Удалённые от меня равномерно, на пару десятков метров с обеих сторон, стены ввиду необычных и непривычных смешиваний неземных пропорций казались невероятно далёкими и высокими.

Почти бесшумно за последним, вошедшим в помещение полинезийцем, закрылась дверь, отрезав возможность для спасения, но на неё уже никто не обратил внимания.

— Олег, ты должен мне рассказать, о чём вы так долго беседовали с большой ящерицей, — серьёзном тоном заявил Денис, встав рядом.

— К твоему сведению, видел ты не ящерицу. Нас посетил собственной персоной бог мёртвых, — усмехнулся я.

— Тем более, — продолжал настаивать он. — Что это за место? Куда мы попали? Ты говорил, что нужно войти в какой-то старый корабль, но насколько безопасно находиться в нём?

— Как ты правильно заметил, мы попали внутрь гигантского космического судна. Вся гора и является, к твоему сведению, этим кораблём. А насчёт безопасности... Не знаю даже, как сказать. Если честно, то сюда побоится зайти любой из местных богов или демонов, какими бы силами и могуществом он не обладал. Дело в том... Дело в том, что первые люди что-то привезли с собой с далёких звёзд, где-то случайно подцепили какую-то смертоносную заразу... Что-то такое, чего боятся даже они. Вопрос в том, живо ли ещё зло...

— Командир, тогда мы должны поторопиться, — я почувствовал по голосу, как сразу собрался и подтянулся Василий.

— Мы попали в царство мёртвых, — словно понимая, на какую тему мы ведём беседу, вмешался долго молчавший Макоа на полинезийском языке. — И путь отсюда не найдёт ни один смертный. Я встречу здесь, наконец-то, Солнышко, Вамбо и многих других своих родственников... Ведь я один, совсем один... А теперь я попал домой, и они все ждут старика. Я познакомлю их с тобой, Оеха, думаю, вы подружитесь...

Проигнорировав слова старого воина, я продолжил, первым делом, вводить в курс дела моих спутников из будущего. В надёжности, храбрости и отваге полинезийцев я был уверен, после того, что пережил вместе с ними.

— Здесь есть помещение, — продолжил я на своём родном языке, совершенно непонятным для Макоа, — подобное земным оружейным комнатам. Работает оно, конечно, по другим, неизвестным нам принципам. Индивидуально с каждым. После того, как корабль обработает попавшего в потаённую комнату человека, тот приобретает массу серьёзных преимуществ над своими потенциальными противниками. Мне об этом рассказал в своё время Один.

— Как человек-паук? — невольно усмехнулся Денис. — Я всё больше удивляюсь в последнее время твоему новому кругу знакомых. Запросто так беседуешь с богом мёртвых, как со старым и хорошим знакомым, теперь Одина вспомнил... Впрочем, увидев большую говорящую ящерицу, я могу уверенно сказать: больше желания пересекаться с твоими новыми друзьями у меня нет.

— Денис...

Не дав мне сказать больше ни слова, откуда-то из глубин корабля, на нас обрушился яростный вопль:

— Ррррагагатууу! Ррра-гага-тууу!

Я понятие не имел, как должно было выглядеть существо, настолько громко и страшно выкрикнувшее фразу-приглашение на пир. Наверное, оно представляло собой нечто очень пугающе. Во всяком случае, так мне показалось по тембру, скрытой силе и ненависти, прозвучавшей в голосе.

Я посмотрел на Дениса. Он сильно побледнел. А стоящую рядом с ним Ирину стала бить нервная дрожь.

— Помоги нам, Тангороа! — неожиданно громко закричал Макоа. — Появись и защити! Древние демоны проснулись!

— Вперёд! — я решительно двинулся вглубь коридора. И так слишком много драгоценного времени потратили на разговоры. С каждым новым шагом свет над нами перемещался на несколько метров вперёд, освещая непосредственный участок коридора по ходу движения. В то же время за нашими спинами, по мере удаления, он медленно гас. Получается, прав был Один. Всё это время, долгие тысячелетия, корабль ждал прихода людей.

