— Я не говорю тебе, Тео, — повторила она.
Его глаза заблестели.
— Однажды ты поймешь.
Она рассмеялась.
— Давай, пойдем поужинаем. У меня после тренировки, и я не смогу хорошо работать, если у меня не будет еды.
— Я думал, ты уже подкрепилась на сегодня.
Джинни толкнула его локтем, и он рассмеялся.
— Ладно, извини, пора ужинать, — сказал он, беря ее за руку. — Могу я пойти посмотреть тренировку по квиддичу? Может быть, я смогу прикинуть объем, пока буду разглядывать его задницу в форме.
— Он будет в спортивных штанах.
— Отлично, тогда это будет не так сложно, — сказал он, когда они вошли в Большой зал. — Если он будет двигаться правильно, я смогу все видеть. Это серые спортивные штаны и будут ли на нем подштанники?
— Ты неисправим.
Губы Тео дрогнули.
— У каждого из нас свои причуды. На этой неделе нам нужно время, только нам двоим. Я хочу поговорить с тобой о празднике.
— Договорились.
Она смотрела, как он проводит большим пальцем по кольцу на своем пальце.
— Я хочу устроить ему самый лучший праздник. Мне нужно найти идеальный подарок. Я имею в виду, он подарил мне это невероятное кольцо, которое символизирует так много, и я знаю, что это не обручальное кольцо, но... Я люблю его, Джинни. Я знаю, мне всего семнадцать и все такое, но, думаю, я хочу провести с ним остаток своей жизни. Я хочу быть с ним счастливым, возможно, навсегда. Поскольку в конце этого месяца ему исполняется восемнадцать, я хочу подарить ему что-нибудь невероятное. Что-нибудь такое, чего он никогда не забудет. Что-нибудь грандиозное перед праздником, понимаешь?
— Тео, быть с тобой делает его счастливым. Его глаза загораются, когда он видит тебя. Ему не нужно, чтобы ты дарил ему какие-то невероятные подарки. Материальные ценности не важны, — сказала Джинни.
Тео кивнул.
— Я знаю, но я все равно хочу найти для него что-нибудь. Я подумала, может, браслет с нашими именами на нем или что-то в этом роде?
— Я думаю, ему бы это понравилось, — сказала она.
— Так тяжело быть вдали от него, — признался он. — Разве это не глупо?
— Нет, я думаю, это мило.
Тео сжал ее руку.
— Я собираюсь отправить заказ ювелиру на Абрикосовый переулок. Там готовят лучше всего.
— Звучит заманчиво. Как твои ночные кошмары?
— Их почти не бывает, — с улыбкой сказал Тео. — Просто в том, что я с Финном, есть что-то такое, что заставляет меня забыть о них. Я действительно хорошо выспался. Он просто делает меня очень счастливым, Джинни. Я думаю, это делает все к лучшему.
— Хорошо, — сказала Джинни. — Ты заслуживаешь настоящего счастья, Тео.
Он поцеловал ее в щеку.
— Спасибо. Мы поболтаем позже.
Джинни смотрела, как он подошел к слизеринскому столу, чтобы сесть рядом с Блейзом, и улыбалась. Ей нравилось, каким влюбленным он был. Она знала, что он будет переживать из-за браслета, пока Финн не наденет его ему на запястье. Что бы он ни подарил Финну, он будет дорожить этим так же, как дорожил Тео. Ей нравилось наблюдать, как они просто смотрят друг на друга. Они были без ума друг от друга, и ей было приятно это видеть.
Она подошла к гриффиндорскому столу, чтобы сесть рядом с Колином, и, покраснев, встретилась взглядом с Гарри. Прошло всего тридцать минут с тех пор, как она целовала его, и она знала, что он думает о том же. Она облизнула губы и увидела, как дернулся его кадык.
Да, Тео определенно был прав. Это была привилегия, которой она больше всего хотела поделиться с ним в ближайшее время.
* * *
8 ноября 1996...
Джордж не поднял глаз от бухгалтерских книг на своем столе, когда открылась дверь.
— Мне нужно еще десять минут, Фред.
— Нет, время вышло, — сказала Анджелина, усаживаясь на его стол. — Уже больше девяти, Джордж.
