Зачем нужны такие сложности? На самом деле это обычный психологический ход, призванный внушить избранным зони, что они занимаются по настоящему важным делом... ну и отсев неблагонадежных личностей тоже имеет место. В конце концов, будущие учителя и врачи, никаких государственных секретов не знают, но все же при переходе на чужую сторону, могут доставить много неудобств (даже учитывая, что среди них каждый пятый — это агент Банши).
Усилив голос при помощи контроля воздуха, второе мое тело, разместившееся на гребне крепостной стены, одетое так же, как и я, начало вещать о шаге в будущее, дружбе народов и возможности показать наше величие. Собравшиеся на соседних пирамидах и по периметру площадки горожане, переводили взгляды с одного меня на другого, тихо переговариваясь и споря. Кто-то предполагал, что один из нас всего лишь магический двойник, другие делали ставку на двойника вполне живого, просто взятого из народа и натренированного изображать гранд-магистра. Были и те, кто все же верил в официальную версию о том, что я разделил свое сознание на два тела и теперь могу присутствовать в разных местах одновременно.
"С чего они взяли, что тела два? Я ведь цифру не называл".
Тем временем, мы дошли до трапа, поднялись на спину флагманского "кита" и остановились перед экипажем, выстроившимся в шеренгу из девяти зеброгов. Они были одеты в светло-голубые мундиры, с рисунками символа "Инь-Янь", от которого в разные стороны исходили языки черного огня, изображенного на груди.
Вперед выступила черно-белая кобыла (при помощи магии изменившая естественный цвет шерсти на более "классический), и, встав по стойке "смирно", звонким голосом объявила:
— Господин гранд-магистр, "кит" "Стремительный ветер" полностью укомплектован и готов к полету. Капитан экипажа, маг духа Негатив.
Закончив свою маленькую речь, зебраска изобразила намек на поклон, показывая готовность подчиняться, но не пресмыкаться.
— Прекрасно, капитан. — Приподнимаю уголки губ в намеке на одобрительную улыбку. — После взлета я займу свою каюту и до границы Эквестрии прошу не беспокоить. За десять минут до пересечения границы, пришлите ко мне посыльного... Во время перелета, можете распоряжаться моей охраной.
— Как будет угодно. — Чуть более расслабленно отозвалась собеседница, а затем обернулась к своим подчиненным. — Всем по местам, мы отправляемся...
Глядя на "китов" с гребня стены, я мог наблюдать, как суетятся на их спинах зони, немногочисленные зебры и грифоны. Пассажиры были отправлены в длинные приземистые строения, похожие на дома с множеством дверей, каждая из которых ведет в отдельную комнату. В какой-то момент вспыхнули витые шипы на боках живых воздушных шаров и их окутали сероватые прозрачные защитные сферы, после чего туши оторвались от ровной каменной площадки и, поджав короткие ноги, стали возноситься вверх. Грянула музыка, кто-то восторженно кричал, провожая послов, а затем над "Городом мастеров" стали вспыхивать взрывы разноцветного салюта. Взвились ввысь подхваченные ветром ленты, на освободившуюся площадку начали вытаскивать скамейки и столы, суетливая обслуга вытащила бочонки с легким алкоголем. Начался праздник...
"Все же, мало развлечений в моей стране, если даже такое событие, как отправка послов в соседнюю страну, вызывает нездоровый ажиотаж".
Войдя в маленькую комнатку, в которой, кроме узкой кровати и откидывающегося столика, не было больше никакой мебели, я закрыл за собой дверь и неспеша улегся на постель. Предоставившейся возможностью снять часть нагрузки на разум, хотя бы временно, не следовало пренебрегать.
Примечание к части
Вот как-то так.
Жду отзывов.
ОТБЫТИЕ 2. (ОТСТУПЛЕНИЕ)
(Отступление).
Еще каких-то два с небольшим года назад, Зебрика стояла на грани гибели, а ее население было столь малочисленно, что граждан не хватало даже на полное заселение Нового Рима. Однако, проект, курируемый магистром Лианой (сильнейшим биомантом своей гильдии), а так же принцессой перевертышей по имени Циан, постепенно решал эту проблему, позволяя не только восстанавливать государство из руин, в которые оно превратилось после двух затяжных войн, но и возвеличивать народ черно-белых жеребцов и кобыл.
Каждый месяц, из тайных лабораторий, построенных где-то на юге Зебрики, выходили от пяти до десяти тысяч взрослых и обученных зебр, чей ментальный возраст, благодаря системе "иллюзорного мира", позволяющего во сне проживать в шесть раз больший срок, нежели проходило времени в реальном мире, колебался от восемнадцати и до двадцати лет. Используя технологию, изобретенную гранд-магистром Мозенратом еще до отделения Блэксэндии, наследница одного из старейших родов друидов и принцесса чейнджлингов, сумели создать общий сон, в котором одновременно находились десятки тысяч клонов. Во сне, точно повторяющем все законы материальной реальности, новоявленные граждане Зебрики получали образование и профессии, знакомились и ссорились, влюблялись и ревновали, а когда, наконец-то, просыпались и делали свой первый настоящий вдох, уже имели сформировавшееся мировоззрение.
