Гарип

— А дикие звери тут причем?

— Да, — в глазах мистера Дэмиена мелькнула тень беспокойства, — тебя все же сильнее задело, чем я думал. Ноги-руки найдут изгрызенными, и не станут дальше искать. Тем более, когда время поджимает и нужно быстрее уходить. Впрочем, не будем об этом. Пошли отведу тебя в твою палату.

Не помню, как дошли, но когда я уже без сил упал на свою койку, мистер Дэмиен сказал:

— Думаю, ты понимаешь, что все, что было до этого момента в твоей жизни лучше забыть и никогда больше не вспоминать.

Я ничего не ответил, да и не требовалось этого от меня. Мистер Дэмиен просто развернулся и ушел.

Ну что ж, намек понял. Варлам Найдёнов больше не существует...

А кто же я теперь?..

* * *

— Э-эй, ты где? Вернись на землю!

Я встрепенулся и посмотрел на руку, мелькающую перед моим лицом.

— Что, прости? Я задумался немного.

— Ничего себе немного! — Ганбоа отошел от меня к телевизору и принялся выдергивать кабеля с розеток. — Ты пол фильма пропустил. О чем таком важном думу думал?

— Да так, — легкий вздох все же вырвался, — ни о чем.

Он обернулся на меня, смерив меня подозрительным взглядом.

— Уверен? А то даже 'druk angst' выпустил подсознательно.

Хмг? Давление страха мне не дается, хоть тресни. Не выходит и все. Сколько наставник со мной не возился, сколько не гонял, вот не получается у меня. Он меня, конечно, обнадежил, убедительно заверив, что я просто только в начале своего обучения, и со временем научусь использовать — как он там говорил? А вот, точно, 'яки' называет это японцы. Просто надо сначала укрепить свой дух, чтобы уметь подавлять чужой. И, похоже, я все-таки смогу этому научиться. Вот уже подсознательно начал применять.

— И как?

— Что как? 'Druk angst' твой?

Я кивнул.

— Что тебе сказать? — Ганбоа даже пожал плечами. — Будто мурашки по руке пробежали от сквозняка.

Да уж, не лестный отзыв, что ни говори. Да еще и лыбу тянет, негр бледнолицый. Знает же, как меня достали уже со своими шутками остальные ребята. Взяли моду, прерывать мои медитации резко выплескивая на меня 'druk angst'. Неприятно это, когда ты сидишь и пытаешься почувствовать бахир, а к тебе сзади подкрадываются и сильным 'давлением страха' сбивают весь настрой. Наставник это все конечно замечает, но не вмешивается. Говорит, что это ценный опыт и так мои тренировки под таким прессингом принесут гораздо больше пользы в будущем.

Так— то оно так, только с бахиром тоже не все гладко. Чувствовать его я научился, и даже немного манипулировать. Ну, как манипулировать, больше здесь подойдет слово 'дергать'. Только вот проявить его в виде стихии у меня не выходит. Как только что-то начинает получаться, сильная головная боль нарушает всю концентрацию и техника срывается. Аж зависть берет, когда наблюдаешь за другими, которые уже могут применять нормальные приемы, доведя их практически до автоматизма.

— Не куксись, Гарип, — Ганбоа хлопнул меня по плечу. — Иди сумку бери, будем ехать.

Ну да, уже время. Наставник не любит опаздывающих, поэтому из-за одного получают все. Воспитывает командный дух, так сказать. Делает из нас сплоченный коллектив, готовый дружно в последствии наказать провинившегося. Да так, что провинившийся раз, больше не допустит подобной оплошности. Уж я то знаю. Бывал в этой роли.

Заглянул в свою комнатку, быстро переоделся, и подхватив готовую со вчерашнего вечера сумку выбежал из квартиры, даже не закрыв за собой дверь на замок. А смысл, если здесь все друг дружку знают и не воруют. Не подумайте, что здесь какой-то рай (неважно какой религии) на земле. Просто с этим строго, и оступившийся будет потом хромать всю жизнь на одну руку, по причине ее отсутствия.

