— Сейчас там целая лужа будет, — озабоченно пробормотала Итоми. — Надо бы подставить что-нибудь.
— Давай подставим, — согласилась Платина.
Взяв у неё из рук недоплетёную косу, собеседница стала неловко слезать со стеллажа.
— Светильник подержи, почтенная, — ухмыляясь, попросила Ия. — Чтобы мы тут ноги не переломали в темноте.
Вода сочилась в нескольких местах. Там, где текло сильнее всего, установили "ночную вазу". Использовали и другую имевшуюся в схроне посуду.
Возились довольно шумно, но Жданов даже не проснулся, продолжая блаженно похрапывать. Поначалу капало весьма интенсивно, так что пришлось пару раз вставать и переливать воду из мелких мисок. Но потом дождь поутих.
Разбудил их мичман российского императорского флота. Верный своей привычке не пользоваться "ночным горшком" в присутствии дам, он, пробираясь к выходу, умудрился опрокинуть посуду, лишь чудом всё не перебив, а потом ещё очень долго пыхтел, пытаясь открыть люк. Видимо, доски по краям напитались влагой и разбухли, плотно прижавшись друг к дружке.
"Сейчас лестницу сломает, — ещё толком не проснувшись, мысленно охнула его соотечественница. — Как тогда отсюда выбираться будем?"
Но бамбук ещё раз доказал свою непревзойдённую стойкость на излом, выдержав бурный натиск молодого человека. А вот крышка поддалась, всё же выскочив из гнезда.
Жданов ракетой выскочил наружу.
— Рано же совсем, — жалобно захныкала дочь олигарха, пытаясь завернуться в узкое одеяло.
С хрустом потянувшись, Платина ткнула её в бок:
— Вставай, почтенная. Нас ждут великие дела.
Похоже, Итоми таким образом ещё ни разу не будили.
Завозившись, она откинула тряпку и уставилась на товарку по несчастью ничего не понимающим взглядом.
— Какие дела?
— Подняться, — начала перечислять беглая преступница, слезая с полки. — Умыться, убраться. Вон сколько за ночь воды натекло. Позавтракать. И идти на речку островок смотреть.
— Чего же здесь великого? — недовольно проворчала собеседница.
— Да всё! — усмехнулась Ия, натягивая штаны. — Как твоя рука?
— Почти не болит, — покачала головой дочка судовладельца, рассматривая повязку.
— Давай посмотрим? — предложила Платина.
Как она и надеялась, ровный разрез, промытый кипячёной водой, не воспалился, края слиплись, но, когда девушка попробовала распрямить пальцы, вновь разошлись.
— Не торопись, почтенная, — недовольно проворчала пришелица из иного мира. — Пусть как следует зарастёт. Сейчас я тебе новую повязку сделаю. Чистая тряпка у меня ещё осталась.
Услышав их голоса, мичман российского императорского флота галантно осведомился: можно ли ему спуститься?
В ответ донеслась просьба немного подождать.
Несмотря на рану, Итоми приняла самое активное участие в утренних хлопотах. А Ия, вытащив наружу "ночной горшок", поняла, что с визитом на островок придётся подождать, так как всё вокруг: развалины, трава и листья деревьев поблёскивали, отражая солнечный свет капельками воды.
— Пока идём до речки, все промокнем! — решительно заявила она упрямо насупившемуся соотечественнику. — А ты только чихать перестал... почтенный. Вот подсохнет, и пойдём. Торопиться некуда, у нас есть ещё два дня.
— Один! — возразил собеседник. — Мы же не знаем, как считал тот негодяй? Он мог иметь ввиду, что почтенного Сайтама повезут на третий день или через три дня на четвёртый.
Платина открыла рот, намереваясь возразить, но не смогла придумать ни одного сколько-нибудь убедительного аргумента.
Однако, имея привычку оставлять последнее слово за собой, назидательно проговорила:
— Если придётся сидеть там два дня, то надо хорошенько подготовиться. Нужна еда, кипячёная вода, какое-нибудь укрытие от дождя. Но этим мы займёмся, когда немного подсохнет. А пока надо что-нибудь сготовить. Лучше всего мясо, чтобы не пропало. Я права, почтенная Итоми?
