Левиратный брак

Глава 5.

Этот бал был назван цветочным. Цветами была украшена зала, причём не только живыми. Из воздушной кисеи, фатина, шёлка и бархата Лилиана создала искусные цветочные композиции, которые смотрелись ничуть не хуже, и даже интереснее, своих живых оригиналов.

Цветами украсили свои наряды дамы и кавалеры. Лил вплела в причёску Ванессы мелкие белые маргаритки. Казалось, они лучистыми звёздочками сияют в тёмных волосах графини. Вся она преобразилась, причём не только внешне. Ванесса, наконец-то, почувствовала себя красивой, уверенно распрямив спину и подняв от пола свои прекрасные глаза. Платье удивительным образом в нужных местах подчёркивало стройную фигурку, одновременно скрывая худобу. Зачёсанные вверх волосы обнажили точёную шею и изящные ушки, дополняя образ элегантной, изысканной леди. И даже природная скромность, вдруг, стала украшением, а не помехой. Когда Ванесса вошла в зал, в ней впервые увидели не только богатую наследницу, но и привлекательную девушку.

Лил, как полагается, пришла на бал под руку с Виктором. Она была одета во всё белое, лишь в волосах благоухали бледно-розовые цветы. По настоянию мужа пришлось надеть корсет. Лилиана чувствовала себя в нём ужасно неудобно и скованно, но приходилось терпеть, вежливо улыбаясь гостям. На правах хозяев, они с Виктором открыли бал. Торжественный танец-шествие с поклонами и реверансами был ужасно скучным, зато в нём могли участвовать все без исключения, в том числе пожилые дамы и кавалеры. Последующие танцы были гораздо резвее и интереснее. Лил не пропускала ни один из них. Её приглашали снова и снова. К большому удовольствию маркизы Ванесса тоже пользовалась популярностью. Один раз они даже кружились в танце с Ревьером. Графиня разрумянилась, глаза блестели, с губ не сходила счастливая улыбка.

Вот только зря Лил не делала перерыва между танцами. Хоть и не слишком туго затянутый корсет не позволял глубоко дышать. Барон Леской, исподволь наблюдавший за Лилианой, заметил, что девушка сильно запыхалась, и вместо танца пригласил её прогуляться на балкон, подышать прохладным вечерним воздухом.

— Спасибо, что вырвали меня из сумасшедшего танцевального водоворота. Ещё чуть-чуть и я бы хлопнулась в обморок, — поблагодарила молодого человека Лилиана.

Она облокотилась о перила балкона, дыша полной грудью.

— Ах, какая красота! Какой закат! Мне бы сейчас сюда мои краски и мольберт!

— Вы умеете рисовать? — удивился Дэрек. Он стоял на довольно приличном расстоянии от девушки, чтобы, в случае чего, Виктору было не в чем его упрекнуть.

— Умею и люблю.

— Ральф тоже любил рисовать, — задумчиво произнёс барон. — Оказывается, у вас с ним было много общего. Только он любил рисовать портреты или сюжетные сцены, не пейзажи. Ну да вы и сами знаете.

"Вот именно что не знаю!" — в отчаянии подумала Лилиана. Сколько ещё подобных подводных камней ждёт её на пути. Она молчала, боясь неосторожным словом вызвать у Лескоя подозрения относительно себя.

— Вам, наверное, больно вспоминать о Ральфе. Простите, — между тем повинился Леской.

— Мариана, вы плохо себя чувствуете? — на балкон вышел маркиз. Он как и Лил был во всём белом. Цвет одежды оттенял успевшую потемнеть от загара кожу и чёрные волосы. Приблизившись, Виктор заметил неестественную бледность своей жены.

— Я просто немного устала, — вздохнула Лил.

— Теперь вы в надёжных руках, миледи, и я вас покидаю, — Леской поспешно откланялся. Зазвучало начало нового танца.

— Барон вас чем-то расстроил?

— Вовсе нет, — Лил слабо улыбнулась. — Наверное, корсет слишком туго затянут...

— Вам не следовало так долго танцевать, — заметил Виктор, подходя ближе и глядя на Лилиану странным задумчивым взглядом.

