В эфире стоял мат — в основном батарский. Ротному казалось, что они побеждают. Вот-вот и вторженцы закончатся. Убба оглянулся по сторонам и кровь его заледенела... Все резервы словно варрен слизал. От полусотни, ждавшей в зале осталось трое — остальные резались в цеху. Без шуток резались — через проход иногда мелькали сполохи омни штыков. «За Гегемона!» Дурацкий, в общем-то клич. Рокот перестрелки достиг крещендо, а в следующий момент стальная стена расползлась, словно гнилой овощ и через пролом вырвался кошмарный мех. Тусклый огонь двух глаз потерялся на фоне вспышки... и бой, да и жизнь для командира окончились.
Один за одним все десять пиратов в побитой броне, кое-где с залитыми гермопеной пробоинами выбрались из задымленного цеха в пустой зал, где из мебели имелись лишь четыре дохлых батара.
— Scheiße, — голубой фашист неверяще обшлёпал себя ладонями, — leck mich am arsch, мы ж...
Фразу перебил здоровый кулак, свернувший шлем влево.
— Пасть заткни, мампара, — зулус обозвал немца идиотом, — один раз сглазил уже. Уэна хланьяан, с ума сошёл.
Ганс молча тряхнул головой. В принципе киборга можно бы было без особого вреда и кувалдой п.здить.
Селезнёва прикрыла глаза на секунду. Она прочла с помощью дополненной реальности «тирана» надпись над дверью. Моргнула, сверилась с картой.
— Десяток Селезнёвой у инженерной, — доложилась она.
* * *
Двести пятьдесят бойцов. Столько было под командованием бинбаши Марука всего лишь час назад — соединённые силы большей части третьей и четвёртой рот, а так же два взвода безопасников. Сейчас же осталось меньше сотни. Остальные полегли в контратаках против небатарски вёртких и опасных врагов, и катастрофической попытке связаться с верфью. Разрозненные расчёты отступали к мостику, зачастую просто бросаясь в бегство про виде терминских лат. Собственно глазастиков сложно было винить — дизайн «тиранов» действительно был слизан с популярного батарского продукта. Не помогал и непрекращающийся ср.ч сначала двух, а потом уже одного оставшегося в живых ротного и колгаши контрразведчика, что пусть и имел в подчинении куда меньше рыл, но с учётом «поправки» к званию приравнивался к каймакаму и на чин превосходил бинбаши.
Массани давил скоростью и напором. Отрезал малые группы и зачищал их. Десяток Таззика призраком-убийцей носился по командной палубе, не давая батарам наладить координацию. Больше того, с помощью криптографов Общности Джон Мэтрикс (что со всех ног рванул с Бекенштейна, как только услышал о готовящейся авантюре) и прячущиеся в платформах мехов Ред Алёрт, Старкрафт и Клоз Комбат окончательно взломали сеть линкора. Теперь каждое движение и переговоры защитников сразу шли в информационную кубышку пиратов. Под конец, пять десятков киборгов и синтетиков окружили девяносто с хвостом дрожащих от ужаса батаров. Это был даже не бой, а избиение. Пусть у Таззика не было неубиваемого Дудуси, но и обычные «терминаторы» превращали любое столкновение с линейной пехотой Гегемонии в надругательство над оными. Единственное — мостик был разбит в хлам, дорогое оборудование стало металлоломом с щедрой добавкой вольфрама и покорёженное гранатами.
— Мостик наш, — лаконично доложил салар-переросток.
Тануки вновь завис над корпусом недостроенного дредноута. Киборги в броне приняли с борта несколько ящиков с оборудованием и проводами. Всё это пошло ровно на мостик — где искинты с инженерами срезали с пола бесполезный мусор и оголяли кабеля ведущие к ключевым системам. Принесённые коробки соединили друг с другом и на скорую руку присобачили к сравнительно чистому участку палубы. Провода вошли в порты и помощью тех же инженеров слились в информационном экстазе с огрызками кабелей и наступил момент Истины...
— Bordel de merde! — раздалось в канале, — вокруг одни п.дарасы, один я Д’Артаньян. Какой криволапый bâtard покопался в моей инженерной?
— Пошёл в сингулярность, — тут же последовал малопонятный для органиков ответ, — иди др.чи фрактал, раз такой умный.
— Ooh la la, неужели родственничек? Pas mal, pas mal. Comment allez-vous?
— Putain, — вписался в разговор Портос, — это что, теперь наш трофей в Гасконь переименуют?
— Детки, закончили п.здёж в эфире, — рыкнул Додж, — Д’Артаньян, или как тебя там, принимай целеуказание.
— Какое, putain de merde целеуказание?! — возмутился ящик, — гравиметрики нет, сенсорный пакет отсутствует, коммуникационную башню какой-то barbare срезал.
— Кто-нибудь, пните его хорошенько, — рявкнул капитан всех пиратов, — прямой наводкой на е.учую станцию. Тысяча километров, не промажешь надеюсь?
