— Я просто подумал, что если знать о Библиотеке, то, возможно, есть что-то, что можно сделать, чтобы чувствительные материалы не оказались здесь — сказал я. — Просто это.
— Рассказу про отношения Второй Империи с Библиотекой придётся подождать другого раза — сказала Рэйвен. — Я говорю вам это сейчас, потому что считаю, что это может быть важно для того, чтобы выяснить, что произошло с Утером. Я могу показать вам литературу, если хотите. Книги сохранены в реликвии, которую я ношу с собой, но до этого дойдём позже, если только у вас нет каких-то особых озарений.
— Нет — сказал я. — Космология не моя сильная сторона, и это было одной из вещей, которые в моих играх настолько различались, что сложно сказать, что могло перейти в Аэрб.
"Тур по элементальным планам" перечислял двадцать восемь их: кислота, щелочь, кровь, кость, хитин, глина, земля, электричество, огонь, плоть, стекло, золото, лёд, железо, лава, свет, магнетизм, туман, ржавчина, соль, песок, тень, дым, пар, камень, вакуум, вода, и дерево. Были сотни полупланов, но они оказались карантинированы во времена Утера. Были зеркальное измерение и измерение грёз, оба карантинированы. Была горсть планов, которые были даже более враждебны для человеческой жизни, чем элементальные планы, включая m-пространство, n-пространство, t-пространство, и p-пространство, большинство из которых были обнаружены лишь экзотическими инструментами либо математическими доказательствами. Было девять тысяч адов и не было рая. Был эквивалент Эфирного Плана, но он был крайне рассинхронизирован с Аэрбом, и туда можно попасть только если ты маг звёзд. У плана Дрейфа схоже суровые требования доступа, если только не окажешься там случайно, и он по большей части бесполезен (его Земным истоком было то, что Реймер называл "Измерение Амелии Эрхарт"). Было не меньше тридцати семи опасных параллельных измерений, три из которых карантинированы, восемь вроде бы уничтожены, и ещё двадцать шесть вроде как "недоступны", что все принимали как факт. Были намёки на Аэрбы альтернативных таймлайнов, хотя и недостаточно намёков, чтобы любой мог сказать, что они действительно существуют. Короче говоря, космология была чертовски запутанной, и была уйма мест, куда Утер мог отправиться, если он не на Аэрбе. Учитывая мой опыт пока что, я бы не удивился, если есть ещё пара десятков мест, о которых я пока что не слышал. (О, и ещё же есть Земля).
— Это одно из направлений, которые стоит исследовать — сказала Рэйвен. — Если мы сможем разобраться, куда ведёт эта деформация в пространстве, мы, возможно, сможем узнать, куда он отправился, или по крайней мере полностью пропустить карантинную зону.
— Если бы я делал предположение, куда направлялся Утер, я бы сказал, что обратно на Землю — сказал я. — Насколько мне известно, единственная существующая магия, способная соединить с Землёй, находится во власти Данжн Мастера, будь то грёзотёртые или рюкзак, который он дал мне, и имеющиеся у нас примеры работают только в одну сторону, с Земли на Аэрб.
Я пожал плечами.
— Ну, насколько я знаю.
— Он никогда не говорил о Земле — сказала Рэйвен, помотав головой. — У него здесь была жена, два сына, и даже если у него никогда не было связи с его сыновьями, у него была Далия, его гордость и радость. У него были его Рыцари, он любил нас, у него была Империя и всё, что он построил. Считать, что он бросил всё это...
— Не думаю, что мы чего-нибудь добьёмся психоанализом — сказал я. — На самом деле, я не думаю, что мы к чему-нибудь вообще придём разговорами.
Я указал на книги вокруг нас.
— Научите меня библиотечной магии, и мы сможем начать работать.
Рэйвен помедлила, глядя мне в глаза, а затем кивнула.
— Вы правы — сказала она. — Утер всегда предпочитал действовать, когда мы увязали в этом.
Она взглянула на полки, среди которых мы укрылись.
