Глава 5: Чужие среди нас
Середина апреля 2019. Пасадена.
Весна вступала в свои права стремительно, будто торопилась наверстать упущенное за долгие годы серости. Дни становились длиннее, солнце поднималось выше и грело уже по-настоящему, заставляя людей снимать куртки, подставлять лица тёплому свету. Земля просохла, и двор школы больше не напоминал болото — по нему можно было ходить, не проваливаясь по щиколотку в грязь. Ветер приносил запахи оттаявшей земли, прелой листвы и ещё чего-то неуловимого, что люди называли 'весной', хотя многие из детей, бегающих сейчас по двору, никогда не знали настоящей весны — с цветами, зеленью и птичьим гомоном.
Кайл стоял у стены старого гаража, который теперь служил тиром, и сжимал в руках автомат. Коннор был рядом — спокойный, собранный, в старой военной куртке цвета хаки. На поясе у него висел 'Пустынный орёл', но сейчас он держал обычный М4, такой же, как у Кайла.
— Ты стрелял раньше, — сказал Коннор, не вопросом, утверждением.
— Дерек учил. По банкам, по мишеням. Но не в бою.
— В бою всё иначе. Там нет времени прицелиться. Ты должен чувствовать оружие, знать, куда пойдёт пуля, даже не глядя на планку прицела.
Кайл кивнул. Он смотрел на мишень — старый лист фанеры с нарисованным кругом, прибитый к стене гаража. За ней была земляная насыпь, чтобы пули не улетали дальше. Всё как учил Дерек.
— Покажи, — сказал Коннор.
Кайл поднял автомат, прицелился. Руки дрожали — не от холода, от волнения. Он выдохнул, плавно нажал на спуск. Короткая очередь ушла в сторону, выбив щепку из стены. Он выругался сквозь зубы.
— Ты целишься, — сказал Коннор. — Не надо целиться. Надо смотреть туда, куда хочешь попасть. И позволить рукам сделать то, что они помнят.
— Я не понимаю.
— Ты же чистил оружие? Разбирал, собирал, с закрытыми глазами?
— Да. Дерек заставлял. Пока не начнёт получаться.
— Значит, твои руки помнят. Не мешай им.
Кайл опустил автомат, посмотрел на Коннора. Тот стоял, не двигаясь, и в его глазах не было нетерпения — только спокойствие.
— Попробуй ещё раз, — сказал он.
Кайл поднял автомат. На этот раз он не целился. Он смотрел на круг, нарисованный на фанере, и думал о том, как Дерек учил его собирать оружие в темноте, как его пальцы скользили по деталям, запоминая каждую защёлку, каждый выступ. Он выдохнул. Выстрелил. Пуля вошла в край круга, оставив чёрную дыру.
— Лучше, — сказал Коннор. — Ещё.
Кайл выстрелил снова. Пуля легла ближе к центру. Третий выстрел — почти точно в середину.
— Хорошо. — Коннор подошёл ближе. — Теперь быстро. Три выстрела, не целясь.
Кайл поднял автомат. Руки не дрожали. Он выстрелил трижды, почти не останавливаясь. Пули легли одна к одной, образуя неровный, но плотный круг.
— Теперь ты знаешь, что можешь, — сказал Коннор. — Остальное — практика. Каждый день. Не пропускай.
— Не пропущу, — ответил Кайл.
Он опустил автомат, чувствуя, как внутри разливается что-то тёплое, похожее на гордость. Коннор смотрел на него, и в его глазах Кайл увидел нечто, чего раньше не замечал. Уважение? Или что-то другое.
— Дерек бы гордился, — сказал Коннор.
Кайл не ответил. Он смотрел на мишень, на чёрные дыры, которые оставили его пули, и думал о том, что брат ждёт.
Кайл сидел на крыльце штаба и чистил пистолет, который дал ему Коннор. Пальцы уже привыкли к деталям, движения стали точными, быстрыми. Он разбирал и собирал оружие с закрытыми глазами, проверяя, не появилась ли заеда, не износилась ли пружина. Рядом, положив голову ему на колени, дремала овчарка с чёрной мордой и белыми лапами — та самая, которая первой подбежала к нему месяц назад. Её назвали Чёрныш, и он почти не отходил от Кайла, словно чувствуя в нём что-то своё.
