Или это был совсем даже не идиотизм, вдруг подумал он. Сознательно довести орамульцев до мятежа, после чего пожать всю возможную славу от победы в этой легкой войне. Эта мысль была новой и очень тревожной. В такую подлость было трудно поверить. Но подлость не требует усилий, не так ли?.. Главное — решиться на неё. Всё остальное же очень даже просто — хамство и угрозы в обычном стиле Гегемонии, плюс раздолбайство, тоже в её обычном стиле. Алчные интенданты, продающие оружие мятежникам, арсеналы, оставленные без должной охраны, войска, направленные совсем не туда, куда нужно, из-за путаницы в приказах... всё это представало теперь в куда более мрачном свете, чем обычная некомпетентность, помноженная на самоуверенность. Как прямая измена.

Увы, Арчегов понимал, что доказать это будет крайне трудно, если вообще возможно. Если заговор вообще существовал, заговорщики, конечно, не протоколировали свои заседания. Даже сомнительные приказы вряд ли отдавались. Несколько дураков не на своих местах — вполне достаточно... и достаточно просто не замечать их глупости, вовремя ложить под сукно отчеты об истинном положении дел, обвиняя их авторов в "паникерстве" или просто пуская по инстанциям, где они будут "изучаться", пока не станет слишком поздно. Нельзя заглянуть в голову мерзавцам и сказать, что такой итог они и планировали.

Или можно?.. Про сарьют говорили, что они могут читать мысли. И один из них как раз поблизости. Будет довольно забавно рассказать Охэйо о своих подозрениях и посмотреть, что он на это скажет...

Глава 9

— Итак? — нетерпеливо спросил Азраэль. — Какова оценка сил противника?

Шуан, начальник разведки откашлялся:

— В настоящее время, по мнению полковника Гама, наиболее боеспособной является 20-я транслайнная дивизия. Она насчитывает 24 тысячи марьетов и имеет численность наёмных войск около 50 тысяч человек. Марьеты вооружены различными винтовками, в том числе лазерными. В бою ведут себя как мобильные роботы, но могут и действовать как люди, если это необходимо.

— Марьеты не люди, — резко возразил Азраэль. — Это просто роботы. Точнее биороботы.

— Определения не имеют значения. Важно то, что эти марьеты могут не только слепо исполнять приказ, но и проявлять инициативу, что делает их довольно неприятными противниками. Не всегда, но... непредсказуемо, что делает их ещё более неприятными. Наёмники — другое дело, они не отличаются храбростью, но зато очень коварны. Ждать от них честного боя было бы смешной наивностью. К тому же, у них было время подготовить оборону. И, конечно, с массой неприятных сюрпризов для нас.

— Иными словами, вы предлагаете не штурмовать Шулемез, а нанести удар где-то в другом месте? — спросил Азраэль, едва сдерживая свой легендарный гнев.

— Откровенно говоря да, — Шуан вздохнул. — Я не говорю о том, что мы не сможем победить, нет. Просто потери... будут очень велики.

— Потери не имеют значения! — Азраэль резко взмахнул рукой, словно отметая возражение. — Мы ведём священную войну, в ней нет места трусости!

— Но наши резервы... — вдруг сказал генерал Цин, — они не беспредельны. Правду говоря, мы уже получили всех добровольцев, каких только могли получить. В дальнейшем наши силы будут только таять.

— Не будут. Я могу объявить мобилизацию и призвать хоть миллион человек! Пять миллионов!

— Но политические последствия... — начал Цин. — Подумайте. Нельзя вести священную войну насильно! Многие воспримут это, как кощунство. Очень многие, на самом деле. Это станет настоящей катастрофой. Концом нашего дела. Признанием того, что мы не можем вести за собой столько людей, сколько нам нужно. Просто потому, что они не считают наше дело правым.

