Академия Магического искусства. Тайна забытого зелья

— И чем вам в этом может помочь архив? Неужели рецепт зелья... — я чуть не сказала название вслух, но вовремя осеклась — не стоило привлекать внимание приближающегося официанта к теме нашей беседы. Мы подождали, пока расставят приборы, и лишь затем я продолжила. — Неужели он всё это время хранился в Государственном архиве?

— Конечно, нет. Архив — публичное место, а документы такого уровня хранятся в большей секретности. Но в Архиве сохранились записи следователей, ведущих дело Дерилия, в которых записаны показания его помощников. Есть и их журналы, которые нам в первую очередь и предстоит просмотреть. Надеюсь, вы не откажитесь мне помочь, Лилинея?

— Вы доверите мне то, что не доверили своим проверенным сотрудникам, магистр?

— Ривей, Лил, Ривей. Не забывайте, мы помолвлены. И да, я вам доверяю, но сам буду рядом, так что вместе мы что-нибудь обязательно найдем, я уверен.

Принесли заказ, и мы приступили к еде. Не хотелось тянуть время и откладывать работу с бумагами в долгий ящик.

Глава 9

Сразу после того, как Ривей расплатился по счёту, он перенёс нас в здание Архива. Мы оказались в просторном холле, довольно роскошном, но при этом строгом. Первыми бросились в глаза огромные окна, через которые проникало много солнечного света. Светлые стены были украшены картинами в тяжелых рамах, изображающих сцены из истории нашей империи. Мозаичный пол поражал великолепием цветов и оттенков. Из холла вело несколько массивных дверей.

Я оказалась в Государственном Архиве Валийской империи впервые и немного растерялась. Ривей же взял меня под руку и повёл к двери прямо перед нами. Распахнув её, он провёл меня внутрь. Мы оказались в помещении куда меньшем, чем холл. Здесь стояло несколько деревянных столов с ворохами бумаг, за которыми сидели, вероятно, сотрудники Архива в темных мантиях. Над каждым столом висел магический светильник. К нам тут же подошёл молодой человек в форме:

— Я могу вам помочь?

— Магистр Ривей Этеллис. Проводите нас к старшему архивариусу, магистру Сиверису. — Вот что-то мне подсказывало, что и без сопровождения Этеллис прекрасно нашёл бы дорогу.

В голосе магистра прозвучали командные ноты. Так с адептами он никогда не разговаривал. Думаю, сейчас я видела перед собой не преподавателя зельеварения Академии Магических искусств, а следователя Тайной Имперской канцелярии. Таким Ривей представал перед своими подчинёнными, таким его, вероятно, видели и придворные, но я знала, что он может быть и мягким, нежным, заботливым мужчиной, а не только суровым властным блюстителем порядка. Почему-то осознание этого мне очень даже понравилось.

Тем временем мы прошли в отдельный кабинет, где за заваленным бумагами столом сидел старичок в слишком широкой для него зелёной мантии, с седыми волосами и бородой, морщинами и на редкость цепким взглядом, устремлённым сейчас на нас.

— Какими судьбами сам господин Следователь попал в Архив? — услышала я ворчливую замену слову "Здравствуйте", пока архивариус вставал со своего места, направляясь нам навстречу. Не ладят они с магистром, что ли? — Да ещё и в такой очаровательной компании? И не говорите, что вас сюда привела работа.

— Работа, работа. — Приветливая улыбка Ривея мою теорию разнесла в пух и прах. Вместо рукопожатия магистр обнял старика.

— Полегче, детина. Вымахал, задушишь старика теперь.

Я наблюдала за мужчинами, абсолютно не понимая происходящего. Кем же они друг другу доводились?

— Рад видеть вас, учитель. — А, ну вот и ответ.

— Знакомь со спутницей, Вей. Не поверю, что просто твоя сотрудница, ты всегда один работаешь, — выдал магистра архивариус, возвращаясь на своё место за столом.