Джордж улыбнулся ей, притянул к себе на колени и поцеловал.
— Привет, я скучал по тебе!
Анджелина крепко поцеловала его, запустив руки в его ярко-рыжие волосы.
— Я тоже скучала по тебе. В следующий раз ты должен пойти со мной.
— Я приду, — пообещал он. — Я собираюсь присутствовать на каждой игре. Как все прошло?
— Невероятно, — призналась она. — Слышать, как болельщики болеют за вашу команду, просто потрясающе. К тому же, мы разгромили "Уоспс".
— Я слушал по радио, — признался Джордж. — Я слышал, что Джонсон забила целых пятнадцать голов в той игре. Эта девушка в ударе!
Анджелина усмехнулась.
— Рекорд — восемьдесят два гола, забитых Джоном Крэнберри на Кубке по квиддичу 1956 года. Я собираюсь побить этот гол.
Джордж ухмыльнулся.
— Если кто и может это сделать, так это ты.
Анджелина снова поцеловала его.
— Кендра устраивает вечеринку в честь нашей победы. Пойдем со мной. Мы можем потанцевать, выпить и хорошо провести время.
Джордж заколебался.
— Мне действительно нужно закончить с этим, Энджи. Десять минут, и я твой.
Губы Анджелины прижались к его губам, задержавшись на них ровно настолько, чтобы он застонал. Она скользнула руками под его рубашку, проводя ногтями по его ребрам и заставляя его дрожать.
— Я могу придумать, чем бы еще заняться за эти десять минут.
У Джорджа перехватило дыхание.
— Анджелина, Мерлин, ты же знаешь, я не могу перед тобой устоять.
Она поцеловала его в ухо, в шею.
— Как насчет того, чтобы улизнуть отсюда и потрахаться в душе?
— Я думал, ты хотела пойти на вечеринку к Кендре?
— Ну, сначала нам нужно привести себя в порядок, — сказала она, втягивая губами мочку его уха. — А я сегодня была очень грязной девочкой.
Ее руки скользнули ниже, эти сильные руки схватили его через джинсы, и он застонал.
— Из-за тебя я никогда не заканчиваю свою работу вовремя.
Она хихикнула и с улыбкой спрыгнула с его колен.
— отлично. Я пойду побеспокоюсь, Фред. Но если через одиннадцать минут ты все еще будешь работать, у нас возникнут проблемы. — Анджелина еще раз поцеловала его в губы. — У тебя есть двенадцать минут, чтобы побыть обнаженным и подождать меня в душе. Секс в душе, а потом мы пойдем танцевать.
Он усмехнулся, наблюдая, как она неторопливо выходит из его кабинета. Мгновение спустя он услышал громкий смех своего брата и ухмыльнулся. Он вернулся к своим бухгалтерским книгам, решив закончить с ними, чтобы провести вечер, празднуя невероятную победу своей подруги. Он собирался провести вечер, облизывая и целуя каждый дюйм ее тела, чтобы показать, как сильно он восхищается ею и любит ее. Он вспомнил, как она лежала у него на коленях, и прикусил губу.
На хрен эти проклятые бухгалтерские книги.
Он бросил перо с намерением найти свою девушку и зацеловать ее до потери сознания, когда его стол затрясся с такой силой, что лампа упала на пол. Он встал, нахмурив брови, когда раздался еще один грохот, на этот раз такой сильный, что картины посыпались со стен.
А потом он услышал крики.
Джордж выскочил из кабинета за считанные секунды. Он схватил Анджелину за руку, когда Фред повел их в Косой переулок, держа наготове волшебные палочки. Снова раздался громкий грохот, а затем на улицу вышли два великана. Люди кричали и в панике бегали вокруг. Несколько волшебников шагнули вперед, вытянув волшебные палочки, приказывая великанам остановиться.
Пальцы Анджелины в тревоге впились в руку Джорджа, когда один из великанов заговорил.
— Хофф!
— Я сказал, стойте! — закричал волшебник, размахивая палочкой. — Не подходи ближе!
— Хофф! — взревел великан.
— Подожди! — воскликнул Фред, поворачиваясь, чтобы посмотреть на своего брата. — Хоффман! Это не тот агент, который, по словам Чарли, имел дело с гигантом, участвовавшим в нападении на министерство?
