— Спасибо за подробное объяснение, господин Хаторо, — поднявшись на ноги, девушка церемонно поклонилась, сразу же вспомнив бандитов, напавших на господина Дого Асано. Хотя чиновник в Канори говорил, что те разбойники выдавали себя за дворян. А может, они ими и являлись на самом деле?
Собеседник коротко кивнул.
— Но, господин Ждао, — кашлянув, пробормотал Сайтам. — Если разбойники пришли по воде, как мы спаслись на лодке?
Побратимы озадаченно переглянулись. Поднявшись, старший из них огляделся и указал рукой в направлении мыса.
— Они пристали к берегу с стой стороны косы и пришли к нам вон по тому проходу в зарослях.
Все встали и тоже посмотрели туда, где в сплошном массиве кустарника ясно различался широкий проём.
— Надо бы проверить то место, — проворчал себе под нос мичман российского императорского флота. — Вдруг туда на лодке и не подойдёшь?
— Сходите, господин Ждао, и посмотрите, — проворчал бывший офицер городской стражи. — Пока ещё светло.
— Я с вами! — сын олигарха тут же вызвался его сопровождать.
"Я тоже!" — чуть не ляпнула Платина, но вовремя придержала язык, вместо этого вызвавшись сходить за сухими ветками для костра.
Хаторо не возражал. Вдвоём с Куджичи они сели в лодку, намереваясь пристать примерно в полутора метрах от этого места. Тогда на берегу останутся следы от двух судёнышек.
Ни на минуту не забывая о змеях, Ия углубилась в заросли, обламывая засохшие стволики. Шагов через двадцать она наткнулась на хорошо утоптанную тропинку, но исследовать её не стала, а принялась складывать там хворост.
Когда почти стемнело, увязала охапку хвороста и, взгромоздив её на спину, отправилась к костру. Молодые люди уже вернулись, и Жданов обстоятельно рассказывал о результатах разведки.
— Место хорошее. Берег песчаный. Только утром надо бы там немного потоптаться, чтобы оставить побольше следов.
— Если вам так хочется, можно и потоптаться, — снисходительно усмехнулся бывший офицер городской стражи. — Но сейчас нужно отдыхать. Завтра придётся вставать ещё до рассвета. Почтенный Сайтам, принеси циновки из лодки и постели их у костра. Я сторожу первый. За мной достопочтенный Куджичи, потом господин Ждао и последним ты.
— Да, господин Хаторо, — кивнул отпрыск олигарха, поднимаясь.
Пока беглая преступница ходила за топливом, Итоми уложила на дно их судёнышка толстый плащ покойного лучника и, тесно прижавшись, девушки даже смогли им укрыться.
От реки тянуло прохладой и сыростью. В темноте противно звенел многоголосый комариный хор, вместе с волнением от предстоящей завтра встречи с местными жителями напрочь отгоняя любой сон.
Платина просто лежала с закрытыми глазами, время от времени сдувая с лица наиболее докучливых кровососов. Дочка судовладельца притихла, но, судя по тихому шмыганью носом, тоже не спала.
Мужчины ещё какое-то время лениво обсуждали детали "легенды", но постепенно смолкли и их голоса.
— Спите, Ио-ли? — еле слышно прошептала девушка.
— Уснёшь тут, — недовольно проворчала беглая преступница. — Холодно, и комары достали.
— До чего достали? — живо заинтересовалась собеседница.
— Я хотела сказать: надоели, — поправилась Платина.
— Приподнимитесь немного, — попросила дочка олигарха. — Я подтяну плащ, чтобы вы могли лучше укрыться.
— Не нужно, — поморщилась Ия. — Всё равно не хватит. И не зови меня на "вы".
— Не буду, — охотно согласилась Итоми и вдруг, повернувшись на бок, тесно прижалась к ней и даже обняла за талию.
В памяти пришелицы из иного мира всплыли воспоминания, о которых она предпочла бы забыть, но девушка деловито пояснила:
— Так теплее, — и уточнила с нескрываемой тревогой: — Неужели охранники землевладельца и в самом деле приплывут сюда, чтобы проверить нашу историю?