— Я учту ваш совет на будущее, — пообещала девушка, вжимаясь в перила спиной. Что он от неё хочет? Почему так странно смотрит? Зачем так близко подходит?

— Мариана, нам с вами предстоит прямо сейчас сыграть роль нежных супругов, чтобы развеять у некоторых людей сомнения в подлинности нашего брака, — еле слышно прошептал маркиз, наклоняясь к девушке.

Лил посмотрела поверх плеча мужа и увидела приближающихся к выходу на балкон Нейтона и Изабеллу.

— Это обязательно? — так же тихо уточнила она.

— Разве вы сами того не желаете? — усмехнулся Виктор, вопросительно изогнув брови.

— Чего? — мысли путались, заставляя задавать глупые вопросы.

— Того, чтобы наш брак стал настоящим.

Со стороны они, наверное, действительно напоминали нежно воркующих молодожёнов.

— Нет, — покачала головой Лил. — Меня устраивает предложенный вами вариант фиктивного брака с последующим разводом.

— Лжёте, — фыркнул Виктор, одной рукой обнимая жену за талию, второй — с притворной лаской гладя её по волосам, щеке, обхватывая пальцами и приподнимая подбородок. — Из тебя бы вышла великолепная актриса для столичного театра.

Лилиана как зачарованная смотрела в потемневшие глаза маркиза и невольно вздрагивала от его прикосновений, не зная, чего ожидать дальше.

— По себе людей не судят! — шепотом выпалила девушка.

— Сама напросилась, — о чём-то предупредил её Виктор, сильнее обнял и впился в губы яростным поцелуем, словно это был единственный способ заставить девушку замолчать.

У Лилианы голова пошла кругом. Во-первых, от нехватки воздуха, во-вторых, от требовательных прикосновений мужских губ. Виктор углубил поцелуй, и тело самопроизвольно выгнулось ему навстречу, хотя куда уж больше, маркиз и так держал её слишком близко. Девушке непреодолимо захотелось ему ответить. Её руки до сих пор лежавшие на груди мужа, поднялись выше, ласково обняв за шею, тонкие пальцы скользнули в волосы на затылке, нежно поглаживая, а губы сами собой, приоткрылись, позволяя углублять поцелуй настолько, насколько возможно.

За спиной Виктора раздались удивлённое женское оханье и предупредительное мужское покашливание.

— Дети мои, думаю, вам лучше переместиться в спальню, чтобы не смущать чопорных матрон и невинных леди, — совершенно искренне посоветовал Нейтон.

Виктор оторвался от губ Лил, но продолжал сжимать её в крепких объятиях. Оба прерывисто дышали. Девушка уткнулась лбом в плечо мужа, переводя дух и осознавая происходящее. Перед глазами мельтешили искрящиеся мушки, предупреждая о том, что она находится в предобморочном состоянии.

— Я видел много влюблённых пар, но ваша страсть превзошла их все, — заметил Нейтон прежде, чем уйти вслед за сбежавшей в расстроенных чувствах Изабеллой.

Виктор ослабил хватку, позволяя жене глубоко вздохнуть. Маленькая чертовка! Своим движением навстречу она вызвала в нём практически неконтролируемое желание. Если бы ни Нейтон и Изабелла, для которых маркиз и устроил весь этот маленький спектакль, он бы не смог остановиться. Конечно, Виктор не стал бы овладевать женой на балконе, он бы просто увлёк её в первое подходящее укромное место и...Мужчина вполголоса выругался. Такую бешеную страсть он не испытывал даже к Аделине. Верно говорят, запретный плод — сладок.

— Дышите, дорогая, дышите. Вы прекрасно отыграли свою роль, — Виктор выпустил жену из объятий и шутливо откланялся.

Лилиана отвернулась, справляясь с волнением, которое вызвал поцелуй. Это не она, а Виктор хорошо сыграл свою роль. Она же никак не может успокоиться. И почему так сладко ноет сердце при воспоминании о поцелуе? А всё тело затапливает покалывающее тепло и приятная слабость? Ох! Сейчас же начнётся выбор цветочного короля и королевы!