Подав мне руку, магистр усадил меня в кресло для посетителей, сам устроился в соседнем и лишь тогда заговорил:

— Знакомьтесь, магистр Сиверис, Лилинея Майлис. Адептка Академии Магических искусств и моя невеста, — Ривей поднял мою руку, продемонстрировав кольцо старичку.

— Вот это фортель! — архивариус прямо в лице изменился. Счастливая улыбка сделала его на десяток лет моложе. — Женится! Он всё-таки женится! Поздравляю вас, сокровище моё, — это он, как ни странно, говорил мне, — вы станете счастливейшей из жён. Уж если вас даже родовые артефакты приняли...

— Учитель, мы к вам действительно по делу, — оборвал на полуслове архивариуса Этеллис, а я заинтересовалась. Что там с родовыми артефактами? А вдруг недоговаривает мне что-то магистр о нашей фиктивной помолвке? Надо бы заглянуть в библиотеку и ознакомиться с информацией об артефактах первых аристократических родов империи.

— — —

Но это позже, а сейчас нам предстояла работа с документами, которые пылились в архиве около полутысячи лет, о чём нам напомнил старший архивариус, едва Ривей описал ему стоящую перед нами задачу. К чести магистра Сивериса стоит сказать, что выпытывать у своего ученика (как я поняла, мне старичка представить, видимо, забыли) подробности он не стал. Очевидно, понимал, что поставит этим следователя в неловкое положение, но рассказать тот всё равно не сможет.

Старший архивариус не стал обращаться к помощникам, а сам проводил нас в один из небольших кабинетов для работы с архивными документами. Сам же отправился за необходимым нам материалом. Для своего возраста старичок оказался довольно шустрым. Вот бы расспросить его о Ривее, ведь он явно давно знает нашего преподавателя зельеварения.

Стол в выделенном нам кабинете был довольно большим, оборудованным подставками для книг, стопками чистых листов, чернильницами и перьями. Несмотря на то, что через окно проникало немало света, уже были зажжены небольшие магические светильники. Вместо привычных стульев или кресел здесь были массивные скамьи. Когда мы уселись и перед нами были водружены папки с информацией по делу Дерилия, Сиверис нас покинул, приговаривая:

— Работайте, молодёжь, работайте. Не буду вам мешать, — и совсем еле слышно добавил с таинственной улыбкой на лице, — я тут явно лишний.

Ну мы и начали... работать.

— Лилинея, просмотри вот эту подшивку, пожалуйста, — попросил Ривей, подвинув ко мне далеко не тоненькую стопочку сшитых листов.

— Это записи допросов? — кажется, страх в голосе всё же прозвучал, хоть я и старалась не показать его. Очень хотелось казаться смелой, уверенной в себе адепткой, а не разнеженной капризной барышней, чтобы он не отказался от идеи дальнейшего моего участия в этом деле. Хотелось быть полезной.

— Нет, конечно. Их я просмотрю сам, нечего девушке знакомится с ними. У тебя записи того, что Дерилий говорил в камере. Он сам с собой нередко разговаривал, а за ним вели наблюдение и прослушивали. Вполне возможно, что какое-то имя или место проскользнёт — это именно то, что нам сейчас надо.

— Я поняла, — ответила тайному следователю, придвигая к себе бумаги и усаживаясь поудобнее. Ривей повторил мои действия, и мы оказались прижаты друг у другу почти вплотную, соприкасаясь и руками, и бедрами. Такая близость мужчины отвлекала. Читала, не понимая смысла написанного. Покосилась на Ривея — он, кажется, абсолютно не замечал моего волнения. Решила отодвинуться — помогло, буквы стали складываться в довольно понятные слова.

Язык лежащих передо мной записей несколько отличался от современного, что было объяснимо — всё же не одна сотня лет минула. Приходилось сосредотачиваться, вчитываясь в малознакомые словесные обороты. Монологи Дерилия на первый взгляд казались бредом умалишенного человека, но ведь всё гении немного безумны. Вампир рассуждал о несправедливости отношения правителя Валийской империи к своему народу, осуждал свой народ за покорность и неспособность отстаивать свои права, призывал непонятно кого встать на его сторону (догадывался, наверное, что его слушают люди императора). Вот только о себе или о зелье речи не было.