— Права, почтенная, — солидно подтвердила та. — И тебе, почтенный Худ, следовало бы выпить ещё травяного отвара. Ты ещё немного покашливаешь.
За всеми хлопотами на Аровити отправились только во второй половине дня, когда солнышко слизало с листьев последние ещё остававшиеся на них капли.
Однако, прежде чем воспользоваться лодкой, её пришлось перевернуть, чтобы вылить дождевую воду. Островок густо зарос кустарником и молодыми деревцами. Обогнув его вокруг, молодые люди не нашли даже следов хоть какого-нибудь причала, зато спугнули змею, торопливо скрывшуюся в траве.
Поэтому, отыскав участок, где ракитник топорщился не так густо, Жданов, перед тем как покинуть судёнышко, пошуровал палкой, распугивая ползучую дрянь.
Поднявшись вслед за ним, Ия обратилась к спутнице:
— Может, ты, почтенная, нас здесь подождёшь?
— Я змей очень боюсь, — виновато потупившись, пролепетала дочь олигарха. Похоже, она уже пожалела о том, что увязалась за беглыми преступниками.
— У тебя же палка есть, — напомнила спутница. — Увидишь гадину, постучи по борту. Она испугается и уползёт. Ну, или кричи, если что.
— Да, — подтвердил мичман российского императорского флота и повинился: — Прости, что я не подумал об этом. И тебе в такой одежде здесь будет очень неудобно ходить.
— Тебе не в чем себя упрекать, почтенный Худ, — возразила собеседница, усаживаясь поудобнее. — Я сама захотела с вами плыть.
Под ногой чавкнуло, и она на пару сантиметров погрузилась в мягкий, сырой грунт. Пришелица из иного мира мысленно поблагодарила своего "игрока" за то, что он "послал" ей сапоги.
Предвидя подобные трудности передвижения по этому низкому островку, Платина хотела подарить их Сашке, так как он обязательно пойдёт вперёд. Однако эта обувка оказалась ему мала.
Внезапно он остановился. Насторожившись, соотечественница выглянула сбоку, на всякий случай доставая из футляра стрелу, но увидела только торчавшие из земли примерно на метр, почерневшие от времени брёвна.
— Их что, здесь вкопали? — удивившись, невольно пробормотала она себе под нос.
— Нет, — возразил молодой человек. — Забивали. Это сваи. Видите, сколько их? Здесь сыро, и уровень реки может подниматься. Поэтому сделали помост. А вот там стояла башня.
Ия посмотрела на остатки деревянного сооружения, отметив про себя, что, если помост весь разобрали, не оставив ни одной доски, то с него лишь верх демонтировали.
Жданов пошёл туда, не забывая шуршать палкой в траве.
Башню или вышку тоже возвели на сваях, положив ни них ещё и поперечные балки, тоже успевшие почернеть от времени.
К немалому удивлению молодых людей, здесь сохранилась даже часть пола, хотя его и изрядно покорёжило. Видимо, выворачивать отсюда толстые плахи, оказалось слишком тяжело, и их просто бросили.
Забравшись на него через остатки дверного проёма, девушка с силой топнула ногой, убеждаясь в прочности опоры, потом выпрямилась во весь рост и, отыскав взглядом дочку судовладельца, помахала ей рукой.
— Вот самое лучшее место для засады. Сухо, чисто, и всё как на ладони. Я отсюда даже муху на лету собью!
Стоявший рядом мичман российского императорского флота сокрушённо покачал головой.
— Ну, птичку, — нисколько не смутилась Платина, озабоченно пробормотав: — Только мне нужен наручь. А то тетива больно по руке бьёт.
— Место подходящее, — пропустив её слова мимо ушей, задумчиво проговорил спутник. — Можно навес поставить и тростниковыми циновками покрыть. — Но лодку негде спрятать. Уж очень островок маленький. Отовсюду заметят.
