При этом деспот умолчал, что в Святой Софии прошла коронация. Экспедиция за кладом в город Неймарк в Богемии завершилась успешно. Получилось не только найти клад, но и изъять его, не привлекая к этому делу, внимание стражи. После чего отряд быстро добрался до крепости Олешье. Пусть этот древнерусский город и не совсем совпадал по своему положению с замком Ильче[7]. Где наёмники были оставлены. А все попаданцы на корабле компании отправились сначала в Крым, а потом и с Константинополь. Ну и деспот приказал командиру наёмников присвоить звание лейтенанта и назначить его комендантом крепости Орешье. Ну и всем наёмникам выдать премии. За успешное выполнение задания. Ну а всё серебро и золото сдать в казну. Включая и корону, что была найдена в кладе.
Наборную корону, состоящую из пластинок в виде коронованных орлов, собираемых в кольцо с помощью шпилек, с шишками на конце, вставляемых в пазы, почистили, подремонтировали и собрали. После чего Елена Гаврас и возложила эту корону на специальную подставку над Державной иконой. После чего корону, икону, вместе со всеми фрейлинами богоматери, отправили в Феодосию. Так сказать, подальше от осман. Ну а стоило войскам Джема переправиться с азиатского берега Дарданелл на европейский берег, как Конев отпустил на родину всех, кто хотел туда вернуться. Правда галера "Санта-Анна", вместе с Ги де Бланшофом, кораблем, что вёз африканцев и кораблями генуэзцев, отправилась на остров Родос. С ними же отправились и войска, что плыли в далёкую Португалию. На помощь Королеве Португалии и Кастилии Хуане Бельтранехе, в её борьбе с тёткой королевой Арагона и Кастилии Изабеллой, за корону Кастилии. А корабли венецианцев под командованием посла Венеции Амброджо Контарини, с послом папского престола Лудовика да Болонья, и прочими европейцами, возвращавшимися в Западную Европу, на борту направились к острову Лемнос. Ну а Конев, оставив в составе армии султана Джема небольшой отряд из наёмников, причём только мусульман, убыл на кораблях в Константинополь. Ожидая чем закончиться противостояние братьев. Но сейчас Баязид сражение не принял. И при приближении армии Джема войска султана Румелии отошли от Константинополя к Эдренеболу, ставшего его столицей. И пройдя вдоль побережья Мраморного моря, где их с моря прикрывали корабли федерации, султан Джем, во главе своей армии, приблизился к своей столице.
3
О подходе армии Джема Коневу доложили заранее. Задолго до того времени как она показалась на горизонте. Хотя всё её передвижение и так было известно. Корабли федерации не только постоянно следовали вдоль её движения, готовые, как поддержать её огнём, так и снабжавшие армию припасами. И поэтому между Константинополем и армией султана Джема постоянно курсировали корабли. Доставлявшие продовольствие и другие товары. Для продажи. Ведь все хотят, есть, как люди, так и животные, а в разорённой местности собрать припасы было проблематично. Ну а казне нужны были деньги. Так что Конев и распорядился возить продовольствие и прочие товары из трофейных запасов. Особенно тех, что находились в передаваемой Джему его же столице. Ну и это облегчало вывоз этих же трофеев в Амастриду. Которая и превратилась в большой транспортных хаб, по перевалке грузов. Доставить трофеи туда было и проще, и быстрее, чем вести их на другие свои территории. Ну а то, что не успевали вывезти, срочно перемещали в Галату. И, в общем, они успевали вывезти все трофеи. Всё самое ценное уже было отправлено. Хотя ещё и не всех людей, что хотели перенаправить к себе смогли вывезти. Но там оставались только те, кто сам хотел перебраться. Да и их уже разместили в Галате и в расположенных вдоль Босфора крепостях. А в Константинополе оставалась самые дешёвые трофеи. Но и их не хотелось оставлять. В конце, концов, это тоже были товары.
