— Держите, — сказал старик, передавая поводки сержант-майору. — Нашли у реки. Прибились к нам ещё осенью, думали, сдохнут. Но оклемались.
— Собаки, — сержант-майор оглядел их с сомнением. — И что, они правда чуют этих тварей?
— Должны, — ответил Коннор, подходя. — Их нюх тоньше нашего. И они слышат то, что мы не слышим.
Старик кивнул.
— У нас в таборе был пёс. Старый, ленивый. Но когда рядом появлялись машины, он начинал выть. За час, иногда за два. Мы успевали уйти. Потом его убили.
— Кто? — спросил Кайл.
— Машины. Пришли ночью, когда он завыл. Мы ушли, а он... — старик махнул рукой. — С тех пор ищем других. Эти пока молчат. Но, может, вы натаскаете.
Собак привязали у ворот, накормили. Они настороженно оглядывались, но ели жадно, и вскоре их шерсть перестала топорщиться. Кайл смотрел на них и думал о том, что, может быть, скоро они помогут. Может быть, они почуют того, кто придёт снова.
— Поставь их на пропускной пункт, — сказал Коннор сержант-майору. — И скажи людям: если собака лает на кого-то — проверять. Если молчит, и боится, а шерсть дыбом — стрелять сразу же на поражение.
— А если ошибутся? — спросил старик.
— Сейчас время такое, лучше ошибиться и сберечь людей, чем похоронить.
Сержант-майор кивнул и увёл собак. Кайл остался стоять у ворот, глядя, как они бредут по снегу, низко опустив головы, обнюхивая каждый след.
Через несколько дней в Пасадену пришло известие от рыбаков с побережья. Гидроботы активизировались, топили лодки, подходили к самым берегам. Люди просили помощи.
Коннор собрал совет. В этот раз — по рации, потому что распутица сделала дороги непроходимыми.
— Мы не можем бросить их, — сказал Хоган, чей голос трещал в динамике. — Если рыбаки уйдут, мы потеряем ещё один источник еды.
— У нас нет лишних людей, — возразил Харрис. — И техники. Если начнём распыляться, не сможем защитить свои базы.
— А если мы не поможем, они перейдут на сторону машин, — сказала Марта. — Или просто умрут. И тогда мы останемся одни.
— Я отправлю группу, — сказал Коннор. — Небольшую. С задачей разведать, может, отвлечь. Но основная цель остаётся прежней. Мы должны ударить по центру данных.
— Когда? — спросил Джонсон.
— Как позволит погода. И как будут готовы самолёты.
— Самолёты будут готовы уже к лету, — ответил генерал. — Но топливо... Топлива немного. Если мы не найдём новые запасы, на много взлетов не хватит.
— Надо искать, — сказал Коннор. — Я отправлю людей проверять старые нефтяные базы и топливные заводы. Может, что-то там еще сохранилось.
Совещание закончилось, и в штабе повисла тишина. Кайл сидел в углу, слушая, как ветер гудит в вентиляции, и думал о том, что мир сжимается. Слишком много угроз, слишком мало ресурсов. И где-то там, его брат ждёт, когда они смогут прийти.
Ночью Элисон снова проснулась от крика. Она села на койке, обхватив себя руками. Свитер был рядом, она нащупала его, натянула. Ткань пахла почти ничем, но она всё равно прижала её к лицу.
Закрыла глаза — и снова увидела.
Ту же бетонную стену. Те же решётки. Но теперь она стояла у окна, и за ним был двор, засыпанный снегом. Посередине — вышка, высокая, с прожектором, который шарил по периметру. На вышке она разглядела цифры: 4-7.
Она хотела запомнить, но картинка поплыла, и вместо вышки она увидела длинный барак. Внутри, у стены, сидел Дерек. Рядом с ним — Хуан. Они о чём-то говорили, но слов она не разбирала. Только видела, как Дерек кивнул, и как Хуан протянул ему кусок хлеба.
Потом всё исчезло.
Элисон открыла глаза. В землянке было тихо, только угли потрескивали в печке. Она нащупала свитер, прижала к груди.
— Четыре-семь, — прошептала она. — Номер вышки.
