— И там, конечно, никакой метки тоже не появится, — кивнул ему. Продавец сник. — Мужик, давай так, ты мне отвечаешь на вопросы задаром, если соврал — я тебя найду и... — тот сглотнул и быстро закивал. Кира широко ухмыльнулась, когда стол с часами покрылся слоем льда. — И деньги. Скажем, тридцать воль. Бросай их сюда, будем считать сделкой — ты меня наебать пытался и теперь расплачиваешься, — в законах что-то о таком было. Хрен его знает, работает ли, если он за чертой города, но лучше перестраховаться. — Ну что, пойдёт?

— Сделка, сделка! — воскликнул он и бросил три больших монеты по десять воль каждая. Поймал их прямо внутрь Снегурочки — мелочь по сравнению с ловлей дождевых капель. — Спрашивайте, господин Сэм, как есть отвечу!

— Городом правит госпожа Мэй?

— Не напрямую, — качнул он головой. — Госпожу Мэй не видели уже много веков, но её сила... — он махнул рукой. Они обернулись. Сквозь пелену дождя пробивался тонкий лучик, пронзающий небеса. — Вы увидите в ясную погоду! Госпожа Мэй по-прежнему здесь, её сила соединяет небо городов! Я слышал, если бы не Мэй, никаких воздушных перелётов бы не было. Мэй держит небо и отразит любую угрозу, а Сумерией занимаются мэр, главный охотник и управляющий Фабрикой. Говорят, раньше Мэй вмешивалась сама, а сейчас, должно быть, её устраивает всё? И не смейте поминать госпожу Мэй злым словом, услышит какой охотник — не посмотрит, что без метки, до следующего утра не доживёте!

— И находится Мэй?..

— На Фабрике, конечно, вы сами увидите! Только не говорите, что у вас задание ей повредить! Я не хочу такое слышать, нет-нет-нет, не хочу!

— Успокойся, мужик, — поднял он руку. — Уж кому-кому, а Мэй мы вреда причинять не собираемся, даже наоборот. Значит, никаких аудиенций?

— Что вы, что вы! Многие хотели бы с Мэй поговорить, но проникнуть в самое сердце Фабрики... Говорят, туда пускают только управляющего да главного охотника. Говорят... — он понизил голос, — госпожа Мэй работает над каким-то тайным заказом от самой Компании.

— ОК, принято, — медленно кивнул, прикидывая. Добраться до Мэй будет непросто. Ту ли дорогу они выбрали? Поздно менять. — Как в Сумерии с транспортом? Сам город велик?

— Сумерия велика, — с толикой уважения ответил торгаш. — Живых не так много, дома пустуют, прокляты, заняты кошмарами, но сама Сумерия огромная, как справедливость Мэй! Можно целый день идти от края до края! Я знаю, ходил однажды так. Есть метро, но новичкам в метро идти... — он осёкся. — Вы сильные, но если попадёте на поддельный вагон — он и посильнее игроков съедал, не подавившись! Есть такси, проголосуйте у дороги, подождите, заплатите — быстро довезёт. Есть порталы и лётные пояса, но это для охотников и богачей.

— И сколько стоит пояс? — и как бы его раздобыть бесплатно? Идея вторгнуться на Фабрику по воздуху казалась заманчивой... на первый взгляд. Надо заценить местное ПВО. И охотников этих.

— Не дороже моих часиков, — хмыкнул торгаш. Уверился, что убивать не будет, наглеть вот начал, хмырь! — Лицензия на полёт — сто воль в месяц, не хотите ли?

— Охуеть, — озвучила его мысли Кира. — Слышь, чувище, а такси сколько? А метро? А то щас вызовем, а с нас сдерут как в... бро, где такси дорогое? А, блин, ты из постапока, короч, так скока?

— Три копейки в разрешёнку, в комендантку — хорошо, если в одну волю обойдётесь.

— Копеек в воле десять или сто? — уточнил он.

— Сотня, — торгаш разве что глаза не выпучил. — Вы совсем новички? И откуда такая сила-то?

— Нас игра нерфанула, чувак, — криво улыбнулась Кира. — Так-то мы ваще круче гор, да один хрен недонерфила, короч, жить хочешь? Как ты тут возник вообще, скажи? Порталы оплатил?