— Не знаю, — честно призналась беглая преступница и, не утерпев, поделилась своими опасениями: — Просто я заметила, что после каждой удачи всегда происходит что-то... нехорошее. Вот и боюсь.
— В мире должна царить гармония, — собеседница солидно повторила чьи-то сильно мудрые слова.
— Ага! — возмущённо фыркнула Платина. — И добро уравновешиваться злом! Читала я эти дурацкие бредни. Только одно дело — вести "чистые беседы" с учёными приятелями в озёрной беседке за чашечкой джангарского чая, и совсем другое — оказаться в такой... вот ситуации. Тут не до философии. Выжить бы.
— Но нас-то с тобой никто об этом нападении спрашивать не будет? — с надеждой спросила девушка.
— Охранники, наверное, не станут, — согласилась Ия. — Но женщины в деревне точно будут приставать с расспросами. Им же интересно! Ещё бы! Такое происшествие рядом с их глухой деревней. А потом они перескажут всё своим мужьям. Поэтому надо, чтобы наши слова совпадали.
— Я понимаю, — печально вздохнула Итоми, проговорив совсем невпопад: — Скорее бы всё это кончилось. Домой хочется.
"А ещё позавчера говорила, что ей с нами хорошо", — напомнила себе пришелица из иного мира, но вслух не сказала ничего. Она почти согрелась, и сон наконец-то начал обволакивать усталое сознание.
Товарка по несчастью уже мирно сопела ей в шею, но от этого делалось только теплее. Беглая преступница почти заснула, когда какая-то летучая мерзость заползла ей в ноздрю.
Громко чихнув, девушка резко открыла глаза. Небо над головой заметно посерело, звёзды потускнели. Выпутавшись из рук и ног дочери судовладельца, она откинула край плаща и, сев, огляделась по сторонам.
Костёр еле дымился. Возле него, завалившись на бок, похрапывал Сайтам. Прочие мужчины спали поодаль, сбившись в комок на расстеленных циновках. Громкий чих разбудил только бывшего офицера городской стражи. Остальные дружно продолжили дрыхнуть.
— Не передумали следы оставлять? — встретившись с ней взглядом, ухмыльнулся дворянин. — Может, лучше ещё немного поспать?
— Не передумала, господин Хаторо, — покачала головой Платина, вылезая из лодки. — Лучше сейчас встать пораньше, чем потом уснуть навсегда.
Убийца и дезертир на миг задумался, видимо, пытаясь разобраться в её словах, потом одобрительно хмыкнул.
— Да, вечный сон лучше отложить.
И резко скомандовал:
— Вставайте!
От этого негромкого, но внушительного рыка отпрыск олигарха вскочил, словно подброшенный невидимой катапультой. Испуганно оглядевшись по сторонам, он ошарашенно уставился на бывшего офицера городской стражи вытаращенными, ничего не понимающим глазами.
— Это так ты, почтенный, нас охраняешь? — сурово нахмурился дворянин. — Костёр погас, сам спишь, как жаба зимой!
— Простите, господин Хаторо! — вскричав, побледневший толстяк рухнул на колени и звонко хлестнул себя ладонью по щеке. — Я виноват! Виноват!
— Что тут происходит? — недовольно проворчал судовладелец, поднимаясь на ноги с помощью мичмана российского императорского флота. — Почему ты бьёшь себя, Сайтам?
— Твой сын, достопочтенный, заснул, — повернувшись к нему, объяснил дворянин. — И только милостью Вечного неба на нас не напали дикие звери или злые люди!
— Как ты мог?! — охнул олигарх.
— Прости, отец! — молодой человек отвесил себе новую пощёчину. — Я виноват! Не знаю, как так случилось. Наверное, я просто очень сильно устал.
— Все устали! — резко оборвал его Куджичи и церемонно поклонился бывшему офицеру городской стражи. — Простите его, господин Хаторо. Это моя вина. Я слишком баловал своего непутёвого сына, и он оказался не готов к тем испытаниям, что послало нам Вечное небо.
