Товарищ Гроза - 3

И тут моих людей как будто прорвало. Им было что сказать, причем про обоих 'героев'. Не то чтобы там вскрылось что-то особо криминальное или мерзкое, но люди те явно были неприятные. Они не просто враждовали между собой — их в принципе мало кто любил. Видимо, все, кто разделял их взгляды на жизнь, вместе с ними в лес и ушли, а остальные остались со мной.

Зато идея вступить в отряд, который будет не только совершать подвиги на бумаге, но и открыто поливать грязью 'фигляра ПЖ' и 'шлимазла Каца', вызвала небывалый энтузиазм. Желающих нашлось хоть отбавляй — практически все. А вот нового командира они выбирать не пожелали: мол, пускай всё сказанное идет от имени легендарного Рабиновича.

Ну что ж, придется мне взять еще и этот псевдоним. В результате получается забавная коллизия: врать-то я фактически не буду! Просто стану рассказывать о своих реальных подвигах, но под другим именем.

И идеи уже начали оформляться в голове. План прост: вспомнить все анекдоты про Рабиновича, которые я слышал в будущем, и отобрать те, что вписываются в современные реалии. Осуществить их в жизни, а затем передавать в Центр донесения от имени партизанского отряда — прямо в виде анекдотов. Один раз не поверят, второй раз проигнорируют, но рано или поздно информация начнет подтверждаться фактами. Представляете, как это будет выглядеть со стороны?

В результате целый фиктивный отряд создал исключительно ради того, чтобы терроризировать вражескую контрразведку. Ну и держать в тонусе нашу. Пусть ищут не только меня, но и легендарного 'товарища Рабиновича'. Главное — самому не заиграться и не попасться в собственные сети. Ну, так для этих целей я и свои собственные спецслужбы создаю.

Например, контрразведка у нас в дивизии налажена очень даже хорошо. Хотя, казалось бы, зачем она вообще нужна в таких специфических условиях? Всё равно бойцы большую часть времени проводят в пространственном кармане, а оттуда шифровку в Центр при всём желании не пошлёшь — сигнал не проходит сквозь складки пространства времени даже если бы они там не находились в стазисе.

Однако было бы странно, если бы мы такую службу не наладили, учитывая, что наш основной офицер как раз и является штабс-капитаном контрразведки. Понятно, что его школа — образца Первой мировой, и многие методы безнадёжно устарели, но других спецов, как говорится, у меня для вас нет.

Да и Любовь Орлова — неплохой особист. В основном, конечно, по части бумаг: в документах она что угодно откопает. Правда, как выяснилось совсем недавно, не только в документах. В непринуждённой атмосфере ресторана, флирта и танцев она способна собрать столько информации, сколько ни одному суровому следователю и не снилось.

К тому же есть у нас и третья линия обороны. Последним любую нашу стоянку покидает Андрей Волков: он тщательно проверяет лес на предмет оставленных шифровок, тайных знаков или записок. Правда, надо признать, бдительность у него иногда даёт сбои — однажды он умудрился не заметить целый ящик с гранатами, брошенный в кустах.

А вообще, мне бы очень хотелось почитать шпионскую записку, если бы её кто-нибудь из наших всё-таки рискнул оставить. Так себе и представляю этот текст:

'Дата — неизвестно. Со временем у нас вообще плохо, точной даты не знает, скорее всего, даже командир Иван Гроза. Если кто и в курсе, то только Любовь Орлова, но часто её спрашивать небезопасно — может заподозрить неладное.

Местоположение — возле населённого пункта... тоже неизвестно. Тут вообще никто не знает, где мы, я проверял.

Произошло очень странное событие. Все загадочно молчат, но слухи ходят самые дикие. Судя по всему, был контакт с ещё одним путешественником во времени. Поступила секретная депеша от Наполеона: тот заслал сюда агентов, чтобы они предупредили Гитлера не нападать на Россию, а то, мол, плохо кончится...'

Я бы такую записку даже сам где-нибудь оставил — пускай читают и сходят с ума.

Я тут вовсю планирую, как собираюсь кошмарить немецкую контрразведку, и заодно хвастаюсь сам перед собой, какая крутая служба безопасности в моей собственной дивизии. Вот только как бы немцы не вычислили меня по косвенным признакам, о которых я сам и не подозреваю? Просто возьмут карту, потыкают в неё иголками с флажками, проведут линии — и узнают обо мне что-то такое, чего я и сам за собой не замечал.

Какие у меня основные 'засветки' на карте к настоящему моменту? Минск — с ним всё понятно. Потом лагерь военнопленных командиров и аэродром. С ними тоже логика прослеживается: цепочка к фронту для обеспечения прорыва и сам танковый удар. Следом — точка в южных степях, откуда взлетали наши самолёты, и точка в северных лесах, где был зафиксирован первый выход в эфир.

Теоретически картинка абсолютно хаотичная и непредсказуемая. Ну, если не считать ту почти прямую линию от Минска к фронту. А может, она только для меня хаотичная, а умные люди из Абвера что-то да поймут? Вот куда я наметил свой следующий ход? В Брест. Следовательно, для пущей непредсказуемости туда лучше вообще не соваться.

