Товарищ Гроза - 2

— Ну вот, теперь я достоин такой девушки, как ты, — объявил я Любви Орловой, разглядывая свой значок.

— В смысле? — не сразу поняла она.

— В том смысле, что теперь я тоже официально парашютист. Слышал, в это время приличная девушка не станет танцевать с парнем, у которого нет такого значка. Ну а ты ведь приличная девушка?

— А, это, — отмахнулась она. — Парашютисты есть у многих, а путешественник во времени — только у меня.

— Тоже логично, — осталось согласиться мне.

Интересно, а сколько нужно совершить прыжков, чтобы называться мастером парашютного спорта — или как тут это следующее звание называется? Хотя чего это я туплю — есть у кого спросить. Как и ожидалось, главным источником оказалась не боевые пилоты, для которых прыжок с парашютом был лишь обязательной частью подготовки, а Маша Воронова.

— Согласно положению, утверждённому в 1940 году, звание присваивается парашютистам, совершившим не менее ста прыжков, в том числе несколько высотных и с задержкой раскрытия парашюта, при условии выполнения нормативов комплекса 'Готов к труду и обороне' и 'Ворошиловского стрелка II ступени', — начала она, словно по писаному. — Кроме того, звание может быть присвоено за рекордные достижения или изобретения в области парашютной техники.

— Ну, сотню прыжков, допустим, я сделаю — в этом нет ничего особенного, — почесав затылок, произнёс я.

Зато 'изобрести' я как раз кое-что могу. Просто потому что в теории знаю о парашютах будущего. Никогда не прыгал, но самим вопросом интересовался и в случае чего на бумаге нарисовать смогу. На всякий случай надо не забыть: если вдруг доведётся контактировать с руководством страны, поднять и этот вопрос. Уж бумажку они мне за изобретение точно не пожалеют.

С одной стороны — жульничество, а с другой — правила совершенно официально такое позволяют. То есть чтобы получить звание парашютиста II ступени, необязательно уметь прыгать в соответствии с этой ступенью, можно что-нибудь изобрести в строении самого парашюта.

Что касается остальных требований уже не уверен. Вернее, не так — во всём уверен. ГТО — ерунда, оно у меня и в прошлом, которое будущее, было. Усмехнулся и полез в системные характеристики — в поиск навыков, которые с единичкой. Да, нашёлся.

Готов к Труду и Обороне: 1

Только почему всего единичка? У меня же золотой значок был. Ну, условно золотой — на самом деле все они были из алюминия, но делились на три степени: бронзовый — третья, серебряный — вторая, и первая, соответственно, золотой. Поэтому, если мыслить логически, и за каждую давать единицу в навыках, то за золотой должна быть тройка. Но Система не стала заморачиваться и все их уровняла. Учитывая, что сдавалось это ещё в школе и никакой сложности не представляло, я даже согласен.

В любом случае, порывшись в закромах — как до этого с значком парашютиста, — нашёл целую россыпь значков ГТО и один из них повесил себе на грудь рядом с пионерским. Честно заслуженное, даже признанное Системой.

Кстати, в России двадцать первого века ГТО возродили как массовую программу — но уже без идеологической нагрузки. Там это, по сути, скорее фитнес. Здесь же ГТО — совсем другое дело. Это не про сферический 'здоровый образ жизни' в вакууме. Это проверка на прочность и экзамен на выносливость. Здесь это не спорт, а навык, который завтра может спасти жизнь. Как бы ни ругали ту идеологию, но её отсутствие — чаще минус. А ещё... советский значок просто лучше.

Так, с 'Готов к труду и обороне' разобрались — дальше 'Ворошиловский стрелок'. Допустим, на первую ступень я сдам без проблем. Ну, надеюсь, что сдам — на самом деле там ничего сверхсложного. А вот со второй уже не уверен: там действительно необходимо быть снайпером или кем-то очень близким к этому уровню.

