О чем ты поешь,
Поднимая их ввысь?
Что думаешь, ветер,
Паря над горами,
Свистя в седых скалах?
Ко мне прикоснись!
Ты грозы рождаешь,
Ты волны вздымаешь,
Скалу разрушаешь,
Таков твой закон —
Извечно резвиться невидимой птицей,
Пронзая границы миров и времен. (Канцлер Ги)
Последние аккорды прозвучали, и музыка затихла. Я прикусила губу, невидяще глядя куда-то в сторону, а перед глазами все еще стояли картины огромного простора.
— Действительно, словно в душу заглянул, — задумчиво проговорил Айос, странно на меня глядя. — Вы так поете, словно это... я даже не знаю, как правильнее выразить свое ощущение. В общем, создается ощущение, будто вы переживаете все вместе с самой песней.
Я улыбнулась уголками губ.
— Это так и есть. Еще с детства заметила эту странную особенность, но стоит мне только запеть, как я не вижу ничего, кроме сути песни.
— А она захватывает и уносит куда-то вдаль, — согласился принц. — И я очень рад, что вы согласились петь для меня.
Я смутилась.
— Ладно, одежда уже высохла. Может, вернемся в замок? Ели честно, уже очень хочется есть. А вы обещали с луком меня познакомить!
— Обязательно познакомлю, — рассмеялся парень, и я, неожиданно для себя, поняла, что привыкла к этому веселому и смешливому принцу. И если бы мне дали выбор, то я бы лучше провела время именно с ним, чем с остальными, так как все они казались для меня слишком далекими.
Подозвав коней свистом, Айос помог мне запрыгнуть в седло, и дальше мы поехали, весело переговариваясь обо всем, что только знаем.
— А какие книги вы любите? — поинтересовался принц.
— Разные, но иногда отдаю предпочтение любовным романам.
— Да? Не думал, что вам нравятся такие книги...
— Почему? — удивилась я, скосив на парня зеленые глаза.
— Ну, эти книги такие сопливые.
— Не всегда, — покачала я головой, чем очень удивилась Айоса. — Не во всех книгах описываются юные башни, страдающие от любви. Очень часто героини переступают через себя, совершают невероятные поступки, доказывают что они не "простушки", а настоящие личности.
— Да? — теперь удивился Айос, недоверчиво на меня посмотрев. — Никогда бы не подумал, если честно.
— Я тоже. Когда впервые нашла подобную книгу в библиотеке, хотела отбросить, но наша старая библиотекарша уговорила меня этого не делать и прочитать. Понравилось, кое-где даже посмеялась. Героиня так забавно объяснялась своему любимому в любви, удерживая его мечом.
— Ого, что же это за книга такая? — заинтересовался принц.
— М-м-м, забыла. Подождите, сейчас вспомню, — наморщив лобик, я стала старательно вспоминать. Что же это за книга была? Помню, а что что-то связанное с железом... или нет? — О, вспомнила! "Железный поцелуй"!
— А почему железный? Героиня в конце романа оказалась сделанной наполовину из железа?
— Ну что вы, это уже больше на фантастику похоже, — усмехнулась я. — Но, нет. Объяснять долго, прочитайте сами, если хотите.
— Обязательно прочитаю, если найду его в этой библиотеке.
— Тогда точно найдете, — засмеялась я. — В этом Саду исполняются желания, не так ли? — и лукаво улыбнулась.
— Конечно так, — Айос кивнул. — Кстати, вы так скептически говорили о любви. Вы не верите в любовь?
— Нет, конечно, — против воли я грустно улыбнулась. — Как можно верить в то, чего нет?
— В смысле? — не понял принц. — Как это, любви нет? А что есть?
— Взаимное уважение и дружба.
— Зря вы так думаете, Элизабет, — Айос подвел черного коня ближе. — Любовь есть!
— И где же, интересно? — я иронично фыркнула.
— А родители? А женщины? А дети?
— Дети и родители? Не смешите меня, Айос! Лично у меня не было такой "любви" к родителям, да и у них тоже. Да и как родители могут любить? Дети — это продолжение им самих, это и так понятно?