— Ты ему нравишься, — сказал сержант-майор, подходя с костылём. — Собаки чуют хороших людей.
— Или тех, кто кормит, — усмехнулся Кайл, поглаживая тёплую шерсть. Чёрныш лизнул его руку и снова закрыл глаза.
— Тоже верно. — Старик присел на ступеньку, с кряхтением вытянув больную ногу. — Коннор говорил, вы много времени в бункере с учеными проводите.
— Гейтс нашёл новые пакеты. Сигналы изменились. Они что-то готовят.
— Всегда что-то готовят, — вздохнул сержант-майор. — А мы готовимся.
Кайл кивнул, не поднимая глаз. Он думал о том, что Коннор всё ещё не назначил дату атаки. Что разведка приносила всё более тревожные сведения. Что сны Элисон становились всё чётче, и в них Дерек выглядел всё хуже — исхудавший, с синяками под глазами, но всё ещё живой. Он держался. Кайл знал это. И ждал.
— Группа беженцев с востока подходит, — сказал сержант-майор, глядя на дорогу. — Коннор велел встретить. И собак вывести.
Кайл поднялся, отряхнул колени. Чёрныш вскочил следом, навострил уши, будто уже чувствовал приближение чужих.
— Сколько их?
— Человек двадцать. Может, больше или меньше. Идут уже неделю, из долины. Там сейчас неспокойно, машины активизировались.
Они направились к воротам, где уже собирались бойцы и собаки. Вторая овчарка, рыжая с чёрным, которую называли Буран, нервно перебирала лапами, принюхивалась. Третья, самая старая, с седой мордой, лежала у будки и даже не поднялась — она уже почти ничего не чуяла, и её оставили на базе просто для спокойствия.
На дороге показались фигуры. Они шли медленно, спотыкаясь, некоторые опирались на палки, кто-то нёс детей на руках. Женщины, мужчины, подростки — измождённые, с красными от ветра глазами, в лохмотьях, которые когда-то были одеждой. Кайл насчитал двадцать три человека, и среди них были дети. Маленькие, худые, с огромными глазами, они цеплялись за матерей и озирались с таким испугом, что у Кайла сжалось сердце.
— Остановитесь! — крикнул один из бойцов. — Стойте, где стоите! Подходите по одному мимо собак!
Беженцы замерли, испуганно переглядываясь. Старший группы, мужчина с седой бородой, шагнул вперёд.
— Мы не враги. Нас атаковали. Наши дома сожжены, мы шли к вам, потому что слышали...
— Всё правильно, — сказал Кайл, стараясь, чтобы голос звучал спокойно. — Мы вас примем. Но сначала проверка. Это безопасно. Просто пройдите мимо собак.
Они начали подходить по одному. Чёрныш обнюхивал каждого, вилял хвостом, иногда тихо поскуливал, но ни разу не залаял. Буран тоже вел себя спокойно. Кайл следил за их поведением, чувствуя, как напряжение понемногу отпускает.
Первый, второй, третий. Женщина с девочкой лет пяти — Чёрныш лизнул малышку в щёку, и та улыбнулась, впервые за долгое время. Парень лет семнадцати, с забинтованной рукой. Старик, опирающийся на палку.
И вдруг Чёрныш замер.
Кайл почувствовал это раньше, чем увидел. Собака перестала вилять хвостом, шерсть на загривке поднялась дыбом. Он не лаял, но замер в стойке, низко пригнув голову, и из его горла вырвалось низкое, глухое рычание.
Буран подскочил, встал рядом, тоже оскалился.
Кайл поднял глаза. Перед ним стоял мужчина лет тридцати, в грязной куртке и вязаной шапке. Ничем не примечательный — такие же усталые глаза, такая же грязь на лице. Но он не дрожал от холода, не переминался с ноги на ногу, как остальные. И он не смотрел на собак. Он смотрел прямо на Кайла.
Элисон, стояла у ворот, прижавшись к стене, и сжимала в руках свитер Дерека. Она смотрела на мужчину, и её лицо было белым, как мел.
— Он не дышит, — прошептала она. — Он не дышит.
Кайл не стал ждать. Он схватил рацию, нажал кнопку вызова.
— Терминатор!
