Дс-17. Гнилое дерево

Проследив, как Анитра и Космея, стоя у стены, прислонились к ней, шёпотом обсуждая услышанное, Селена спросила в пространство:

"Мальчики, к Иману можно?"

"Да. Мы предупредим его, что ты сейчас придёшь".

Выждав минуту, она стукнула в дверь.

— Добрый вечер, Иман.

В отличие от Дивоны, подросток сидел не на кровати, а на стуле, у окна.

На свободной кровати, напротив выбранной им, устроились братья, кроме Хельми и Колина. И Сильвестр с Кадмом.

Коннор сразу встал и поднёс свободный стул для старшей сестры ближе к стулу Имана.

— Иман, нам надо немного поговорить, — усевшись перед слепым, сказала Селена. — Несколько стандартных вопросов, как к новичку.

— Задавайте, — чуть приподняв плечи, сказал Иман.

— Вы точно остаётесь в Тёплой Норе?

Сидевший — чуть ссутулившись, слепой поднял голову, словно прислушиваясь к странному звуку. Потом спросил:

— Вы говорите обо мне и Дивоне? Она рассказала вам о других приютах?

— Да. Ну так что же? Остаётесь?

— Да.

— Ты так уверенно это сказал, — улыбнулась Селена.

— Если Дивона доверилась вам, я останусь.

— Только из-за Дивоны?

Слепой помолчал, с неясной улыбкой глядя в пол, а потом чуть улыбнулся.

— Хотите знать... Хорошо. В тех двух приютах я приходил к ней и спрашивал, хочет ли она здесь оставаться. Или стоит снова забрать её в подвал. Она начинала мяться с ответом, и я уносил её... домой. Если она рассказала вам о приютах, значит, верит, что здесь ей будет лучше. Она очень чувствительна. Для меня её рассказ — это знак.

Селена легонько вздохнула.

— Ладно. Следующий стандартный вопрос. У нас такая практика: когда к нам попадают дети, мы ищем их родителей. Или родных.

— Дивона — сирота. Я тоже.

— Ты... уверен?

— Хотите послушать о том, как машины расстреливали моих родителей? — безразлично спросил слепой.

— У нас здесь большинство таких ребят, — тихо сказал Мирт.

— С этим вопросом закончили, — торопливо сказала Селена. — Я не хотела задеть твои чувства, Иман. И третий на сегодня вопрос: наши дети учатся. Все. По возрасту. Если не добирают по возрасту знаний, учатся в нашей, деревенской школе, а потом переходят в пригородную. Что ты думаешь об этом, Иман? Хотел бы ты закончить школу?

И спохватилась, сжав кулаки: слепой же!

Вмешался Мика, перевернув её вопрос.

— Слышь, Иман. Мы видели, что ты взял с собой из подвала книги. Ты всё-таки можешь читать?

Мальчишка-некромаг покачал головой.

— Мне читала Дивона. Если книги магические, могу прочитать, но с напряжением.

И опять на лице такое безграничное безразличие, что собеседник должен бы чувствовать себя виноватым из-за личной недогадливости. Ха! Мика? Чувствовать себя виноватым? Мальчишка-вампир с отчётливо ощутимым любопытством высказал:

— То есть в нашу библиотеку ты не попадаешь?

— Мика, прекрати, — уже свободнее улыбаясь, велел Мирт. — О той библиотеке ещё рано говорить.

Кажется, эти реплики задели Имана. Прислушиваясь к присутствующим, он нерешительно спросил:

— Это какая-то особенная библиотека?

Селена на свой последний вопрос ответа не получила. Но поняла, что её мальчишки снова сумели заинтересовать новичка. Она встала и кивнула:

— Ребята тебе расскажут о библиотеке сами. Коннор, не забудь, что через полчаса вам идти на ужин.

— Мне... ужин принесут сюда? — быстро спросил Иман.

— Если тебе и Дивоне хочется, можете пойти с нами в столовую Тёплой Норы.

— С Дивоной? — удивлённо уточнил слепой.

— Крепких ребят у нас много. Её принесут в столовую на руках. Если, опять-таки, она захочет.

— Она захочет... — как-то растерянно отозвался Иман.

— Что ж. Тогда поболтайте сейчас с ребятами, а потом придёте, — легко сказала она.