— Всего-то правило невидимости на палатке, — пожал он плечами. — Самое дешёвое — двадцать воль, и новенькие меня не видят, а они у меня — как на ладони!

— Выходи, — приказал Сэм и потянул за собой Киру внутрь, в черту города. — Из-за прилавка выходи. Вызовешь нам такси и доедешь до места, обратно — сам. Тут ничего никто не крадёт, верно?

— Иногда случается, — чувак послушно вышел и подошёл к обочине дороги. — Не на окраине. У меня нет ничего, из-за чего стоит рисковать меткой, — проголосовал. Ничего особенного, обычный жест.

Такси? Обычная подержанная тачка. Без водилы. Как они поняли из спутанных объяснений, весь таксопарк был чем-то типа живого сна, вполне себе разумного, с которым однажды договорился мэр. Заплатил, конечно же, торгаш, оставил деньги на водительском месте.

Город? И тут чувак не соврал. Они проезжали мимо кучи заброшек, а порой и натуральных руин, обтянутых сигнальной лентой. Где-то даже повтыкали знаки типа «опасно, кошмар», «только для охотников» или вовсе «подозрительное место», ну надо же! Нежилые дома, однако, чередовались с жилыми, пустые улицы — с полными народу. Народ? Встречались самые причудливые создания, но больше было людей... или почти людей. У большинства — часы на запястье. Да и вообще много куда часы налепили, не скажешь, что Сумерия — прям город часов, но пропустить запрещённое время — постараться надо.

Попрощавшись (Кира послала его нафиг) с торгашом-неудачником, вышли к гостинице «Кровь и Кости». Ничего так, респектабельно. И дорого — администраторша на входе за двуместный номер взяла с них аж полволи в сутки. Вручила правила — ничего особенного, снова «жутковатые» (по мнению Киры) чередовались с вполне обычными для таких мест, вроде как не загаживать номер. У администраторши же купили пару часов — вряд ли ей выгодно обманывать посетителей. Полволи в сутки, серьёзно? Хорошо поесть здесь стоило, сколько такси — копейки две-четыре. Но хрен бы с ним, зато место надёжное — город-то не знают!

К ночи распогодилось, и они с Кирой поняли, наконец, о чём там болтал торгаш, типа, в ясную погоду увидите. Они увидели. На фоне красного неба из центра города вырывался столп золотого света, расходящийся где-то наверху, в небесах, точно растворяющийся в них, как сахар в чае. Хрен с ним, что величественно-красиво, он такого навидался, одна Тюрьма чего стоит! Сила. Они оба чувствовали в этом свете силу, мощь, которой, получается, управляла одна единственная Мэй? Да уж, блин, какой тут бунт — понятно, чего местные аж благоговеют, посмотришь на эту штуку несколько раз, представишь, что будет, если её направят в одно место, а не в небо... Город не город, но райончик эта штука снесёт наверняка — по ощущениям. Чем бы она ни была.

А эта Мэй бы не помешала им в сеансе. Запихнуть её в палочку, палочку в инвентеку Киры взамен на тень Элизы, ну и... Осталось придумать, как уговорить. Не зря Мэй тут сидит буквально веками, что её держит? Он не верил, что обладательница такой силы будет тупо сидеть на месте, отдав бразды правления своим прислужникам. Нет, за этим кроется какая-то тайна — но какая? Действительно какой-то «заказ Компании» с такой ценой, что Мэй готова работать сколько угодно времени? Нет, нахрен гадания, многажды видел как люди «догадываются», а потом их реальность «отсюрпризивает», как сказала б Кира.

Стоп, погодите-ка, а как он вообще чувствует эту самую «силу»? Ладно Кира, она была тогда иномагом... ну или нет, тоже ещё не была? Он не был точно — «пробудился» в ловушке Ивицера, чтоб его. Он не иномаг и чувствует эту хрень. Эта хрень, мать её, влияет на него! Может, поэтому местные все такие «ой какая крутая Мэй, ах-ах-ах, в носочки её поцелую», тьфу! Как у той уборщицы, только Мэй — не какая-то уборщица, а реально крутая... промывательница мозгов. Поделился опасениями с Кирой.