— Разбойники поплывут с озера, — полувопросительно-полуутвердительно произнесла Ия. — Значит, оставим с другой стороны. Когда они её заметят, будет уже поздно.
— Хорошо, — согласился соотечественник. — Но надо нарубить столбики для навеса.
— Сейчас отдохну немного, — сказала девушка, присаживаясь на прикрытые слоем листьев доски и посмотрев на него снизу вверх.
За свою жизнь она встречала немало красивых молодых людей, но этот определённо нравился ей больше всех. И дело не только в правильных чертах лица, в голубых глазах и гордом развороте широких плеч. Платина испытывала к нему какое-то ранее незнакомое влечение и симпатию. При этом Ия прекрасно видела все его недостатки, осознавала их непохожесть, вызванную не только разницей характеров, но и иными мироощущениями. Как ни как, между ними разница в полтора века. Они выросли в разных условиях и по-другому воспитаны. Ну, и вообще. Если между ними возникнут по-настоящему близкие отношения, вместе им будет ну очень непросто. Вот только вряд ли она встретит в этом мире кого-то лучше.
— Ну вот, смотреть здесь больше нечего, — вроде как нарочно не глядя на неё, бодро проговорил Жданов. — Всё подготовим и вернёмся сюда завтра. Пойдёмте, а то госпожа Итоми нас, наверное, уже заждалась.
"Опять Итоми, снова Итоми, кругом одна Итоми!" — едва не взвыла девушка, закусив губу.
Резко вскочив, она умудрилась вляпаться сапогом в какую-то полужидкую грязь, скорее всего птичий помёт, прикрытый упавшими листьями, и поскользнулась, нелепо замахав руками.
Мичман российского императорского флота попытался её подхватить, но не успел, и Платина грохнулась задницей на толстые доски, пребольно ударившись копчиком и до крови прокусив губу.
— Что с вами? — протягивая руку, вскричал молодой человек.
— Ничего! — зло огрызнулась Ия, игнорируя предложенную помощь, и поднялась, держась за остатки деревянной стены.
Пренебрежительно пожав плечами, Жданов направился к дверному проёму.
"Вот же-ж!, — мысленно выругалась девушка, буравя тяжёлым взглядом его широкую спину в мятой, местами плохо простиранной куртке и потирая ладошкой ушибленное место. — Ну, я и шандарахнулась!"
Она тихонько сплюнула покрасневшую слюну и, вытирая губы тыльной стороной ладони, продолжила копаться в собственных чувствах, приходя к неутешительному выводу: "Я, как сдурела! Никогда не думала, что будут так ревновать. Совсем крыша поехала. Нет, с этим пора завязывать, а то стану как Хваро. И кончится это тем, что однажды эту Итоми я просто придушу! И что?! Сашка после этого меня полюбит?! Ага! Щаз-з-з по всей морде! Наоборот, только лишний раз убедится, что я маньячка и психопатка. Может, просто прийти к нему сегодня ночью, и пусть эта красуля сдохнет от зависти!"
Пробираясь между свай, Платина несколько секунд наслаждалась данной мыслью. Но практичный склад ума вкупе со здравым смыслом беспощадно развеяли сладостные фантазии воспалённого романтическим чувствами сознания: "Нет, ничего он не станет делать в присутствии Итоми. Только посчитает меня ещё и шлюхой. И Итоми я ничем не досажу, она же сама предложила вдвоём за него замуж выйти".
Ие оставалось надеяться только на её папашу. Ну, не верила приёмная дочь бывшего начальника уезда, что столь богатый и влиятельный родитель отдаст свою кровиночку замуж за беглого убийцу и дезертира.
Насколько она успела изучить аборигенов, для достопочтенного Куджичи гораздо проще наградить своих "токсичных" спасителей деньгами, может, даже помочь выбраться из Благословенной империи, а после забыть об их существовании.
Как бы родичи не относились к Итомии из-за пресловутого "проклятия", она всё равно остаётся членом их семьи. И разоблачение её мужа не может не сказаться на их репутации. А в Благословенной империи — это святое.