"Селена, а ты куда?" — любознательно спросил Мика.

"К волчатам. Кто там из наших?"

"Хельми и Риган. Колин и Вильма".

Селена подняла брови, но ничего не сказала, вышла из комнаты Имана, которому ребята рассказывали не о библиотеке, а историю Коннора. Что, в сущности, одно и то же.

Палата, в которую поместили малышей-оборотней, помещалась ближе к лестнице на первый этаж деревенской школы. Так решила Селена — с определённой мыслью. Сейчас она после стука в дверь вошла в палату — и чуть не рассмеялась: волчата устроились на коленях её драконов и Колина. Вильма, всеобщая нянька Тёплой Норы, тихонько сидела так, чтобы видеть всех, пока эти все болтали. И взгляд у неё был такой, что Селена немедленно вспомнила, как она упала на колени перед малышами из группы Кадма: "Селена, это наши, да? Наши?"

Кажется, ребята хотели рассказать волчатам о Тёплой Норе, но малышня переиграла их и с жаром рассказывала, как они охотились с Иманом на крыс. Не замеченная малышами Селена подсела к Вильме.

— Ну что? Заберёшь их к себе сегодня?

— Заберу, только не знаю, с чего начать, — смущённо призналась девушка-маг.

— Не возражаешь против участия Ирмы и Торсти в этом деле?

— Нет, конечно, — с облегчением выдохнула Вильма.

"Колин, вызови Ирму. Пусть придёт с Торсти и с Фаркасом".

"Понял тебя!"

Ирма оказалась умницей. Как всегда. Она не обиделась, что ранее её не приглашали к новичкам, и позвала на помощь ещё и сестричек Минны.

Кааш, который болтал больше всех, оглянулся на новый стук только посмотреть — кто там ещё пришёл. И через минуту сполз — съехал с колен Хельми, как и его два брата.

Ещё через пять минут два дракона исчезли из палаты волчат. Колин же дождался, пока решительная Ирма не поведёт за собой в Тёплую Нору новичков, заворожённых обещаниями новой жизни и рассказами старожилов о себе. Вильма встала идти следом за детишками. Селена выходила из палаты последней и напомнила:

— Вильма, не забудь давать им исцеляющие зелья от Бернара. Не забудь, что им тоже пришлось тяжело. Колин, присмотришь за Ирмой, чтобы она не загоняла новичков?

— Присмотрю, Селена, — улыбнулся мальчишка-оборотень.

Знакомство с новичками, как обычно, решили провести в столовой. Во время ужина. Причём Иман попросил, чтобы во время похода в столовую ему быть рядом с девушкой. Помня о метке на руке Дивоны, все подумали, что ему так легче будет ориентироваться среди обитателей Тёплой Норы... Но выяснилось иное: он уже по своим первым посетителям понял, что в этом странном приюте много магов, и девушка с магической меткой легко терялась среди них. Но на руки её взял Мирт, и слепой подросток сразу запомнил его основные магические составные.

Новичкам выдали верхнюю одежду и повели (и понесли) на ужин.

Специально чуть опоздали, чтобы столовая была заполнена. О новичках слышали все обитатели Тёплой Норы, так что никто опозданию не удивился. Сначала порог перешагнула Селена и сразу отступила в сторону, пропуская Мирта со смущённой Дивоной на руках и шагавшего следом Имана.

— Добрый вечер. Хочу представить вам наших... — Слово "новичков" она договорить не успела.

— Иман?

Слепой подросток замер, медленно поворачивая голову в сторону спросившего.

Нет, Селена ожидала, что кто-то из ребят увидит знакомого в новичке. И твёрдо была уверена, что это будет сестра Кадма — Килли, которая сейчас испуганно (увидела его белые, слепые глаза?) смотрела на него. Но нет, из-за стола встал Фиц и медленно пошёл к новичку.

— Иман! Ты жив?!

— Я... не совсем узнаю тебя по голосу, — в глухой тишине замершей столовой ответил Иман.

Неудивительно: Фиц повзрослел, и голос его ломался.

— Иман, это Фиц! — зазвенела Лора, вскакивая со стула. — И я тоже здесь! Я — Лора! А ещё здесь Килли! И недалеко отсюда, здесь же — в деревне, живёт Эден! Помнишь его?! Иман, что с твоими глазами?!