— Просто потому, что люди слишком тупы, чтобы понять это! — заорал Азраэль, всё же сорвавшись. Всё, хватит, я не желаю больше это слушать! Завтра же мы нанесём удар по Шулемезу! Завтра же я объявлю мобилизацию! Призову пять миллионов! За уклонение от призыва — смерть! За дезертирство — смерть! За отказ идти в атаку — смерть, смерть, смерть!..

Коротко треснул выстрел. Азраэль схватился за грудь, обводя собрание диким взглядом. Потом с тупым стуком рухнул лицом на стол и замер.

— За безумие — смерть, — тихо сказал Шуан, опуская маленький пистолет. — Итак, господа, наш великий вождь скоропостижно скончался. И нам нужно решить, что делать дальше. Потому что наше дело, каким бы правым оно ни было, подошло к критической точке. Очевидно, что мы не сможем одержать победу. Противник слишком хорошо окопался, к тому же, он получает подкрепления Извне. Наши же ресурсы исчерпаны.

— Вы предлагаете начать переговоры? — спросил Цин.

— Да. Это единственный разумный выход. Мы уже достигли всего, чего могли. В дальнейшем ситуация будет лишь ухудшаться. Соотношение сил меняется отнюдь не в нашу сторону, и я не вижу способа изменить это, кроме всеобщем мобилизации. Которая станет для нас политической катастрофой. Поэтому выбора у нас нет. Нужно заключить, по меньшей мере, перемирие, хотя бы для того, чтобы укрепить наши позиции на случай вражеского наступления. А лучше всего объявить, что мы уже достигли своей цели и победили врага.

— Но мы НЕ победили, — напомнил Цин.

— Конечно. И не сможем. Но это не имеет значения, в самом деле. Ситуация будет такой, какой мы представим её.

...........................................................................................

— Время пришло.

— А? — Мурри ошалело уставился на совершенно незнакомого парня, с которым столкнулся в коридоре. И тут же, каким-то шестым чувством, понял, что это марьют. Но не такой, как он. Разведчик. Совершенно обычный на вид.

— Держи, — парень вручил ему что-то вроде спичечного коробка. — Ты знаешь, что делать.

Он свернул за поворот и исчез, словно его и вовсе не было.

............................................................................................

Мурри вздохнул, задумчиво покачал коробок на ладони — он оказался тяжелым — потом быстро зашагал в свою комнату. Чувства его были сложными. С одной стороны он был, конечно, рад, что Мастер, наконец-то, удосужился найти его. Как-никак, он болтался здесь уже второй месяц, и не сказать, что болтание это было приятное. С другой — вся база гудела от известий о перевороте, о гибели Великого Вождя и страшного полковника Бэлла, и он не сомневался, что Мастер поручит ему какое-то задание, конечно же опасное. И рисковать придется не только своей головой — черт бы с ней! — но и жизнями ребят из его отряда... Ведь ходили слухи, что Бэлл на самом деле не погиб и уже готовит отмщение.

Да, у него теперь был свой отряд, пусть и небольшой — тридцать два человека. Мельхиор, поразмыслив, поручил ему подготовку новобранцев — обычное занятие для сержанта. Мурри не был уверен, что готов к такой должности — но его мнения, как обычно, никто не спрашивал.

Дело, впрочем, оказалось не такое уж сложное — показывай различные боевые приемы и говори "делай, как я". Получалось, честно говоря, не очень, но с этим ничего нельзя было поделать — Охэйо как-то говорил ему, что когда создавали Детей, генокодинг находился в зачаточном состоянии, а многие усовершенствования марьют, такие, как наносеть, вообще не могут быть прошиты генетически — их может создать лишь биоформатор. Мурри получил репутацию "железного сержанта", что, конечно, ему льстило... но ему очень не нравилось то, как он должен этой репутацией воспользоваться.

Он вздохнул и помотал головой. Так или иначе, пора было заняться делом.

...........................................................................................