Ганбоа был уже на улице и безустанно дергал лапку, в попытках завести свой мопед. Лучше бы я пошел пешком, только выйти пришлось бы пораньше, чтобы не опоздать. Но нет, фильм остался посмотреть. А теперь трястись на этом двухколесном табурете, по недоразумению называемом мопедом. Наверное, еще при проектировании разработчики решили исключить из конструкции амортизаторы за ненадобностью. Но лучше уж такой транспорт, чем тащиться по послеобеденной жаре через полгорода. Недалеко, правда, но все же.

— Давай толкну, а то так движок от рамы оторвешь.

И чего так зыркать на предложение помочь. Я ведь спешу. Да и ему тоже нужно успеть вовремя.

— Ну, давай, — решил он.

Поехали...

ГЛАВА 5

Полигон находился за чертой города в двух километрах по дороге на запад и занимал участок двести на триста шагов полностью лишенный растительности, что не удивительно. То количество техник, что два десятка человек ежедневно отрабатывало здесь, не давало просто напросто даже прорости обычным сорнякам, не то чтобы набраться сил и заколоситься в полную силу.

Этот участок голой, выжженной, затоптанной, перемолотой земли был окружен высокими деревьями вдоль всего периметра. Правда, назвать их густыми язык не поворачивался — густыми у них были прорехи в кронах, оставленные воздушниками, и сухие попаленные ветви — это уже работа огневиков. Недалеко за деревьями спрятался небольшой искусственный водоем, где практиковались адепты водной стихии.

Эх... Хорошо им, техники тренируют. А мне и остается только маяться медитациями, ну и физо тренер не отменял. Так что, пожалуй, хватит предаваться мечтам, каким сильным бойцом я стану однажды. Побежали-побежали. Двадцать кругов вокруг полигона ждут меня, и это я считаю несправедливым. Остальные для разминки бегают в два раза меньше, и только я практикуюсь в беге. Еще и насмехаются, мол, быстрее будешь убегать, когда наткнешься на сильного противника. Гады чернорожие...

А нет, простите, здесь и белых хватает, и желтых, и других с неопределимым оттенком. Интернационал полнейший. Вот Лайон Ченг, например, из китайской семьи, что поселилась в Африке еще три поколения назад. Он родился и вырос на этом континенте и от местных себя ничем не отделяет. Правда, обычаи своей родины знает, но все равно старается не выделяться. Он здесь один такой. Других китайцев в этом городе нет.

История семьи Ченг весьма интересна. Сам Лайон конечно не откровенничал, но у меня есть сосед, который все про всех знает, практически. Вот он мне и поведал историю их здесь появления. А было это около пяти лет назад. Семья Ченг занималась небольшим ресторанным бизнесом в Боксбурге, что в десяти километрах от Йоханнесбурга, наверное самого крупного города в Южной Африке. Сам я там не был, но от Ганбоа слышал именно так.

Так вот, держали они там ресторан, открытый еще дедом Лайона. Заправлял там его дядя по отцу, что был старшим в семье и унаследовал все имущество покойного старика. Шло время, и одним темным личностям видимо захотелось отнять прибыльное местечко, что собственно в результате и случилось. Из всего многочисленного семейства выжили только отец и мать, ну и сам Лайон. И так уж получилось, что они оказались здесь в Эзинеше под покровительством местных хозяев, о которых мне толком узнать так ничего и не вышло. И живут они здесь уже пять лет и, похоже, даже не думают возвращаться в Боксбург. Там уже нет их ресторана, он теперь принадлежит местным загадочным хозяевам, что отжали его у рэкетиров и оставили себе в качестве платы за безопасное убежище.