Поэтому, как только пришло сообщение о подходе армии Джема, так деспот сразу стал отдавать приказы, срочно перенаправить в Галату всё своё имущество. И как только вывезут всё начать выводить туда свои части, из состава гарнизона Константинополя. Передавая контроль над стенами отряду Мехмедоглы паши. Ну а сам он решил заняться одним не совсем обычным делом. Тем что бы прибить свой щит на врата Царьграда. И когда пришло сообщение, что армию Джема стало видно с крепостной стены, Конев посмотрел на свой щит, в котором уже просверлили отверстия под длинные, кованые гвозди. Из расчёта, что бы при совмещении щита с уже нанесёнными метками отверстия совпали со швами в каменной кладке Золотых врат крепости. И взяв щит, гвозди, и молот Конев вышел из Изразцового павильона. Который сделал на это время своей резиденцией. В то время как Чичек-хатун со всем своим женским кагалом обосновалась прямо в старом дворце султана на Площади Быка. Ну а деспот сел на своего серого жеребца и направился к Золотым воротам. Для чего ему предстояло преодолеть весь город.
Для того что бы Конев смог это сделать он спустился с коня, и встал на щит, который шестеро воинов подняли, вместе с деспотом, над своими головами на вытянутых вверх руках, удерживая его так. Ну а сам Конев стал примериваться, как ему разместить щит, придавливая его одной рукой к каменной кладке. А второй вставляя первый гвоздь в отверстие, и только начал забивать это гвоздь в стык, между камнями как услышал, что к воротам подъезжает кавалькада всадников. И со стороны этих всадников и послышался голос Стрельцова, который насмешливо пропел:
— Как ныне сбирается, вещий наш Клим,
Щита прибивать на ворота...
На что Конев бросил в ответ:
— Но тут подбегает к нему человек
И ну шепелявить, чего-то... — приставляя щит его нижней кромкой к отметке на стене, добавив, — Чего хотел Игорь?
— Да вот смотрю, что ты делаешь, и вспоминаю судьбу Вещего Олега. С его:
"Эх, князь, — говорит ни с того ни с сего,
— Ведь примешь ты смерть от коня своего!" — снова улыбнувшись, пропел с насмешкой Стрельцов, — Не боишься?
— Только это не Вещий Олег, а "Песнь о Вещем Олеге", Владимира Высоцкого, — ответил Конев снова услышав приближающийся топот копыт. В то время как Стрельцов обернулся и посмотрел на подъезжающих, на рысях, всадников во главе с султаном Джемом. Который что-то произнёс, а переводчик перевёл на старорусский язык:
— Это что вы делаете?
— Понимаете, ваше величество, — проговорил, уже обращаясь к султану, ответил Конев, продолжая вгонять уже второй гвоздь в своё отверстие в щите, — У нас есть легенда, что уходя из этого города, наши правители прибивают свой щит к этим воротам. Это сделал Вещий Олег, полтысячи лет назад. Теперь моя очередь, оставить напоминание, что мы были здесь. И что можем вернуться.
При этих словах, когда их ему перевели, Джем поморщился, но протестовать не стал. И Конев, закончив работу, спрыгнул со щита, которым его поддерживали, взобрался на своего жеребца и, протянув руку в сторону открытых Золотых ворот, произнёс:
— Прошу, ваше величество, ваша столица ждёт вас.
После чего они и въехали в Золотые ворота, которые теперь сначала вели в Семибашенный замок, который был теперь пуст, а только потом они въехали в город. И направились в сторону Старого дворца султана[8]. Где султана уже ждала его мать. Ну и по дороге Джем обратился к Коневу. У него не осталось кораблей, а для закрепления своих позиций Джем решил провести, так сказать, полную процедуру "коронации" османских султанов. Обряд Таклиди сейф. Для чего ему был необходим корабль[9]. И Конев, выслушав султана, сказал, что уже к вечеру он подарит одну галеру Джему. Выбрав самую достойную галеру, для этого события, из числа тех, что находятся в бухте Золотой Рог. Для чего султану стоит направить для неё капитана и экипаж в Галату.