Вернувшись в свою комнату, он запер дверь и открыл коробок. В нем было что-то вроде металлической пыли, и он не дрогнувшей рукой высыпал её на стол. Всё, что он сейчас видел, — это россыпь крошечных стрелок. Они были направлены взад и вперёд, словно кто-то поднёс к ним магнит. Но на самом деле это был голографический лазер с передатчиком. Он превращал сигналы в крошечные вспышки света, которые вот-вот должны были появиться на мониторах в кабинете Аннита.

Наклонившись, Мурри потрогал пыль. И та засветилась. Слишком тускло, чтобы можно было увидеть это человеческим глазом, но для него сигнал на объемном экране был четким. Он с облегчением вздохнул. Теперь оставалось лишь ждать, когда Мастер ответит... но терпения Мурри было не занимать. Наконец, через несколько минут, на экране появилось призрачное лицо Охэйо.

"Получилось?" — беззвучно спросил он и тут же улыбнулся. — "Да. Рад тебя видеть, Мурри. Теперь у нас есть связь. Это хорошая новость. Ещё более хорошая — Азраэль доигрался и наткнулся на пулю. Его преемники настроены более... конструктивно. Плохая — Фэриартос действительно жив. Он где-то здесь, в большой коммуникационной пирамиде, где у него находится штаб. И достать его там будет не так-то и просто, так как пирамида нам нужна в целом виде".

"И сделать это должен я?" — без труда догадался Мурри.

"Да, это был бы идеальный вариант. Ты и твои люди. Вы уже на месте, вы всё тут знаете. Конечно, я могу прислать Лиу, но их встретят здесь без восторга. Базу придется брать штурмом, в итоге погибнут тысячи людей. Ты можешь это всё предотвратить".

"Хорошо, я постараюсь", — буркнул Мурри.

Аннит несколько секунд молча смотрел на него.

"Не надо стараться. Просто сделай".

Он прервал связь.

............................................................................................

Мурри понимал, что он и в самом деле может изловить Фэриартоса. Однако для того, чтобы выполнить задуманное, нужно было убедить как можно большее количество людей. А стоит ли?.. Может быть, лучше затеряться в этих джунглях, это ведь идеальное место для укрывающихся беглецов. А вместо этого он всё утро выслушивал сплетни, только затем, чтоб убедить себя в том. что его затея на верном пути. С другой стороны, если всё равно не избежать этого, то почему бы и не попробовать?..

Мысль о том, что ожидает отряд, если они попадутся, вызывала у Мурри приступ тошноты. Но раздумывать над этим было некогда. Настало время действовать...

..........................................................................................

Темнота подземных коридоров пирамиды была абсолютной. Мурри шёл на ощупь, пальцы скользили по холодным стенам, покрытым странными рельефными узорами. За спиной слышалось тяжёлое дыхание его отряда — два десятка бойцов, таких же перепачканных грязью и кровью, как и он сам. Прорыв в пирамиду дался им нелегко. Штаб полковника они разгромили, но сам он сбежал. И явно не затем, чтобы скрыться. Зная его, Мурри не сомневался, что Фэриартос намерен уничтожить базу и всех людей в ней, просто для прощального привета миру.

— Ещё пятьсот метров, — прошептал проводник, местный партизан с выжженным на лбу клеймом дезертира. — Там будет центральный зал.

Мурри кивнул, сжимая в потной ладони импульсный пистолет. План был прост до безобразия: проникнуть в коммуникационный узел, найти Фэриартоса, не дать ему уничтожить базу.

Пункт три особенно беспокоил.

Проводник внезапно замер, прижав палец к губам. Впереди, в темноте, послышался металлический скрежет.

— Патруль, — едва слышно прошептал он.

Мурри жестом приказал отряду замереть. Сам прижался к стене, чувствуя, как капли пота стекают по вискам.

Из темноты вышли трое в рваной форме вертолётчиков. Их броня была покрыта странными символами — теми же, что Мурри видел в Капитуле.

— ...перезагрузка ядра через шесть часов, — бормотал один из них. — После этого старик сможет...

