Но Лена ничего этого не видела. Её мир сузился, рассеявшись вокруг демонической фигуры рыцаря, её глаза сосредоточенно улавливали каждое его движение, пытаясь предугадать атаки. Каждая секунда в бою казалась небольшой, изматывающей вечностью. Но, несмотря на это, девушка совсем не ощущала усталости. Напротив: её разум, словно парил, а по телу разливался жар.
Защититься, уклониться, а если это невозможно — подставиться так, чтобы получить как можно меньше ущерба. Это был изматывающий смертельный танец, и он не мог продолжаться вечно. В один несчастливый момент левая задняя нога Рейвена с оглушительным треском надломилась в середине движения, не выдержав напряжения. Лишившись твердой опоры, мех накренился, потеряв импульс.
И враг не замедлил воспользоваться секундной заминкой.
— Попалась! — чудовищный доспех вдруг оказался прямо перед ней с занесенным над головой клинком. Единственное, что могла сделать Лена в данной ситуации: закрыться руками за мгновение до того, как удар обрушился на неё. И этот удар был сокрушительным.
— Гааах! — из её горла вырвался болезненный вскрик. Мир взорвался оглушительным грохотом, и, если бы не страховочные ремни, её тело бы металось по кокпиту, словно мячик в жестяной банке. Боль расцвела на её лице — случайный удар рассёк бровь, заливая левую половину лица кровью. — Гх... тьфу...
Зрение вдруг стало нечетким, а мысли утратили ясность. С неимоверными усилиями подняв голову, девушка увидела, как сквозь паутину трещин враг неумолимо приближается к ней. Истрёпанный союзный рыцарь — только один?.. когда пал другой?.. — попытался броситься на её защиту, но был безжалостно рассечен небрежным ударом.
— Н-нужно... двигаться. Ну же... вставай!.. — сбивчиво прошептала Лена, потянувшись ноющими руками к манипуляторам. Она сжала их, но не было никакого отклика. — Вставай... Вставай!.. Нужно встать! Не время лежать! Вставай! Вставай!!!
Она повторяла и повторяла это слово, словно самую священную мантру. Встать. Просто встать, подняться. Чтобы продолжить сражаться. Она даже не слышала звуков собственного голоса — все, что она слышала, было сплошным непрекращающимся звоном в ушах. И, тем не менее, она продолжала. Приказывала, молила, увещевала. Все её естество было сосредоточенно лишь на одном: подняться. Встать.
Металл дрогнул, кривые обрубки рук конвульсивно дернулись, неуклюже шевельнувшись. Изломанный, поврежденный и разбитый почти до самого основания, Рейвен отреагировал. Огонь, упрямо пылающий в груди девушки вспыхнул, словно солнце, до боли обжигая вены раскалившейся кровью... Что-то напряглось внутри неё, словно пытаясь прорваться во вне...
А затем черный клинок рухнул вниз... с грохотом вгрызшись в камень.
— Гуух?! — доспех Черного Рыцаря неуклюже покачнулся, когда красная комета на всей скорости врезалась в его бок. — ТЫЫЫЫ!!!..
— Ты хорошо справилась, Лена-тян. Ты держалась молодцом, — донесся до неё голос леди Ровены, на миг заглушив нестерпимый звон в ушах. — Отдохни. Дальше я беру все на себя. Ну а ты... Давай-ка выйдем!
Ухватив противника за запястья, Старик сделал резкий рывок, протащив своего противника вперед и, в конечном итоге, пробив им остатки дальней стены.
Это было последним, что увидела Лена: её зрение расплылось, а разум погрузился в нежную тьму.
* * *
— Давай-ка выйдем! — злобный рык вырвался из моего горла, когда Старик с места выдал полный импульс, вбивая уродливого ублюдка в стену. И в другую стену... и в следующую... и в еще одну... Помещения мелькали калейдоскопом, стремительно сменяя друг друга, пока, наконец, мы с грохотом не вывалились на улицу где-то с другой стороны.