Уже втроём они подбежали к Иману, трогая его за плечи, за руки, всматриваясь в его глаза и плача — девочки, конечно же. Мальчишка-некромаг задыхался и сам пытался поймать их руки. Плакать он, кажется, не мог, а потому его лицо лишь отчаянно искажалось от сильных чувств, пока его обнимали и плакали вместо него.

Мирт, со своей зажавшейся на руках ношей, осторожно протиснулся мимо небольшой группы и растерянно огляделся. И тогда случилось ещё одно чудо, которого вообще не ожидал никто: ни Селена, ни кто-то ещё.

— Дивона?

Резко оглянулся Иман — на имя подруги из уст человека, совершенно ему незнакомого. А девушка, хоть и перепуганная столпотворением, всё же тянулась с рук мальчишки-эльфа, чтобы увидеть того, кто её знает. И впилась изумлёнными глазами в мальчишку, который тоже торопился к ней между столиками.

— Каи? — с сомнением спросила она его.

— Узнала! — расцвёл тот. — А я тебя — сразу! Привет, Дивона! Я так рад видеть тебя!

...Столовая негромко переговаривалась, с интересом поглядывая на новенькую, которую — вот уж поразительно для всех! — оказывается, когда-то хорошо знал Каи — как соседку по подъезду и подружку по дворовым играм. Имана пришлось усадить за стол, где обычно сидел Каи, в то время как Конна и Силана, обычно сидевших вместе с ним, ненадолго пересадили за стол братства. Потому как рядом с Иманом на всякий случай сел не только Коннор, но и Фиц с девочками, известные Иману по службе у пригородных некромагов... Селена взглянула на стол Вильмы, отметила, с каким аппетитом едят новенькие малыши-оборотни, дружно болтая с другими ясельниками, и вздохнула про себя: кажется, и взрослые новички теперь точно останутся в Тёплой Норе.

Глава седьмая

Консилиум переехал в гостевой кабинет после ужина.

Селена, построжевшая, готовя всё необходимое для чаепития, попросила Мускари встретить у изгороди Ильма, который именно в это время возвращался из Старого города домой, в деревню. Джарри, Колр, Трисмегист, Понцерус и Бернар уже сидели за столом, негромко переговариваясь и время от времени задавая вопросы. Понцерус вчитывался в страницы тетрадей, куда эльф-бродяга и старый травник-целитель вписали свои впечатления от обследования двоих новичков. Чёрный дракон успел всё прочитать и сейчас о чём-то размышлял, неясно глядя на столешницу. На открывшуюся дверь и вошедшего Белостенного он взглянул рассеянно, словно заметил пролетевшую мимо окна садовую птицу, не интересную ему.

— Добрый вечер. Я слышал — у вас новички? — вместо приветствия проговорил храмовник, присаживаясь к столу.

Селена налила ему чаю и кивнула чуть насмешливо:

— Не эльфы.

Ильм раздражённо дёрнул ртом.

— Леди Селена, вы прекрасно знаете, что теперь мы берём не только эльфов.

— Знаю. Но на этот раз у нас довольно проблемные дети. Трое волчат вас не интересуют, не так ли? Девочка не маг. Остаётся мальчик по имени Иман. Он ровесник старших братьев. Пока мы не знаем, насколько он хорош как маг. И он слепой. И использовал магию лишь для того, чтобы выжить. Пока мы сидели здесь, уважаемый Бернар вспоминал о том, как погибли некромаги, стоявшие на защите города во время войны. Скажите, Ильм. Кто-то из ваших некромагов выжил тогда?

— Вы бежите, леди Селена, — негромко заметил Трисмегист.

— Мне страшно, — просто объяснила хозяйка места. — Я всё ещё не отойду от увиденного. Но вы правы. Ильм, простите мне мою поспешность. Сначала я вас ознакомлю с тем, с чем мы столкнулись. Уважаемые эльфы уточнят то, что я либо пропущу, либо объясню слишком... примитивно. Итак. У нас есть девочка, которая попала осенью в волну пригородного мага-наркомана. Мальчик успел вытолкнуть её в подвал — волна не успела убить её, но у неё высохли ноги. Это первое. Второе. Ильм, вы помните весну и Тёрна. Мальчик попал в это событие. С него начали снимать силы. Не полностью. Он спасся в тот промежуток времени, когда Тёрн снял силы с пригородных некромагов, попавших в его паутину. Но начало уничтожения было. Мальчик ослеп.