— Я думаю, ты прав, — сказал Джордж. — Митчелл Хоффман, тот, кто умеет говорить по-йотуннски.
Фред кивнул и поспешил к волшебнику, высказывая ему все, что он думает.
Волшебник повернулся к гиганту.
— Вы ищете агента Хоффмана?
— Привет, Хофф!
Волшебник повернулся, чтобы кивнуть Фреду.
— Хорошая идея, Уизли! Ты можешь послать весточку Митчеллу Хоффману?
Фред немедленно вызвал Патронуса, сообщив, что Хоффман срочно нужен в Косом переулке, поскольку его разыскивают два великана.
— Если "джайентс" ищут Хоффмана в дружеской манере, это хороший знак, верно? — Спросила Анджелина.
Джордж пожал плечами.
— Я бы так и сказала, но это все равно только два "джайентса". Мы не можем предположить, что они каким-либо образом представляют свою семью.
— Как двум гигантам удалось пройти весь этот путь незамеченными? — Спросила Анджелина.
На большом баннере, вывешенном над "Ежедневным пророком" в конце аллеи, были фотографии гигантов, прогуливающихся по Лондону, и Джордж указал на него.
"Не думаю, что они это сделали".
МАГГЛЫ, ЗАСТИГНУТЫЕ ВРАСПЛОХ
ГИГАНТАМИ В ЛОНДОНЕ
ВЕЛИКАНЫ ТОПЧУТ СЕЛЬСКУЮ МЕСТНОСТЬ!
МАГГЛЫ УТВЕРЖДАЮТ, ЧТО РУССКИЕ СОЗДАЛИ РОБОТОВ!
МАГГЛЫ УТВЕРЖДАЮТ, ЧТО ИНОПЛАНЕТЯНЕ ВТОРГЛИСЬ В ЛОНДОН!
ИНОПЛАНЕТЯНЕ В ВЕЛИКОБРИТАНИИ?
МАГГЛЫ ЗАДАЮТ ВОПРОСЫ!
— Блядь, — сказала Анджелина, качая головой. — Аврорам, безусловно, придется нелегко.
— Обливиаторам придется работать сверхурочно в течение нескольких недель, — сказал Джордж.
Фред почесал нос.
— Похоже, хорошая новость в том, что никто не пострадал. "Гиганты" просто двигались к Министерству, но в Лондоне свернули не туда и оказались в Косом переулке. Но два гиганта хотят поговорить с Министерством? Да, это определенно хороший знак. Надеюсь, это не означает, что многие из них перейдут на сторону Сами знаете кого.
— Надеюсь, — согласился Джордж.
Фред посмотрел на часы.
— Я знаю, что вы двое собирались на вечеринку, но это меня немного взбодрило. Я собираюсь отправиться в Лондон и провести несколько тренировок с гвардейцами.
— У нас все еще нет никаких реальных идей для командира подразделения, — сказал Джордж.
— Нет, — признался Фред. — Но это не значит, что я не могу немного полетать и подумать об этом. Желаю повеселиться на вечеринке.
Джордж увидел, как в переулок аппарировал мужчина и помахал гигантам. Он предположил, что это, должно быть, агент Хоффман, по тому, как гиганты начали отвечать ему на йотуннском. Он повернулся и поцеловал Анджелину в щеку.
— Ты готова пойти потанцевать?
Анджелина кивнула, не сводя с него глаз.
— Иногда я думаю, что мне нужны эти праздники, чтобы поддерживать себя в форме. Мне нужно веселье и счастье, но потом что-то вроде этого напоминает мне о том, что происходит вокруг, и я думаю, что я слишком поверхностна, что я должна делать больше.
Джордж притянул ее к себе и обнял.
— Мы не можем перестать жить своей жизнью. Как только мы это сделаем, Волдеморт победит. Ты заслуживаешь счастья и заслуживаешь того, чтобы отпраздновать со своей командой то, как потрясающе ты сыграла сегодня. Я хочу отпраздновать вместе с тобой. Я не думаю, что это делает нас поверхностными.
— Даже когда Фред уходит по важным делам, а мы просто идем танцевать?
