Воля к жизни

— Сбежала? — удивилась Том. — Я думала, ее выписали.

Том развела руками и предпочла ретироваться, на прощание бросив: 'я сейчас'. Шани Йоф хмуро покачал головой и с осуждением посмотрел на меня. А я что? Пожала плечами, не видя катастрофы в произошедшем.

— Никого не было, вот я и вернулась в комнату.

— Могла бы дождаться врача...

— И помереть с голоду? Тут хоть сухари есть. И конфетки. Хотите?

Шани Йоф отказался и предложил сходить в столовую. Обед через полтора часа, но он пообещал, что меня накормят уже сейчас, раз уж пропустила завтрак по уважительной причине. Наконец-то! Подорвавшись на ноги, я убрала коробочку с конфетками в шкаф и вышла следом за психологом.

Пока все спокойно. Детский гам поутих, ученики-первогодки наверняка отдыхают после первого занятия и готовятся к ожидающему их испытанию, жалуясь на простецкую столовскую еду.

Мне готовиться не нужно: я успешно прошла два из трех обязательных испытаний в шестнадцать и двадцать лет (в двадцать четыре не прошла — сразу отправили на фронт), так что с первым справлюсь без проблем. Ни у кого сложностей обычно не возникает.

— Шани, — дружелюбно и без игры в ребенка я попридержала локоть идущего в шаге впереди мужчины. — Что на самом деле произошло со мной? Том явно не все знает.

Шани Йоф проигнорировал фамильярность, но остановился и полуобернулся ко мне. Он чуть хмуро взглянул в сторону и после — прямо в глаза, не увиливая.

— Ты правда была беременна? — с нотками недоверия в голосе уточнил Шани Йоф; я кивнула. — Но... как такое возможно? Небесная магия, конечно, уменьшает время стабилизации, но не на восемь-девять лет.

— Сейчас все преподаватели только обо мне и судачат, — не спрашивая, я рассказала пытавшемуся опровергнуть этот факт психологу. — Сама слышала, так что не надо меня успокаивать. Мне все равно.

Я пожала плечами, и ему сказать оказалось нечего. В столовой мне досталась тарелка супа со свеклой, стакан чая и повариха пообещала еще принести риса с сосиской через десять минут. Шани Йоф обедал со мной.

Неужели он все еще пытается доказать мне, что он самое невинное существо в этом мире, как любой другой детский психолог? Должен ведь понимать, что после моего грандиозного спасения из запретных садов, выглядеть в моих глазах безобидным слабаком — нереально.

— Ученица Том все рассказала, что было объявлено на вступительном занятии? — поинтересовался руководитель, когда повариха поставила две тарелки с рисом и сосисками на раздачу.

— Йоф! — прикрикнула она.

— Минуту, — извинился руководитель и отправился за второй половиной обеда.

А я сейчас хочу не обеда, а домой. Единственное, что удерживает в академии — мистический маячок, поставленный на меня после победы над убийцей матери Том и супруги Гидеона Цивия. Хотя есть еще стены академии, для пересечения которых нужно для начала хорошенько порыться в библиотеке и тайно отработать навык.

— Тогда я расскажу все вкратце, — предупредил Шани Йоф. — Испытание в новом году будет проходить в роще. Каждый должен будет найти 'вход' в источник и подключиться к нему. Ограничение по времени: четыре часа.

Четыре часа? Нам давали всего десять минут и жестко делили на уровни таланта в зависимости от времени подключения. И проходили испытание мы в актовом зале, самом сложном для подключения месте. Так в этой академии все намного проще?

— А будет какое-нибудь деление на группы по результатам испытания?

А почему бы и не поинтересоваться? Нужно же сделать хотя бы видимость того, что рассказывает Шани Йоф не впустую, себе под нос.

— Только деление на факультеты в следующем году, если ты об этом, — недоуменно ответил руководитель, не совсем понимая смысл заданного вопроса. — Сможешь принять участие в испытании?