— Я должна предупредить вас, что это может быть сложно. Одна из причин, почему мы временно прекратили рекрутирование, в том, что Библиотека более искривлённа и опасна, чем была.
— С того времени, как я появился на Аэрбе? — спросил я.
— Нет — ответила Рэйвен. — Нет, состояние ухудшалось уже какое-то время, ещё до того. Хотя в последние месяцы стало гораздо хуже, и это, полагаю, мы можем приписать вам, или тому феномену, что присоединился к вам.
Она взяла с полки книгу и протянула её мне.
Я молча взял её и взглянул на корешок. "Тайны Мерривизер", Нги Тан.
— Она на энглийском — сказал я, слегка нахмурившись.
— Да — ответила Рэйвен. — Скажите мне всё, что можете об этой книге.
Я раскрыл внутреннюю обложку и прочитал написанное.
— Опубликовано компанией в Каледвиче, но печаталось в Сидиуме, в 324 ПИ, автор Гармониец, судя по имени.
Я принялся листать её.
— Сама книга, похоже, собрание детективных рассказов. Сто семьдесят две страницы.
Я закрыл её.
— Красная обложка, полагаю, картон, обёрнутый льном.
— Хорошо — сказала Рэйвен. — И откуда мы знаем, что её место здесь? — спросила она, указывая на пустое место на полке.
Я уставился на неё.
— Есть схема — сказал я. Взглянул на другую сторону провала, на заглавия других книг. Там и там было на языках, которых я не знаю. — В типичной библиотеке схожие темы будут собраны вместе, затем упорядочено или по автору, или алфавитно по заглавию.
Я взглянул на книги вокруг нас.
— Но, разумеется, это Библиотека, со всеми когда-либо написанными книгами, так что не может быть так просто.
— Все книги, что когда-либо были опубликованы — сказала Рэйвен. — "Написаны" — это другая история. "Опубликованы", в этом случае, означает, что хотя бы две копии были направлены в продажу. Это очень низкий порог.
Я попытался прикинуть в уме.
— Сколько книг в Библиотеке? — спросил я. — Я знаю, что различается в зависимости от будущего, так что, положим, спрошу, сколько здесь исторических книг. Даже если взять по миллиону в год, что кажется многовато, это будет, сколько там... пятьсот миллионов?
Я подумал об этом в контексте того, как далеко мы прошли, сколько было перекрёстков, и учитывая, что потолки были, по большей части, выше чем я видел. Если созданная Бетель библиотека — футбольное поле, то "Бесконечная" Библиотека должна быть всего в пятьсот раз больше, и это верхний предел.
— Ваша математика неверна — сказала Рэйвен. — И это потому, что мы используем разные определения "опубликованного". Когда вы это говорите, вы, скорее всего, имеете в виду книгу как сущность, некий набор сигилов, нанесённых на бумагу. Да?
— Да — медленно произнёс я.
— Когда я говорю "опубликована", я имею в виду конкретный акт нанесения этих сигилов на бумагу — сказала Рэйвен.
— Вы имеете в виду... печать — сказал я.
— Нет — Рэйвен вздохнула. — Печать — физическое действие, публикация — выпуск в продажу. Библиотека содержит все книги, которые были или будут опубликованы.
— Она содержит копии — сказал я, озарённый пониманием. Это заставило число книг в Библиотеке подскочить в сотню раз, возможно даже в тысячу. Ады, возможно даже больше. — Погодите, или, вероятно, не "копии" на вашем языке, это будут, эм, инстанции, верно?
Я снова взглянул на провал, то место, откуда были взяты "Тайны Мерривизер".
— Однако вы сказали, что "публикация" означает как минимум две книги, и у этой нет партнёра.
Я взглянул на полки вокруг.
— Ни у одной из них нет.
— Есть — сказала Рэйвен. — Должны быть. Это один из законов этого места. К сожалению, один из устойчивых аспектов схемы в том, что позиционирование книг зависит от последовательности печати.