Кстати, у нашего снайпера, Андрея Волкова, такой значок, оказывается, был. Среди его имущества, сваленного в телегу, нашлись не только документы, но и этот самый знак. Он его почему-то не носил, но после моего вопроса предъявил.

Не стал откладывать дело в долгий ящик и предложил устроить комиссию по сдаче нормативов. Тем более такой авторитет со значком второй ступени у нас присутствует — будет главным членом жюри. Никто, как ни странно, не возражал, хотя желающих особо много не нашлось.

В итоге собрались: я — как главный инициатор; Любовь Орлова, не желающая от меня отставать; сагитированный мною штабс-капитан Медведев и лейтенант, который уже не захотел отставать от него. Глянул на Машу Воронову, но, как отказалось, у неё и так 'Ворошиловский стрелок' уже есть — как и 'Парашютист', как и ГТО. И наверняка какое-нибудь 'Метание гранат с отличием' — уж в ком-ком, а в ней я не сомневался, хотя за последнее никаких значков и не выдавали. Что ж, Маша стала ещё одним членом жюри.

Вышли ещё трое бойцов, но как-то неуверенно — явно за компанию. Нам же лучше: если у них ничего не получится, будет сразу видно, что комиссия была честной — кто-то провалился, а кто-то достиг результата.

Насчёт тех троих я оказался прав — они быстро отсеялись. Лучше всех из нас стрелял штабс-капитан и очень быстро выполнил норматив. С небольшим отставанием справился лейтенант. На третьем месте оказался я.

Зря я надеялся, что Андрей Волков будет ко мне снисходителен как к 'шаману'. Фиг вам, называется, — чукотское национальное жилище. Наоборот, придирался он сильнее всего именно ко мне: раз шаман, значит, обязан быть лучшим во всём.

Любовь Орлова тоже сдала. А вот тут у меня возникли сильные подозрения, что именно к ней наш снайпер проявил снисходительность.

Шутка удалась! Хотя главной целью был вовсе не юмор, а признание навыка Системой. В этом случае моё дальнейшее развитие именно как стрелка заметно упростится. Что, собственно, и произошло: как только документы были подписаны, а значок нацеплен на грудь, выскочило системное сообщение:

Внимание! Получен навык:

Стрелок: 1

Шутка же была в другом. Точно такие же значки получили и все остальные, прошедшие испытание. И теперь было забавно смотреть, как на груди Савелия Медведева рядом с царскими орденами красуется советский 'Ворошиловский стрелок'. Не стал произносить это вслух, но про себя посмеивался. Приятно, когда одним действием убиваешь сразу несколько зайцев.

Глава 8 Стрельба по‑македонски

Казалось бы, зачем мне это надо? Имею в виду не только стрелка. Умение хорошо стрелять ещё никому и никогда не повредило. Даже при полном отсутствии оружия не повредило. А уж когда оно есть — тем более.

Но что касается парашютиста... При наличии инвентаря выполню прыжок любой сложности и не будучи официально признанным мастером парашютного спорта. Просто по мере надобности сменю несколько парашютов, что бы ни случилось. Так‑то оно так, но иметь реальный навык всё же лучше.

А то так себе и представил авиакатастрофу, из которой я сбегаю в пространственный карман. Тут нет никаких сомнений — получится без проблем. Но что дальше? Так и буду сидеть в инвентаре, опасаясь оттуда высунуться? Даже при наличии нескольких парашютов! А при прыжках с большой высоты уверенность в себе — одно из самых важных качеств. Ну, кроме наличия самого парашюта, разумеется.

Тем более что не мной замечена ещё одна особенность Системы. Если у тебя уже есть один уровень признанного ею навыка, то повышать его намного проще, чем учить то же самое без такого признания. Просто это у тебя оказывается как бы вечно записанным в виде базы и никуда не девается, и освобождается оперативная память для изучения нового. Ну и самое главное: если она признаёт следующий уровень, ты получаешь даже те знания, которые сам не изучил, но они для этого уровня положены.