Девушка вернулась в зал вовремя. Дэрек произносил торжественную и витиеватую речь, подогревая интерес слушателей к тому, кто же станет королём и королевой сегодняшнего вечера. Лил нашла глазами Ванессу. Ей не хотелось пропустить момент, когда та услышит своё имя.

— Итак, прекраснейшей из прекраснейших сегодня становится Ванесса Милтори!

Графиня вспыхнула, глаза засияли как звёзды. Прежде всего, она обернулась в поисках Лилианы. Та уже ободряюще махала ей рукой. Дэрек украсил голову Ванессы короной-венком из живых цветов и предложил самой выбрать короля. Девушка зарделась ещё больше. "Сейчас или никогда!", — одними губами произнесла Лил.

— Его величеством я назначаю, — голос не слушался своей хозяйки и то и дело подрагивал, — Айрона Ревьера.

Лилиана не удержалась и захлопала в ладоши.

— Корону королю! — воскликнула она.

Ревьер довольно улыбнулся. Изабелла же в раздражении так сжала веер, что тот хрустнул. Бросив сломанный аксессуар на столик, маркиза решительным шагом направилась к своему кузену — барону Лескою. Зазвучала музыка, король и королева вышли в центр зала, остальные пары стали выстраиваться по кругу. Дэрек, заметив приближающуюся к нему сердитую Изабеллу, попятился к дверям.

— Позвольте пригласить вас на танец, леди Мариана, — рядом с Лил стоял Нейтон. — Украсть вас из-под носа мужа. Нельзя же столь безраздельно владеть таким сокровищем.

Девушка оглянулась: к ним действительно приближался Виктор.

— Но..., — попыталась возразить она. Может, мужу срочно что-то от неё надо?

— Один танец потерпит, — фыркнул Нейтон, увлекая Лилиану за собой.

Они закружились по залу. Маркиз прекрасно танцевал, двигаясь легко и уверенно. Любая, даже самая неумелая партнёрша в его руках могла чувствовать себя спокойно. Пожалуй, это единственное, что понравилось Лил в Нейтоне. Обычно, девушка старалась думать о людях хорошо, искать в человеке, прежде всего, достоинства и не замечать недостатки. Но дядя Виктора не понравился ей с первого взгляда, причём его взгляда. Слишком уж он оценивающе смотрел на людей и, особенно, на женщин, словно покупал товар в лавке. Этот свеж и хорош, за него не жалко и переплатить, а тот так неказист с виду, что не стоит даже взгляда. Причём, судил Нейтон окружающих исключительно по внешности и тому, положению, которое человек занимал в обществе.

— Завидую белой завистью своему племяннику, — вполголоса произнёс маркиз, в очередной танцевальной фигуре оказавшись к Лилиане ближе, чем следует. — Даже с нежно любимой Аделиной он не выказывал столько страсти, сколько с тобой. С Адой они скорее были друзьями, близкими хорошими друзьями. Конечно, они были счастливы, но...

Лил не нравился этот разговор, не нравилось, что Нейтон успевает во время танца вроде бы невзначай скользить по её телу руками. Вместо того чтобы просто обнять за талию, его ладонь спускалась ниже. А когда они расходились и сходились, маркиз нарочно делал так, чтобы девушка оказывалась очень близко, практически прижимаясь к нему. В какой-то момент она поймала взгляд Виктора. Муж цепко следил за тем, что происходило.

— Это удивительно ещё и потому, что несколько раз Ральф жаловался на вашу холодность, — продолжал Нейтон. — Впрочем, Виктору повезло, что ему не приходится оспаривать ваши чувства с покойником.

— Что вы имеет в виду? — нахмурилась Лил.

— Дорогая племянница, позвольте мне называть вас именно так, по-родственному, — склонившись, промурлыкал на ушко девушке маркиз. — Нежно любившая покойного мужа вдова не может с подобной страстью отдаваться другому мужчине так скоро. Если бы я не знал, что Ральф целый год продержал вас на побережье, я бы подумал, что ещё при его жизни вы с Виком были любовниками.

Девушка возмущённо дёрнулась.

— Молчу, молчу! — тут же воскликнул Нейтон.