Постепенно, Зебрика становилась более независимой от Эквестрии, рабочие и армия которой помогали восстанавливать разрушенное и обеспечивать безопасность мирного населения. И все было бы хорошо, но, как показывает практика, всегда существует какое-то "но".
Новые граждане страны, хоть и подчинялись Цезарю, исполняли законы и выполняли приказы, особой верности к правителю не испытывали, что, пусть и не бросалось в глаза, но, при сравнении с "настоящими" зебрами, живущими в столице, было заметно. Для выросших в искусственной реальности жеребцов и кобыл, указы старшего из учеников Цинка оставались настойчивыми рекомендациями, которые можно трактовать весьма вольно, и только то, что магистр Лиана и принцесса Кризалис дублировали слова Цезаря, гарантировало безусловное подчинение.
В Зебрике сложилась сложная ситуация: существовала единая империя зебр, у которой уже имелась армия в пять полноценных легионов, не считая ремесленников и фермеров, и существовал Новый Рим, являющийся страной внутри страны, с собственным воинством в десять тысяч бойцов. В пределах столицы, слово правителя равнялось закону, но за ее границами все было не столь радостно. И все же, что Цезарь, что Кризалис и Лиана, перед всем остальным миром выступали единым монолитным фронтом, не позволяя вмешиваться в свои внутренние дела...
Проснувшись рано утром в своей спальне, которую ей выделили в одной из башен замка Цезаря, Зекора сладко потянулась и, широко зевнув, подтянула тонкое, но теплое одеяло к подбородку, не желая выбираться из уюта и тепла. К сожалению будущей главы гильдии алхимиков, безжалостная память напомнила, что именно на этот день назначено отбытие делегации, направляющейся в Эквестрию.
Недовольно поморщившись, черно-белая кобыла все же открыла глаза и осмотрела просторное светлое помещение, стены которого красовались резными узорами на деревянных панелях, покрытых лаком, на полу лежал красно-золотой ковер, а с светло-желтого потолка свисала позолоченная люстра с пятью хрустальными светильниками (имеющими форму выгнутых блюдец). В углу, справа от входной двери, стоял массивный шкаф с зеркалом вместо дверцы, а слева находился вход в личную ванную комнату. У окна, ведущего на восточную сторону замка, пристроился низкий столик с несколькими выдвижными ящиками, на котором поблескивала в солнечных лучах золотая цепь мастера алхимии.
Ловко выскользнув из-под одеяла, Зекора побежала в ванную комнату, совмещенную с туалетом, из которой вышла только через двадцать минут, поблескивая капельками влаги на гриве и пушистых боках. Вытащив из шкафа большое полотенце, она тщательно обтерлась, затем надела новую синюю мантию, расчесала гриву и, наконец, водрузила на шею свою цепь.
— Неплохо. — Придирчиво осмотрев свое отражение в зеркале, констатировала зебра, после процедур по омоложению избавившаяся от всех следов, оставленных на шкурке неудачными экспериментами с зельями и участием сразу в двух войнах. — Пора завоевывать мир!
Тряхнув гривой, пряди которой рассыпались по шее и плечам, черно-белая кобыла звонко засмеялась и, встав на задние ноги, крутанулась вокруг своей оси. Ей действительно было, чему радоваться и чем гордиться: чего стоило хотя бы вхождение в ближний круг Цезаря (пусть и выяснилось, что его власть над Зебрикой сильно преувеличена). Особую цену всем достижениям придавал факт того, что всего она добилась своими усилиями...
"Еще немного, и сама собой восхищаться начну".
Совсем по жеребячьи хихикнув, прикрыв рот правым передним копытцем, Зекора глубоко вдохнула и медленно выдохнула, беря свои эмоции под контроль. Через несколько секунд она уже была совершенно спокойна, на губах у нее играла легкая полуулыбка, в глазах застыло выражение отстраненного интереса.
"Так-то лучше. Не стоит давать поводов для сплетен: репутацию тяжело заработать, но легко потерять".
Вскоре в дверь постучала служанка, передавшая приглашение присоединиться за завтраком к Цезарю и его советникам. Отказываться Зекора не стала и пошла вслед за молодой кобылкой, одетой в красно-белое платье, шустро семенящей маленькими шажками по мраморным плитам пола зеленого коридора (стены которого были покрыты цветной штукатуркой с маленькими кристалликами изумрудного цвета).
В трапезной, за длинным столом сидели разные зебры, пара перевертышей, один грифон и двое зони. Все они негромко переговарилались и отработанными до автоматизма движениями работали вилками и ложками...
Мастеру алхимии пришлось поучаствовать в непринужденной беседе, стараясь не давать однозначных ответов на задаваемые вопросы, лавируя между интересами сторонников Цезаря и Кризалис. Гильдия все еще сохраняла нейтралитет в зарождающемся противостоянии двух фракций, но, насколько кобыла знала нынешних лидеров, с вероятностью в девяносто процентов они присоединятся к бывшему "Безымянному", хоть он им и не сильно нравится, но перевертышей они любили еще меньше.