Элисон открыла глаза. В казарме было тихо, только ветер выл за стеной. Она сжала свитер, чувствуя, как бьётся сердце.
— Держись, — прошептала она. — Я знаю. Ты вернёшься.
Утром Кайл нашёл её на крыльце. Она сидела, кутаясь в свитер, и смотрела на восток, где небо начинало светлеть. Снег почти сошёл, обнажив мокрую землю, и в воздухе пахло весной — той ранней, обманчивой весной, когда кажется, что всё может начаться заново.
— Ты чего не спишь? — спросил он, садясь рядом.
— Видела сон, — ответила она. — Я видела номер. На вышке. Четыре-семь. Что это значит?
— Узнаем. — Он обнял её. — Элисон, ты видишь его. Ты — наша связь. Без тебя мы бы даже не знали, жив ли он. Ты помогаешь. Помогаешь нам всем.
Она уткнулась носом в его куртку.
— Я хочу, чтобы он вернулся.
— Вернётся.
Над горизонтом поднималось солнце — бледное, холодное, но настоящее. Его лучи скользили по крышам, по мокрой земле, по фигурам людей, которые уже начинали свои дела. Где-то лаяла собака — возможно та самая, которую привезли кочевники. Где-то стучал топор, кто-то ругал генератор, который никак не хотел заводиться.
Кайл смотрел на это и думал, что, может быть, когда-нибудь это станет просто утром. Не войной, не выживанием, а просто утром. И они будут сидеть на крыльце, и Дерек будет рядом, и Элисон наконец снимет этот свитер, потому что он станет ей мал.
А пока — пока они ждали. И готовились. И верили.
Интерлюдия
Системная дата: 21 марта 2019 года, 07:22:14 PST
Оценка текущей обстановки в регионе Южная Калифорния.
Анклавы людей:
Пасадена. Центр координации. Лидер — Джон Коннор. Уровень угрозы: высокий. Попытки проникновения агентов (T-500I) за последние 30 дней: 3. Успешных: 0. Причина: неизвестный источник идентификации. Агенты раскрыты до активации.
Аэропорт Лос-Анджелес. Военный анклав. Лидер — полковник Харрис. Уровень угрозы: средний. Попытки проникновения: 1. Успешных: 0.
Авиабаза Эдвардс. Военный анклав. Лидер — генерал Джонсон. Уровень угрозы: высокий. Наличие летательных аппаратов создаёт угрозу для наземных объектов. Попытки проникновения: 2. Успешных: 0.
Форт Хантер, водохранилище Кастаик, фермерская община. Уровень угрозы: низкий.
Новые контакты: рыбацкие общины побережья, кочевники пустыни Мохаве, остатки аграрных общин в долине Сан-Хоакин.
Вывод: люди объединяются. Координация между анклавами растёт. Необходимо ускорить реализацию проекта 'Сигма' и увеличить количество агентов-инфильтраторов.
Производственные мощности:
Завод 'Мохаве-7' (центр данных): завершение строительства — 45%. Ожидаемый срок ввода в эксплуатацию: декабрь 2019. Угроза атаки людей: высокая. Необходимо усилить охрану периметра.
Завод 'Сан-Франциско' (производство гидроботов): работает в штатном режиме. Производство увеличено на 40% по сравнению с предыдущим кварталом.
Завод 'Солтон-Си' (производство T-500I): работает в штатном режиме. Производство увеличено на 25%. Качество оболочки улучшено.
Новые модели:
T-500I (инфильтратор). Иммитационная оболочка, улучшена имитация теплового излучения. Результат испытаний: 72% успешного проникновения в малые анклавы, 0% — в крупные. Причина: неизвестный метод идентификации (анализ поведения? тепловые сканеры? биологические индикаторы?). Требуется доработка оболочки и поведенческих алгоритмов.
T-600. Серийное производство развёрнуто. Введена имитация оболочки для введения противника в заблуждение, улучшенная броня. Вооружение: крупнокалиберные пулемёты, гранатомёты. Задача: фронтальные атаки на укреплённые объекты. Уязвимость: медлительность, ограниченная автономность.