Или... официально не соваться. Я что, зря, что ли, сочинял виртуальный партизанский отряд имени товарища Рабиновича? Вот пусть они теперь и 'отрабатывают' повестку. Представляю, какой кавардак начнётся в немецких штабах, если в одних местах буду действовать я, а в других — неуловимый Рабинович.

Главное — придумать для ЕПО-1 абсолютно непохожий на мой 'почерк'. И самое трудное: нигде не использовать пространственный карман или по крайней мере не светить. Без инвентаря эффективность упадёт в разы, это факт. Но и тут не всё потеряно. Товарища Рабиновича можно посылать не туда, где нужно что-то незаметно изъять, а туда, где требуется что-то громко взорвать или демонстративно уничтожить. Максимально показательно.

И вот ещё что: мой личный почерк — это пожары и странные исчезновения. Значит, фирменным стилем Рабиновича станут взрывы. Чистая пиротехника и грохот. Пожар часто списывают на халатность или неисправность, а взрыв — это всегда диверсия. Это создаст у немцев ощущение, что против них действуют две разные по идеологии и возможностям группы.

В результате концепция ЕПО-1 изменилась — немного, но принципиально. Оказалось, что состоять в отряде на бумаге мало: кому-то придётся войти в него по факту. Осталось выбрать 'счастливчиков' и уговорить их.

На самом деле выбор был невелик. Во-первых, мне требовался младший из радиолюбителей — радист, который будет слать те самые 'анекдотичные' шифровки в Центр. Почему именно младший? Да потому что он не сильно старше меня, и в компании сверстников я смогу затеряться. Не выделяться, как сейчас, своей специфической внешностью, а стать одним из многих.

Вторым кандидатом стал племянник стоматолога. Опять же, из-за внешнего вида — он выглядел почти моим ровесником. А то, что они с дядей приехали в Минск как раз из Бреста и относительно недавно, делало его кандидатуру идеальной. Парень прекрасно знает город, а возможно, и связи там какие-то остались.

Итак, нас трое: легендарный товарищ Рабинович и двое его верных соратников. Имена им, правда, придётся придумать новые, конспиративные. Или для начала поинтересоваться, вдруг под своими подвиги пожелают совершать?

Осталось только уговорить этих двоих. С радиолюбителем оказалось проще всего: я пообещал ему любую радиосхему и любые компоненты из имеющихся, какие он только попросит. У парня аж глаза загорелись.

Со стоматологом-дядей переговоры тоже прошли на удивление гладко.

— Хотели свой собственный кабинет четыре на четыре метра? — спросил я. — А как насчёт восемь на четыре? Чтобы и жилая комната, и санузел, и полноценный кабинет — всё в одном модуле, как штабная бытовка.

Дядя, оценив перспективы расширения жилплощади, тут же назначил племянника добровольцем. Он, правда, ещё не знал, что 'главным стоматологом' в этом модуле будет значиться именно племянник — всё честно: кто больше рискует, тот больше имеет. У партизан свои преимущества.

Правда, я всё равно выделяюсь на их фоне, так что маскироваться придётся всерьёз. Тот ярко-рыжий парик, что валяется у меня в трофеях, явно не подходит. Да, меня в нём не узнать, и рыжие евреи — вовсе не редкость, но, извините, я за версту вижу, что это дешёвая подделка. Местные обыватели, может, и не поймут, но у тех, кого мне придётся обманывать в первую очередь, глаз намётан.

Над маскировкой ещё надо будет крепко подумать. Да и документы на фамилию Рабиновича не помешали бы. Знал бы заранее — прикупил бы в Минске какой-нибудь подходящий студенческий билет. Ну да ладно, где-нибудь в другом месте раздобуду.

И тут меня осенила ещё более гениальная — или, как минимум, масштабная — идея. А чего это я ограничиваюсь всего двумя партизанскими отрядами? Я же могу наплодить их сколько угодно! И они даже знать друг о друге не будут. Если выводить людей из пространственного кармана исключительно по отдельности, то как они вообще между собой пересекутся?

Будет всё как в том старом анекдоте: 'Собрались как-то русский, татарин и еврей...'. Только где я вам татар сейчас возьму в таком количестве, да ещё и на целый отдельный отряд?

Создать-то я, конечно, могу что угодно, вот только желания особого нет. Да и пользы от трёх или четырёх виртуальных подразделений будет не сильно больше, чем от двух. Я ведь и этот, второй отряд, затевал исключительно 'хохмы ради', а в итоге вышло, что он внезапно пригодился для дела. Так что решено: пока ограничусь двумя.

Ну а дальше — видно будет. Если попадётся мне какая-нибудь по-настоящему интересная группа, которую можно будет лёгким движением руки назначить партизанским отрядом, ударной дивизией или ещё кем-нибудь в этом роде — то почему бы и нет? Лишним во точно не будет.

Глава 6 Вы слишком низко летели

Вопросов, на чём лететь в сторону Бреста, передо мной вообще не стояло. И наш верный У-2, и трофейный 'Шторьх' прекрасно подходили для этой задачи. Оба самолёта уже отлично себя зарекомендовали, а расстояние до цели было незначительным — даже такие тихоходы справятся без проблем.