Это заставило меня нахмуриться.
— То есть — сказал я, осматривая книги — все эти книги будут, скажем, двести двадцать восемь в печати? (пр. переводчика: не уверен, что имелось в виду. Разъяснения по Библиотечной Магии вообще изрядно сложные, запутанные и местами непонятные.)
— Вряд ли — сказала Рэйвен. — Схема редко бывает такой простой. Библиотека слишком запутанна в наши дни. Она просто сбрасывается, и нам нужна новая схема, но в прошлом позиция книги в Библиотеке бывала закодирована перемножением среднего инициала первого автора, последовательности печати, и датой печати, при том что все дубликации решаются через некий другой настолько же причудливый идентификатор или комбинацию идентификаторов.
Она вздохнула, глядя на книги.
— О — сказал я. Книга в моих руках словно потяжелела, и я поставил её обратно на место. — Вижу проблемы. У вас нет возможности узнать, где находится любая конкретная книга, даже если есть тысяча её копий, и декодирование каждой новой схемы, должно быть, безумно сложная работа.
Я помедлил.
— За вычетом того, что существует Библиотечная Магия, прошитая в моей душе, что, вероятно, и есть причина, почему в Библиотеке вообще возможно получать информацию иначе нежели просто случайным образом снимая книги с полок.
— Да — сказала Рэйвен, кивнув. — Вы и на Земле были так умны?
— Нет, и я не так уж умён — сказал я. — Это просто то, как я привык думать.
— Обычно рекрутам нужно больше времени, чтобы понять всё это — сказала Рэйвен.
— У меня есть ряд преимуществ — сказал я. В немалой степени то, что я придумал изрядную часть этого места.
— Тем не менее — сказала Рэйвен, глядя на меня. Я задумался, не думает ли она об Утере.
— Вы собираетесь учить меня библиотечной магии, или нет? — спросил я.
— Собираюсь — сказала Рэйвен, вздохнув. — Вам нужно научиться ощущать связи между книгами.
Она снова указала на "Тайны Мерривизер", затем на две книги по сторонам от неё.
— Можете ощутит сходство между этими тремя?
Я уставился на книги
— Я вообще-то не знаю этих языков. Я владею энглийским, гроглиром, и это всё.
Пока что.
— Я не прошу вас найти общий деноминатор — сказала Рэйвен. — Я прошу ощутить это. Библиотека выбрала схему, используемую для размещения всех книг в ней. Есть одно точное место, которому принадлежит эта конкретная копия "Тайн Мерривизер", и оно именно здесь. Весь этот абсолютный порядок обладает пульсирующей мощью, которую опытный библиотекарь может ощутить, просто стоя здесь. Поперекладывайте книги, если понадобится, подвигайте их, чтобы ощутить беспорядок от того, что они не на своём месте, делайте что хотите. Я оставлю вас здесь, вернусь через час-два, или пришлю кого-нибудь найти вас. Не забредайте слишком далеко.
— Вы меня оставляете? — спросил я. — Я, вероятно, смогу найти путь обратно, но, эм...
— Я не знаю, как много времени это займёт — сказала Рэйвен. — Время после сброса обычно оказывается самым важным, когда больше всего нужна организованность. А ещё мне нужно сгладить сложности, вызванные нашим прибытием, и подготовиться к мемориалу.
— Разумеется — сказал я. — Полагаю, я просто побуду здесь, посмотрю книги.
Я взглянул на заполненные полки вокруг нас.
— Каковы шансы, что я тут случайно наткнусь на материал с инфоугрозой?
— Из случайной выборки? — спросила Рэйвен. — Настолько низки, что можно о них не беспокоиться. К тому же, если практиковать аккуратное чтение, то вы должны начать замечать эффекты до того, как будет нанесён реальный урон, по крайней мере в подавляющем большинстве случаев. Относительно мало тех, что просто сразу убивают.