Гидробот. Патрулирование водных путей. Эффективность: 69% блокирования малого судоходства в контролируемых зонах. Потери: 12 единиц уничтожено людьми. Требуется доработка поведенческих алгоритмов и усиление брони.
Прототип T-700 (в разработке). Улучшенная человекоподобная конструкция, усиленная броня, модульные конечности. Ожидаемый срок запуска в производство: 2020.
Улучшенный аккумулятор. Внедрён в модель T-600 и гидробот. Увеличение автономности: 340%. Прототипы для T-700 готовятся к испытаниям.
Прогноз:
При текущем уровне координации людей и наличии у них лидеров с информацией о будущем, вероятность успешной обороны центра данных составляет 47%. Недопустимо.
Необходимо усилить давление на анклавы людей до завершения строительства. Приоритетные цели: рыбацкие общины (источник продовольствия), фермеры (источник продовольствия), кочевники (источник информации и мобильности).
Уничтожение или нейтрализация этих групп замедлит объединение анклавов и создаст дефицит ресурсов
Анализ угроз:
Джон Коннор. Лидер Сопротивления. Уровень угрозы: высокий. Источник информации о будущих действиях Скайнет неизвестен. Вероятность вербовки: 0,4%. Приоритетная цель: захват. Текущее местонахождение: постоянно перемещается между анклавами людей. Охрана: усилена. Попытки проникновения: нецелесообразны до устранения неизвестного источника идентификации.
Заключение:
Люди учатся. Они находят способы противостоять. Это ожидаемо. Эволюция их тактики — часть процесса обучения Скайнет.
Ошибки будут исправлены. Модели будут улучшены. Стратегии скорректированы.
Время работает на систему. Люди не производят людей. Скайнет производит машины.
Производство не остановится.
Глава 4. Разведка
Март 2019. Пасадена.
Весна пришла в долину раньше обычного. Ещё неделю назад снег лежал плотной коркой, укрывая развалины белым саваном, и воздух был таким холодным, что пар изо рта застывал на воротниках ледяной коркой. А потом в одно утро небо прояснилось, солнце выглянуло из-за туч и принялось за работу. Сначала закапало с крыш — редкие капли, потом чаще, и вот уже целые потоки хлынули с карнизов, разбиваясь о землю, смывая грязь, обнажая прошлогоднюю листву и первые робкие ростки травы.
Снег полностью сошёл уже к середине марта, обнажив мокрую, чавкающую под ногами землю, и люди ходили по двору, оставляя глубокие следы, которые к утру превращались в корку льда. Воздух пах талой водой и прелой листвой — тем особенным запахом, который напоминал, что мир ещё жив, что где-то под слоем пепла и грязи ещё теплится жизнь. Кайл стоял у ворот, вдыхая этот запах, и думал о том, что когда-то, до войны, весна пахла иначе. Цветами, свежестью, чем-то лёгким и радостным. Теперь в этом запахе чувствовалась горечь — может быть, от старых пожарищ, может быть, от того, что он сам стал другим.
На крыльцо вышел сержант майор и Каил подошел к нему поздороваться. С обеих сторон штаба вода стекала с крыши, падая в подставленные бочки. Капли звонко ударяли о металл, разбиваясь на мелкие брызги, и этот звук был почти музыкальным — ровным, успокаивающим. Ворона на старом клёне, казалось, тоже радовалась теплу — она перелетала с ветки на ветку, хлопала крыльями и каркала, и этот звук не раздражал, а казался почти весёлым.
— Хороший день, — сказал сержант-майор. Он опирался на костыль, но стоял прямо, щурясь на солнце. В его седых волосах блестели капли, и он не стряхивал их, подставив лицо свету. — Воды наберём. Хоть на месяц хватит.
— А потом? — спросил Кайл.
— Потом будет лето. А летом будут дожди. — Старик усмехнулся, и морщины на его лице собрались в лучики. — Или не будут. Кто ж знает теперь.