Интересно, а если я вот таким образом попробую стать пилотом? Примет ли это Система или нет? Точно так же организуем пилотную школу прямо при нашей дивизии. Кое‑кто будет в восторге: а то она пока лишь номинально командиром авиаполка числится, при полном отсутствии наличия этого самого полка. А так при полке хотя бы школа лётного состава появится. Да и на самом деле Маша Воронова как раз инструктор, а не офицер. Задача именно для неё. С другой стороны, ей самой нравится считать себя именно боевым пилотом. Так что ещё большой вопрос, будет ли она в восторге от этой идеи или нет.

Ну а я реально научусь летать на У‑2. А потом, как положено, — комиссия, экзамены и официальная бумага, признающая меня пилотом. Никакого фарса, без дураков научусь. Просто в это время требования к пилоту сильно ниже, чем были в моё. Поэтому и первый уровень всяко осилю. Ну а дальше можно будет учиться точно так же, как и парашютному спорту. То есть если Система признала первый уровень, то со вторым будет проще. Даже не с самим признанием, а с лёгкостью в обучении.

В следующем этапе подготовки нашего авиационного полка участвовала не Маша Воронова, а Любовь Орлова. Потому что следующим была песня 'по мётлам'. Я заявил это с вполне серьёзным выражением лица — мол, подразделению необходим свой гимн. Ну, знаете, когда ты шутишь с серьёзным видом, а все смеются.

Шутка не удалась: моё заявление восприняли на полном серьёзе и стали изучать песню.

Мы не похожи на киноактрис,

Мы ходим по Земле глазами вниз.

По внешности монахини скромней.

Ах, внешность, что ж скрывается за ней!*

*Марина Панова (Рэнди)

Тоже хорошо. Значит, при взлёте самолёта будет выкрик не 'От винта!', а 'По мётлам!'

А учитывая, что песня именно про ведьм, я рассказал Маше Вороновой о 'ночных ведьмах' — всю известную мне из будущего информацию об их тактике. Подлететь ночью на максимальной высоте, заранее выключить двигатель и планировать к цели. У‑2, конечно, не планер, и висеть в небе столько, сколько позволит выносливость пилота, он не может. Но всё же способен покрыть достаточно большое расстояние, чтобы оказаться незамеченным. Ну а дальше — аккуратный выход на цель, сброс бомб и бегство на бреющем.

Если ПВО по тебе сразу не попадёт, то дальше уже без шансов. А учитывая, что они тебя заметят только после взрывов твоих же бомб, нетрудно догадаться, какой будет результат. Вражеских истребителей же можно не бояться от слова совсем.

В моё время писали, как немецкие асы боялись 'ночных ведьм'. Да ничего они не боялись — хотя доля истины в этом утверждении есть. Когда твоя цель медленнее твоей самой минимальной скорости, попробуй в неё попасть. Разница в скорости — конечно, огромное преимущество, но в данном случае оно превращается в недостаток. Ведь в самый последний момент скорость надо уравнять, что у тебя просто не получится.

Нет, днём и на хорошей высоте ты эти У‑2 будешь щёлкать как орешки. А вот ночью и почти у самой земли — получится русская рулетка с неизвестным количеством патронов в барабане. Вот именно этого немецкие асы и боялись.

Выслушивая мои откровения по тактике воздушных сражений, Маша Воронова нахмурилась:

— А если двигатель не запустится снова?

Что интересно, в самой возможности самолёта планировать на достаточно большие расстояния — так, что даже звук его двигателя не засекут, — она не сомневалась. Хотя, учитывая, как она сама совсем недавно посадила свой У‑2 буквально с сухими баками, ничего удивительного в этом нет.

— Значит, не запустится, — просто ответил я. — В конце концов, это война, а не ДОСААФ.