— Смогу, — я кивнула и попросилась выйти, чтобы еще немного полежать перед испытанием и обдумать новый формат организации. Странность.

* * *

С тех пор, как Том ушла на обед, на всем девчачьем этаже наступила гробовая тишина. Выдался еще час отдыха, а через полтора часа будет общий сбор и начнется испытание. Понятия не имею, как оно будет проходить, но оно точно заключается в подключении к источнику...

...так источник на самом деле находится на территории академии? Это что за эксперимент такой, если это правда? Бежать нужно отсюда как можно скорее, пока какой-нибудь умник не потерял контроль, и академия не взлетела на воздух и не ударила мифический фейский парящий дворец атакой снизу.

Украдкой поглядывая на пустую кровать соседки, я чувствовала себя, как не в своей тарелке. Домашнюю девочку выдрали из почти тепличных условий на фронт и, когда она только-только начала приходить себя, пришлось снова делить комнату с чужим человеком. Приятного мало. Но необходимо.

— Все на улице, — сказала себе под нос, нахмурившись: если не пойду испытание до отбытия комиссии, то меня лишат сил. Меня лишат сил!

Осознание обухом ударило по затылку, и я, подорвавшись с кровати, сорвалась с места и бежала, пока не нашла выход на улицу. Думать о закрывании комнаты ключом больше не имело смысла. А у парадного крыльца меня за локоть схватил Натан и куда-то принудительно провел.

— Испытание? — удивленно спросила я. Неужели его отправили меня будить?! Он только усыпить сможет! Навечно.

— Да.

Короткий холодный ответ, и я снова засомневалась, что та ухмылочка и щип на самом деле не привиделись мне. Слишком уж нереальная ситуация, совсем невозможная реакция, о которой давно следовало бы забыть.

Мы с Натаном вернулись в здание академии, прошли его и вышли на прилегающую территорию, на которую выглядывают окна моей комнаты. Невдалеке виднелись ученики, так что направлялись мы в верную сторону.

— Ты ведь не собираешься отдать их всех Инхаре? То есть, принести в жертву? — с сомнением и дрожью в голосе, но стараясь держать лицо, осведомилась я. Стоило убедиться, что я не попаду под горячую руку: сомневаться в силе Натана Яфа не следовало.

— Я похож на имбецила? — зло спросил Натан. — Мною воспользовались, а я продолжу служить, как карманная собачонка?

— Прости, — я сникла, не желая злить парня еще больше. — А что это вообще за цепочка. Красивая.

Натан резко тормознул и повернул голову ко мне.

— Ты ее видела?

— Да, — кивнула. — Но русалка сказала, что не отдаст. Ей она самой понравилась, да и тебя...

— Что меня?

— ... можно... использовать. Не злись! Все-таки? — лучшим показалось сменить тему. — Что за цепочка?

— Семейная реликвия, — не вдаваясь в подробности, бросил парень и мы сошли с места, направившись к месту сбора.

Теперь понятно, почему Натан такой злой: сначала у него украли семейную ценность, за которую родители дядя открутят голову, потом какая-то рыбешка издевается над ним, принуждая убивать ради цепочки. Тут уж любой взбесился.

Мы почти пришли, Том помахала ручкой, подзывая к себе и к компании девчонок рядом, когда Натан сообщил:

— Через два-три часа будь готова. Мы вернемся домой.

Я замерла, не в силах сделать и шага. Что значит "мы вернемся домой"? Натан тоже не из местных или он меня с кем-то перепутал?

— Ариэль! — позвала Том. — Давай к нам!

Натан исчез сам собой, оставив меня в легком недоумении. Что он собирается делать? Слишком мало времени. Успею ли что-нибудь придумать? Куда? В какой именно дом он собирается возвращаться вместе со мной?

— Ариэль! — с толикой гнева крикнула Том и подошла сама. — Ты чего в облаках летаешь? Сейчас начнется, а я даже познакомить ни с кем тебя не успею.

— Ученики первого года... — обратил на себя внимание ректор.