— Но вы же говорите, что вас родители не лишком любили?
— Я не правильно выразилась, — суховато проговорила. — Они любили, но своей любовью. Я их дочь, я — их будущее. А вот с женщинами и мужчинами такого точно нет. Мы с вами друг для друга совершенно чужие люди, поэтому любовь точно возникнуть не может. Возможно, будет страсть, желание, похоть или уважение, нежность, дружба. Но не любовь. Что это вообще такое?
— Любовь? Это притяжение.
— Между телами? — я усмехнулась.
— Между душами, — нежно, словно ребенку, пояснил принц. — Любовь — это чувство душ, когда они находят себе что-то родное в совершенно другом человеке. Души влюбляются, и мы любим душой.
— Глупость какая, — я покачала головой. — Души не могут влюбляться, это раз! Научно не подтверждено, что души существуют, это два. И еще раз говорю, может появиться страсть или уважение, это три.
— Какая вы недоверчивая, — покачал головой парень. — Да, еще не доказано, что души есть, но что заставляет нас жить? Тело — оболочка, а как мы двигаемся, живем, чувствуем?
— Для этого есть нервные окончания, — парировала я. — Мозг получает импульсы и воссоздает нужные ощущения. Это лишь физиология.
— Хорошо, допустим, это так, — согласился Айос. — А магия? Разве это не что иное, как часть души?
— То есть, — я тихо хихикнула. — Душа есть только у того, кто владеет магией? А остальные лишь куклы?
— Ой, это я как-то не подумал, — парень смущенно почесал затылок. — Ну и что! Тогда что такое магия?
— Влияние окружающей среды, — предположила я.
— А откуда она тогда берется? И где находится?
— Думаю, это лучше спросить у Рейна, он же у нас маг.
— До Рейна очередь еще не дошла, — отмахнулся принц. — Но все же?
— Ну, я где-то читала, — стала я вспоминать. — Что магия содержится в одном органе, который вырастает только у магов. Он у них с рождения.
— Ага, то есть, маги — это мутанты. Ведь обычный человек — это то, чем является мы. Общий эталон, так сказать. А то, что выбивается из общего, является мутацией. Или как это еще объяснить?
— Пусть будет так, — согласилась теперь и я. — Значит, магия — это побочный эффект мутации, но ведь маги стоят выше, чем простые люди. Значит, это не просто мутация.
— Обыкновенная мутация, — не согласился Айос. — У них вырастает лишний орган, который взаимодействует с нашим магическим миром и дарует человеку магическую энергию, позволяя через нее взаимодействовать с излучением мира.
— Дарует! — схватилась я за слово. — Вот именно, что дарует! Эта мутация позволяет магам делать то, что не умеет делать обычный человек. Тогда это не мутация, это отличительный признак особых людей, на которых обратил внимание мир.
— Если рассуждать как вы, то получается, что маги — почти Боги? А мы — простые тараканы у них под ногами.
— Нет, я хотела сказать, что маги — это просто иной род людей, можно сказать, отдельная раса. Более сильная раса.
— Только эта "раса" может рождаться даже у простых людей, — внезапно Айос расхохотался. — Знаете, Элизабет, мы с вами начинали с рассуждений о любви, а закончили дискуссией о магах и мутациях. Интересный у нас такой разговор об увлечениях получился.
Я тоже не держала улыбки.
— Вот видите, насколько мы противоречивые личности.
— Ну, да, но у нас есть кое-что общее, не так ли? — и парень лукаво погладил мою коленку, заставив меня вспыхнуть от смущения.
— Айос! — пискнула я.
— Да? — хитро поинтересовался тот.
— Немедленно перестаньте!
— Ну, вот, — притворно огорчился парень. — Даже потрогать не даете! Наверное, вы правы, у вас точно нет души.
Не сдержавшись, я заливисто расхохоталась.
— Наверное.
— Но отсутствие этой не совсем понятной части компенсирует потрясающая красота!
— Вы меня смущаете!
— Простите, больше не буду! — и, подняв мою ладонь, запечатлел на ней поцелуй. — Все, все, не смотрите на меня так осуждающе.