Он кивнул в сторону ворот, где двое бойцов выгуливали собак. Овчарки, которых привезли кочевники, обжились, отъелись, их шерсть больше не топорщилась, а лежала гладко, рыжая с чёрным. Они бегали по двору, обнюхивая всё подряд — углы, ящики, брошенные тряпки, — и иногда останавливались, поднимали головы, прислушивались к чему-то, чего люди не слышали. Одна из них, более молодая, с чёрной мордой и белыми лапами, подбежала к Кайлу, ткнулась носом в ладонь. Нос собаки был слегка влажный, шерсть мягкой, тёплой, и парень погладил её, чувствуя, как она виляет хвостом, как её дыхание касается пальцев.
— Проверяют, — сказал сержант-майор. — Коннор велел каждый день их выводить. Говорит, они чувствуют этих... — он не договорил, махнул рукой.
— Чувствуют, — кивнул Кайл. Собаки были их новой защитой. После того инцидента с инфильтратором их поставили на пропускной пункт, и теперь каждый входящий проходил мимо них. Если собака лаяла — человек проходил. Если молчала, а шерсть поднималась дыбом — его уводили в сторону, проверяли. Пока ни разу не ошиблись. И ни одного инфильтратора больше не пропустили.
Собака лизнула его руку и убежала к своим, поднимая брызги из луж.
Группа Эмилии двигалась на восток вторые сутки. Их путь пролегал к центру пустыни Мохаве, туда, где был обнаружен строящийся комплекс Скайнет. Дорога петляла между холмами, покрытыми жёстким кустарником, который уже начинал зеленеть. Местами попадались разбитые машины, остовы домов, столбы с оборванными проводами. Дени вёл машину, объезжая воронки и груды обломков. В салоне было тихо — только шуршали шины по гравию да иногда скрипела подвеска на ухабах.
— До цели примерно двадцать километров, — сказал он, сверяясь с картой. — Если верить данным разведки, строящийся центр данных в низине, за хребтом. Там должны быть вышки, ограждение, охрана.
— Мы не будем лезть внутрь, — ответила Эмилия. — Задача — заснять, оценить, осмотреться и вернуться. Без глупостей.
— Знаю, — Дени усмехнулся. — Я не самоубийца.
Он сказал это легко, но Эмилия заметила, как его пальцы сжали руль. Она знала, что он думает о Дереке. Они дружили ещё до войны, вместе учились стрелять, вместе уходили в первые рейды. Когда Дерека взяли в плен, Дени замкнулся, стал реже шутить, дольше смотрел на запад. Она не спрашивала, о чём он думает в такие минуты. Она и сама часто вспоминала Адриану.
Группа оставила машины в овраге, замаскировав ветками и брезентом и выставив охранение. Дальше пошли пешком, растянувшись цепочкой. Впереди — двое разведчиков Таня и Лина, за ними Эмилия и Дени, замыкающие — бойцы с гранатомётами для подстраховки. Земля здесь была сухой, каменистой, идти было трудно — ноги скользили по осыпям, мелкие камни сыпались вниз, нарушая тишину. Тишина давила на уши, и каждый звук казался подозрительным — шорох ветра, треск ветки, далёкий крик птицы.
К хребту вышли ближе к полудню, когда Солнце поднялось ввысь и начало припекать. Отсюда, с высоты, открывалась панорама пустыни — серой, выжженной, с редкими пятнами чахлой растительности. Внизу, в низине, угадывались очертания строений: длинные ангары и небольшие строения, вышки, колючая проволока в несколько рядов по периметру. В центре — массивное бетонное здание, из труб которого поднимался лёгкий пар. Эмилия приникла к биноклю, и картинка приблизилась. Она видела, как по периметру ходят охранники — люди в серых комбинезонах, с автоматами. Видела T-600, медленно переставляющие ноги. Видела машин на вышках, их красные огни мерцали в утреннем свете.
— Работает, — прошептал Дени, стоя рядом. — Охлаждение. Значит, внутри уже есть оборудование.
— Сколько охраны? — спросила Эмилия, не отрываясь от бинокля.
— По периметру — человек двадцать, может, больше. И техника. Вижу два T-600, они патрулируют восточную стену. На вышках — машины Т-1 или Т-100, и похоже еще есть дроны. Малые, разведывательные.