Логично напрашивается вопрос — что же потребуют с меня, когда придет время платить по счетам. Не верится мне в их бескорыстные мотивы. Не стали бы они меня кормить и обучать за свой счет, не рассчитывая поиметь с этого прибыль в будущем. А именно так сейчас и происходит. И кормят, и обучают. Ладно бы еще работать заставляли на полях. Так нет же, не требуют. Там своих работников хватает. Беспокоит меня что-то в последнее время вся эта благотворительность, ой, беспокоит. Прямо чую грядущие неприятности, учитывая то, что за полгода я только язык и выучил, а в боевке как был полным профаном, так и остался.

Впрочем, не хочется думать о грустном. Резоны, пусть я их и не знаю, у них наверняка есть, иначе давно бы выгнали меня в ничейные земли с палкой в руках — ищи, мол, сам теперь себе пропитание. Но все еще держат в этом городе и пособие небольшое выделяют в виде продуктов. А раз так, то буду жить, как живется. Все равно лезть с вопросами и что-то требовать будет только во вред мне самому. Положительного результата не добиться. Не в том я положении.Ну, вот, только настроение себе испортил. Вредно мне рассуждать о своих перспективах, но неопределенность последних семи месяцев, начиная с того момента, когда нас захватили еще в Европе местные бандиты и продали африканцам, беспокоит меня все сильнее. Жаль, я не в силах хоть что-то предпринять. Да и не добьюсь ничего, если быть откровенным.

— Посторонись, Хиен!

Задев меня плечом, мимо меня пронесся испанец Сантьяго Бризз, еще один представитель национальных меньшинств нашего города. Правда, испанского населения тут побольше, чем китайцев — целых восемь фамилий. Но из них всего лишь две истинно испанских, а остальные только по крови потомки колонистов, давно уже сменивших свои родовые имена в результате заключенных браков и еще каких причин. Ломать над этим голову совершенно бесполезно, только время тратить. Что еще сказать — интернациональное здесь население.

Ах, да, Хиен это я. Мало мне насмешек и подстав со стороны большинства ребят, обучаемых управлению бахиру, так еще и прозвище придумали — Гиена. А всему причина — мой загар, что из-за полученных два года назад шрамов в результате пожара, приобрел необычный пятнистый окрас. Даже наращенная целителями кожа, отличалась от моей родной, уцелевшей. А явные шрамы вообще побелели. И вот, добродушные местные ребята провели аналогию моего загара с окрасом шерсти местных падальщиков.

— С дороги!

Еще один толчок в плече едва не сбил меня с ног, но запнувшись, я восстановил равновесие и продолжил бежать.

Хорошо им, уже ускоряются перед последним кругом, совершая завершающий рывок, а мне еще столько же отмахать надо. Силы берегу, поэтому и обгоняют меня.

А вообще, не стоит думать, что все так плохо и я стал грушей для битья в этом коллективе. Все совсем не так и постоять я за себя могу. Уж в чем меня наш наставник натаскал хорошо, так это в умении применять кулаки, пусть у меня они и не полноценные. Как-никак, а пальцы это не молочные зубы, раз потерявши, новые не вырастут. Просто, как и любой коллектив, наша группа была неоднородной, и я просто не пришелся по душе одной из компашек. Войны, как таковой, не было, просто личная неприязнь. Взаимная.

Друзья у меня есть и помимо Ганбоа. Например, Уилл Вестон. С ним мы познакомились четыре месяца назад, когда я впервые пришел на занятия...

* * *

Самый не приятный способ разбудить спящего человека — это стянуть его за ногу с кровати на пол. В чем я могу ошибаться, но личный опыт все равно твердит мне эту истину. Наличием этого опыта, я очень благодарен моему соседу Ганбоа, который одним не очень прекрасным утром именно так со мной и поступил.

— Какого демона ты творишь?!

Но мой крик негодования разбился о спину удалившегося соседа, так и оставшись без ответа. Полежав немного на покрашенных досках пола своей комнаты я все же собрался с силами и поднялся на ноги, борясь с все еще не покинувшими меня остатками сна.