Мужчина дёрнулся. Это было нечеловеческое движение — слишком быстрое, слишком резкое. Его рука потянулась к поясу, и из-под куртки выскользнул небольшой автомат, тускло блеснувший на солнце.
— Назад! — заорал Кайл, хватая Элисон за плечо и оттаскивая её за ворота.
Чёрныш бросился вперёд, вцепилсяь зубами в руку инфильтратора. Собака рычала, трясла головой, но мужчина даже не пошатнулся — он отпихнул её ударом ноги, и овчарка отлетела к стене, жалобно взвизгнув. Бойцы открыли огонь. Пули разорвали куртку, обнажая металлический скелет — тонкие рёбра, провода, сочленения, тускло блестевшие на свету. Инфильтратор дёрнулся, начал терять равновесие, но не упал, сделав пол шага назад. Он развернулся к бойцам, и автомат в его руке описал дугу в их направлении.
— В голову цельтесь! — крикнул кто-то.
Раздались две очереди и голова инфильтратора разлетелась осколками ткани, искуственной кожи и металла. Машина замерла, дёрнулась ещё раз и выронив атомат рухнула на землю, подняв облако пыли.
Тишина наступила внезапно. Только ветер шумел в голых ветках да где-то вдалеке лаяла собака. Беженцы замерли, прижавшись друг к другу, кто-то плакал, кто-то крестился. Чёрныш лежал у стены, тяжело дыша, и Кайл бросился к нему.
— Жив, — сказал подбежавший сержант-майор, ощупывая собаку. — Ребра, кажется, целы. Повезло.
Кайл погладил Чёрныша по голове, чувствуя, как дрожат руки. Он лизнула ладонь парня и закрыл глаза.
— Отведите их в дом, — сказал Коннор, подходя к месту происшествия. Он был спокоен, только желваки ходили под кожей. — Обыщите всех. Если есть ещё такие, мы должны знать.
— Он успел передать сигнал? — спросил Кайл, поднимаясь.
Коннор посмотрел на остатки терминатора, — Успел, — сказал он. — Гейтс сказал, что эти новые модели постоянно на связи со Скайнет.
Кайл почувствовал, как внутри всё оборвалось. Они знали, что это случится. Знали, что рано или поздно Скайнет пришлёт сюда нового агента, и, возможно, он успеет передать данные. Но сейчас, когда это произошло, осознание ударило тяжёлым грузом.
— Что теперь? — спросил он.
— Теперь будем ждать, — ответил Коннор. — И готовиться.
Налёт начался через два дня. Это случилось на рассвете, когда небо только начинало светлеть, а люди ещё спали. Первый удар пришёлся по навесам, где стояли 'Хамви'. Две ракеты, выпущенные с дрона, разнесли легкую постройку, превратив машины в груды искореженного металла. Взрывная волна выбила стёкла в ближайших домах, и воздух наполнился звоном осколков и криками.
Кайл выскочил из казармы, когда над школой уже кружили три чёрных силуэта. Они двигались быстро, хищно, их пулемёты поливали двор огнём, поднимая фонтаны земли и бетонной крошки. Люди бежали к укрытиям, кто-то стрелял вверх, но дроны уворачивались, уходили в сторону, снова заходили на цель.
— В подвал! — заорал Коннор, выбегая из штаба со стингером на плече. — Все в подвал!
Кайл схватил Элисон за руку и потащил к школе. Она бежала, спотыкаясь, свитер Дерека сползал с плеча, но она не выпускала его. Сзади ударила очередь — пули взвизгнули в сантиметре от головы, и Кайл толкнул девочку в дверь, сам упал следом.
В подвале было темно и тесно. Люди жались к стенам, дети плакали, кто-то молился. Сверху доносились взрывы, стрельба, крики. Элисон сидела в углу, прижав к груди свитер, и не плакала. Только смотрела в потолок, словно видела сквозь бетон то, что происходит наверху.
— Они уйдут, — сказал Кайл, садясь рядом. — Коннор их собьёт.
— Я знаю, — ответила она. — Но они знают, где мы. Теперь всегда будут знать.
Бой длился не долго. Когда последний дрон рухнул за оградой, подбитый метким выстрелом из 'Стингера', наступила тишина. Тяжёлая, звенящая, нарушаемая только стонами раненых и треском догорающих машин.
