Сначала Адан замер на месте, так и не решившись окончательно выйти на поляну, а потом, когда существа с лапами-заступами насторожились, а птицы начали проявлять беспокойство, и вовсе спрятался за корень ближайшего дерева. И не страх был тому причиной, а элементарная осторожность. Не имея при себе даже ножа и полностью лишенный Силы, он ничего не мог противопоставить ни необычным насекомым, ни огромным пернатым. А еще он понял, что вовсе не они звали его на поляну.
Кто же тогда?
Никого другого здесь не было.
— Не бойся, сейчас я от них избавлюсь.
Услышав эти слова, Адан понял, что с ним разговаривает...
...кокон.
Его милость не удивится. Разве что самую малость. Он отдавал себе отчет в том, где он находится. В мире, порожденном фантазией и талантом Сида Вейтина, можно было ожидать и не такого.
Между тем кокон начал действовать. Адан увидел, как от него во все стороны начали расходиться всполохи. Не ускользнуло от внимания его милости и то, что после этого человекообразные насекомые стали заметно медлительнее. Такое впечатление, будто у них заплетались ноги. В какой-то момент они сошли со своего привычного маршрута, присели у лиан на корточки и... заснули.
После чего кокон избавился от птиц. Для этого он выпустил несколько светящихся шариков — по одному для каждого пернатого. Шарики игриво заплясали перед клювами птиц, чем разбудили их окончательно. Когда одна из мнимых сов попыталась схватить шарик клювом, тот ловко увернулся и заплясал в стороне, как бы маня птицу. И она не смогла устоять перед соблазном, тяжело оттолкнулась от лианы и устремилась следом за светящимся шариком, резво полетевшим в глубину леса.
Нечто подобное произошло и с остальными совами, и вскоре на поляне не осталось ни одной.
— Подойди ко нам!— мягко попросил кокон.
Адан не смог ему отказать и, осторожно пройдясь по поляне, остановился в шаге от хитросплетения лиан, внутри которых томился кокон.
— С кем имею честь?
Даже в столь неоднозначных ситуациях его милость оставался тактичен.
— Мы... не знаем... Мы... не помним...— растерянно прозвучал печальный голос.— Нам кажется, когда-то мы были такими, как ты, но... Потом что-то случилось. Кто-то лишил нас сил и заключил в этот кокон.
— Кто? Хозяйка Темного Леса?
— Мы... не знаем... А ты кто? Раньше мы тебя здесь не видели.
— Адан Гримар к вашим услугам,— учтиво поклонился его милость.— Я из Ганатены.
— Ганатена... Что это?
— Город на побережье моря.
— Море... Не знаем, что это. А город... Погоди-ка... Знаем! Город — это такое место, где много больших домов. Улицы! Площади! Рынки!
— Именно так.
— Но нам казалось, что в Темном Лесу нет городов.
— Ганатена находится не в этом лесу. Она даже не в этом мире.
— То есть, ты пришел сюда из другого мира? Зачем?
— Это вышло случайно. Хотя... Я пришел за маленькой девочкой, которую ищет ее сестра.
— Мы знаем одну девочку. Ее зовут Илиан...
— Да, это она!— воскликнул Адан.
— Иногда она приходит сюда. Мы разговариваем.
— Где мне ее искать?
— Мы... не знаем. Мы никогда не спрашивали ее об этом, а она не рассказывала. Но мы можем ее поискать. Вместе. Правда, для этого тебе придется нас освободить.
— Нас? Ты не один?
— Мы нее знаем...— послышался тяжелый вздох.
— Эти лианы...
— Да, они опутали нас. Они давят. Они вонзают свои иглы и причиняют нам боль.
— Это Она сделала? Хозяйка Леса?
— Не знаем. Нас заманили в ловушку. Это было давно. Так давно, что мы потеряли счет времени.
— Что Ей от тебя... от вас нужно?— Гримар уже и сам начал путаться. Он слышал один и тот же голос, но кокон упрямо именовал себя во множественном числе.