— Ну вот! Не успела! — надулась Том. — Теперь только после испытания.

Ее детская непосредственность делала меня счастливее, а знание, что этот ребенок мог умереть следом за матерью — омрачало. Спасти невинную жизнь — это здорово. Не могу подобрать слова точнее, чем пресловутое "здорово", хотя оно кажется мне не совсем подходящим.

Ректорскую речь, в основном, я пропустила мимо ушей. Натан сказал "два-три часа", так что стоит реально забеспокоиться на тему его задумок. Испытание легким не будет и что-то произойдет. Что-то очень плохое.

— Все будет хорошо, — сказала я Том, хотя у самой тряслись ноги. — Это же не война. Здесь не убьют.

— Какая война? — удивилась Том, но я ее уже не слышала.

Конечно, против нас Феликс Тсенор не выйдет. "Божественный кот" не выскочит из-за угла и не приложит о землю раскатом громоподобного мявка. Никаких кислотных дождей также не предвидится.

Но что же задумал Натан Яф?!!

Натянув на лицо счастливую улыбку, чтобы кто-нибудь что-нибудь не заподозрил, я, ведомая за запястье Цивией, проскочила сквозь толпу. В одну кучу собралось первогодок штук сотни четыре. Может, чуть меньше: от трехсот до четырехсот — нестандартный ежегодный набор в одну академию. А таких — мало. Обычно набор около пятидесяти на одну небольшую академию.

В стороне от ректора стояло несколько человек, отнесенные мною к членам комиссии, настраивавшей путь к источнику. Теперь в их сфере реальной деятельности я сильно сомневаюсь.

Ученикам было предложено подойти к одному из членов комиссии в зависимости от первой буквы фамилии. На группы пока никто не делил, чтобы не мешали друг другу во время прохождения испытания.

Моим "проводником" оказалась белобрысая женщина по имени Марни Диклах. Знакомая фамилия! Разве не такая же у отчисленной из академии ученицы Ли? Или просто-напросто одинаковые фамилии?

— Да, Ли моя племянница! — с вызовом ответила Марни Диклах. — Дочь моей старшей сестры. И ее невиновность скоро будет доказана. Еще вопросы?

Вопросов ни у кого не нашлось. Неужели дело об отчислении Ли Диклах такое громкое? Иначе зачем бы женщине из комиссии так резко, грубо и во всеуслышание подтверждать родство и невиновность? Во что же я вляпалась?

— Идем! — воинственно кивнула Том и шагнула в предоставленный портал. Такие должны разбросать нас по всей территории рощи, в которой нам и нужно "подключиться" к источнику. Проще простого!

Но гаденькое чувство подвоха не отпускало. Я с волнением сжала в ладони футболку на груди и спрятавшуюся под тканью металлическую фею. Успокаивая Том, я хотела успокоить только себя. Ей-то что? Она ничего не знает и даже не догадывается о надвигающейся буре.

Но я все равно ступила в портал, только и заметив, что уровень техники в этой стране гораздо выше, нежели в нашей. Более того, за время пребывание за линией фронта я еще не встретила ни одного полного человека младше тридцати пяти — сорока лет. Значит и физическая культура развита гораздо сильнее.

Лиственная роща молчала, но с моим появлением начала наполняться звуками. Зашелестела листва под дуновением сухого, опаляющего ветра. Обрывистое пение птиц, спешно слетающихся в одну сторону. И постепенно роща умолкает.

Порадовавшись, что надела удобную одежду, бодро зашагала вслед за птицами. Отправлять учеников порталом в "правильное" место никто бы не стал, а животные намного лучше чувствуют магию, нежели человек. Стоит довериться их чувству безопасности.

Идти пришлось долго, спотыкаясь о поросшие мхом валежники, больше похожие на давнишний бурелом. Мелодичные звуки флажолета заполонили рощу и не отставали от ветра, дующего в сторону магического очага.