Джордж подмигнул ей.
— Но у Фреда нет такой сексуальной девушки, как у меня.
— Это правда, — сказала Анджелина, скривив губы. — Я все еще думаю, что он должен дать Кендре еще один шанс.
Джордж поморщился.
— Я бы не советовал поднимать эту тему. Фред говорит, что Кендра — сумасшедшая, и на самом деле, учитывая, что единственное требование Фреда — чтобы она была женщиной и у нее не было лошадиного лица, это о многом говорит.
Анджелина закатила глаза.
— Он такой самоуверенный! Говорю тебе, Кендра не сумасшедшая. Он просто не дал ей шанса!
— Больше никаких сватовств с твоей стороны, — упрекнул он. — Фред есть Фред, и тебе просто нужно оставить его, чтобы он сам нашел себе женщину, хорошо?
— Хорошо, — призналась она. — Но я все равно считаю, что ему следует чаще появляться на вечеринках по квиддичу.
— Поверь мне, с этим проблем не будет, — сказал ей Джордж. — Тебе просто нужно прошептать слово "вечеринка", и Фред практически появляется.
Анджелина рассмеялась.
— Верно. — Она наклонилась и поцеловала его в щеку. — Давай, пойдем закроем дверь. Ты уже должен был быть голым и в душе.
Джордж усмехнулся.
— Я закрою дверь, а ты иди раздевайся. Я буду там в мгновение ока.
Анджелина украла у него еще один поцелуй.
— Поторопись.
Затем она подмигнула, прежде чем направиться обратно в магазин. Джордж улыбнулся, глядя ей вслед. Он знал, что его девушка беспокоится о том, что Фред прыгает с кровати на кровать и у него ни с кем не складываются серьезные отношения, но Джорджа это не беспокоило. Он знал, что Фред был слишком сосредоточен на магазине, на работе, на товарах и на изобретательстве. Он знал, что когда его брат встретит подходящего человека, все наладится само собой. Фред был доволен своей жизнью, и Джордж это чувствовал.
Он просто хотел, чтобы они оба не так беспокоились о том, что должно было произойти.
* * *
9 ноября 1996 года...
На следующее утро в газете появился намек на то, что должно было произойти.
Казалось, что "гиганты" проделали весь путь от Скафелл-Пайка до Лондона в надежде пообщаться с агентом Митчеллом Хоффманом. Гиганты напугали магглов по всей стране, которые сообщали о самых нелепых происшествиях — от роботов-убийц до движущихся гор; некоторые люди даже утверждали, что загрязнение окружающей среды вызвало химический всплеск в продуктах питания, и это заставило людей расти пугающими темпами.
Хорошей новостью было то, что от самого Пайка их сопровождал густой туман, который скрывал их от большинства магглов, что давало им возможность отшучиваться от происходящего как от странной шутки, включая инопланетные вторжения и землетрясения, чтобы объяснить грохот и тряску зданий. Это также облегчило Министерству задачу по сокрытию всего происходящего. Именно из-за густого тумана "великаны" добрались до Лондона так, что Министерство о них не узнало, иначе их поездка в Косой переулок была бы остановлена за несколько часов до их прибытия.
Что касается самих великанов, то, похоже, среди них было немало тех, кто хотел перейти на сторону Министерства, а не Волдеморта. Они хотели лучших условий жизни и большего количества защитных щитов, чтобы держаться подальше от магглов, но при этом они хотели иметь возможность жить свободно. Похоже, Хоффман планировал провести с ними такого рода переговоры как можно скорее.
Баннерман, глава недавно созданного Департамента по восстановлению и сотрудничеству с магическими существами, хотел, чтобы гиганты были на их стороне, и часть новых изменений, которые были внесены в Министерство магии, заключалась в том, чтобы установить лучший мир со всеми магическими существами, включая лучшие союзы, которые приносили пользу обеим сторонам, а не только им ведьмам и волшебникам.
Это был еще один маленький шаг в их пользу, но Министерство ухватилось за него, и, к сожалению, лишь горстка гигантов захотела последовать его примеру. Остальные по-прежнему были полностью согласны с обещаниями Вольдеморта о свободе хаоса и разрушений.