— РРраааррх! Ты! Ты, проклятая демоница! — яростно взревел противник, резким ударом ноги отбрасывая Старика от себя.
— "Демоница", хах. Забавно слышать это от того, кто сам-то выглядит так, словно выполз из адской дыры, — невольно фыркнула я, закатив глаза. — Давно не смотрелся в зеркало после нашей последней встречи, Чернодед?
— Заткнись! Верни младшую принцессу, холфортская ведьма! — прогрохотал тот, бросаясь на меня с мечом.
— Нет, — Старик рванулся вперед, занося для удара копье из адамантия, специально подготовленное именно для этого боя. Два оружия столкнулись с силой, от которой загудели мои кости. — Тебе никогда её не вернуть... хотя бы потому, что тут её никогда не было. Вы, идиоты, об этом даже не подумали, не так ли?
— РРррыыыаааа!! — В ответ на мою насмешку он набросился, словно дикий зверь. С нашей прошлой встречи старик стал гораздо сильнее, просто ужасающе сильнее! Маготех артефакт неолюдей, который он использовал, превратил его в настоящего монстра... не только в плане силы, но и физически.
Но я не уступала! Я сталкивалась с ним снова, снова и снова, и каждый миг, каждый удар лишь упрочивал мою позицию. И хотя это был тяжелый бой, который я предвосхищала долгое время... я не улыбалась.
Его атаки были сокрушительными, но дикими. Мастерство, загоняющее меня в угол, поблекло, разбавленное несдержанностью разума. Его ловкость, звериная, живая, терялась в несдержанности. Мой противник все еще превосходил меня во всем... но он не мог меня одолеть.
— Виконтесса Лайфвилл! Мы, третий королевский отряд, прибыли на подмогу!.. — прокричал потрепанный боем рыцарь. Он, и десятки других, зависли в воздухе над нами, готовые броситься в бой. Появились-таки?.. — Солдаты, всем в бо!..
— Держитесь подальше, если помереть не хотите!
— Это невозможно. Мы... гу-ах?!
Пилот замолчал, когда в голову его доспеха прилетел валун, небрежно отправленный в него ногой Старика.
— СВАЛИТЕ! — не сдержавшись, огрызнулась я, дав волю скопившемуся внутри раздражению. У меня внутри все бурлило и клокотало. Я и не знала, что была способна испытывать такой уровень эмоций. Было негодование, злость, агрессия... но больше всего я чувствовала давящее, гнетущее Разочарование. — Он. Мой.
Мы набросились друг на друга, не тратя времени на слова. Черный доспех дрался яростно и неистово, его атаки были сокрушительными, а магия невероятно мощной. Но, не смотря на это...
— Гррааах! Почему?? — грохотал его искаженный голос, — Преимущество в мощности доспехах на моей стороне, сила на моей стороне! Моё мастерство выше твоего! Почему! Почему ты!.. Почему я не могу тебя убить?!
— А ты не понимаешь?.. — адамантитовое копье вонзилось в его руку, разорвав запястье. Рыча от боли, "доспех" перехватил выпавший из обливающегося бурой кровью обрубка меч левой рукой. Он ударил наотмашь, но обе руки Старика метнулись вперед, сжав его руку на середине удара. — Ты действительно... не понимаешь? Мне жаль тебя, несчастное создание.
— Что?!!
— Ты стал сильнее. Это несомненно, — слившись с артефактом древних неолюдей, который этот ублюдок-маркиз уговорил корону передать Княжеству в качестве "жеста примирения", старик, безусловно, стоял выше прочих. Уж не знаю, ассимилировал ли он сам артефакт, либо же он — его, детали меня не интересовали. Важна была суть, лежащая в этом. — Но это "всего лишь" сила. Дело в том, что... Ты. Перестал. Развиваться!
Резко рванув вперед, голова Старика со всей силы врезалась в голову Рыцаря. От удара "доспех" харкнул кровью.
Вот в чем вся суть. В развитии. В возвышении над старым собой.
К моему глубочайшему сожалению... Я ошиблась. Я очень, очень сильно ошиблась.