И чем дольше и дальше я шла, тем сильнее в душе зарождалось странное подозрение, будто нечто подобное уже происходило со мной. Но ничего подобного никогда не встречалось. Единственный раз, когда доводилось прогуляться по лесу в одиночку — на фронте. Бурелом не идет ни в какое сравнение с выжженными деревьями и разграбленными землями.

Магия повсюду. Она тягуче-медленно окутывала от макушки до пят и завлекала. Меня клонило в непривычно легкий сон, легонько придавливая к земле. Помня о временном ограничении, я заставляя себя не сбавлять темпа и идти вперед и вперед, пока не достигну цели.

И обрушилась тишина. Она рухнула с небес и погребла под собою все живое. Мир завертелся вокруг, и голова закружилась от все ускоряющейся и ускоряющейся круговерти. Я еле стояла на ногах, и уже не сомневалась: упаду — не встану.

Крики и стоны мольбы заполонили слух. Из сотен голосов я несознательно выделила основательный бас мужчины и лирический баритон пацаненка, которые были со мной в свои последние часы, перед моей первой встречей с убийцей Тсенором.

Не выдержав, я упала на колени и подалась вперед. Из последних сил я удерживала себя сидя, уперев в землю ладони. Голоса разрывали сознание, головокружение не проходило, а перед глазами возникали явные галлюцинации — призраки убитых Феликсом Тсенором.

— Я не убивала их! — надрываясь, я кричала, не останавливаясь. — Не убивала! Не я!

Кричала и в изнеможении повалилась на землю. Картинка перед глазами расплылась и померкла.

* * *

Очнулась в валежнике затемно. Лоб сильно саднило и, кажется, его я разбила — по лицу со лба на нос текла кровь. Залечить не могу, боюсь сильно потерять в магии, а потому во лбу зажглась крупная алая звезда поддерживающего заклинания, и свет от нее падал в глаза.

Еще несколько звездочек поменьше рассредоточились по шее, пальцам и закрыли продольную рану на левом локте, где умудрилась порвать рукав джемпера. В остальном чуть испачкалась, но обошлось без серьезных травм.

Превозмогая слабость, я выбралась из ямы поваленных деревьев и перевела дух.

— Вот же черт побрал!

Возвращаться в академию нельзя — схватят и лишат сил, как и сказала Том, а ту предупредил отец.

— Дура! Могла бы хоть денег с собой взять, а то только этот чертов медальон!

Мне духу не хватило оставить медальон Инхары в комнате. Вытащив его из кармана брюк, заметила, как сильно он нагрелся. То ли согласен со мной, что пора мотать отсюда, пока не нашли, то ли наоборот протестует.

— Ну и черт с тобой!

Злясь, я запихнула медальон обратно в карман. Хоть какая-то от него польза — пригревает ушиб на бедре, успокаивая болевые ощущения. Именно на правое бедро я так неудачно упала. Жаль только на спину, которую тоже сильно ушибла, тепловой эффект не распространяется.

Чуть хромая, я добралась до середины поляны, найдя более-менее ровное место. Пахнет гарью. Принюхавшись, с ужасом уловила не только запах, но и всполохи пламени невдалеке. Это кто ж пожар устроил в лесу?!

— Вот черт! Так и знала, что кто-нибудь потеряет контроль!

Паника. Паника. Паника. Черт, это паника!

Ни больная нога, ни спина, ни разбитый лоб с перепачканным кровью лицом — ничто не приводило в чувство и не останавливало. Я без оглядки бежала в обратную сторону, но огонь настигал. Только сгореть заживо не хватало.

— Черт!

За что я такая везучая в последнее время?! Сначала чудовище Тсенор, потом Натан Яф, затем тот убийца в бассейне, а теперь лесной пожар! Я что, в безопасности буду только на том свете после смерти?!!

Темнело стремительно, пожар разгорался еще быстрее. А я бежала, надеясь, что бегу из рощи, а не углубляюсь в лес. Бег сопровождает треск и вал догорающих деревьев. От недостатка воздуха, а не слабости кружится голова. Сознание держится на силе воли.