Кайл выбрался наружу. Двор был изрыт воронками, дымились остовы 'Хамви', в нескольких местах горели палатки, и люди сбивали пламя, бросая песок и землю. Раненых выносили из-под обломков, укладывали на носилки, перевязывали.
— Потери? — спросил Коннор, подходя к сержант-майору.
— Четверо убитых, двенадцать раненых, трое тяжело, — ответил старик. — Техника: два 'Хамви' уничтожены, уличный склад боеприпасов получил попадание, но уцелел. Основное хранилище в подвале тоже цело.
Коннор кивнул, и Кайл увидел, как его лицо стало жёстче, старше. Он понимал, что это только начало. Что Скайнет прощупывает их оборону, ищет слабые места. И что следующий удар будет сильнее.
— Усилить патрули, — сказал Коннор. — И связаться с Харрисом, пусть выделит нам машины. На своих мы теперь не выедем.
Кайл хотел спросить, что теперь будет с планом атаки, но не решился. Он видел, как Коннор смотрит на восток, где в пустыне ждал центр Скайнет, и понимал, что вопросов и так слишком много.
Ночью Элисон проснулась от того, что кто-то звал её. Она села на койке, прислушалась. В казарме было тихо — только дыхание спящих, только ветер за стеной. Свитер Дерека лежал рядом, она нащупала его, натянула на плечи.
Закрыла глаза — и увидела.
Бетонный коридор. Лампы под потолком горят неровно, одна мигает, отбрасывая тени на стены. Дерек стоит у решётки, смотрит на вышку, на которой видны цифры 4-7. Рядом с ним — Хуан. Он говорит быстро, тихо, оглядываясь на дверь.
— Нас переведут, — шепчет Хуан. — Уже скоро. В новый центр. Если это случится...
— Не переведут, — отвечает Дерек, и голос его звучит спокойно, твёрдо. — Они уже знают. Они придут.
— Кто? Откуда ты знаешь?
— Знаю. — Дерек поворачивается, и Элисон видит его лицо — осунувшееся, с синяками под глазами, но глаза горят, и в них нет страха. — Она видит. Она всегда видела.
Элисон открыла глаза. В казарме было тихо, только сердце колотилось где-то в горле. Она сжала свитер, чувствуя, как ткань холодит пальцы. Она знала, что это значит. Что Дерек ждёт их. Что он знает — они придут.
Утром она нашла Кайла во дворе. Он помогал разбирать завалы, таскал обломки досок и железа, и его лицо было сосредоточенным, почти злым.
— Кайл, — позвала она.
Он обернулся, опустил доску.
— Его скоро переведут, — сказала она. — В новый центр. Если мы не успеем, мы его не найдём.
Кайл подошёл ближе, присел перед ней на корточки. В его глазах что-то менялось — от усталости к чему-то другому.
— Ты уверена?
— Я видела.
Кайл молчал, глядя на неё. Потом встал, взял её за руку.
— Пойдём. Надо сказать, Коннору.
Коннор слушал их в штабе, не перебивая. Он сидел за столом, на котором были разложены карты, распечатки перехватов, рисунки Элисон. Рядом стояла остывшая кружка, на столе лежала стопка бумаг, исписанных мелким почерком.
— Ты уверена? — спросил он, когда Элисон закончила.
— Уверена. Я видела. И Дерек сказал, что мы придём. Он знает.
Коннор долго смотрел на неё, потом перевёл взгляд на Кайла.
— Если это правда, у нас нет времени ждать осени.
— Значит, будем готовиться сейчас, — ответил Кайл. — Я готов.
— Готовность — это не только желание. Это люди, техника, план. У нас уничтожены машины, раненые, не очень много боеприпасов.
— Тогда мы пойдём пешком, — сказал Кайл. — Но мы должны успеть.
Коннор поднялся, подошёл к карте. Его пальцы коснулись точки в пустыне, где был отмечен строящийся Центр Скайнет
— Я созову совет. Если Харрис, Макмиллан, Хоган и Джонсон согласятся, мы перенесём атаку.
— А если не согласятся? — спросила Элисон.
— Согласятся, — ответил Коннор. — Им тоже нужна эта победа.
Кайл сжал кулаки. В груди разливалось тепло — не от ламп, от осознания, что они близки. Что скоро, очень скоро, они пойдут за Дереком.