Ну а сам Конев поинтересовался, решился ли Джем набирать янычар из мусульман. Ну и Джем ответил, что да, для ускорения восстановления этих стрелков он приказал набирать их и из мусульман. Беря в этот корпус стрелков, не мальчишек, с их последующим воспитанием, а сразу набирая опытных и подготовленных воинов. Предоставив им право жениться и даровав льготы для занятия ремеслом, в свободное от службы время[10]. И благодаря этому он смог уже набрать несколько тысяч опытных стрелков из лука. Но при этом Джем прямо сказал, что хочет перевооружить янычар на огнестрельное оружие. Выказав пожелание приобрести оружие, для них, у федерации. Внимательно посмотрев, при этом, на Конева. На что Конев ответил, что в мирное, между ними, время они конечно будут продавать излишки. Причём в меру своих возможностей. Так что перевооружение янычар будет во многом зависеть от позиции самого Джема. И к этому моменту они и подъехали к султанскому дворцу. Перед которым их встречала Чичек-хатун. И Конев, оставив султана на попечение матери, направился к наплавному мосту, ведущему к Галате.
Ну и там, дождавшись, когда все кто уходил из Константинополя пересекли мост, Конев последним стал проезжать по этому мосту. Который стали разбирать сразу за его спиной. Пока Константинополь пришлось оставить, хотя контроль над проливами, как и возможность свободного прохода по ним, пусть формально и за отдельную плату, остались за ними. А это открывало большие перспективы для их торговли.
4
После передачи Константинополя османам, ни деспот, ни армия, ни большая часть флота в проливах задерживаться не стали, а направились в Крым. Правда, к этому моменту, уже начался сезон штормов. И те в проливах оставались только те галеры, что должны были остаться там на зимовку. Для поддержки гарнизонов крепостей и островов. Которые были сформированы из наёмников. Да и на галерах эскадры проливов в основном оставались наёмники. А для эвакуации оставшихся сил армии использовали парусные или парусно-гребные суда. Хотя туже "Полтаву" выводили из пролива Босфор на буксире. Это уже дальше она шла вместе со всеми пол парусами. Приходилось экономить топливо, для попавших в это время кораблей, которого оставалось совсем мало. Да крекинг нефти уже наладили, но, сколько там этой нефти удалось добыть. По сути если мерить в бочках, или баррелях, то не больше двух десятков. Но больше, без организации промышленной добычи нефти, на Керченском полуострове и Тамани было не получить. Подумывали даже начать производство биотоплива, что бы хоть как-то пополнять топливные танки кораблей. В первую очередь "Херсонеса", "Крузенштерна", "России" и "Триумфа". На которые теперь и возлагалась задача по завершению вывоза трофеев и переселенцев. Ну а все остальные, попавшие в это время корабли, по приходу в Севастополь должны были встать на ремонт. А большая четвёрка должна была встать на ремонт позднее. По завершению всех рейсов.
При этом плавание в море должны были осуществлять только парусно-гребные корабли. Большое количество, которых, оказалось, захвачено и продано частным владельцам. В том числе и во флот торговой компании. Хотя часть из них и составило вспомогательные суда флота. И именно на эти суда теперь возлагалось каботажное плавание, обеспечение гарнизонов и торговля. Открытие проливов позволило начать вывоз товаров традиционных для этого региона. Меха, соль, соленная и копчёная рыба, чёрная икра, зерно, шкуры, лес. Товары, доставляемые по северному ответвлению Великого Шёлкового Пути. В том числе и начали вывозить камскую лиственницу. Сплавляемую по Каме, Волге, через переволку переправляемую в Дон и оттуда уже доставляли в Азов. И эта лиственница предназначалась для создания тех самых кряжей[11], удерживающих сваи из ольхи, на которых и стоит Венеция. И крупная партия такой древесины оказалась в Азове. Где её должны были забрать торговые корабли. Но вот теперь её везли дальше, на остров Имроз. На выходе их Дарданелл в Эгейское море. Где и собирались организовать постоянно действующую ярмарку. По перевалке грузов. Пусть и имеющих в основном направленность Запад-Восток. Второе место торговли предполагалось создать в Галате. Но имеющего большую направленность в торговых потоках на Север-Юг. Ведь теперь эти рынки оказывался доступны не только для христианских купцов, но и для мусульманских. Хотя Конев и понимал, такая торговля, в перспективе, вызовет особое неудовольствие у османского султана. Ведь для того что бы подмять под себя все ответвления Великого Шёлкового Пути, османы и организовали завоевание Крыма и Кавказа, а также Египта. А тут просто буквально организовывался торговый перекрёсток.