— Не, бро, — прищурилась та, не отрывая взгляда от золота, впившегося в небо. — Если ток оно уже нам мозги не промыло — другая шняга, попой чую. Типа, вкуриваешь, оно, ну, тянет меня? Короч, мне надо быть там, у Фабрики завтра. Я хэ-зэ, типа в реале не шарю, но как те мысля устроиться туда? На Фабрику. Ты типа охотником, пусть тока попробуют не взять, хе, а я, не знаю, уборщицей, блин? Нам же однофигственно разведку разведывать же ж, а?

— На бумаге норм, — котелок у Киры определённо варит. Он-то больше привык дело силой решать, ну с тактикой-стратегией, но силой. Или эта небесная фигня уже её зачаровала? Если бы да, то было бы задание «игры» вообще таким? Не похоже на ту, кто предпочитает равноценный обмен. Решено — рискнёт. — И это Фабрика душ.

— О чём ты... душетехники! — воскликнула Кира. — Да, да, нам туда, авось чего-сь подскажут! Какая же я гениальная генийша... э, есть ж такое словце?

Сэм промолчал, а про себя подумал, что та смесь русского и английского, на которой говорит Кира, тоже своего рода оружие. Но красть такое? Свят-свят-свят!

Наутро расспросил администраторшу — красивая девчонка, не будь он с Бетой... Фабрика и впрямь вела набор — инженеров, алхимиков, душетехников, охотников, простых рабочих, даже поваров — и тех не хватало! Особого секрета здесь не было — долго на Фабрике задерживались только самые ценные работники, которым выдавали некую защиту, да охотники, которые не на самих заводах были. Остальные страдали от усталости, плохого сна, истощения воли — в общем, доходило до самоубийств. Платили средненько, а Фабрика всё пыталась расширяться, так что по всему городу висели объявления, мол, приходите, очень ждём.

Следующий вопрос — не без улетевших кое-кому в карман десяти копеек! — про палочки. И да, правильно сделал, что спросил именно про палочки: оказывается, просто волшебные штуки из снов много кто делает. Палочки — единственный мастер по имени Гаррик. Какое совпадение — его магазин был буквально через дорогу! Это «совпадение» заставило Сэма хмуриться: что-то тут, чёрт побери, не так. Что-то он упускает! Что? Переобщался с Хранящей, что теперь любые случайности списывает на план какого-то провидца?

— Бро, и зачем нам туда, палочка типа ворованная же, отберут! — шёпотом взвилась Кира, как они вышли из «Крови и костей».

— Насколько далеко и точно работает твоё чутьё? — спросил в ответ. — Помнишь, выцепила название заказчика у того висельника?

— Ха, — задумчиво. — Чувак, знаешь, сама не вкуриваю. Хошь потестить? Го! Только чур в магаз не заходим!

— О'кей, начнём у дверей.

«Магаз» выглядел скучновато. Одна палочка на пыльной витрине — даже Кира буркнула что-то про «херовый маркетинг, был бы тут мой папа...» Договорились, что он делает, а она решает — её чутьё срабатывает только на её же решения, если он правильно «вкурил» эту «временную дичь». Инглиш побери, язык Киры что, заразен? Кто её вообще так научил говорить, любители «онлайн-игр»?

— Эм, ого, забавно, так, ещё разок повторим... — Кира аж глаза закрыла, так сосредоточилась! — Давай, давай, скань, мой суперский времярадар, эксплойться, сраный реал! Уф, короч, бро, заходим, я типа не уловила мелочи, фразы, всё такое, но челу прям пох, он обрадуется тебе даже! Погнали! — и первая открыла дверь.

«Тесное пространство, если что, не разгуляешься», — первая мысль. Ни стульчика, ни стола, лишь бесконечные ряды узеньких коробочек, в каждой из которых, руку бы поставил, своя палочка! Он чуял их. Чуял их силу, просачивающуюся, манящую... В один миг все палочки в комнатке дрогнули, потянулись было к нему, пара неустойчивых коробочек даже упала вниз... Снегурочка полыхнула — не силой, а присутствием скорее, — и ничейные палочки замерли, точно мышки перед альфа-хищником.