— Ладно — сказал я, хотя это далеко не успокаивало. Я был изрядно уверен, что будь с нами Амариллис, она бы настояла на проверке чисел, чтобы выяснить, насколько вероятно то, что я умру, взяв не ту книгу. — Я буду здесь. Надеюсь, я стану мастером к вашему возвращению.
— Будем надеяться — сказала Рэйвен, кивнув. Похоже, она в это не особо верила. Вероятно, нужно будет как-нибудь вытянуть из неё подробности о "Сноровке" Утера, так же как собираюсь из неё много о чём вытянуть.
Она повернулась и ушла, и по мере её удаления свет её факела становился всё слабее.
Я повернулся взглянуть на книги, и немного поперебирал их, пока не нашёл три на энглийском. Энгийский доминировал в Библиотеке; в конце концов, это язык печатного станка, торговый язык Аэрба, и официальный язык Второй Империи. Я был рад этому, так же, как был рад тому, что английский весьма распространён на Земле.
"Снова колючие кусты", "Путеводитель чайника по Магии Самоцветов", и "Имперское Оглавление, 5 Редакция, том IV", стояли все вместе. Я читал книги из серии "Путеводитель чайника", по крайней мере пролистывал, так что решил, что с этого начать будет лучше. Полистав остальные, я выяснил, что "Снова колючие кусты" — художественная проза, а "Имперское Оглавление" — нечто, что Вторая Империя напечатала на вершине своего могущества, чтобы каталогизировать... много чего, в общем-то.
Я понятия не имел, что общего у этих трёх книг, помимо языка. Насколько я видел, у них были разные даты, авторы, издатели, и страны происхождения. В теме текста не было ничего даже отдалённо схожего, по крайней мере на первый взгляд, магия самоцветов в Оглавлении не упоминалась, по крайней мере в заглавиях, как можно было бы ожидать, и насколько я мог судить, "Снова колючие кусты" была, неожиданно, фэнтези.
Я рассматривал это неправильно. Я знал это. Рэйвен сказала мне, что это будет нечто, что я должен ощущать, а не знать. Это была Библиотечная Магия, не анализ паттернов, хотя судя по сказанному анализ паттернов играет свою роль при попытках разобраться с каждой новой схемой.
Я сунул руку между книг, пытаясь ощутить что-то. Душа, по идее, посредник во многом, и я надеялся, что размещение расширения моей души между книг поможет мне ощутить что я там должен ощущать. Раньше у меня уже получалось успешно использовать подход пересекающихся дисциплин, но в этом случае, похоже, не помогало.
Я поставил книги обратно и уставился на них.
Проблема была в том, что связью между книгами может быть что угодно. Если книги уникально упорядочены, то я смотрю на итоговый результат этого упорядочивания, точку, у которой схема, какая бы она там ни была, считает, что книги очень похожи, и различия на финальной стадии минимальны. Выстраивание по алфавиту означает, что сортировка идёт по первой букве, затем по второй, затем по третьей, пока, наконец, если пройти некое выстраивание по алфавиту, три случайно выбранные книги, находящиеся рядом друг с другом, окажутся на своих местах из-за различий между ними, какие бы там они ни были — но сами заглавия будут в общем теми же.
Здесь, казалось, между книгами нет ничего общего. У них разные шрифты и размеры шрифтов, и объём текста разный, что означает...
Я остановился и уставился на книги.
В них действительно разные шрифты и размеры шрифтов, что означает, что объёмы текста могут быть схожими. Было невозможно провести подсчёт количества слов за приемлемое время, но по быстрому подсчёту страниц и сравнению шрифтов, было впечатление, что общее количество слов примерно то же. Конечно, это может быть просто посредником для чего-то другого, поскольку если Библиотека использует сложные и бестолковые способы организации, то здесь может быть что-то вроде подсчёта количества точек, или дефисов, или считается некая сумма или перемножение букв, или может быть подсчёт слов, или среднего количества слов на странице, или каталог частей речи, или количество точек, и всё это связано с "объёмом", так что сложно понять без информации и должного изучения. Собственно, количество точек...