— Ему не у меня надо прощения просить, достопочтенный, — покачал головой собеседник. — Кроме нас с господином Ждао, он чуть не погубил тебя и твою дочь.
— Прости, отец! — взмолился проштрафившийся отпрыск. — Я никогда больше так не сделаю!
— Мой сын осознал свою ошибку, господин Хаторо, — заверил судовладелец.
— Надеюсь, что так, — хмыкнул дворянин.
Пока мужчины выясняли отношения, девушки сходили в кустики, умылись и привели себя в порядок, насколько это возможно в подобных условиях.
Дождавшись их, бывший офицер городской стражи выдал окончательную версию ночного нападения, в том числе объяснив, как же им удалось спастись.
В качестве осязаемого подтверждения их истории все несколько минут бестолково шатались по стоянке. Потом Жданов с Сайтамом сели в лодку и поплыли за мыс. А остальные отправились туда пешком, стараясь оставить как можно больше следов.
Когда они вышли на берег, там уже стояло их судёнышко, а молодые люди торопливо расхаживали по крошечному пляжику, где на плотном песке чётко выделялись отпечатки подошв их обуви.
— Если хотите, чтобы всё выглядело правдоподобно, придётся выбросить лук, — с плохо скрываемой насмешкой проговорил дворянин. — И сапоги тоже. И служанки в мужской одежде не ходят.
— Я знаю, господин Хаторо, — заверила его Платина, стаскивая куртку. — Сейчас отойдём подальше, и я всё утоплю.
— Хорошо, — усмехнулся тот, вместе с другими мужчинами стаскивая лодку в воду.
Признавая правоту его слов, Ия больше всего жалела лук, понимая, что ей вряд ли ещё когда-нибудь попадётся такое великолепное оружие.
— Надеюсь, почтенную Итоми вы раздевать не собираетесь? — ехидно поинтересовалась она, увязывая вещи в узел, перед тем как выбросить их за борт.
— Не странно ли, когда хозяйка в платье, а служанка в нижнем белье? — вопросом на вопрос ответил собеседник.
— Господин Хаторо! — в сильнейшем волнении вскричал Куджичи. — Вы хотите раздеть и мою дочь?! Но это же неприлично! Она из уважаемой семьи, как же её репутация?
— Отец! — голос дочери дрожал от страха, но вид она имела очень решительный. — Господин Хаторо прав. И нет ничего страшного, если я посижу здесь в лодке в одежде для сна. Всё равно ты в деревне купишь мне какое-нибудь платье.
— Зато теперь уже все поверят, что на нас в самом деле напали разбойники, — тихонько пробормотал себе под нос Сайтам.
Пожевав губами, олигарх почему-то зло посмотрел на беглую преступницу и, досадливо махнув рукой, отвернулся.
Вот теперь их компания, с точки зрения пришелицы из иного мира, больше походила на жертв кораблекрушения или ограбления. Сжавшись в два комочка, девушки, ёжась от утренней прохлады, сидели на корточках, обхватив себя за плечи, а мужчины, чтобы согреться, то и дело менялись за вёслами.
Хорошо хоть, карабкавшееся в прозрачную синеву солнышко давало надежду на то, что долго зябнуть им не придётся.
— Корабль! — громко сказал Куджичи. — Сзади.
Все взгляды тут же устремились туда, где из-за изгиба реки появилось небольшое судно с четырьмя парами вёсел. Ветер ощущался крайне слабо, видимо, поэтому парус так и оставался сложенным и привязанным к верхней рее одинокой мачты.
— Плывём к берегу? — с нотками растерянности в голосе спросил олигарх.
— Не успеем, — не удержала язык за зубами Платина.
— Если нас ограбили, то надо просить о помощи, — усмехнулся бывший офицер городской стражи. — Иначе это будет неправдоподобно. Не так ли, госпожа?
— Точно так, господин Хаторо, — согласилась Ия.
— Меня зовут господин Ноно Томазо, — напомнил собеседник. — А прежние имена лучше забыть.
— Не лучше ли развернуться и идти им навстречу? — ни к кому конкретно не обращаясь, произнёс мичман российского императорского флота.