— Мы... не знаем. Мы хотели бы, чтобы эти муки прекратились. Так или иначе. Если тебе не удастся нас освободить, прошу, убей нас!
— Пока рано об этом говорить. Как мне вас освободить?
— Эти лианы... Они пропитаны магией. Нужно уничтожить ее источник, корень, тогда путы падут, и мы обретем свободу.
Гримар осмотрелся. Оплетая кокон, лианы убегали вглубь леса в трех направлениях. Значит ли это, что источников питающей их магии было тоже три? Он спросил об этом кокон.
— Мы не знаем. Мы не можем видеть так далеко. Нам не дает тот, кто нас пленил.
— Хозяйка Темного Леса,— Адан считал, что нужно называть вещи своими именами.— Кто она такая?
— Не помним.
— Я должен знать, с чем мне предстоит иметь дело,— продолжал настаивать на своем Гримар.
— Мы ничем не можем тебе помочь. Тот, кто правит этим лесом, сильнее нас. У него много слуг. И еще больше возможностей.
— Серьезный противник,— пробормотал Гримар.— А у меня нет даже самого завалящего оружия.
— Его невозможно убить простым оружием.
— А слуг?
— Слуг можно.
— Мне хотя бы нож...
— Оглянись вокруг! Здесь есть все, что может тебе понадобиться. Нужно только ПРАВИЛЬНО видеть и знать суть.
Адан не понял, что имел в виду кокон. Если бы он только мог воспользоваться Силой... Правда, в этом случае ему не понадобилось бы никакое другое оружие.
Кокон по-своему воспринял его задумчивость:
— Мы слабы. И все же мы поможем тебе, чем можем.
С этими словами от него отделился шаровидный сгусток, аналогичный тем, за которыми погнались гигантские совы. Он ярко сверкал, чем был очень похож на тонко ограненный бриллиант.
— Он покажет тебе путь и подскажет, что делать.
— Благодарю,— учтиво поклонился Адан.
— Освободи нас, и мы отправимся на поиски девочки...
Покидая поляну, Гримар размышлял о том, на самом ли деле кокон многого не знает или просто недоговаривает? Как не был он до конца уверен в том, а следует ли ему, на самом деле, освобождать неведомого незнакомца? На первый взгляд он был вполне безобиден. Но как знать, что случится, когда пленник обретет свободу? Ясно было одно — пока что они находились на одной стороне. А на другой была Она — Хозяйка Темного Леса. И в том, что именно Она была отрицательным персонажем этой истории, Адан ничуть не сомневался. Как и не сомневался в ее могуществе. Да, Она не была всемогущей, как о том говорил кокон, но это был Ее мир, и его Она знала лучше, чем Гримар. Именно поэтому ему нужны были союзники. И узник магических пут был самым из них подходящим.
А может, и единственным.
Адан шел вдоль извивающейся лианы, произвольно петлявшей между деревьев. Выбирая одну из трех, он остановил свой выбор на ближайшей. То есть, выбрал наобум, не преследуя никаких конкретных целей. И теперь лиана вела его в направлении, обратном тому, которым он следовал изначально. Рядом летел сверкающий шарик. Время от времени он залетал вперед, как будто подгоняя его милость. Прекрасно понимая его нетерпение, Гримар, тем не менее, придерживался выбранного темпа, уверенный в том, что поспешность может обойтись ему слишком дорого. Он понятия не имел о том, что случится, доведись ему умереть в этом загадочном мире. Было лишь предчувствие, что ничем хорошим это не закончится. А участь кокона — вернее, того, кто за ним скрывался, — красноречиво говорила о том, что в этом мире есть вещи куда страшнее смерти...
Лиана привела его в то самое селение оборотней, в котором — вернее, над которым — он уже побывал. Наверное, именно поэтому он не разглядел лиану. Теперь же она привела его на окраину селения, а потом зазмеилась дальше, к центру. Адан остановился, так как на его пути возникли звери. Они по-прежнему сновали среди деревьев-хижин, но уже не так целенаправленно как прежде. Гримар притаился за кустом, пытаясь разглядеть место, где заканчивается лиана, и одновременно с этим изучая возможности проникновения в селение, минуя бродящих зверей.