— Ррраггагатууу! — ответили первому глашатаю гораздо ближе ещё несколько его собратьев.

— Рррагагатууу! — подхватили клич голодного мира сразу во всех направлениях десятки голосов. Без всякого сомнения, они приближались к нам.

Я почти перешёл на бег, когда меня остановил один из полинезийцев:

— Оеха, постой!

— Что? — я резко остановился и обернулся.

— Здесь дверь, — на своём языке растерянно ответил один из воинов Макоа. Действительно, один высокий полинезиец, весь покрытый знаками смерти, которого я не знал, стоял возле тёмного овального провала, прохода в стене. Странно, я только что там прошёл и ничего подобного не видел.

— Что ты сделал, чтобы её открыть? — требовательно и строго спросил я полинезийца, одетого в полотняную набедренную повязку.

— Ничего, — он повернул голову ко мне. На его лице, тоже порядком татуированном, читались лишь растерянность и страх. — Просто уронил дубинку и подошёл к стене. А когда поднял голову, то увидел дверь...

— Подошёл к стене?

Он утвердительно кивнул головой.

— Может, она открылась оттого, что ты оказался возле неё? — Денис, не один день, до моего появления проживший среди воинов Акульего Братства, видимо, всё же немного понимал язык полинезийцев. — Может, их здесь масса и они сразу открываются, стоит только немного к ним приблизиться?

— Рррагагатууу! — оглушительно взревела темнота за порогом освещённого пространства, и я отчётливо разглядел, как нечто большоё зашевелилось во мраке.

— Берегись! — закричал Макоа, наверное, тоже что-то заметивший. А секундой позже тёмные, напоминающие жгуты или щупальца, отростки, сотканные из дымчатого мрака и чернильной краски, обхватили бедолагу в нескольких местах в районе живота и резко оторвали от пола. Полинезиец выронил дубинку, из-за которой попал в ловушку, и попытался вырваться. Нечеловеческая сила, которой он хотел противостоять, согнула тело вдвое. Он только успел закричать:

— Аааа! — как исчез во мраке. Темнота проглотила его быстро, жадно, стремительно и голос несчастного сразу смолк, едва он пропал из освещённого участка. Только некоторое время перед моими глазами навязчиво продолжало висеть где-то там, во тьме, за дверями, искажённое гримасой боли и страха татуированное лицо.

Неизвестное существо за входом на другую ветку внутри корабля, утащило добычу куда-то подальше. Я понял это потому, что вход начал закрываться. За неуловимый миг на месте прохода появилась едва заметная плёнка, которая мгновенно затвердела, превративший в светлый металл.

Мне удалось, ко всему прочему, заметить нечто такое своим обострившимся зрением, что мои воины могли и не увидеть. В местах, где хищник обхватил жертву, я успел отчётливо разглядеть, как тёмные сгустки разрезали или растворили кожу и проникли внутрь тела.

Некоторое время всё наше храброе воинство молчаливо и ошеломлённо стояло на месте, словно поражённое громом. Первым опомнился Серый. Не сказав ни слова, он развернулся и бросился бежать вперёд, подальше от опасного места. Следом за ним устремились и остальные.

Я не заметил, как оказался втянут в общее движение, внезапно охваченный паникой. Почему-то из головы исчезли все здравые мысли, осталось только стремление выжить. Мы стремительно неслись в неизвестность, стараясь обогнать друг друга и в первую очередь свой страх. Свет бежал вместе с нами, загораясь перед испуганными людьми и поспешно прячась в темноте там, где нас уже не было.

Касаясь голыми пятками тёплого металла, в один момент я вдруг почувствовал, как пол заметно завибрировал. А потом сзади кто-то страшно закричал. Я остановился. Всё моё воинство, тяжело дыша, сбилось в кучу, как загнанное страхом стадо. Обернувшись, увидел совсем недалеко зияющую в полу тёмную дыру. В самый край вцепились чьи-то пальцы. Не хватало нескольких полинезийцев, а из моих преторианцев пропал Ургх. Тот самый бесстрашный палеоантроп, который в битве с пришельцами бросился вперёд, заслоняя меня грудью. Тот, кого мы спасли на неизвестной планете из ужасного зверинца от страшной участи, уготованной ему ункасами.

