себя, но и задумало очередную каверзу. Оно собрало разорванные части воедино и сжалось в плотный серый шар, внутри которого снова разгорался золотистый огонек Силы. Шар висел напротив прохода, дрожал и... К нему со всех сторон слетались камни, некогда слагавшие тело Стража.
Неужели все начиналось сначала?
Разворачиваясь, его милость случайно задел бубном стойку, на которой он покоился десятки лет. Глухой звук разлетелся по пещере. Шар задрожал и сверкнул огоньком, бывшим его сердцевиной, а летевшие к нему камни упали на пол.
Хм...
Адан ударил в бубен рукоятью сабли. Звук получился звонче и насыщеннее, призрачная тварь забилась и немного увеличилась в размере.
Гримар снова хмыкнул, вложил саблю в ножны, взял со стойки костяную колотушку и уже ею ударил в бубен. Порожденный ею звук был изумительной чистоты, долгий, пронзительный. Ич-Калан заметался по пещере, Адан услышал нарастающий гул, который издавало бесплотное существо. Он понятия не имел, чем все это закончится, но решил продолжить эксперимент.