Пока он оценивал ситуацию, рядом появился один из обитателей необычного поселения. Он проходил мимо, время от времени останавливаясь, принюхиваясь и прислушиваясь. И в тот самый миг, когда он поравнялся с кустом — его милость затаил дыхание, — в зарослях что-то зашуршало. Зверь действовал молниеносно. Он опустился на четыре лапы и тут же прыгнул в кусты. Раздался треск, рык и сдавленный писк.
Потом наступила тишина.
Адан чувствовал и слышал, как бешено стучит его сердце. В какой-то миг ему показалось, что зверь метит в него. И жутко становилось от мысли о том, что Гримар не успел бы ничего предпринять. Результат же мог оказаться крайне трагичным. В этом он убедился, когда зверь не спеша вылез из зарослей. В зубах он держал свою добычу — несчастную белку — вернее, зверька, на нее похожего. У нее был перекушен хребет, голова с высунутым языком безвольно свисала с одной стороны пасти, а пушистый хвост — с другой. Оказавшись на поляне, зверь поднялся на задние лапы, неуловимым движением передней правой — точнее, ее когтями — он отсек половину тушки, а остальное, запрокинув голову, проглотил одним махом. Затем в пасть последовала и вторая половина, исчезнувшая так же быстро. Зверь облизнулся, проведя языком по окровавленной морде, потом снова задрал голову вверх и жутко завыл.
Мурашки пробежали по телу его милости. Он дождался, когда зверь удалится, после чего сам отошел от кустов и, взглянув на висевший рядом светящийся шарик, решительно произнес:
— Мне нужно оружие.
Шар обладал разумом. Он понятливо заискрился и рванул в сторону. Адану хотелось верить в то, что он был правильно понят, поэтому он уверенно зашагал за шаром, и был немного удивлен, когда тот замер, повиснув над ненавистной лианой, которую на всем ее протяжении покрывали тысячи игл. Одни были длиннее, другие короче. Та, над которой завис светящийся шар, была особенная. Своим внешним видом она напоминала слегка изогнутый кинжал и имела примерно те же размеры. Прикоснувшись к шипу, Гримар резко отдернул руку и, поднеся ее к глазам, увидел растущую на кончике пальца капельку крови. Одна из граней шипа тоже была острой, но на это раз Адан не стал проверять. К лиане игла крепилась утолщением, напоминавшим удобную рукоять. В общем, какое-никакое, но оружие.
Чтобы отделить шип от ствола, пришлось изрядно повозиться, но оно того стоило. Когда работа была закончена, Гримар держал в руках кинжал, созданный самой природой. Теперь он мог проверить остроту клинка. Приблизившись к кустарнику, он размашистым движением отсек тонкую ветку. Срез вышел идеально ровным.
Адан усмехнулся, а потом его лицо исказило выражение, не предвещавшее ничего хорошего для тех, кто вздумает встать у него на пути...
Он крался через селение, стараясь не упускать из виду лиану и одновременно с этим избегать встречи со зверьми. Это оказалось не так уж и трудно. Лесные обитатели немного угомонились и разбрелись по своим домам. Проходя мимо, Адан слышал урчанье, сопенье, клацанье зубов, рык, скулеж. Помимо этого изнутри густо пованивало псиной.
Дважды он был на грани. В первый раз из дома под корнями неожиданно выскочил зверь. Гримар успел отшатнуться в тень, и хищник пробежал мимо. Он слишком спешил, чтобы обратить внимание на близкий посторонний запах. Лишь проделав с десяток быстрых шагов, он резко остановился, обернулся, принюхиваясь, а потом продолжил свой путь. Второй зверь появился словно из ниоткуда. На самом деле он вышел из-за свисавших с ветвей лиан. И снова Адан лишь в последний момент успел ретироваться, заскочив в хижину под деревом. Здесь, поджав обе пары лап, спал оборотень. Он засопел во сне, заводил носом, учуяв добычу, зарычал. Его милость стоял не дыша и не шевелясь, выглядывая наружу. Он дождался, когда блуждающий зверь отойдет на безопасное расстояние, и только после этого вышел из хижины.