Однако о чём-нибудь более скоростном я задумывался давно. Тем более что объём инвентаря неожиданно подрос: теперь туда запросто влезет любая 'птичка' с размахом крыльев двадцать четыре метра. А по диагонали — и того больше!

Тот же недавний перелёт из южных степей в северные леса занял слишком много времени, и именно эта медлительность мне больше всего не понравилась. К сожалению, скоростные машины — штука капризная: они требовательны не только к мастерству пилота, но и к качеству взлётно-посадочной полосы. И если на условия посадки я ещё мог наплевать (просто убрав самолёт в инвентарь прямо в воздухе и прыгнув с парашютом), то со взлётом такой фокус не пройдёт.

Хотя... одна интересная идея у меня всё-таки была. Теоретически я мог взять вообще любую модель самолёта. Хоть самую современную, скоростную, капризную и требовательную к взлетно-посадочной полосе.

Идея простая: взлетаешь на неприхотливом У-2 с любого лесного пятачка. Набрав высоту, прямо в воздухе уходишь в пространственный карман — причём вместе с самолётом. Там же пересел на другой подходящий самолёт и прямо в небе опять вышел из пространственного кармана.

Дальше лети куда надо, на той скорости и высоте, которую позволяет выбранная техника. Ну а подлетев к нужному месту проделал ту же самую операцию в обратном порядке. Даже без прыжка с парашютом можно обойтись. Имея в кармане целый авиапарк на все случаи жизни, ты фактически объединяешь преимущества разных машин в одной.

Но как я сказал можно было бы. Если бы пилотом был я сам. А так тащить с собой в пространственный карман Машу Воронову, а там её пытаться пересадить в состоянии стазиса из одной машины в другую, не представляю как это вообще получится. Слишком много технических нюансов, которые могут пойти не так при переходе. Теоретически конечно можно делать всё то же самое предварительно убрав в пространственный карман пилота, а потом его вытащил уже в летящем другом самолёте. Но это опять же вопрос получится или нет?.

Я даже не сомневаюсь что у меня это после некоторых тренировок начнёт получаться. А в тех первых случаях когда не получится, просто всё обратно убрал в пространственные карманы и приземлился с помощью парашюта. Вся беда в том, что есть неплохие шансы не успеть и тогда лишусь и самолёта, чего не так жалко, и пилота, что будет невосполнимой потерей. Та самая ситуация когда без тренировок точно не получится, а тренировки обязательно окончатся несколькими катастрофами пока не смогу всё сделать уверенно. А мне не улыбается терять людей и технику ради отработки сомнительного маневра.

Вариант номер два напрашивается сам собой. Надо иметь не только несколько самолётов, но и несколько пилотов, тогда вообще проблем не будет. Каждого посадил за штурвал нужного самолёта и держишь так в инвентаре, а потом просто пересаживайся из одной кабины в другую.

Весь вопрос в том где мне таких пилотов раздобыть? Лётчики вообще не просто штучные специалисты но ещё и очень мотивированные. И найти такого который бы не рвался обратно к своим чтобы продолжить войну, а захотел остаться моим личным таксистом, шансов близко к нулю. Уникальные ситуации как у Маши Вороновой маловероятны. Вернее не так, любые ситуации вероятны, только шансы что лично мне попадётся ещё кто-нибудь такой, действительно неотличимы от нуля.

Только это все не означает что я не стану собирать целый парк самолётов на все случаи жизни. Тем более, как уже сказал, возможности основного пространства уже позволяют размещать там такие габаритные машины. Просто не надо забывать о своих планах самому научиться хоть как-то водить самолёт. Хотя бы на уровне 'взлететь и не разбиться при посадке', а остальное приложится в процессе.

На самом деле кое-что в запасах уже имеется. Например те же 'Юнкерсы' Ju-52 и Savoia-Marchetti SM.81. Я не все отправил на нашу сторону. Сколько было пилотов — столько и улетело, а ещё два немца и один итальянец так и лежат во вне лимите. Я даже тот же Юнкерс по диагонали смогу у себя в инвентаре расположить, благо объем позволяет такие маневры с геометрией. Весь вопрос зачем мне там такой крупногабаритный хлам нужен, если его не набивать десантом или тоннами груза?

Однако на аэродромах имелось и кое-что другое. Тогда мы всякую мелочь не рассматривали, так как в любом случае использовать не планировали, приоритеты были другие. Я просто забрал себе во вне лимит всё, что было, но заметку в памяти оставил. И если пять штук 'Шторьхов', причём не одинаковой модификации, пока не актуальны — вернее не так, когда что-нибудь случится с тем, что у нас есть, просто вытащу следующий, благо ресурс позволяет. То несколько других моделей очень даже стоит посмотреть.

Точнее не просто посмотреть, а продемонстрировать. Той же Маше Вороновой, причём не просто потому что она наш единственный специалист, а потому что она уже себя показала очень хорошим знатоком, который разбирается во всем что летает. Ну разве что кроме воздушных шаров, хотя и тут я бы на её счет не зарекался.