— А ты у меня ревнивица, — шепнул и повернулся навстречу хозяину магазина. — Прошу прощения за беспорядок.

— Не думал, что мой шедевр найдёт себе партнёра, — старикан беззвучно — уважительно кивнул отточенному навыку — вышел из-за полок. — Сердце Нифльхейма — сущность первичного холода, мне стоило больших усилий договориться с ним. Похоже, вы понравились многим палочкам, но одно из моих лучших творений не потерпит конкурентов.

— Чувак, а типа, норм, что Сэм её не купил, а забрал? — не выдержала Кира.

— Я вынужден брать плату, чтобы жить и окупать рискованные экспедиции по Дну, — она не выдержала взгляда блекло-серебристых глаз — жутковато, да, — и отвернулась. — Многие палочки я был бы рад отдать так просто, но редко находится тот, кого они признают. Вот, например, вы...

— Кира, — представилась она. — Если что, у нас мало денег, тут, небось, дорогущее всё, ух!

— Сосредоточьтесь, Кира, — молвил Гаррик, взмахнув палочкой в руке. По магазину пронеслось нечто невидимое, и его Снегурочка «принюхалась» к этому, присмотрелась к Кире как к потенциальному партнёру... и фыркнула, мол, не моё! Похоже, старикан протестировал, подходит ли ей какая палочка. — Чувствуете что-то? Тягу, желание куда-нибудь пойти?

— Там, — ткнула пальцем за его спину.

— Склад? — улыбнулся Гаррик уголками губ, но глаза оставались такими же безмятежными. Не от мира сего. Как Луна. Но Луна была светлой. Другая Луна была тёмной. Этот чувак? Бесцветный или серый. С такими ухо следует держать востро! И тем не менее, интуиция тревогой не трезвонила: здесь и сейчас он не опасный. — Пойдёмте, пойдёмте, Кира, вам понравится!

— Проверяй будущее, — шепнул Сэм ей.

— Всё ОК, — отозвалась тут же.

Они вышли в длинный коридор. С десяток дверей с обеих сторон — на каждой начертан знак, светящийся так же, как глаза Гаррика. Он обернулся:

— Куда вас тянет?

— Туды-сь, — ткнула на конец коридора.

— О, я не ошибся, пойдёмте, будет интересно.

На этой двери не было символа. Это вообще была не дверь на первый взгляд, а ровная стена. Гаррик её коснулся кончиком своей палочки, и преграда растворилась в воздухе. Ещё одно правило?

— Это склад для моих особенных палочек, — с улыбкой прокомментировал Гаррик.

Здесь было светло. Палочки! В воздухе огромного каменного зала парили десятки, сотни палочек! И каждую из них окружало сияние своего цвета, и не просто сияние, а — сила! Ближе к ним равнодушно парила палочка, окружённая зелёными листьями, сквозь которую то прорастали, то пропадали стебли цветущих трав, ветви разных деревьев, а порой просвечивал кусочек голубых небес с ярким летним солнцем. Немного дальше игриво крутилась в воздухе палочка без видимых эффектов, но каждое её движение поднимало сильный ветер. Другая палочка и вовсе не показывалась — только облако колышущейся тьмы свидетельствовало, что здесь что-то есть. Были и другие: несколько огненных, сотканная из света, повисшая на сверкающей паутине, скользящая внутри туманной дымки, окружённая парящими глыбами, выглядывающая из небольшого озерца, увитая серыми шипастыми лозами... Всех не перечислить!

— Ух ты! — восхитилась Кира. — А... а... а какая? Можно я...

— Позовите её, — предложил Гаррик. — Позовите свою палочку. Посмотрим, которая заждалась вас!

— Эм, не гули-гули же? — неуверенно пробормотала Кира. — А как?.. — но мастер волшебных палочек молчал, будто это было испытание. Или это оно и было? — А, похрен, тут типа сны волей управляются, а ну-ка, блядь, сюда! — и вытянула руку. В этом её жесте было то, что он всегда видел в Бете, а в Кире — в Кире только пробуждалось. Мощь. Сейчас Кира ещё не была по-настоящему сильной, но даже так...