— Что-то еще произошло?— насторожился его милость.
— Увы. Снова эти жуткие убийства. И на этот раз их размах просто чудовищен.
— Что вы имеете в виду?
— Я не спал всю ночь и лишь с восходом солнца, когда Она теряет силу, а Ее исчадия тают в предрассветном тумане, решил хоть немного вздремнуть, меня разбудил вестовой из участка. Он-то и сообщил мне о страшной трагедии, произошедшей ночью, и настоял на том, чтобы я явился на место преступления незамедлительно. Знаете, куда он меня отвел? На городскую скотобойню...
Сердце Гримара сжалось в нехорошем предчувствии.
— ...Там... Вы, наверное, знаете, эти крюки, на которых висят туши свиней...— каждое слово давалось Маньялю с превеликим трудом.— Прошлой ночью на них повесили людей. Женщин.
— Каких?— спросил Адан и не узнал своего голоса.
— Падших.
Гримар с облегчением вздохнул, понимая, что среди жертв не будет тех, кто носил бы знакомое ему имя.
— Их было трое... Три тела... Когда я их увидел...— Лу был слишком впечатлительным для подобного зрелища. Даже сейчас он, вспоминая, побледнел, борясь с подкатившей к горлу тошнотой.— Хорошо, что я к тому времени так и не успел позавтракать...
— Тьма?— коротко спросил Гримар.
— Нет... Не думаю... Их тела... Эти следы... раны... Они похожи на те, что мы с вами наблюдали на теле в покойницой, в полицейском участке. Мисси Грэн, помните? Один в один.
— А... когда это случилось?— задумался Адан.— Я имею в виду все эти жуткие убийства.
— Не могу точно сказать. Патран Шорнак, владелец скотобойни, ничего не слышал, никого не видел. Он отправился спать с заходом солнца, и даже Она... то, что происходило в городе, прошло мимо его внимания. Вы не находите это странным?
— Ну-у...
— А мне кажется, он просто покрывает своего сына. К вашему сведению, это очень странный молодой человек. Всем известно, что он с раннего детства слаб на голову. Видели бы вы, как он улыбался и хихикал, глядя на искромсанные тела, когда мы сняли их с крюков. Ни капли сострадания!
— Видите ли, Маньяль,— устало вздохнул Гримар, понимая, к чему клонит полицейский.— Я немного знаком с этим молодым человеком, и с уверенностью могу заявить, что он, на самом деле, тяжело болен.
— Ничуть в этом не сомневаюсь. Но этот факт не освобождает его от ответственности. Так или иначе, но мы задержали его, невзирая на протесты его отца.
— И вы напрасно это сделали. Мальчик не убивал несчастных... женщин.
— Кто же тогда?
— Я могу назвать вам приметы человека, истинного убийцы. Он довольно высокого роста, худощав и жилист, силен. Скорее всего, он из знатной семьи, у него хорошо хорошие манеры и поставленный голос, тонкие длинные пальцы и... Пожалуй, это все, что мне о нем известно.
— Но откуда?— изумился Маньяль.
— Вы же знаете, по какой причине я прибыл в ваш город.
— Чтобы вступить во владение особняком на Замковой улице.
— И не только. Я прибыл сюда еще и для торжества справедливости. Вы ведь так и не нашли того, кто убил Аскера Гарната. Так вот, я могу вам с полной уверенностью заявить, что человек, убивший моего старого приятеля, и тот, кто убивает по ночам всех этих женщин — одно и то же лицо. А его приметы... Я видел его. К сожалению, на его лице была маска, и я не могу рассказать вам подробностей, но все остальное — чистая правда.
— Вы вышли на след убийцы?— с нескрываемой печалью в голосе произнес Лу.— Вы, а не я... Наверное, однажды я выбрал для себя неверную стезю.
— Вы ошибаетесь, Маньяль. Просто мне повезло, а вам — нет,— его милость поспешил заверить полицейского.
— Нет, нет, я просто никчемный невежда и, да, злосчастный неудачник.
— Не наговаривайте на себя, мой друг. К тому же еще не все потеряно. И после того, как я попал... сюда, кто же, если не вы, сможет поймать настоящего преступника?
— Вы так думаете?
— Выше нос, Маньяль! Жертвы этого нелюдя ждут своего отмщения. И отпустите бедного мальчика, ему и без всего этого приходится несладко.
— Я... сделаю все, что в моих силах. Но как же вы? Вам не место в этом... в этом...
— Делайте свою работу, Лу, а обо мне не беспокойтесь. Все образуется, вот увидите.
— Ну, раз вы так об этом говорите... Я пойду?
— Конечно, идите... Ах, да, не сочтите за труд, загляните на Замковую улицу и известите моего дворецкого о моих... хм... затруднениях. А то старик уже, наверное, места себе не находит после моего внезапного исчезновения.
— Да, да, разумеется, всенепременно.
— И еще зайдите к...— Адан хотел, чтобы Маньяль навестил Люсинэ и передал ей, что у Гримара все в порядке — пусть не волнуется. Но передумал.— Нет, ничего, идите.
Лут, похоже, все же отирался где-то поблизости, потому как появился, едва Маньяль приблизился к решетке. Лу махнул рукой его милости и ушел.
А Гримар принялся прохаживаться по камере, размышляя над тем, что рассказал полицейский. У него не было никаких сомнений в том, что очередное убийство девушек и ночные выходки Тьмы взаимосвязаны каким-то образом. Все это было похоже на то, что приспешники Тьмы приносили жертву своей Госпоже... Цель жертвоприношения была пока непонятна его милости. Но кое-что он взял на заметку. В этот раз человек в маске эльфа убил не одну, а сразу троих девушек. И Тьма непривычно разбушевалась.
Это не могло быть случайностью.
И еще...
Подойдя к трещине в стене, Адан громко произнес:
— Глубокоуважаемый Мастер Глифов! Я обязан Ее остановить.
Глава 24