Правда, попытка захватить полный контроль над Великим Шёлковым Путём со стороны Османской империи выгоду ей не дали. Европейцы вышли в океан. Начав эпоху Великих Географических открытий. Испанцы двинулись на запад, чтобы достичь Азии. Не зная про обе Америки. Португальцы пошли на юг, огибая Африку. И смогли её обогнуть, выйдя в Индийский океан. И открыв этот торговый путь. Сейчас же Конев рассчитывал, что если такое и произойдёт, то позднее. И это будут не испанцы, а португальцами. А совсем другие нации. Ну а Волжский путь заработает на столетие ранее. А не тогда, когда в нём уже не будет надобности совсем. Ибо уже будут отлажены иные торговые пути. Но тут ещё предстояло многое сделать. И была нужна помощь Московской Руси. Пусть такая ещё только и организовывалась.
И флот оставался тут одним из инструментов для реализации этой политике. Ведь как говорил Наполеон I: "не хочешь войны, будь готов к ней". Скромно умалчивая, про то, что это справедливо, в первую очередь, по поводу войны с ним самим. И уже в ближайшее время планировалось перевести флот на, имеющие как паровые машины, так и паруса, корабли с железным набором, но деревянной обшивкой. И обшитой медью подводной частью. Имеющие крупнокалиберные чугунные пушки. Пусть и очень опасные для тех, кто их использует[12]. Но они были гораздо дешевле, чем бронзовые. И позволяли отливать большие калибры. Так как каналы стволов в них высверливались после отливки заготовки. Плюс Конев рассчитывал сделать ставку и на броню. Пусть орудий на таких кораблях будет не много. Но они будут такого калибра, что будут способны отправить на дно любого противника, плюс корабли будут защищены недоступной для местных орудий бронёй. Что вкупе с паровыми машинами могло сделать из этих кораблей непобедимых монстров.
Хотя в качестве временной меры, на несколько ближайших лет и планировали обойтись имеющимися кораблями. В первую очередь галерами. Сократив, правда, их число. И поставив большую часть галер на хранение на берегу. Желательно под крышей. Но для района проливов построить несколько кобуксонов. Защищённых от абордажа и попытки их поджечь скорее гребных, чем парусных судов. Которые и должны будут обеспечить защиту интересов федерации в проливах в ближайшее десятилетие. Благо верфь пригодная для их строительства находилась в Синопе. И когда Конев, во время плавания, остановился в этом городе, то лично заказал владельцу верфи, дородному осману подобные корабли. Описав их концепцию как владельцу и представителям флота, так и мастерам, что должны будут строить эти корабли.
Но флот был только вторым инструментом. И в данных условиях далеко не первым. Сейчас на первое место выходила армия. И её тоже было необходимо реформировать. Конечно, в идеале это должны быть полки пехоты, вооружённых фузеями со штыками и кремнёвыми замками, пусть и экипированных пока, пока враг использует в основном стрелы и холодное оружие, в латные кирасы и шлемы. Действующих в линейном строю. Плюс поддерживаемые полевой артиллерией на лёгких лафетах и кавалеристами. В первую очередь скорее рейтарского типа. Имеющих не полный латный доспех. И вооружённых, помимо палашей, ещё и пистолетами, с карабинами. Хотя и от лёгкой кавалерии, в виде улан и гусар отказываться не стоило. Как и от ездящей на конях пехоте — драгун. Но это была перспектива. Причём весьма отдалённая.