Время шло, шуршали перелистываемые нами страницы. Ривей, как и я, ничего не говорил, из чего я сделала вывод, что не одна ничего интересного найти не могу. Подшивка подходила к концу, осталась лишь пара листов, когда моё внимание привлекла запись, сделанная накануне казни. Там было сказано:

"Моя жизнь подходит к концу, я это чувствую, но изменить ничего не могу. Но я делал всё правильно и уверен — жизнь прошла не даром. Я показал своему народу, что с несправедливостью власти можно бороться, можно бороться за свою свободу. Наверняка они не будут теперь смирненько сидеть, как на то рассчитывает этот коронованный мужлан, а последуют за мной. Моя смерть ничего не значит, это не конец, а лишь начало! Жаль, что не увижу финала, но ничего. Пусть пройдут годы, пусть даже столетия... (Дальше тихо говорил, я не уверен, что всё расслышал верно.) И всё же посетить Динеит стоило, не успел. Ну да ладно, теперь поздно жалеть, пора прощаться с этим миром".

— Ривей, а что такое Динеит? Город?

— Не знаю, впервые слышу о таком. — Магистр придвинулся ко мне. — Покажи, где прочитала.

Я указала пальцем на заинтересовавшую меня запись. Ривей бегло прочитал её вслух и резко потянулся за пером и листом: хотел выписать название, наверное, хотя я была уверена, что мы оба его запомнили. При этом магистр слегка толкнул меня, но от неожиданности я чуть не упала. Ривей успел поймать, обхватив рукой и прижав к себе. Моё лицо оказалось совсем рядом с его.

— Простите, — прошептала я, сама не понимая, за что извиняюсь.

— Вы простите, — выдохнул магистр, когда его губы уже почти прижались к моим. Подумать, за что извиняется он, не успела — меня поцеловали. Поцеловали так, что все мысли разом покинули голову, уступив место нахлынувшему наслаждению. Да, прошлый раз, оказывается, поцелуем назвать сложно — лишь скромное касание, а по-настоящему целовалась я лишь сейчас. И сама не поняла, когда стала отвечать. Неумело и неловко, но я отвечала, а Ривей всё крепче обнимал. Его рука скользила по спине, вызывая волну дрожи.

Скрип двери и негромкое "Всё же помешал" вернуло в реальность. Отпрянула от магистра, обернулась и увидела архивариуса, смотревшего на нас с хитрой улыбкой.

— А я думаю, что вы так долго с этими папками возитесь? Ночь уже. Но теперь понятно! Мне уйти? Дальше будете работать? — последнее слово как-то с подтекстом прозвучало.

— Мы нашли то, что искали. — Ривей, в отличие от меня, не смутился. — Пожалуй, нам действительно пора. Эту папку, — он указал на не просмотренную ещё нами подшивку, на место не возвращайте, отложите пока. Я её ещё просмотрю.

Он встал, пока говорил.

— Учитель, вам знакомо место под названием "Динеит"? — мы не сомневались, что раз Динерий писал "посетить", значит, речь идет о каком-то месте.

— Нет, не слышал такого. Поискать?

— Не стоит. Наведаемся завтра в библиотеку дворца, посмотрим по каталогам, — ответил следователь, протягивая мне руку. — Нам пора, Лил. И вам, и мне завтра на занятия надо.

Магистр открыл портал, и мы шагнули в него.

— До свидания, — успела сказать архивариусу.

— —

Место, где мы очутились, узнала сразу — гостиная в покоях магистра. Вот только сейчас сообразила, что не поинтересовалась прошлый раз, где именно находятся эти покои. Насколько помню, в нашей Академии у преподавателей далеко не такие роскошные апартаменты. Ну, разве что у ректора. Задёрнутые портьеры снова не позволили увидеть, что же это за место.

— Магистр, мы ведь не на территории Академии?