— Только не торопитесь, — предупредил гребцов его побратим, напомнив: — Мы убегали от разбойников и очень устали.
Успевшим уже сегодня изрядно вымотаться молодым людям почти не пришлось притворяться, с видимым трудом выгребая против течения.
Судно приближалось. На носу стояли два прилично одетых простолюдина и, оживлённо переговариваясь, указывали на низко сидевшую в воде лодку со странно одетыми людьми.
Звук по воде расходится далеко, поэтому они скоро услышали вопрошающий крик:
— Кто вы?! Что случилось? Куда плывёте?
Привстав, Куджичи приложил ко рту сложенные рупором ладони.
— Разбойники! На нас напали разбойники!
Похоже, на судне расслышали ответ, потому что заговорили между собой ещё энергичнее, а из-за борта поднялись головы привлечённых тревожной новостью гребцов.
— Где это случилось? — донеслось с корабля.
— Там! — неопределённо махнул рукой олигарх. — Ночью. Мы встали отдохнуть, а они напали! Забрали лодку с товарами и все наши вещи! В чём спали, в том и спаслись.
— Плывите сюда! — призывно махнул рукой плотный, пожилой мужчина с редкими, седыми усами и бритым подбородком.
— Спасибо, почтенный! — Куджичи сделал попытку отвесить церемонный поклон, но едва не упал, вовремя подхваченный бывшим офицером городской стражи. — Я уж думал, самим придётся грести до какой-нибудь деревни.
Отвернувшись, собеседник что-то сказал. Матросы торопливо убрали вёсла на палубу.
— Меня зовут Сюк из Кюси, — представился мужчина, когда его люди помогли судовладельцу подняться на палубу. — Я капитан "Водомерки", а это...
Он указал на склонившего голову подтянутого, пожилого человека в длинном плаще поверх халата из дорогой ткани.
— Почтенный Зеки из Фаусё, — не дожидаясь, пока его представят, назвал своё имя тот. — Везу товар в Амакону. А кто ты, почтенный?
— Кутум из Лайта, — почтительно поклонился олигарх. — Это мой охранник господин Томазо.
Хаторо коротко кивнул.
— Мой сын Лепен.
Сайтам склонился в поклоне.
— Мой помощник Кохл из Рингара.
Жданов последовал его примеру.
— А это моя дочь Оми со служанкой.
— Что с вами произошло? — торопливо спросил купец. — О каких таких разбойниках ты говоришь?
— Не спеши, почтенный Зеки, — остановил его капитан "Водомерки". — Ещё успеешь всё узнать. Видишь же, что наши гости устали и, наверное, проголодались?
— Это так, — вздохнул Куджичи, изображая вселенскую скорбь не хуже профессионального актёра. — Сначала мы долго гребли, потом прятались на берегу.
Он тыльной стороной ладони смахнул с заросшей щеки несуществующую слезинку и, словно опомнившись, принялся торопливо отнекиваться.
— Не стоит беспокоиться, почтенный. Не хотелось бы причинять тебе лишние заботы.
— О чём ты говоришь, почтенный?! — деланно возмутился собеседник. — Разве не долг каждого достойного человека помочь попавшим в беду? Давай пройдём на корму. Там вы сможете отдохнуть. Я прикажу подать рисовых шариков и чаю. Вы покушаете и расскажите нам, что случилось.
— Ты заставляешь меня чувствовать себя неудобно, — в полном соответствии с местными правилами приличия смутился судовладелец.
— Нет, нет! — энергично замотал головой Сюк из Кюси. — Я настаиваю. Позволь мне тебе помочь.
— Тогда... — олигарх замялся. — Нет ли у тебя на корабле какого-нибудь уединённого места для моей дочери? Она не совсем одета.
Капитан задумался, а его спутник, сбросив с плеч накидку, протянул её Куджчи. — Вот, пусть пока прикроется.
— Спасибо, почтенный Зеки, — низко поклонившись, олигарх принял плащ и протянул его Ие. Та тут же завернула в него Итоми.
— У меня маленький корабль, почтенный Кутум, — извиняясь, развёл руками капитан. — Всего одна крошечная каюта...