В кабинете застыла тишина. Успевший глотнуть немного горячего чаю, Ильм ссутулился, положив руки на стол. Замечаний ему, конечно, никто не стал делать. Все понимали, что он усваивает информацию. Усвоил. Поняли по тому, как жёстко он передёрнул плечами.

— И чего вы ждёте от меня?

— Помощи ваших целителей, — тут же откликнулась Селена. — Наши замечательны. Но. Пока мы ищем возможность вернуть мальчику зрение, а девочке — нормальные ноги, почему бы не узнать, не было ли аналогичных случаев, о которых знают ваши целители? Целители Старого города? Почему бы нам не сократить время для исцеления новичков?

— И вы собираетесь обратиться в тот самый Старый город, которому постоянно отказывали в помощи с детьми? — жёлчно спросил храмовник.

Селена медленно встала из-за стола, с трудом удерживая себя в рамках хозяйки.

— Я обращаюсь в тот самый Старый город, которому мы передали десятки спасённых нами магических книг и артефактов! В тот, который, благодаря нашей помощи, обрёл почти тридцать воспитанников! Если вы твёрдо считаете, что мы недостойны вашей помощи — помощи тех, кто вообще-то должен работать на благо города, то мы управимся с нашими проблемами и своими силами! Мы больше вас не задерживаем, уважаемый Ильм, — процедила она сквозь зубы, лишь бы не начать орать. — Можете быть свободны!

— С-селена, ус-спокойс-ся, — медлительно сказал Колр. — Ты накручиваеш-шь с-себя.

Джарри, сидевший рядом, осторожно дотронулся до руки Селены, сжал её пальцы.

Она села, пряча руки: несмотря на поддержку семейного, внутри всё кипело — до тошноты, а потому руки не то чтобы дрожали — ходуном ходили. Этот мерзавец!.. Манипулятор и шантажист... Ррр... Белостенный — называется!..

— Леди Селена права в одном, — пожал плечами Понцерус. — Если Старому городу в данном деле помочь нечем, то у вас, уважаемый Ильм, есть два варианта: либо мы приносим вам искренние извинения, что осмелились понадеяться на вас (Селена с изумлением взглянула на учёного: тоже умеет уколоть!), либо вы присоединяетесь к нашему анализу того, что нам удалось узнать. Против вашей воли, естественно, мы не собираемся удерживать вас здесь.

Помявшись, храмовник глубоко вздохнул, мельком глянув на сердитую Селену, а затем высказался:

— Судя по тому, что я уже слышал, травмы у новичков магические. Посижу, послушаю. Может, уже сейчас сумею чем-то помочь. А если нет, то завтра... Завтра заеду в храм целителей и предложу его руководителю навестить ваших детей.

Всё ещё сердитая, хозяйка места тем не менее долила ему горячего чаю и пододвинула вазочку с выпечкой.

...В это время внизу, на первом этаже и во дворе Тёплой Норы, всё ещё шла слегка упорядоченная суматоха введения новичков в здешнюю жизнь, а заодно и та весёлая, порой громкая жизнь, которой Тёплая Нора всегда живёт между ужином и ночным сном. А на втором этаже — в первой комнате от лестницы, сидел Риган. С непривычки к таким долгим и активным путешествиям, как сегодня, он здорово устал, но жаловаться не хотелось. Поэтому он устроился на своей кровати и, обняв ноги, вспоминал всё, что произошло в дороге к подвалу Имана, о котором он узнал лишь в конце пути. И о том, как вели себя все те, кто был рядом с ним в этой дороге.

Мальчик-дракон пытался размышлять о странностях жизни, но у него пока что не получалось, а потому он все мысли переключил на внутренние сетования, что он слишком мал для обдумывания таких событий. Чтобы не сбиться с нужной мысли, он расплёл одну боковую косичку и машинально переплетал её, стараясь аккуратно вплести в неё лично сделанные артефакты.