— Оееех-х, — простонал из темноты мой могучий друг, зовя на помощь. Это он пальцами держался за края открывшегося люка.

Не выдержав веса, пальцы скользнули к краю и исчезли из поля зрения.

Я не мог допустить, чтобы он погиб.

И тогда, движимый вполне понятным порывом, я совершил самый безумный поступок в своей жизни.

— Оао! — закричал я что было мочи своим хриплым голосом, и бросился к провалу.

— Оеха! — одна тень отделилась от общей массы и последовала за мной. Верный Макоа и на самом деле ничего не боялся.

Оттолкнувшись, подняв над головой полинезийскую дубинку и ружьё звёздного воина, я прыгнул в центр пугающей тьмы...

Глава 3.

Бриг 'Саттелит' с распущенными белыми парусами, следовал в строго назначенном месте в строю. Вытянувшиеся в подобие буквы 'Т' парусники стремительно приближались, готовые взломать построение противника. На рангоуте — реях и верёвочных лестницах капитан брига разместил самых метких стрелков, в основном из состава уцелевших после высадки на остров морских пехотинцев. Из числа тех, кому удалось и посчастливилось выжить.

Разношёрстно одетые канониры застыли у карранад и пушек, готовые по команде обрушить на врага, как бы он не выглядел, град выкрашенных в чёрную краску ядер и смертоносно жалящей картечи.

Возглавлял строй красавец 'Ройял', огромное сто пушечное судно, под командой сэра Джона Гарви, который занимал на данный момент должность адмиралом флотилии. Очень опытный моряк, он много раз выходил в длительные экспедиции и не раз принимал завтрак под грохот пушек. Следом за флагманом в кильватере движения словно летел над водой мощный семидесяти четырёх пушечный фрегат 'Кент', которым командовал Томас Роджерс. За 'Кентом' следовала сороко пушечная 'Диана', а уж после неё выстроились в строгую линию более десятка судов помельче.

На безоблачном небе ярко светило солнце. Погода, как нельзя, сопутствовала затеянному опасному предприятию. Лёгкий морской бриз вызывал небольшую рябь на поверхности бескрайнего океана, надувая плотные паруса.

Муррэй, осматривая в подзорную трубу океанские просторы, невольно навёл оккуляр на головной 'Ройял'. Настоящий красавец! Джеймс мог легко рассмотреть чёткие и точеные формы корабля, заменившие принятые в восемнадцатом веке надутые и вычурные очертания. Он невольно залюбовался совершенным, выкрашенным в типично чёрный цвет корпусом, разукрашенной кормой. Перенеся взор на следующее судно, капитан 'Саттелита' почувствовал невольную гордость за принадлежность к нации, которая смогла даже в удалённом, Богом забытом уголке, в столь короткий срок снарядить для предстоящей битвы столь могущественный флот.

Впрочем, если говорить о последних событиях, Джеймс в глубине души вовсе не был уверен в быстрой и бескровной победе. То, что королевский флот разгромит противника, для него казалось фактом несомненным, но всё же без больших жертв, как он понимал, вряд ли удастся обойтись. Враг рисовался в его воображении опасным и грозным противником, от которого можно было ждать немало неожиданных сюрпризов и неприятностей. Конечно, в итоге пушки короля Георга сметут всё живое. Их вполне хватит на собранных судах, чтобы повторить успех при Абукире или в Дании. Хотя...

Последние события калейдоскопом ярких картинок, чётко отпечатавшихся в сознании, не давали покоя капитану ни днём, ни ночью. Он вновь и вновь возвращался мысленно к ничем не привлекательному острову, затерянному где-то посередине Тихого океана.

