Очередная глава "Иного"

— Время! — одёрнул их Чьян, и они бросили бессмысленное дело.

Это была единственная дверь без огонька. Лампочка-то была, да не работала. В остальном выглядела как соседние, а вот ощущалась — иначе. Не было в ней неправильности, которую теперь, столкнувшись с той твёрдой чернотой, замечал Сэм везде. Была неправильность иначе — другое распределение-кручение Тепла и Хлада, и ни он, ни Снегурочка в душе не ебали, что это такое.

Чьян глубоко поклонился двери, затем три раза постучал и снова поклонился. Кручение теплохлада поменялось. Так с точки зрения Снегурочки выглядит правило? Да нет, Снегурочка была уверена: не оно, слишком... явное? Чьян толкнул дверь и махнул им рукой.

Лицо обдало жаром. Это было открытое пространство, и небо — хаос пёстро-тусклых красок, пульсирующий, меняющийся, безумный. Поверхность — чёрно-серая, изломанная, не то камень, не то металл. В бесчисленных кратерах — разноцветная жижа, там и тут — облака, ядовитые на вид, далеко влево и вовсе несусветица: жгуты, туманы и беззвучные молнии переплелись в ебучий ад.

— Тут ядовито, — сообщил Чьян пиздец неочевидность. — У меня есть один защитный амулет. Кому?

— Вику, — сам выдержит плюс-бытием, у Ливиа эта фигня с постоянством, а Виктору пелена от яда не поможет.

И они направились по пустоши, обходя кратеры, сгущения дымки и прочую херню. Спешили, да тут особо и не поспешишь — запнёшься где или вляпаешься в гадость, и она тебя сожрёт. Нет, правда, какие-то жидкости буквально ползали большими каплями, парочка попыталась их догнать, закономерно превратившись в лёд. Ливиа пару раз пришлось силой оттаскивать от очередного кратера — ну да, ну да, у неё ещё эфирная алхимия значилась в «оценке».

А потом пошёл дождь. И хер бы с ним просто дождь — ядовитые капли Снегурочка ловила на раз-два. Гроза! С тихими, искрящими, шипящими, разъедающими камни в ту самую жижу молниями! Они пришлось буквально пригибаться, прижиматься друг к другу, чтобы влезть в не такой уж большой щит Ливиа, а сам Сэм постреливал вверх льдом, сбивая хотя бы часть гадости. Шли по прямой — рискнули, но пелена Вика нормально держалась над жижей и под дождём, ступать по ней не очень-то удобно, зато не навернёшься.

Звонил Ксан — ругался, что спалил полквартиры в попытках пробиться наружу. Кира с алхимиками спрятались в Очистке, а по дороге нашли пару трупов техников Внутренней Фабрики. Похоже, Дэйос не собирался оставлять свидетелей. Как чувак перед Мэй-то собирается оправдываться? И-ди-от. Или бессмертным себя счёл, всех, мол, прикончу, даже Мэй? Тьфу.

Порядком вымотавшись, они добрались до следующей висящей в воздухе двери, которую Чьян открыл не менее причудливым «ключом» — руки растопырил, ноги, подвигался, разве что не потанцевал!

— Эти двери не похожи на фабричные, — заметил Сэм, умолчав подразумеваемое им «на плане их не было».

— По словам Ксана, их сделала Мэй, — последовал ответ. Значит, Мэй и двери между снами делать умеет — не зря «высшей» обзывался! Это ведь не местные сны, они со Снегурочкой чуяли — проклятая Отработка «находилась» вообще не в Сумерии, как бы на Дне, но как бы нет — хрен пойми, Снегурочка всё-таки палочка Холода, а не пространства.