И вот он — Корень.
Как и предполагал Гримар, он располагался в самом центре поселения, торчал из земли наружу и слегка светился, мерцая. Он не был похож на обычный корень, напоминал, скорее, бычий пузырь размером с бочку, внутри которого горела свеча. Он, на самом деле, казался полым. Его тонкую оболочку покрывала сеть капилляров, по которым текла зеленая "кровь" растения. И вообще, он больше напоминал живое существо, нежели растение. Прикоснувшись к нему ладонью, Адан почувствовал, как корень "дышит" и при этом перекачивает сок.
Подлетевший огонек призывно замерцал, как будто хотел напомнить, зачем Гримар сюда пришел. Адан надавил пальцами на оболочку. Она оказалась упругой и очень прочной. Голыми руками такую не возьмешь. Да и не нужно, если в твоей руке есть кинжал. Размахнувшись, его милость вонзил шип в корень...
То, что случилось потом, оказалось для Адана неприятной неожиданностью. Сначала из прокола тугим напором ударил темно-зеленый вязкий сок. А потом корень закричал! Да так громко, что его милости пришлось закрыть уши ладонями. Вой стоял такой, что, наверное, разбудил всех спавших обитателей Темного Леса. При этом корень начал уменьшаться в размерах. Свечение внутри него становилось все тусклее.
Прошло не меньше минуты, прежде чем душераздирающий вой стих. Внутреннее давление упало до ничтожных показателей, и сок едва заметно вытекал через рваное отверстие. Перед ногами Гримара лежала пустая оболочка. Крепившаяся к нему лиана начала рассыпаться на глазах.
Один источник был уничтожен.
Адан и сам не заметил, как его скрючило, пока он зажимал уши ладонями. Не заметил он и того, как за это время вокруг него собралось, пожалуй, все население лесной деревеньки. Звери были, как на подбор: рослые, мускулистые, злые. Они сверлили Гримара зелеными, светящимися в сумерках глазами и скалили пасти. Один из них прыгнул прежде, чем его милость окончательно пришел в себя. Адан отпрянул назад, машинально отмахнулся шипом. Зверь увернулся и сам ударил сначала одной лапой, потом, подавшись вперед, другой. Гримар нырнул под нависавший над ним корень. Зверь сунулся за ним и тут же Адан ударил его в глаз шипом. Душераздирающий вой огласил поляну. Его милость атаковали сразу несколько зверей. Они мешали друг другу, Адан пользовался этим и уворачивался, как мог. Не все ему удалось, как того хотелось бы. Несколько раз его достали когти, но в пылу сражения он не заметил ран, не почувствовал боли. В момент сражения он и сам напоминал дикого зверя — рычащего и скалящего зубы. Одному из противников он распорол живот, второму прочертил глубокий след на морде. Но зверей было слишком много, и он отступал, лавируя между корней. Когда на пути встала стена из лиан, он попытался протиснуться сквозь заросли. Неожиданно лианы зашевелились и, потревоженные, начали укорачиваться, убегая вверх, к могучей ветке, на которой они росли. Воспользовавшись случаем, Гримар вцепился сразу в несколько побегов, и его ноги оторвались от земли. В отчаянной попытке удержать добычу, звери бросились на него, но было поздно. Впрочем, кто-то успел отметиться и скользнул когтями по телу его милости. От боли тот едва не разжал пальцы, но, крепко сжав зубы, дал лианам унести себя так высоко, что оттуда поляна, на которой еще недавно рос необычный корень, выглядела крохотным пятачком посреди буйных зарослей. Сами звери выглядели точками, хаотично бегавшими туда-сюда в тщетной попытке унять распиравшую их досаду по поводу бегства добычи...