— Тогда помолчите до конца танца, — резко попросила Лилиана.

Маркиз лишь усмехнулся в ответ.

Когда девушка освободилась от Нейтона, она поспешила к Ванессе.

— Ну, как ты себя чувствуешь?

Ванесса, обмахиваясь веером, прятала за ним широкую счастливую улыбку.

— Его сиятельство были ко мне так внимательны, наговорили мне столько комплементов, — найдя глазами Ревьера, прошептала графиня.

— Почему бы тебе не называть его Айрон? — лукаво предложила Лил. — Хотя бы между нами.

— Айрон..., — словно смакуя имя на языке, медленно произнесла Ванесса.

— Деточка, я устала! — капризно заявила, подошедшая к девушкам тётушка Ванессы. — Проводи меня наверх. Хочу лечь спать.

— Ваша сиятельство, ну что вы! Нельзя беспокоить королеву по таким пустякам, — подхватывая пожилую женщину под руку, шутливо защебетала Лилиана. — Как на счёт того, чтобы я проводила вас в спальню?

— Я не против. Но это не пустяки, и Ванесса прежде всего моя племянница, — проворчала графиня.

— Сегодня она только королева, — улыбнулась Лил. — Посмотрите, как она счастлива.

— Этот лихорадочный блеск в глазах и румянец меня пугают, — призналась леди Милтори. — Я никогда не видела Ванессу такой.

— Вы просто никогда не видели её счастливой, — простодушно, без всякого скрытого подтекста заверила пожилую женщину Лилиана, увлекая её к дверям.

На обратном пути в бальную залу девушка услышала возбуждённые голоса, доносящиеся из бильярдной. Решив проверить, всё ли в порядке, она заглянула туда. В комнате ещё не зажигали свечей, а потому здесь царил вечерний полумрак. Рядом с одним из бильярдных столов стояли Дэрек и Изабелла, о чём-то ожесточённо споря. Маркиза говорила много и горячо, барон отвечал спокойно и односложно.

— Что случилось? — Лилиане не хотелось подслушивать чужой разговор, и она решила сразу обратить на себя внимание.

— Это не ваше дело, — огрызнулась Изабелла. Похоже, она ожидала, что Лил тут же сбежит.

— А, по-моему, как раз моё.

Барон вздрогнул и обернулся. Ему показалось или в голосе милой девушки промелькнули металлические нотки? Впервые, она говорила без улыбки, которая всегда светилась на её лице.

— Я хозяйка дома, и в мои обязанности входит следить за комфортом гостей, а также за тем, чтобы ничто не омрачало их настроения, — ровно и неспешно произнесла Лилиана, продолжая стоять в дверях.

— Мы просто разговариваем! — голос вспыльчивой маркизы Лакруа едва не сорвался на визг.

— Тогда почему барон Леской выглядит расстроенным? — поинтересовалась Лил.

— Что? Вы беспокоитесь за барона? — и удивилась, и приготовилась злорадствовать Изабелла.

— Ну, с вами, как я вижу, всё в порядке, — беспечно отозвалась Лилиана, и не думая искать в словах маркизы намёки на что-то неприличное. — Стоит только успокоиться и всё.

— А с вами бесполезно разговаривать! Всё равно ничего не понимаете! — патетично воскликнула Изабелла и выбежала из комнаты. Лил едва успела посторониться, чтобы не столкнуться с сердитой девушкой в дверях.

Стоило маркизе Лакруа выйти, как на губах Лилианы заиграла лукавая улыбка.

— Ну, и за что она вас здесь третировала?

— За то, что не сделал её королевой бала, — с притворной грустью вздохнул Дэрек. — Мне не посчастливилось состоять в родстве с этой вздорной особой. Видите ли, я её кузен. Моя мама, родная сестра её отца, вышла замуж за барона. Сей недостойный выбор едва не стоил ей проклятья. Изабелла считает своим долгом постоянно напоминать мне об этом, и отчего-то вбила себе в голову, что я должен потакать любым её капризам.

— Родственники — такие родственники, — посочувствовала Лил, подходя. — Зато ваши родители любят друг друга, не правда ли?