Они вошли в ядро переработки. И первое, что их встретило — массивная фигура с крыльями, будто бы выточенная из чёрного камня. Прежде, чем тварь среагировала, Сэм успел скастовать и прочесть:

Разумное существо/тень/миньон («выполняет приказы игрока Дэйоса»)

Форма: гаргулья из сна «Противостояние пламени и камня» (элитная) («оживлённый камень, ненавидящий органическую жизнь»)

Имя: отсутствует

Класс: отсутствует

Сила: великая

Активные таланты: манипуляция камнем (видовой, продвинутый, «быстро выращивает из камня простые формы, метает их с большим ускорением, радиус манипуляции — метр; может использовать для саморегенерации), полёт (видовой, обычный, «пока есть крылья, может летать, подобно птицам, игнорируя законы аэродинамики»)

Пассивные таланты: живой камень (видовой, великий, «пока цело сердце в туловище гаргульи, она не умрёт и восстановит своё тело»), прочность (видовой, обычный, «прочность этого камня сравнима с особыми марками стали»), каменный разум (видовой, продвинутый, «игнорирует иллюзии и ментальные воздействия, кроме легендарных и выше»)

Дополнительные атрибуты: подчинение игроку-хозяину

Артефакты: нет

Отношение: враждебность («должна зачистить этот сектор»)

Они выстрелили одновременно — Ливиа и Сэм. Заряд эфира и заряд холода — гаргулья буквально лопнула, и каменный град приняла на себя пелена от Вика. Убили — Сэм не зря прицелился в район сердца и заморозки туда вложил — хоть жопой ешь! Быстро пояснил про уязвимость и способности гаргулий. Вик, похоже, был знаком, Ливиа усвоила, Чьян — ну у Чьяна всё время лицо как какая Снегурочкина каменюка! А ещё он не лез вперёд, даже отступил, лишь подсказывая, куда поворачивать. Пару раз он отставал, слышались характерные взрывы камня — невредимый, догонял.

Много ли, мало ли каменных взрывов — гаргульи, в общем-то, просто живые мишени, сколько бы их ни было: снаряды вязли в пелене, а хорошие такие порции эфира и мороза ломали и тех, кто крыльями закрывался за неимением щита, — они вышли в здоровенный зал, полный по краям алхимической хреномантии, зато в центре — свободно... будто бы там должно быть что-то ещё. «Partially decommissioned», да?

Убранное попробовала заменить эфиром. Чёрные трубы, цистерны и механизмы прихреначили к неестественно-зелёным трубкам, колбам и — плоти? Часть «машин», явно не местная, а значит, засунутая Мэй, была буквально живой, заставляющей поминать недобрым словом некую Темнушку, ну и Ивицера с его Варсиэром заодно. Эфир смешивался с мерцающей плотью, тут и там виднелись буквально мозги в банках, приделанные к вороху жил и проводов. Оно не было разумным, но умным? Определённо да. Внимание баночных мозгов было направлено на управление всей мешаниной. Было и несколько консолей: парочка старых, стильных таких, с экранами, и добавленные Мэй — грубые наборы кнопок и переключателей, сбежавших из этого... как там его... стимпанка.

На той стороне зала показались знакомые фигуры. В них прилетело всего три каменюки, прежде чем гаргульи замерли. И даже отступили, косясь на алхимические приблуды! Ха, а Дэйосу-то они важны! Проблема в том, что не только Дэйосу — им тоже. Поэтому они пересекли ползала, прежде чем он заснайпил грудь гаргулий. Без эфирной добавочки — от эфира всё разлетается на куски, а куски посекут мясные механизмы.

Обойдя теперь уже статуи, они столкнулись с, мать его, пауками! На этот раз — робопауки, как будто обычных и киборгов было мало! С тремя руками, в которых сжимали артефактные мечи, не очень верткие, зато быстро разгоняющиеся, пауки выглядели безобидными лишь на первый взгляд. Твари координировались, норовили смять тяжёлой тушей, постоянно меняли цели, а мечи неплохо волновали пелену Вика и заставляли подрагивать антикинетический щит Ливиа. Сэм старался прикрывать их, проскальзывая мимо лап и лезвий, а порой и принимая их на одежду, укреплённую плюс-бытием. Зато Чьян разошёлся не на шутку: его «ки-приёмы» сметали сразу несколько пауков за раз, а сам он таранил пауков в ответ на таран, отбрасывая назад!