После завтрака, официальный правитель Зебрики пригласил Зекору в свой кабинет, для личной беседы. Однако же, чего-то, чего черно-белая кобыла не слышала раньше, он не сказал, в общих чертах описав всю важность дипломатической миссии и попросив не слишком сильно усердствовать во время обучения пони.
— Было бы просто прекрасно, если бы твои ученики перебрались в Зебрику... Когда ты сама решишь вернуться на родину.
Ближе к полудню, делегация послов в сопровождении гвардии и прислуги, вышла из замка на главную площадь Нового Рима, где уже приземлялись восемь небесных "китов". Живые воздушные шары, длина которых составляла двадцать метров, а ширина восемь-десять метров, были одеты в своеобразную сбрую из широких ремней и канатов, при помощи которых на их спинах крепились уютно выглядящие маленькие домики, выращенные из специально выведенных сортов легкого, но прочного дерева, почти не поддающегося огню. Тут и там на шкурах летучих гигантов виднелись наросты вживленных алтарей, некоторые из которых были созданы по технологии гибридных мозгов, соединенных в резонансную сеть, а другие содержали в себе стихийных духов, в случае опасности должных стать главной ударной силой.
К сбруе "китов" крепились пластины брони из железного дерева, накладывающиеся друг на друга словно чешуя дракона, а к специальным креплениям на боках транспорта, цеплялись огромные летучие мыши, превосходящие размером взрослую зебру. В спящем состоянии эта нежить была похожа на коконы из кожистых крыльев, но после команды погонщика, каждая особь превращалась в смертоносное оружие. Кроме острых клыков и изогнутых когтей, эти химеры могли удивить своего противника звуковой атакой (оглушающий крик, вырывающийся из пасти, на испытаниях ошеломлял даже драконов).
В запечатывающих свитках (массовое производство которых удалось наладить лишь пол года назад), хранились еще несколько сотен летучих мышей, которые, кроме боевой функции, могли выступать в качестве транспорта для одной-двух зебр. Сама Зекора, хоть и не могла нормально пользоваться столь полезным изобретением, но все же приобрела несколько свитков, запечатывающих и распечатывающих предметы, при нанесении крови на специальный символ.
"Стоит ли говорить, что кровь можно заменить специальным зельем, сваренным на основе из собственных слюны и шерсти? Пожалуй... нет".
Пока "киты" опускались на площадь, Зекора осматривала ту часть Нового Рима, которая попадала в ее поле зрения и жителей столицы, в своем воображении сравнивая их с тем, что видела два года назад. Первым и самым бросающимся в глаза отличием, было то, что жилые здания теперь красовались разноцветными стенами, сверкающими гладким "стеклянным" покрытием, внутри которого блестели маленькие разноцветные кристаллики (рабочие особи роя перевертышей, месяцы напролет, без сна и отдыха обрабатывали все поверхности, за исключением дорог). Кроме того, от строения к строению тянулись толстые лианы, внутри которых находились жгуты нервных волокон, при помощи электрических импульсов передающие сигналы от одного устройства связи к другому. Благодаря этой сети, любой горожанин, не выходя из дома и даже не вставая с кровати, мог связаться с жителем другой части Нового Рима.
После того, как систему связи, придуманную гильдией друидов еще во время гражданской войны, превратили в разветвленную сеть, охватившую каждый жилой дом и замок Цезаря, появилась новая профессия, которую назвали "коммуникатор". Работа молодых жеребцов и кобыл, получивших место в новой структуре, заключалась в ответах на вызовы жителей Нового Рима и соединении их с номерами требуемых абонентов (это стало одной из причин, по которым каждая квартира обзавелась собственным номером). У КНС и Эквестрии, имелись аналоги подобной сети связи, но работали они на принципах артефакторики, для зебр не слишком хорошо подходящих, что вынудило бы закупать оборудование за границей и приглашать иностранных специалистов, ради обслуживания и ремонта систем.
В ближайшие годы планировалось, что подобные сети появятся и в поселениях клонов, а затем они будут объединены в одну, при помощи междугородных узлов связи.
Словно настоящие нервы, лианы соединяли разные части своеобразного огромного организма, с невероятной скоростью (но не без задержек, порой достигающих секунды) передавая электрические импульсы сообщений от одного устройства связи к другому. Самым же большим преимуществом данной технологии было то, что для обслуживания всей системы требовалась совсем небольшая группа молодых биомантов, не было необходимости использовать гибридные мозги (хоть об этом и начали задумываться, желая уменьшить штат персонала комуникаторов), а в качестве источника питания подходила жизненная энергия, вырабатываемая узловыми станциями, где росли специально выведенные деревья.
Но и это было еще не все, чего достигли обитатели Нового Рима: на крыше каждого дома, при желании можно было увидеть множество ветвистых рогов, которые работали как уловители радиосигналов, после чего, через жгуты нервных волокон, передавали электрические импульсы на приемные устройства, представляющие из себя живые радиоприемники. Станция трансляции сигналов, находилась в одной из башен замка, откуда шло почти непрерывное вещание на пока что одной единственной волне...