— Что. Это. За. ДЕРЬМО?! — не давая врагу опомниться, я просто набросилась на него. Игнорируя его попытки защититься, игнорируя выстрелы магии в упор, я просто била, и била, и била... Оружие, выкованное специально для боя с одним-единственным противником превратилось в орудие мясника: бедро, лодыжка, плечо, бок... Атаки сыпались градом, буквально отделяли куски брони и кромсали металлическую псевдоплоть.
Я ошиблась.
Я думала, что это будет Вызов. Противник, что вернется десятикратно сильнее, чтобы вновь довести моё тело и разум до предела, и толкнуть их даже выше. "Противник", "Немезида" — это было моё самое эгоистичное желание. Но, очевидно, нельзя было получить что-то, просто очень сильно этого желая.
— Ты не Вирал, — признание оставило горький привкус на губах. Как нелепо: я читала Леону лекции о "здравом смысле", но сама поддалась высокомерному мышлению. Я заигралась. — Извини за это. Ты... ты просто не подходишь. Я должна была понять это еще тогда.
— О чем... гх... ты говоришь... ты.... Безумная... — проскрежетал человек, превратившийся в монстра, упрямо тянущийся последней рукой к рукояти клинка.
Пришедшее понимание было отрезвляющим и неуютным. Просто потому, что хотела своего "Вирала", я, в своём эгоизме и высокомерии, возложила эту роль на того, кто к ней совершенно не подходил. Все остальное — плоды моих действий, не более.
— Я... хн. Не бери в голову. Я просто была слишком требовательна, — вздох сорвался с губ. Наклонившись, Старик сжал пальцы на шее кривого обрубка доспеха, подняв его в воздух. Все-таки, он был монстром: любое живое существо с функциональной биологией уже было бы мертво в таком состоянии. — Скажи: стоило ли это того? Все это? Эта злоба? Эта ненависть?
- М-моя жена... М-моя дочь... Я... должен отом-стить...
— А скольких вы убили? Сколько отцов, братьев, матерей и дочерей погибло от ваших рук здесь и сейчас? А до этого? А как же все деревни и города, что вы хотели разорить? Не пытайся оправдать свои действия чем-либо кроме своего желания разрушения. Этот бесконечный цикл ненависти будет разрублен. Плевать на правых и виноватых. Все закончится, так или иначе, — "Рубиконское рукопожатие" соскользнуло со своего места, со щелчком закрепившись на правой руке меха. — Но... довольно. Пора заканчивать со всем этим. Какие-нибудь последние слова?
— Это... это не конец! Я убью вас всех... всех...
— Ясно. Похоже, ты почти утратил разум... Или, наверное, ты сделал это уже очень давно? — рука ударила, вонзая пайлбункер в центр груди черного доспеха. — В конце концов... ты просто старик, утопающий в ненависти. Не больше, ни меньше.
— Гхх... г-гух... П-прости... прин...цесс...а... — из области, под шлемом, где должен был находиться рот, хлынул поток крови. Дрожащие пальцы неуклюже сомкнулись на элементах механизма, по граням которого бежали зеленые всполохи.
Мой палец дернул рычаг — звук удара совпал со вспышкой изумрудного света, осветившей окрестности. Вся грудь монстра исчезла, просто испарившись, а вскоре и остатки его тела начали истлевать, как это происходит со всеми магическими монстрами после их смерти.
И с этим, последний враг, напавший на столицу, был повержен. Бой завершился.
— Прощай, безумный старик. Я тебя переоценила, — сказала я, бросив взгляд на единственное, что осталось от моего противника — упавшую на землю руку меха, артефакт неолюдей. Рука казалось "достаточно мертвой", так что, возможно, не доставит проблем в ближайшее время, поэтому я решила временно проигнорировать её. Сейчас были куда более важные дела — проверить состояние Лены, например.
И, конечно же, выиграть войну.
* * *
В небе над столицей парили сотни кораблей. Чуть больше двух сотен, если быть точным. Подготовка к контратаке была практически завершена, и на это ушло буквально меньше половины дня.