Они вымотались. Каждый отдельный бой был несложен, ни раны, ни синяка, да только паучий ад не прекращался и не прекращался — как у долбанной Паутинницы... погодите-ка, и поведение у них похожее. «Паутина судьбы» что, предсказала противников и натравила таких же для тренировки как раз там, где нельзя попадать в стены? Ну спасибочки большое! Погодите-ка, то есть, за обычными пауками должны последовать... да, вот эти блядские громадины.

Десяток тварей в пять метров высотой без рук, зато с охрененными когтищами, оставляющими следы на металлическом полу, ворвались как раз тогда, когда они решили, что уже всё и пора б передохнуть. Вокруг металла суперпауков засветилось какая-то хреновина, не то защитная, не то убивающая, а вместо рук — дула, из дул — синие лучи, первый же из которых едва не пробил щит Ливиа.

Они справились быстро. Стреляющие, более умные, быстрые, сильные мерзости — но всего десять. И размер сыграл против них. Чьян схватил за лапу ближайшего и метнул в остальных. Ещё парочка таких бросков — быстрого Чьяна-то пауки не выцелили! — враги превратились в одну кучу спутавшихся конечностей и пушек. Которую Сэм методично заморозил. Делов-то было!

Вместо «остановиться и передохнуть» бахнули по зелью восстановления от Чьяна. Полезный малый! Может, его техника боя усиленными ки кулаками и скоростью не впечатляет, зато запасы дорогих вещиц и способность молча сотрудничать, а не ебать мозги вопросами «кто тут главный?», «кто сильнее?», «стоит ли вам доверять?» — вызывают уважение.

Обойдя обледенелую робокучу, вышли в следующий зал, на этот раз пустой: тупо металлический параллелепипед без нихрена внутри. Тут «decommissioned» прошёл совсем не «partially»! С той стороны зала к ним побежали... гоблины. Серьёзно? Чувак понял, что много мелких лучше, чем мало больших, но это же неуважение какое-то! Погоди-ка, а почему в них нет Холода и какого хрена так тяжело ду...

Гоблины исчезли. Иллюзия? Давящая тишина. Думать сложно. Действовать — нельзя. Правило? Руна отрицания! Нет сил! Ловушка?

Последние мысли погасли в навязанной пустоте. Сэм остался безмолвным, безвольным наблюдателем, запертом в замершем теле, как и троица его спутников. Неожиданно он почувствовал толчок, едва заметный, от четвёртой спутницы — палочки-напарницы. Стало прохладней, но он не был способен осознать, отрефлексировать происходящее — только ощущал.

Усилие. Слабейшее, заметное лишь на фоне «волевой тишины», сковавшей мысли. И в то же время — огромное, невозможно сильное, бесконечно огромное, потому что фоном была иная, подлинная тишь, безмолвие, царящее в центре Нифльхейма. Холод. Воронка Хлада закрутилась вокруг него, оставляя темноту. Где-то там, внутри, огромном сером мире, нечто шевельнулось. Руну отрицания выбросило наружу, и градиент неведомо чего притянул неведомо что к ней и...

— Блядь, — выдохнул Сэм, перехватывая руну рукой и волей. — Спасибо, Снегурочка, ты пиздец как нас спасла!

А Снегурочка охуела — иначе и не скажешь. Глубочайшее охуевание от того, что сделала и сделала захлестнуло, как ебучее цунами! Продолжая направлять руну, Сэм одёрнул палочку. Не сейчас! Ты крутая, Снегурочка, ты молодец, но не сейчас, возьми себя в руки! Помоги — их четверо, руна отрицания растягивается на троих. Или он сейчас поймёт, где это правило и вдарит по нему чему из Холода, или придётся быстро-решительно тащить остальных назад — и хер его знает, как далеко правило работает, а если на Очистку целиком?

Снегурочка успокоилась — изумление растворилось в бескрайних мглистых просторах. Её сознание объединилось с его, а вместе с тем — и восприятие. Но спектров, оттенков Холода, было так много, а Снегурочка не взаимодействовала с правилами раньше... Руна! Руна Истины легла в другую руку. Сэм разъединил сознания и сосредоточился сразу на двух рунах. Отрицание — против правила, истина — в его поисках. А искать по наводке руны придётся самой Снегурочке — его мозгов и с плюс-бытием едва хватало держать две ёбанные руны и не сходить с ума!