Размышляя подобным образом, девушка окончательно пришла в себя и подошла к лодке, уже полностью успокоившись.
— Там прекрасное место для засады, — в ответ на вопросительный взгляд дочки судовладельца бодро отрапортовал мичман российского императорского флота, выталкивая их судёнышко на воду. — Нас никто не заметит, а мы никого не пропустим.
— Я ещё одну змею видела, почтенный Худ, — с плохо скрытым страхом сказала собеседница. — Она лягушку поймала и съела прямо вместе с лапками.
Её даже передёрнуло от неприятных воспоминаний.
— Пожалуйста, будь осторожен, и ты, почтенная Ини, тоже.
— Постараюсь, — проворчала Платина, работая веслом.
Остаток дня рубили тонкие деревца и избавляли их от веток, готовя основу для навеса. Итоми не отходила от них ни на шаг, хотя из-за порезанных пальцев могла только морально поддерживать. Разумеется, почти всё своё внимание она уделяла единственному мужчине в их маленькой компании.
Первое время дочь олигарха скромно помалкивала, "придавленная" строгим воспитанием. Но, поскольку её спутники беседовали в основном о текущей работе, обсуждая устройство шалаша, способы маскировки лодки и защиты от змей, девушка решила заговорить сама.
Смущаясь и даже слегка покраснев, она попыталась расспросить почтенного Худа о его семье. Но молодой человек категорически отказался поддерживать диалог, сославшись на занятость.
С треском сломав сухой сучок, беглая преступница привлекла внимание к себе товарки по несчастью и, плотно сжав губы, сокрушённо покачала головой.
Вряд ли Жданов заметил их переглядывания, поскольку всякий раз, когда не хотел о чём-то говорить, делал вид, будто полностью поглощён работой. Вот и сейчас он сосредоточенно резал стволик молодого деревца.
Осознав свою ошибку и какое-то время подождав, Итоми заинтересовалась подробностями экспедиции на Болотное озеро. Эту тему молодой человек проигнорировать не смог.
Дочка судовладельца дождалась, когда рассказчик замолчит, переводя дух, и вдруг начала читать стихи:
За водоёмом водоём...
над озером
весенний гром.
Как живописны эти воды,
как всё тут яшмою звенит,
и к кисти, и вину манит
и в дождь,
и в ясную погоду
злачёный озера котёл!
Здесь былой, изгнанник,
под ивами приют нашёл.
Заслушавшись, Жданов застыл, растянув губы в мечтательной улыбке. Казалось, его заворожил мягкий, грудной голос девушки, "вплетавшийся" в шелест листьев на древесных кронах. А вот Платину от этого буквально корёжило.
Старательно делая вид, будто это её совершенно не касается, она мысленно укоряла себя: "Вот как надо очаровывать образованного дворянина из девятнадцатого века, а не голышом перед ним скакать! Ну, показала ты ему себя в натуральном виде, и что? А тут вон как слушает, аж рот раззявил!"
— Прекрасные стихи, почтенная Итоми! — вскричал мичман российского императорского флота, вновь принимаясь строгать палку. — И кто же их написал?
— Господин Шиэко Миноро, почтенный Худ, — с лёгкой улыбкой ответила собеседница.
Слушая их беседу о поэзии, в которой говорила в основном дочь олигарха, Ия только хмурилась и тихонько вздыхала. Её подмывало тоже прочитать парочку стихотворений. Вот только это казалось равносильно публичному признанию в том, что они не те, за кого себя выдают. Да, Итоми её уже разоблачила, и пришлось скрепя сердце с ней согласиться. Но всё же они договорились вести себя так, как будто никто ничего не знает. Но если беглая преступница вдруг начнёт демонстрировать свою учёность, то красотка, чего доброго, посчитает, что почтенному Худу известно о её догадке, и она начнёт разговаривать с ним, как с дворянином. Вроде бы пустяк, но пришелице из иного мира очень хотелось как можно дольше сохранить видимость их прежних взаимоотношений.