— Как нелепо: даже под плетью Леона потребовался полноценный рейд, чтобы заставить вельмож перестать пустозвонить и, наконец, взяться за дело... — пренебрежительно фыркнула я, опершись на имитацию панорамного окна. Дерзость Нероны, разумеется, сильно выделялась в этом боевом построении, приковывая к себе тысячи взглядов и вызывая бесконечную волну шепотов и пересудов. Она, безусловно, полностью затмила — как в прямом, так и в переносном смысле — корабль королевской семьи, который, по идее, должен был стать нашим "победоносным оружием". Что, честно говоря, таки было.
Да, информация, почерпнутая из Игры, подтвердилась: левиафанов, призванных магическими флейтами, действительно невозможно убить. Судя по всему, этот монстр должен был атаковать столицу снизу, из воды, тем самым подкрепив атаку рейдеров Княжества с другого фронта, но Люксион перехватил его еще на подходе, и все это время без перерыва расстреливал из всех стволов. Вернее, он даже сейчас продолжает это делать, потому что тварь регенерировала и почти тут же возрождалась после получения слишком большого урона.
"Вот же морока. Похоже, у нас просто нет иного выбора, кроме как полагаться на "силу героини"", — моя щека раздраженно дернулась от этой мысли.
Похоже, Оливии все-таки придется втянуться в этот беспорядок по самую макушку. Она и без того достаточно сильно вовлеклась в происходящее, помогая немногим пострадавшим вместе с Мари и прочими лекарями. К счастью или несчастью, после вражеского рейда было не так уж и много раненных: но это лишь потому, что сложно получить "просто" ранение, когда вокруг буйствуют магические доспехи. Обычно от несчастных, попавших под раздачу, оставались лишь размазанные кляксы.
Тем не менее... количество жертв удручает, хотя положительным моментом было то, что среди них было не так уж и много мирных жителей — в основном пострадали рыцари и солдаты, вставшие на их защиту. Городу был нанесен ощутимый материальный ущерб, но это сущие мелочи на общем фоне.
Мой орден тоже не обошелся без пострадавших но, к большому моему счастью, Лена была самым серьезным случаем — в основном это были травмы, которые даже считать было неловко. А вот мой замкомандира... Ха. Она, кажется, решила отдуваться за всех остальных — трещины в ребрах, один вывих, хлыстовая травма шеи, рассеченная бровь и сотрясение мозга до кучи, не говоря уже о множестве синяков и ссадин. Боже, серьезно, когда её, наконец, извлекли из искореженной кабины, она выглядела совершенно ужасно, но, к счастью, несмотря на внешний вид, большинство травм были "относительно поверхностными", и не угрожали жизни.
Какое облегчение!
В данный момент моя воинственная дева находилась в лазарете Нероны под строгим присмотром. Почему присмотр был именно "строгим"? Да потому, что эта неуёмная дурёха все еще рвалась в бой, едва очухавшись достаточно, чтобы едва стоять. Чего ей, честно говоря, делать пока не стоило! Продвинутые медикаменты и магия Света могли справиться с ранами плоти, но это совершенно не означало, что пациент тут же будет здоров!
Хах. Вот уж не думала, что однажды пригрожу милой девушке связать её, и при этом совершенно без сексуального контекста. Но мне пришлось это сделать, потому что ей, очевидно, было мало едва не убиться об демонизировавшегося врага и хотелось принять участие в общей свалке.
— Но я могу сражаться! Я могу взять Ландскнехта из запасов, и... уг!
— Поговорим об этом в следующий раз, когда тебя перестанет тошнить и штормить, — насмешливо фыркнула я, видя, как грудь смуглой девушки судорожно дернулась, сдерживая внезапный позыв. Ага, сотрясение — это не шутки. Отстранившись от экрана, я присела на край больничной койки, мягко похлопав девушку по плечу. — Ты уже сделала более чем достаточно, Лена-тян. Отдохни.