Несколько недель назад, приняв на борт внушительный контингент морской пехоты, 'Саттелит' направился к указанному клочку суши, населённому кровожадными и дикими туземцами. Капитана, как и его матросов, очень удивило то, что в составе погрузившихся на бриг подразделений, не оказалось ни одной туземной части. Практически полностью роты пехотинцев офицеры укомплектовали представителями господствующей белой англосаксонской расы. Королевская пехота должна была выполнить определённую миссию на далёкой земле, защищая белых миссионеров и колонистов, охлаждая самыми жёсткими способами пыл вечно бунтовавших дикарей. Однако Муррэй по-прежнему не мог понять: зачем нужно посылать настолько грозный контингент на заброшенный в океанских просторах, Богом забытый остров? Впрочем, Джеймс давно подозревал, что на острове творится что-то неладное, из ряда вон выходящее. По пути к Индии, команда корабля спасла с большим трудом, державшегося на поверхности, вцепившись в обломок корабля, одинокого матроса. Несчастный оказался единственным уцелевшим из состава экипажа небольшого военного судна. Спасённый принялся рассказывать странные и страшные вещи. Сбивчиво, но с настойчивостью истинного маньяка, он поведал об атаке на корабль Его Величества акульего войска, которым вполне разумно руководила акула невиданных ранее, гигантских размеров.

Тайны и загадки, связанные со злополучным островом, в дальнейшем лишь множились, нисколько не помогая в понимании того, что происходило на окружённом со всех сторон клочке земли.

Достигнув цели, Муррэй приказал высадить десант на покрытый пышной тропической растительностью берег. Солдаты, подгоняемые офицерами, оставив на песчаном берегу нескольких часовых, направились к миссии, а на борт 'Саттелита' поднялись двое добродушных с виду миссионеров. С собой они принесли письменные указания капитану брига, и вполне чёткий план дальнейших действий. Повинуясь приказу, Джеймс распорядился вновь выйти в море. Достигнув определённой точки в водной пустыне, гости в рясах приказали лечь в дрейф и упросили убрать в трюм всех матросов ввиду 'крайне секретного и опасного эксперимента'. Лишь капитан и боцман Билли наотрез отказались выполнить просьбу не в меру настырных священников. Через некоторое время только они вдвоём и стали невольными свидетелями точной высадки на палубу корабля небольшой группы необыкновенно устрашающе выглядевших воинов, так напомнивших внешним видом, боцману библейских демонов.

Гости пришли с небес. Проповедники установили на крашенных, отполированных трудом и потом матросов, досках палубы громоздкий предмет и вскоре над его поверхностью образовалась посадочная площадка, на которую по транспортному лучу, связавшего на время два мира, высадились звёздные воины.

Забрав в намеченной точке десант, бриг вновь отправился к берегу. На следующий день после прибытия, по рассказу одного из матросов, отряжённого в помощь миссионерам, монахи установили тот же прибор во дворе миссии, вновь соединив удалённые миры. Как понял капитан, проповедники и перемещали его в соответствии с движением планеты, чтобы 'поймать' нужную для дальнейших действий точку. В этот раз открыли ворота на целые сутки. С утра до глубокой ночи с небес беспрерывно двигался поток закованных в доспехи мощных неземных созданий, прихвативших с собой множество портативных образцов неизвестной техники.

В то время, когда высадка шла полным ходом, к Муррэю с берега верные матросы доставили трясущегося от страха солдата морской пехоты, по имени Том Аткинс. Совсем ещё молодой человек, поменявший по собственной глупости развлечения юности на строгий военный мундир, с трудом пересказал свои злоключения. В то время, когда бриг отплыл от острова с миссионерами на борту, по настоянию святых отцов была организована небольшая разведывательная экспедиция вглубь занятой враждебными туземцами территории. Отряд, состоящий из солдат, проводников-островитян и одного служителя культа, углубился в джунгли, постоянно тревожимый мелкими группами повстанцев. Зайдя довольно далеко, на ночь морская пехота, выбрав прекрасную оборонительную позицию, расположилась на берегу живописного лесного озера.