Он не успел закончить. Проводник Мурри метнул нож — и парень рухнул без звука. Двое других уставились на него — и Мурри молча рванулся вперед. Два выстрела — и ещё два трупа. Он не хотел этого, но выходка партизана не оставила ему выбора.

— Что он сказал про ядро? — прошипел Мурри, подбирая упавший коммуникатор.

Проводник пожал плечами:

— Фэриартос готовит что-то большое. Как всегда.

Мурри сжал зубы. Время кончалось.

...........................................................................................

Центральный зал оказался круглым помещением с высоким потолком. В центре парила голограмма всего Орамуля — но не того хаоса, каким был сейчас, а процветающей планеты с сияющими городами.

У голограммы спиной к ним стоял мужчина в потертом мундире.

— Я знал, что ты придёшь, — сказал Фэриартос, не оборачиваясь. Его голос звучал устало. — Охэйо всегда находит нужных людей.

Мурри поднял пистолет:

— База должна остаться целой. Мы не убийцы.

Фэриартос рассмеялся. Только теперь Мурри увидел, что его левая рука была механической — тонкие серебристые пальцы сжимали какой-то пульт.

— Ошибаешься, мальчик. Она должна быть уничтожена. Лучше верная смерть, чем жизнь в рабстве.

Фэриартос наконец повернулся. Его лицо было измождённым, но глаза горели.

Мурри посмотрел на пульт в механической руке полковника. На голограмму. На своих бойцов.

И нажал спуск.

Выстрел прозвучал как хлопок. Пульт разлетелся на куски.

Фэриартос насмешливо поднял бровь:

— Храбро. Глупо, но храбро. Я уже нажал кнопку.

Где-то глубоко под ними что-то взорвалось. Стены задрожали.

— Что ты сделал?! — крикнул Мурри.

— То, что должен был сделать двадцать лет назад. Я уничтожил бозонное ядро реактора.

Проводник в ужасе отшатнулся:

— Тогда база погибнет!

— Весь Орамуль уже погиб, — спокойно ответил Фэриартос. — Просто никто не хотел это признать.

Потолок начал рушиться. Они едва успели убежать из комнаты, прихватив с собой полковника.

............................................................................................

Несмотря на победу, настроение у Мурри было скверным. С одной стороны он вроде бы выполнил задание, с другой — полковник успел нажать кнопку, хотя, как оказалось, взрыв не смог разрушить базу. Мысль о напрасном и бессмысленном подвиге была неприятна.

На пути к поверхности они встретили нескольких беглецов, которые сообщили о том, что их ищут сторонники убиенного Азраэля — чтобы на месте казнить за измену.

Новость никого не обрадовала. Парни задумались, но решили, что лучше всё-таки показать этим уродам, что они не хозяева здесь. Однако они всё же понимали, что не могут тягаться с солдатами. Именно поэтому, когда они вышли в каком-то складском помещении с кучей ящиков, в которых не было почти ничего, кроме патронов к стрелковому оружию, они, переглянувшись и пожав плечами, стали доставать из ящиков доспехи и надевать их на Мурри, чтобы тот их защищал.

Фэриартоса же они явно не собирались тащить с собой: их не устраивала точка зрения мятежного офицера. Мурри она тоже не устраивала, но он не был поклонником самосуда, о чем и не замедлил сообщить самым решительным образом. Так как он был посланцем Мастера, его послушали. Фриартеса, очень избитого, но всё-таки вполне живого, притащили в штаб и швырнули в рабочее кресло. Он бессмысленно таращился по сторонам, то и дело утирая ладонью залитое кровью лицо. А к Мурри уже направились трое верзил, и только вмешательство партизана Фэри, начавшего "вразумлять" ребят, заставило их передумать. Иначе всё кончилось бы для него очень плохо. Люди, которых прожевали шестеренки Эмергенции, имели очень маленький запас терпения к тем, кто крутил их...