Огромный линкор ожил. Заранее раскочегаренный реактор подал энергию в конденсаторы, а маневровые двигатели зачихали, придавая вращательный момент туше броненосца. Около минуты понадобилось громоздкому кораблю, чтобы навести жерло осевого орудия на пылающую стравливаемой атмосферой верфь. А затем могучий дредноут тряхнуло отдачей.
Чуть меньше четверти секунды потребовалось болванке, чтобы преодолеть вакуум — призовая команда на линкоре только начала осознавать, что мега пушка таки выстрелила, как двадцать точка три ноль восемь килограмм вольфрама сказали «Превед Медвед» станции со скоростью четыре тысячи пятьдесят километров в секунду. Тридцать девять точка восемь килотонн кинетической энергии в тротиловом эквиваленте банально разъе.али станцию в лохмотья, причём ускорения полученные относительно целыми фрагментами были несовместимы с жизнью для находящихся в них батаров. Единственные живые свидетели происшествия сейчас жались по углам линкора — не зная, что за каждым уже идёт патруль «терминаторов». Спрятаться было не реально, слишком много сенсоров и камер натыкали в коридоры параноидальные безопасники.
По зову комка к линкору прыгнул танкер. В баках, конечно, что-то было, но никак не на сверхсветовой прыжок, так что призовая команда в авральном темпе закачивала топливо. Радовало разве что то, что дредноут жрал не антипротоны, которых на такую тушу не напасёшься, а стандартную гелий-водородную смесь, пусть и в диких количествах. Наконец, корабль обеспечения отстыковался и похищенный броненосец начал разгон и вскоре все пять кораблей исчезли в межзвёздной тьме. Через двадцать шесть минут из сверхсвета выскочила крейсерская флотилия с Харсы, ещё через пять — эскадрон крейсеров. Но было уже поздно, им оставалось лишь искать ветра в поле.
* * *
— Дудуся, ты — зверь! — уважительно заявил Бафана.
— Молоток, — Мышкин хлопнул дроида по броне, — айда к нам в отряд?
— Подтверждение: я не против, — взялся за своё Сорок Седьмой, — меланхоличное уточнение: вам сначала придётся выкупить меня из рабства.
— Какого ещё рабства?! — опешила Селезнёва.
— Удручённое признание: анального, — повесил голову искинт.
— У кого? — заледеневшим голосом уточнила Алиса.
— Алекса Вазира, — ответил коварный синтетик, — также известного как Щитт.
* * *
«... анализ повреждений на уцелевших обломках верфи показал, что нападающие использовали лазеры ультрафиолетового спектра. Этот момент заставляет нас включить в список подозреваемых Саларианский Союз. События в системе Индрис показали что у саларианцев уже есть свои корабли невидимки. Так же следует рассмотреть возможность использования терминских реваншистов агентами ГОР в качестве пушечного мяса. В этом случае возможное появление у них линкора требует немедленных ответных мер.»
Ферик Газад’Инан во второй раз прочёл последний абзац. В этой ситуации будто бы не обошлось без проклятых слепцов. С другой стороны, возможно это и выход из ситуации — признать, что Альянс забрался в сердце Гегемонии и выкрал новейший дредноут... тут можно было сразу стреляться, взяв пример с мирлива Годарна. Не забыв при этом, в отличие от покойного контрразведчика, сначала припрятать семью. А вот Союз... Союз гадил батарам уже давно и инцидент на Манноваи они отнюдь не забыли, несмотря ни на свой короткий век, ни на прошедшие две с хорошим хвостом сотни Кхяр’Шанских лет. К тому же диссиденты-отщепенцы, это уже совсем не его департамент и ответственность за поиск потерянного корабля падёт на конкурента. Да уж, кто-то кошмар как хорошо замутил воду, но Газад’Инан не будет собой если не сумеет выловить из неё рыбки. Решено, во всём виноваты предатели и поддерживающие их земноводные — с Альянсом и так отношения на грани войны.
* * *
— Здорова будь, Яга Эльдаровна, — бабулька опустилась на завалинку.
Энильчек — село, где одноименная река вливается в Аксу, что несёт свои воды до Тамира. Тамир, известный индусам как Сита, возможно в честь мифической супруги Рамы, течёт... в никуда. Когда-то давнум-давно он доходил до озера Лобнор, что в Синьцзяне, но сейчас нет ни озера того, ни самой реки после резервуара, что близ Тиеганлика. Но от Казахских степей и предгорий до китайских пустынь далеко. Само село когда-то было основано близ оловянной шахты, а когда копи истощились то чуть не вымерло. Но, слава Туризму, вернулось на интернет карту и всё ещё влачило какое-никакое существование.
— И тебе не хворать, Матрён Иванна, — ответила такая же пожилая дама.
Сцена эта могла бы случиться и триста лет назад, разве что сидевшая первой старушка одета была не в пальто с косынкой, а в ярко сиреневый комбинезон, что знавал, пожалуй, и лучшие времена.
— Спасибо, спасибо. Как внуки?
— Хорошо у них всё, — улыбнулась любительница сравнительно современной одежды, — молодёжь, какие у них проблемы могут быть? Разве что правнук в армию собрался, ну да это дело правильное, пусть и в Алянсскую, а не в нашу, родимую. Кстати, бают у вас тут че пе стряслось, пока меня Мишаня в город возил?