Та не стала спорить, а кивнула в ответ. Мало того — решительно кивнула. Явно готова лететь при таких вводных. Её глаза не дрогнули, только пальцы крепче сжали косичку, которую Маша непроизвольно теребила. Хотя... чего это я? Она и при худших уже летала. С одной-единственной гранатой.

Кстати, раз уж мы на специально построенном для получения звания 'Ворошиловский стрелок' полигоне, я решил попробовать одну штуку, которую часто видел в книжках и читал в фильмах своего времени. Там крутые парни лихо палили из двух пистолетов сразу — 'стрельба по‑македонски', если верить легендам. А что? У меня как раз в инвентаре завалялась пара трофейных 'Люгеров' в приличном состоянии. Или пара ящиков, что даже лучше.

Достал, попробовал подержать в руках, несколько раз прицелился... Что‑то было не так. Не подходит 'Парабеллум' для такого типа стрельбы. 'Люгер' — штука красивая, но у него специфический наклон рукояти и рычажный затвор, который при стрельбе 'по-македонски' и вообще при любой другой, когда руки могут быть близко, может мешать обзору или зацепить одежду.

Вот 'Кольт М1911' — тот как раз очень даже подойдёт. Ну или его ближайший аналог, имеющийся в моём распоряжении, то есть Тульский Токарев. Или можно ещё два револьвера системы того же Кольта взять — или два 'Смита и Вессона'. Если верить тем же фильмам, из них тоже очень даже неплохо стреляется сразу с двух рук. Однако ни 'Кольтов', ни 'Смитов', ни 'Вессонов' у меня в товарных количествах нет, а ТТ — имеются.

Выглядело это в моей голове эпично: я, такой весь из себя герой, выхожу на огневой рубеж, вскидываю руки и укладываю мишени двойками. Или там не двойками надо? На самом деле пальнуть сразу двойку в одну мишень не так уж и сложно: целься из одного ствола, другой держи строго параллельно — и всё получится. Может быть. А там весь смысл — в стрельбе сразу по двум мишеням одновременно. Ну, может, и не одновременно, но очень быстро переключая внимание с одной руки на другую. Настолько быстро, что со стороны кажется, словно у тебя каждая рука сама по себе и стреляет в свою мишень. На деле же...

На самом деле я очень даже неплохо стреляю с двух рук. Но, как говорится, есть один нюанс. Если взять пистолет в правую руку и упереть его в левую ладонь, то я стреляю очень даже хорошо — сильно выше среднего, уже проверяли. Даже Андрей Волков похвалил своего шамана.

Что будет, если начну стрелять сразу из двух пистолетов, — понятия не имею. Никогда не проверял. Поэтому пока не проверю — не узнаю.

Решил для начала потренироваться в медленном темпе. Выбрал две мишени, находящиеся достаточно далеко друг от друга. Встал как бы на одну из вершин равностороннего треугольника и начал стрельбу. Вообще-то ТТ 'сушит' руку. У него довольно резкая отдача, и стрелять из двух ТТ одновременно — серьезная нагрузка на кисти, особенно на левую, непривычную. С другой стороны, для обладателя Системы это вовсе не проблема. При условии, если, конечно же, имеешь нужные характеристики хотя бы выше четвёрки.

Я уже один раз из пулемёта стоя с рук стрельнул и только потом до меня дошло, чем такое могло бы закончиться, если бы не имел Системы. Так что стрельба из двух пистолетов — точно не проблема.

Получилось! С правой руки попал весь магазин, с левой — только половину. Но всё равно попал! Я вообще не знал, получится ли у меня прицельно стрелять левой рукой. Оказывается, получилось.

Понятно, что ни о каких десятках речи вообще не было. Одна девятка правой рукой — и вообще всё остальное просто куда‑то в мишень. Но даже такой результат очень даже неплох. Правда, он ровным счётом ни о чём не говорит, так как я на каждый выстрел специально отдельно прицеливался. Хотя, честно, это делал: правым глазом для правой руки и левым — для левой. Осталось посмотреть, что будет, если то же самое проделать очень быстро.