И что это было? Какой-то новый обычай в наших соседских отношения? Если так, то я лучше буду жить на улице. Не, на улице не вариант, есть идея поинтересней. Лучше займу одну из квартир в пустующем доме на окраине. Там конечно ни окон ни дверей, да и стены частично разрушены, а те которые не разрушенные — все в следа от путь на штукатурке. Но это все поправимо. Небольшой косметический ремонт все поправит, двери смастерю, а застеклять окна и не обязательно. Все равно ночью сплю при открытом, позволяя ночному воздуху свободно циркулировать по помещению. Только насекомые лезут, но противомоскитная сетка отлично против них помогает. Но я совсем не знаю, где её достать. Здесь не настолько богато живут, чтобы таким добром разбрасываться.

Ладно, помечтал немного и хватит. Нужно идти умываться. Тем более, Ганбоа не стал бы меня будить ни свет, ни заря без особо важной причины. А значит, ему есть, что сказать в свое оправдание.

Кое-как влез в свои, обрезанные до состояния шорт, джинсы. Сонная одурь еще не прошла, и мозг настойчиво требовал продолжения сеанса сновидений. Пришлось превозмогая одолевавшее меня желание спать натянуть свою футболку и идти умываться. Вода сейчас еще прохладная, бодрящая. Это днем с крана льется кипяток. Хоть бы скважину какую-то вырыли. Да трубы под землей провели. А то набирают воду в водонапорную цистерну, установленную на крыше дома, и стоит она себе, греется на солнышке.

А солнышко в этих краях хорошо припекает. Вон как я загорел. Взгляд зацепился за мелькнувшее в зеркале отражение моей фигуры. Хреновый у меня загар, неравномерный. Сейчас не прикрытыми одеждой видно только руки, но и они у меня пострадали в огне, и теперь я похож на далматинца, только наоборот — светлые пятна на темном фоне. Да, повезло, что лицо не обгорело тогда...

— Что это за способ такой побудки новый? — спросил я у сидящего за кухонным столом товарища. Говорил я еще не ахти как хорошо, но он меня прекрасно понимал. Здесь, как я заметил нет четких правил в произношении слов. Говорят, как хотят. Рай для лингвиста. Можно научную работу написать об особенностях произношения слов местным населением. Но самих местных ничего не смущает и, как я заметил, они друг друга отлично понимают.

— С сегодняшнего дня ты будешь ездить со мной на занятия.

Вот так новость. Неожиданно.

— На какие занятия?

— Будешь обучаться управлению бахиров. Ты ведь уже начинал учиться еще там, в России.

— Ну да, только успехи у меня не очень...

— Так сказал Алекс, — веско припечатал он.

После такого известия спорить глупо. Раз Алекс сказал, значит стоит подчиниться и делать, что велели. Тренировки, так тренировки. Тем более я и не против этого. С новыми людьми познакомлюсь. Да и интересно мне научиться чему-то полезному для выживания. Ведь, как успел я убедиться, без личной силы здесь никуда. Прихлопнут, даже понять ничего не успеешь. А вечно везение сопутствовать мне не будут, и так порядочно исчерпал его лимит.

— А как же я буду заниматься с тобой в группе, если я новичек?

— Это не проблема. У нас у всех разный уровень развития, но наставник как-то умудряется уделить время каждому. Все равно в основном командные занятия. Более умелые подтягивают отстающих, подсказывают, где надо. Тем более у нас ты будешь не единственным новичком. Есть еще один, который занимается чуть больше месяца и особыми успехами не блещет. Впрочем, сам все увидишь. Наставник тебе объяснит, чем ты будешь заниматься.

Я только кивнул в ответ. Что ж, думаю будет интересно...

* * *

— Ты куда разогнался?! — оклик наставника сбил меня с мысли и я остановился.

— Что?

— Не что, а куда! Хватит уже бегать, и так лишний круг намотал.