Закатив глаза к небу, я улыбнулась. Хороший все-таки парень, зря я его, наверное, боялась.
В замке Айос отвел меня в какое-то помещение, впоследствии оказавшимся тренировочным залом. Я с любопытством стала рассматривать мечи, кинжалы, какие-то секиры и луки, развешанные по стенам или расположенные на столах.
— Так, — задумчиво проговорил принц, проходя мимо луков. — Вам что-нибудь нравится?
Я не видела никаких отличий у луков, поэтому выбрала черный с серебристыми концами. Айос одобрительно хмыкнул и, взяв колчан со стрелами, вышел черед другую дверь, и мы оказались на огромном полигоне.
— Итак, Элизабет, — произнес парень, натягивая тетиву. — Видите тебе мишени? В них мы и будем стрелять.
Дальше принц стал объяснять, как накладывать стрелы, как правильно стоять, и как правильно держать руку. После чего поднял лук, чтобы стрела была на уровне глаз, и выстрелил. Раздался тонкий вист, и древко воткнулась ровно в середину мишени.
— Ну, как? — самодовольно уточнил Айос.
— Чудесно, — искренне отозвалась я.
— А теперь вы, — подойдя ко мне, принц помог наложить стрелу. — Прицеливайтесь...
Его дыхание слегка щекотало шею, и я едва сдерживала веселый смех, стараясь оставаться серьезной. Он учит, старается.
— Почему вы смеетесь? — ну, вот, все-таки заметил.
— Просто щекотно, — поделилась я мыслями.
— Пра-а-а-авда? — глаза Айоса, хоть я этого и не видела, вспыхнули хитрым огнем, а в следующий миг его губы чувственно прижались к шее, мои колени подкосились.
— Айос! — недовольно рыкнула я, стараясь остудить запылавшие скулы.
— А что? — насмешливо фыркнул принц. — Вы же сами сказали, что вам щекотно.
— А зачем было меня целовать?!
— Я вас не целовал, — честно-честно проговорил парень.
— А как тогда это называется? — даже онемела я от его наглости.
— Пощекотал, а целуют вот так, — и, резко развернув меня в объятиях, он припал к моим губам. Сначала я хотела отстраниться, дернуть головой, но... Создатель, что же он творил! Поцелуй был таким острым, чувственным, что все мысли тут же выскочили из головы, а руки сами обвились вокруг шеи.
— Вот это — поцелуй, — хрипловато добавил Айос, пока я пыталась прийти в себя. Хлопнув недоуменно несколько раз глазами, я разочаровано опустила взгляд на валяющийся на траве лук. Так, стоп! Откуда разочарование? Радоваться надо! Ра-до-вать-ся!
— Продолжим?
Что именно? — чуть не брякнула я и только в последний момент остановила себя.
— Да.
После стрельбы меня повели в замок, где мы решили пообедать. Так как слуги были почти невидимками, нам пришлось самим идти на кухню, где тут же поразили поваров своим присутствием. Наставив прямо на кухне еды на стол, повара стремительно испарились, а я оглядела наш обед.
— Я столько не съем! — предупредила Айоса.
— Я тоже, — согласился принц. — Видимо, повара решили, что нас тут двенадцать.
Обалдело кивнув, я присела за стул и подтянула к себе блюдо с целой курицей, покрытой хрустящей корочкой.
— Эх, я тоже ее хочу! — весело возмутился парень, потянулся к моей добыче и тут же от меня получил ложкой по руке. — Ай!
— Курица — моя! Выберите себе что-то другое!
— Но вы ее целиком не съедите! — продолжил веселиться принц.
— А это уже будет моей проблемой. Садитесь уже!
Фыркнув, Айос притянул к себе целого барашка.
— А вы-то съедите? — насмешливо поинтересовалась я. — У меня хоть курица маленькая.
— Ничего, остальное раздадим зверью.
Покачав головой и закатив глаза к небу, я взяла вилку, нож и начала тыкать приборами в курицу, отрезая по маленькому кусочку. Вскоре курица стала напоминать собой хорошо отшлифованный брусок, только вместо опилок было мясо. У принца дела шли не лучше, так что мне оставалось только давиться хохотом.
— Что смеетесь? — спросил Айос, снимая с вилки кусок баранины.
— Просто смешно.
— Смешно ей, — передразнил меня принц. — А хотите кусочек? Вкусно!
— Давайте, — кивнула я и предложила в свою очередь. — А вы тогда курочки хотите?
— Хочу!
Отломив длинный, но тонкий кусок барашка, Айос взял его в руки и поднес к моим губам.
— Откройте ротик.
Я покраснела, но приоткрыла губы и забрала баранину, слегка махнув губами по пальцам. Принц довольно прищурился.
— А теперь вы! Я тоже хочу с ручек покушать!
Не знаю, что отразилось на моем лице, но парень заливисто засмеялся.
— Ну, а что? Может, я всю жизнь мечтал, чтобы вы меня с рук покормили?
— Вы со мной только недавно познакомились, — отведя взгляд в сторону, бросила я.
— Да? А кажется, будто всю жизнь знаком, — легкомысленно парировал принц. — Так что?
— Ладно, — я все-таки согласилась и, скрипя сердцем, оторвала кусок от курицы. — Скажите "А".
— А-а-а-а, — забавно проблеял Айос, и я хохотнула в кулачок, а потом осторожно вложила курочку с приоткрытый рот. — Ням-ням, вкусно!
— Я очень за вас рада, — с улыбкой проговорила я.
— А знаете, как еще вкусно? — вдруг лукаво поинтересовался парень.
— Как?
— А вот так! — Айос пригубил персикового сока и, вдруг резко подавшись ко мне, поцеловал. Я в шоке застыла, чувствуя на губах персиковый привкус, и осуждающе посмотрела на принца, когда тот расхохотался. — Ну, как?
— Вы правы, вкусно, — сдержано отозвалась я, катая кусочек курицы по тарелке вилкой. Вот что это такое? Только расслабишься, и вот.
— Чем хотите заняться?
— Даже не знаю, — пожала плечами. — Давайте почитаем?
— Вдвоем! — тут же загорелся идеей Айос. — Как насчет эротики?
— Айос! — вспыхнула я, парень снова засмеялся.
— Создатель, Элизабет, гневный румянец так вам идет!
Я едва не заскрипела зубами. Так ему еще и нравится меня злить?
— Тогда просто почитаем? — пошел на попятную принц. — Любовный роман. Вслух.
— А кто читать будет? — я сдула с лица непослушную прядь волос и подалась вперед.
— А по очереди?
— Согласна! А какой роман?
— "Железный поцелуй"? — невинно предложил Айос, и я тут же залилась краской.
— Лучше не надо, — выдавила.
— Почему?
— Это весьма... откровенная книга с четко прописанными сценами.
— Правда? — заинтересовался парень. — Тогда ее и будем читать.
— Но чем это отличается от эротики?! — возмутилась я.
— Тем, что это любовный роман!
— В вашей компании мне страшно читать эту книгу, — я скрестила руки на груди.
— Да ладно вам, Элизабет! Без вашего согласия я вас не трону!
— А как же поцелуи? — я прищурилась с подозрением.
— А кое-кто, кажется, совсем не против? — не остался принц в долгу.
— Ладно, уговорили, — я поморщилась, но согласилась. — Идемте.
В библиотеке Айос довольно быстро отыскал нужную книгу и плюхнулся на мягкий кожаный диван, похлопав ладонью рядом со мной.
— Садись рядом, Элизабет.
Я осторожно присела, и чья-то наглая рука тут же устроилась на талии, прижав меня к боку принца. Возмущенно пискнув, напоролась на насмешливый взгляд парня.
— Будете возмущаться, поцелую!
Возмущаться не стала, но стрелять недовольными взглядами мне никто не мешал.
— Итак, начнем, пожалуй? — прочитав первые строчки вслух, Айос задумчиво остановился. — Не, ну так не интересно! — и, перелистав страницы, нашел описание эротической сцены. — Вот, это другое дело!