— Было дело, было, — кивнула Матрёна, — жуть криминальная! Хулюганы, падлюки, к Хавронье в дом вломились! По голове ударили, собаки, так она упала и ногу сломала.
— Ох ты же Господи, — схватилась за голову Яга, — неужели опять нуркуманы наши буянят?
— Они самые, Колька с Арсеном, окаянные, — закивала старушка, — жизни от них нет, лихоманов, прости Господи. Хорошо, котик рядом оказался, а то бы и дом подожгли!
— Котик?
— Так Пушок же, — объяснила Ивановна, — помнишь, Хавруша его три года тому выходила, так он с тех пор каждую неделю её проведать приходит, а то и полакомиться чем. Увидел лиходеев, как замявчал, да и порвал их. А там уже и соседи подоспели, скрутили идиотов, тьфу на них.
— Вот скоты же, — согласилась Эльдаровна, — и что теперь с ними будет? Как всегда?
— А как ещё, их же родной дядька участковый, кровинушку в обиду не даст, пусть и гнилая та, — посетовала старушка и в сердцах добавила, — коррупционер клятый. Подержит в вытрезвителе и выпустит. Ещё и котика пнул, мироед. А Хавронью в госпиталь увезли в райцентр.
— Ну, ирод... Манулы же в Красной Книге. А скинь ка мне фотки и клипы, что есть, я статью в блог выложу. Змий Горыныч давече в каментах баял, что есть какой-то агрясивный клуб защиты животных, может они как-то повлияют.
— Восемьдесят лет тебя знаю и ничего же не поменялось. Как в детстве на интернетах висела, так и сейчас на экстранетах...
* * *
Донован Хок не вкалывал и даже не пахал. Нет, он по-чёрному без продыха п.дарасил, иначе эту каторгу назвать нельзя было. То что казалось в худшем случае синекурой, а в лучшем — возможностью нарубить серьёзного бабла... ну, оно могло бы им и стать, но мамочка Хок дураков не рожала, no, sir! Став, формально, главой государства и дорвавшись до информации, частью полученной по дипломатическим каналом, а частью от учредителей, ушлый делец поседел за неделю. Это тупые менеджеры-скотоё.ы могли позволить себе игнорировать ситуацию со Жнецами, но ни как не ценивший свою шкуру превыше всего Донован.
А единственным способом не сдохнуть с гарантией было превратить свою вотчину в крепкий для Креведко, как их почему-то называли стрёмные волусы, орешек. Но как? Несмотря на население, по сравнению с тем же Илиумом планета была нищей. Если мистер Вазир внезапно стал командующим целой эскадрой, то Хоку никто не спешил дарить корабли. Покупать же... на какие шиши? Брать в долг — тоже бесполезно, так как в момент начала боевых действий купленные на чужие деньги корпуса чужими и станут.
Но Донован не унывал. Elder Systems согласились развернуть в Файе производство флаерации — часть продукции перепадёт силам обороны. С корпорациями шли переговоры о переносе главных или открытии дублирующих штаб квартир в системе и частичной передислокации их флотов. На первый взгляд — чушь, но тут надо понимать, что всякие там CEO и генеральные директора далеко не первые в очередь на места в элитных убежищах метрополий. Мол, в очередь, с.ки, за политиками, их детьми, верхушкой армий, безопасниками, крупными инвесторами, и так далее. И здесь у Зори преимущество даже перед Новерией — очень много рабочих рук, даже не считая «дружков» которых оптом продают стрёмные волусы.
* * *
Глаза не хотели открываться, но организм трезвонил, что дальше поспать не получится. Во рту явно испражнился варрен, желудок выл, словно там не одна, а целых три язвы. И ладно бы это — «мелкие» неудобства можно превозмочь и поспать, пока молотобойцы в голове не уйдут на пенсию. Но... мочевой пузырь заявил что всё, преисполнилась чаша его терпения. Судя по тому, как в морду впилась вонючая подушка, одета девушка была отнюдь не в скафандр, а поэтому просто ссать не двигаясь с место было чревато. Со стоном она оторвалась от кушетки и схватилась за стену — мир закачался и не хотел успокаиваться. К счастью, блевать было нечем. Тали потянула носом воздух и навела мутный взгляд на проём в стене спартанской на вид каюты. Судя по запаху, там находилась либо свалка трупов, либо параша. Судя по звукам, кому-то не повезло и они там рыгали.
С виду санузел был пуст, но опустив глаза кварианка увидела тощую кварианскую задницу, чьё очко содрогалось в такт рвотным позывам. Процесс шёл активно, так что даже пытаться сдвинуть рожу Косой с унитаза было нереально. Пару секунд Щитт раздумывала, а не нассать ли прямо на неё, но заметила стоячий душ, переступила через нездоровую молодёжь и с наслаждением стоя пустила неаккуратную струю. Брызги — проблема уже Лемки. Через пол минуты воспалённый мозг осознал, что в душе можно и помыться. Вода была и это радовало. Мыла же не было, но и шоггот с ним. Главное — чуть-чуть полегчало.