Она нашла. Это был неназываемый, далёкий от привычного спектр, в котором различались как Холод рассеивающаяся от выкачки воли тьма вокруг, различался свет окружающего мира-сна — и кое-что над ним. Ни он, ни она не могли бы назвать, описать нахождение этого «нечта». В многомерной хренотени, в которую превращалась реальность под новым углом обзора, правило было как бы «вовне». Что-то искусственное, но встроенное. Как там Морфоза говорила Кире? Степень свободы? Добавленная степень свободы, и эта степень содержала в себе Тепло-волю, как и любой другой сон. Типа как сон без сна? А местные правила — это суперкастрированные сны, наложенные поверх обычных снов? Мета, мать её, физика, короче, Снегурочка, давай-ка это Тепло сожрём. Ну? Готово!

Он отпустил руны и позволил Снегурочки забрать их в себя, а затем опёрся на вынутый холодный камень и выругался. Следом выругался Вик, коротко сматерился Чьян, и даже Ливиа не сдержала крепкого словца. Он поднял палочку и направил на вход, а Снегурочка сама выплюнула в очередную партию гаргулий очередь заклятий.

— Эй, Чьян, у тебя есть какая хрень правила различать заранее? — спросил Сэм.

— Моя ошибка, — хмуро признал тот. — Не ждал от Дэйоса такой наглости. Ставить свои правила во Внутренней Фабрике... А у тебя, — пристальный взгляд, — есть средство защиты и средство ликвидации для правил.

— Ну ликвидировал, допустим, не я, а моя Снегурочка, — махнул палочкой, рассыпавшей ледяную пыльцу, — а защита есть, как ни быть? Мне «кто-то» сказал, чей агент Дэйос. И этот кто-то озаботился об оснащении, — и пусть думает, на кого хочет.

— Ясно, — так же хмуро, — Детектор правил, — протянул синий асимметричный самоцвет, — раз средство у тебя. Загорится и зажужжит вблизи правила, укажет направление на затронутое место.

Дальше они шли не так быстро. Чтобы не попасть в очередную ловушку, Сэм поглядывал на самоцвет и держал в руке активную руну истины. И это помогло: ещё одно неизвестное правило Снегурочка выморозила заранее. Затем им встретился буквально кусок неба вместо пола, покрытый иллюзией поверх — эту ловушку они попросту перелетели. Внутри куска неба тоже было какое-то правило, наверняка — смертельное. А ещё — какие-то летающие твари, так что Сэм на всякий случай вдарил туда заклинанием без эффекта, и наложенный на коридор сон растаял в тёмной дымке, оставив голый пол.

Дальше? Дальше была односторонняя бойня. Больше никаких ловушек-правил — Дэйос кидал и кидал на них своих слуг. Чёрные фигуры с недотелепортом. Снова гаргульи, на этот раз гранитные. Уже настоящие гоблины, причём вооружённые и одоспешенные. Монстры из космического ужастика, как их там, «чужие»? Демоны — ну или черти рогатые, хрен их разберёшь, но живучие, сволочи, и сильные, как десяток гаргулий каждый. Призрачные волки. Буквально призрачные — Чьяну пришлось отступать, тварей брал только эфир, как их достать Холодом, разобрался, только когда Ливиа всех перекрошила. Ну и напоследок ещё гаргульи — нравятся они ему, что ли? — на сей раз из тёмно-прозрачного камня, красивые такие, да, зараза, вёрткие и колдующие чёрно-прозрачные же снаряды, прошивающие что эфирный щит, что ки-щит — только как следует укреплённый Холодом камень из недр Нифльхейма не брали! Тут-то они и вылили-выглотали литров десять целительской алхимии на четверых!

Дэйос ждал их в одном из полностью пустых цехов. Синий плащ с золотой вышивкой, золотая диадема лицо такое всё ухоженное — позер образцовый. Разве что личико себе не подправил этой, как её... пудрой, тьфу! Впрочем, анализ и оценка, усиленный руной истины, рассказали отнюдь не о позерстве: