— Почему? Почему ты делаешь это для него?
Тамоко не обернулась на неё, но Равена заметила, как блеснули её глаза.
— Ты любишь его... — Выдохнула дочь Баала. — Любишь это чудовище?
— Ты такое же чудовище, как и он! Ты дала мне обещание. Не забудь.
— И я сдержу своё обещание, — сквозь зубы проговорила девушка.
— Хорошо. Герцога Эльтана держат на втором этаже штаб-квартиры Пламенного Кулака. Приставленный к нему лекарь на самом деле высший доппельгаген. Он поддерживает вызванную им же болезнь. Убийцы Энтара Сильвершилда скрываются в так называемом Логове. Я знаю лишь, что оно находиться под землёй и в него можно попасть через канализацию. Убийц зовут Слис и Кристин.
— Спасибо. Это больше, чем я надеялась получить. Но, помогая нам, ты ставишь под угрозу свою жизнь. Ты не боишься, что он узнает?
— Как только он узнает, меня тут же не станет в живых, — Тамоко сказала это таким будничным голосом, что Равену бросило в дрожь. — Пока что я жива, значит всё идёт по плану. Равена, у меня будет ещё одна просьба.
— Какая?
— Китандрия. Эта змея отравляет его жизнь, сбивает с пути. Она должна умереть.
— Я не наёмный убийца, Тамоко. Если она тебе так мешает — убей её сама.
— Ты не хочешь убить эту женщину, но с радостью уничтожишь того, кто является тебе...
— Кем?! Убийцей моего воспитателя? Человеком, пытавшемся убить меня, загонявшем меня своими убийцами, словно зверя в ловушку? Человеком, оклеветавшим меня, утопившем мой дом в крови? — Равена развернулась, чтобы уйти.
— Братом! — Ударил в спину голос Тамоко.
Сердце полудроу больно сжалось, и она в который раз рассердилась на себя. Ну почему она не может быть такой бессердечной тварью, как её пресловутый брат!
— Знаешь что!.. — Резко обернулась девушка, но её собеседницы уже не было рядом.
С улицы донеслись шаги и голоса, Равене пришлось спешно ретироваться.
Дверь открылась и закрылась бесшумно, но Имоен всё же подскочила на кровати.
— Равена, это ты?
— Я. Спи, не бойся.
— Хвала богам, ты вернулась. Я уснуть никак не могу, так волновалась за тебя.
— Чего за меня волноваться? — Проскрипела полудроу, снимая доспех. — Я же здесь и живая.
— Это плохая шутка.
— Знаю.
— Она сказала тебе то, что обещала?
— Даже сверх того, — кровать тихонько скрипнула под девушкой. — Завтра расскажу. Нам ещё нужно будет связаться с Элом и Эриком. Чтобы спасти Эльтана, нам пригодится их помощь. А пока что давай-ка спать.
— Спасение Великого Герцога, — предвкушая приключения, прошептала непоседа.
В комнате была абсолютная темнота, но Равена знала, что её названая сестра свернулась калачиком и натянула одеяло по самые уши. Она улыбнулась, осознавая, что и Имоен сейчас точно знает, что полудроу лежит на спине, подсунув руки под подушку.
Она бежала по какому-то разрушенному городу. Город казался мёртвым. Ни травы, ни растений. Плющ не увивал рассыпающиеся стены, маленькие деревца не пробивались сквозь черепицу крыш. Мертвенно-бледная луна освещала мощёную дорогу перед ней. Она не смотрела под ноги, но слышала, как когти стучат по камням. Потому что она — монстр.
Позади неё зарево от факелов. Это люди бегут по её следу. От них невозможно убежать. Вынырнувшее из тумана целое здание показалось ей настоящей крепостью. Она ворвалась внутрь и закрылась на все засовы.
В окно влетел камень, зазвенели по полу мелкие осколки стекла. Она села под окнами и прижалась к стене. Каменный залп рассыпал над её головой стеклянные брызги. Ветер ворвался в разбитое окно и сорвал покрывало с зеркала напротив неё. Там внутри вспыхнули жёлтые глаза, и тень,окружённая красным пламенем, начала подниматься из глубин зазеркалья.
Вместе со следующим порывом ветра в разрушенную комнату влетел мерзкий хохот.
— Эти люди причислили тебя к тварям, от которых совсем недавно могли просить тебя защитить их, — хохотал ветер.
Теперь она знала, чей это голос. С ней говорил Баал — её отец. Его сущность дана ей в долг, и то, что видит она в зеркале, лишь её отражение изнутри.
— Они убьют тебя без жалости. Убьют только за то, что ты такая, какая ты есть.
В окно влетел факел. Старый ковёр занялся огнём.
— Тебе не убежать от них и не победить в одиночку, — ветер с голосом Баала носился по комнате, подхватывая искры и разбрасывая их на деревянную мебель.
Огонь побежал вверх к потолку. На улице раздались восторженные крики — зверь попался в ловушку. В окна полетели новые факелы. Комната наполнилась дымом. Люди на улице не по-человечески улюлюкали. Ветер хохотал. Тень в зазеркалье поднималась и принимала очертания.
— Ты знаешь, как спастись... — Настойчиво твердил голос Баала.
Она встала и подошла к зеркалу. Тень потянулась к ней.
— Ты многого не умеешь, но ты научишься. Прими это...
Дочь Баала смотрела в жёлтые глаза тени. Неужели это единственный путь к спасению? Нет! Она сжала руку в кулак и что есть мочи ударила по зеркалу.
— Место! — Гаркнула она, будто псу.
И тень повиновалась. Заворчала, заскулила, но улеглась и успокоилась. Ветер рванул круг по комнате и вылетел в окно, унеся за собой едкий дым. Огонь потух, будто иссяк его источник. В разбитом зеркале отразилась девушка-полудроу.
Она обладает великой тёмной силой, но будет использовать возможности пятна Баала так, как посчитает нужным, переделает монстра внутри себя по собственному желанию. Она открыла дверь и пошла куда-то по улицам мёртвого города, зная, что есть человек, который внемлет голосу Баала.
Равена открыла глаза и долго смотрела в тёмный потолок.
— Саревок, — почти беззвучно прошептали её губы. — Сын Баала. Мой брат.
На тренировочной площадке Пламенного Кулака никого не было кроме светловолосого полуэльфа и его оппонента — толстощёкого рыжего парня. Наёмники колошматили друг друга деревянным оружием. Эрик был неповоротлив, но и сбить с ног его было трудно. Удары Элиендра по его щиту были лёгкие, будто он боялся поранить друга, зато перемещался он быстро.
Стрела, прилетевшая ниоткуда, пронеслась над их головами и застряла в деревянном столбе. К стреле был привязан пергамент.
— Они с ума сошли, — прошипел Элиендр и рванул послание из дерева.
— Да уж, любят девчонки пошутить, — был тут как тут толстяк.
Парни оглянулись вокруг (не видит ли кто) и развернули пергамент. Записка гласила: "Есть важная информация. Нужно встретиться. Мы всё там же. Бармен вам поверит".
— И загадки тоже любят, — добавил Эрик к своим словам.
— Я знаю, где они, — полуэльф мелко порвал пергамент.
Вернувшись в казарму, он незаметно бросил маленькие кусочки записки в горящий очаг. Улики были уничтожены.
После обеда друзья отправились в "Стыдливую Русалку".
— Ну, вы придумали с этой запиской! — Возмущался полуэльф, сидя в комнате у названых сестёр. — Вы могли поранить нас или стрелу могли заметить!
— По-твоему, я стреляла с закрытыми глазами что ли? — Набросилась на него в ответ Имоен.
— Ладно вам. Могло случиться что угодно, но не случилось же. Чего об этом сейчас говорить? — Равена нервничала и постоянно прислушивалась к шагам за дверью, будто ждала чего-то.
— Равена, перестань, — заметила это Имоен. — Борк ведь сказал, что сообщит, когда они придут.
— Кто придут? — Полюбопытствовал Эрик.
— Убийцы герцога Энтара Сильвершилда.
У парней отвисли челюсти.
— Вы из-за этого притащили нас сюда? Мы не можем арестовать их сейчас! Мы не при исполнении!
— Их не надо арестовывать, Эл. Я сама поговорю с ними, как умею. У нас информация о герцоге Эльтане. Он жив. Пока что.
— И где его прячут?
— Самое ценное легче спрятать под носом у вора, — хихикнула Имоен, вспомнив фразу своего учителя Рододендрона.
— То есть...
— Его держат на втором этаже вашей штаб-квартиры.
— Неслыханная дерзость!
— Его надо спасать, иначе он присоединится к своему коллеге герцогу.
— Равена, Пламенный Кулак — не торговое сообщество, туда нельзя ворваться просто так и отбить Эльтана.
— Вы об этом знаете? — Нахмурилась Имоен.
— Ага. Недавно узнали, — подмигнул сёстрам Эрик.
— Это уже не важно. Нам нужна помощь, мальчики. Сколько осталось среди вас людей, верных Эльтану и скорбящих по Шраму?
— Достаточно.
— Собирайте всех, кого сможете. Встречаемся завтра на закате в переулке напротив штаб-квартиры.
Дверь открылась, и в комнату вошёл Борк.
— Они здесь. На центральном диване.
Равена лишь кивнула ему.
Борк повёл наёмников Пламенного Кулака к выходу. Названые сёстры остались в общей зале. Их цель вальяжно развалилась на диване и медленно потягивала вино.
— Он один, — вскинула брови Имоен.
— Обойди его в тени с боку. Оставайся вне видимости.
Равена пошла прямиком на убийцу.
Выходя из "Стыдливой Русалки", Эрик задержался у дверей.
— В чём дело, дружище?
— Не знаю, Эл, правильно ли мы сделали, что ушли и не помогли девчонкам.
— Мы не можем им помочь, как представители Пламенного Кулака.
— Зато мы могли бы им помочь, как друзья.
— Эрик, ты же видел их в деле. К тому же они дали нам задание. Оно чрезвычайно важно, и выполнить его можем только мы. А они сейчас выполняют своё задание. Если бы они не были уверены в своих силах, разве они не попросили бы о помощи? Тем более с ними же их команда.
— Да, да. Ты прав. Я просто беспокоюсь. Они всё-таки девчонки.
— Я тоже беспокоюсь. Пойдём.
Равена чувствовала себя кораблём, рассекающим воды Моря Мечей. Она шла вперёд, а люди отступали в сторону, старались убраться подальше, будто понимали, что сейчас может произойти. Сидящий на диване мужчина посмотрел на неё поверх бокала с вином.
— Привет, красотка... Эй, я знаю, кто ты такая.
— Неужели.
— Какая серьёзная девочка. Правда, Кристин?
— О, да, Слис. Очень серьёзная, — ответил воздух справа от полудроу приятным женским голосом.
Равена скосила глаза.
— Ах, это моя Кристин. Она такая милая, что ей приходится оставаться невидимой, чтобы к ней не приставали парни. Хотя они и так не рискнут — ведь я же рядом, — Слис отхлебнул вина.
— О, Слис, ты просто душка, — ответила Кристин.
— Так что тебе нужно, серьёзная девочка? — Он сел поудобней, боком к Равене.
— Ты знаешь, что мне нужно, убийца.
— Знаю, — холодные глаза смотрели на неё. — Но не отдам.
В тот же миг в девушку полетел бокал с вином. Каким-то шестым чувством воительница предугадала это. Убийца целился ей в лицо, поэтому она просто присела, выдёргивая меч из ножен. Потом перемахнула через низенький столик и очутилась на диване почти верхом на мужчине. Свободной рукой она прижала его руку, в которой Слис держал короткий меч отличного качества. Другой приставила к его сердцу кончик Погибели Пауков.
— Не с той девочкой связался, Слис, — прошипела дочь Баала, и серебристое лезвие с хрустом прошло сквозь тело и спинку дивана.
— Ах ты, стерва! — Крикнула невидимая Кристин.
Магия заискрилась в невидимых руках. Воздух рассекла стрела. На пол упала миленькая девушка. Стрела вонзилась точно между злых голубых глаз. С противоположной стороны вышла Имоен, всё ещё держа лук наготове.
Борк появился уже после того, как названые сёстры обыскали убийц. В ножнах на поясе у Имоен покоился меч Слиса.
— Прости, Борк, я испортила обивку дивана.
— Ничего — её всё равно пора было менять.
Из писем, которые были обнаружены у парочки, стало известно, что Слис и Кристин должны были присоединиться к доппельгагенам в день коронации Саревока. Вместе с ними они нанесли бы удар по оставшимся в живых Великим Герцогам. К письмам прилагалось приглашение на празднество.
— Нам нужно помешать этому, — нахмурилась Равена. — А для этого мы должны как-то проникнуть во дворец. Но как?
— У нас же есть приглашение, — пожала плечами Джахейра.
— И это у меня-то сумасшедшие идеи...
— А чем плоха моя идея, Равена?
— Тем, что наши морды знает весь город. Приглашение не спасёт нас от местного правосудия.
— Джахейра права. Это единственный путь во дворец. А наши "морды" я закрою иллюзорными личинами. Они ведь уже давно готовы, — спокойно рассудила Дайнахейр.
— Это выход. Будем надеяться, что у входа не будут стоять маги, снимающие иллюзии.
— Это вряд ли. Некоторые аристократы нанимают магов, чтобы они "освежили" их постаревшие лица. Не пристало так поступать с влиятельными людьми, — задумчиво проговорила друид.
— Хорошо, если бы так. Коронация Саревока будет через два дня. У нас есть ещё время подготовиться. А пока что стоит заняться спасением Эльтана.
— Вы поговорили со своими друзьями?
— Да, Джахейра. Они соберут единомышленников. Мы с Имоен встречаемся с ними завтра. Вы с нами?
— Конечно с вами! Если вас не сдерживать, вы разнесёте полгорода!
— Ну да. Такая уж твоя задача — сдерживать меня.
— Э-э-э... Я не об этом, Равена.
— Я знаю.
На следующий день кровь с пола Логова была тщательно отмыта. Обивку дивана, как и говорил Борк, начали менять.
Равена волновалась перед проникновением в штаб-квартиру Пламенного Кулака чуть ли не сильнее, чем перед штурмом Крепости Гноллов. И в тот, и в этот раз они должны пробиться сквозь воинственных защитников, чтобы попастьвнутрь вражеского стана. И тогда, и сейчас они должны спасти человека, и они не знают, жив ли он ещё. Прошлый раз это была незнакомая женщина, ставшая потом верной подругой. Теперь им придётся спасти одного из правителей Врат Бальдура, города, где их готовы казнить за несовершённое преступление. Человека, которого они уважали, и который нужен этому городу.
Беспокойство названой сестры передалось и Имоен. Девушка несколько раз проверила стрелы, натяжение тетивы и беспрестанно бормотала себе под нос формулы заклинаний.
Когда подошло время, шесть искателей приключений вышли из Логова в канализацию через потайную дверь.
— Вы уверены, что ваши подружки придут, салаги?
— Уверены, — кивнул Элиендр. — Они обещали.
Группа наёмников Пламенного Кулака из восьми человек затаилась в переулке. Молодой мужчина и Элиендр рассматривали свою штаб-квартиру, словно хотели найти в ней негатив и возненавидеть её. Но трудно было почувствовать ненависть к месту, где живёшь с друзьями, которые стали тебе братьями и сёстрами, к месту, ставшее тебе домом. Все они недавно потеряли человека, который был им, как отец. Память о Шраме была ещё жива и царапала их сердца, оставляя кровавые полосы. Герцога Эльтана они не отдадут. Если будет нужно, они положат жизни за него.
Решётка канализации сдвинулась с места, показалась лысая голова Минска. Один за другим искатели приключений поднимались наверх. Равена тут же оказалась рядом с вперёдсмотрящими и весьма удивилась, узнав в мужчине старослужащего, которому когда-то сломала нос.
— Зови меня Гром, — протянул он ей руку, освобождённую от латной перчатки. — Моё полное имя слишком длинное, а сокращённое слишком глупое.
— Хорошо. Равена, — последовала его примеру полудроу. — Как тут у вас ситуация?