— В Академии у меня только спальня, если не считать преподавательского кабинета, а приглашать вас туда я считаю неудобным. — Ну вот, неудобным считал он, а покраснела, почему-то, я. Да я целовалась-то впервые лишь несколько минут назад, а мысли при упоминании о спальне магистра куда-то уж о-о-очень далеко убежали. Я, конечно, девушка тихая и скромная, но читать люблю и многое знаю. Тряхнула головой, прогоняя представившуюся картинку прочь.

— Вы, наверное, уже спать хотите? — заметив моё движение, предположил магистр. — А мы ведь даже не поужинали. Нет, без ужина я вас не отпущу. Садись, подожди немного, — подтолкнув меня легонько к креслу, магистр направился к одной из дверей. — Я сейчас. — И вышел из комнаты.

Я решила проигнорировать диван и кресла и устроилась прямо на ковре. Камин горел, что ещё больше утвердило меня в догадке — я у магистра дома. Ведь в Академии у преподавателей не было слуг, которые поддерживали бы огонь, только горничные убирали комнаты, ну и дух-хранитель иногда помогал.

Магистр отсутствовал, и я решила всё-таки посмотреть в окно. Любопытство одолевало. Подошла к окну, но отодвинуть портьеру не успела — дверь открылась, магистр быстрым шагом зашёл в комнату.

— Лилинея, простите меня, но я вынужден просить вас ненадолго скрыться в спальне. — Он взял меня за руку и, открыв вторую дверь, завёл туда. — Это буквально на несколько минут. — Дверь за мной закрылась.

Я стояла в недоумении, не решаясь сделать и шагу. Я в мужской спальне! Хорошо, что одна, но всё же. Интересно, зачем и от кого Ривей решил меня сюда спрятать? Осмотрелась. Спальня была роскошной, хоть и подчеркнуто мужской. Магистр явно предпочитал в интерьере темные цвета. Здесь и балдахин над кроватью, и портьеры на окнах, и обивка мебели были из тёмно-зелёной ткани. Ковер привычно выделялся и был почти белым. В спальне, как и в гостиной, горел камин. Другого освещения не было.

Я решила всё же выглянуть в окно, но тут услышала стук. Стучали в дверь гостиной.

— Войдите, — это Ривей.

— Ты во дворце, и явно не один? — женский голос был мне не знаком, что неудивительно. Постойте, где? Во дворце? Мы во дворце???

— И что ты этим хочешь сказать, Вилена? Я должен был отчитаться?

— Ты игнорируешь меня, я вижу тебя разве что мельком, когда приходишь к императору, ты пропадаешь в своей этой Академии, а теперь ты ещё и с кем-то спутался.

— Вилена, ты забываешься!

От холода в голосе магистра даже я замерла и дышать почти перестала. Кто же это сейчас с магистром? Кто может так себя с ним вести? Любовница? Ведь я точно знаю, что он не женат и помолвлен быть не может, раз кольцо у меня.

— Я твоя невеста и имею право на это!

— —

Невеста. Ударь сейчас молния, она не произвела бы на меня такого впечатления, как это слово. Невеста... У него есть невеста... Нет, я, конечно, понимала, что своё родовое обручальное кольцо Ривей надел на меня лишь с целью защиты, но больно. Мне было больно! Зачем обнимал, целовал, приручал... Слёзы покатились сами. Плакала. Я плакала из-за мужчины...

— Нет, Вилена, и ты это знаешь. Нашей свадьбе не бывать никогда, — донёсся до меня голос магистра.

— Отец сказал, что ты женишься на мне, — женский голос звучал уже не так уверенно, как раньше. — Я думала, вы всё решили. Ты же понимаешь, что этот брак выгоден нашим семьям!

— Повторю: этому браку не бывать, Вилена. Министр об этом знает. И чтобы ты это поняла, поясню — у меня уже есть невеста, которую приняли артефакты моего рода.

Громкий вскрик и хлопнувшая дверь дали мне понять, что разговор в гостиной закончен, но я не могла даже пошевелиться. Магистр вошёл в спальню. Хотела отвернуться, но не успела, он заметил моё заплаканное лицо.