Год, не похожий ни на один другой

— Давайте вернемся к нашему предыдущему разговору, — предложил Мастер зелий. — Ваш дядя. У вас есть какие-нибудь соображения, почему он намеренно настроил вас против себя в то время, когда ему нужна ваша помощь?

— О, это просто, — ответил Гарри, отодвигая тарелку и вытирая руки о штаны Дадли, чтобы увидеть, как Снейп снова поморщился. — Дядя Вернон никогда в жизни никого ни к чему не принуждал. Все, что он умеет, — это запугивать. — Гарри нахмурился, припоминая множество подтверждений, затем заставил себя вернуться к текущей теме. — Он бы понял, что я не стал бы этого делать, если бы он вежливо попросил.

— Согласен, он не очень вежливо попросил, — губы Снейпа слегка изогнулись. — Но это подводит меня к другому вопросу. Почему этот вопрос заставил вас учащенно дышать? Я слышал подробные рассказы о вас, как от пожирателей смерти, так и от Альбуса. Честно говоря, вы встретили Темного Лорда с гораздо меньшим беспокойством, чем перед своими родственниками. Вряд ли они могут показаться вам более страшными, чем он.

— Да. Я не знаю... — Гарри провел пальцем по своему шраму. — Может быть, по крайней мере, с ним я могу что-то сделать. Не то чтобы я думал, что смогу оставить на нем след; я был в ужасе на том кладбище. Но у меня было... я не знаю. Выбор. Заклинания. Что-то. Кроме того, каждый раз, когда я сталкивался с ним лицом к лицу, как ты это называешь, мне тоже помогали. Сначала это было "Зеркало Еиналеж", потом Фоукс и Распределяющая шляпа, и, э-э, мои родители, появляющиеся из его волшебной палочки, и, собственно, Дамблдор и несколько статуй в последний раз.

Снейп не усомнился ни в одном слове из этой болтовни. Ну, он, вероятно, слышал все это из своих источников, как он и сказал. Разве это не замечательно — быть Мальчиком, о котором все только и говорят?

— В любом случае, какое это имеет значение? — спросил Гарри, понимая, что его охватывает жалость к себе, и пытаясь подавить ее. — Они чувствуют то, что чувствуют, и я не могу этого изменить. Не думаю, что даже спасение тети Петунии могло бы что-то изменить, хотя Дадли заставил меня задуматься.

— Он видел то, чего не видел твой дядя, — тихо подтвердил Снейп. — Что отталкивать тебя было не лучшим способом попросить о помощи.

— Ха. — Говоря это, Гарри выудил плитку шоколада и начал есть. — Лично я думаю, что дементоры напугали его до полусмерти. Либо так, либо, когда они пытались высосать его душу, им удалось извлечь только самые худшие фрагменты. Да, вероятно, все это связано. Я имею в виду, подумайте сами, он дал мне не карамельно-кокосовую конфету, а мехоколад". Это было не смешно, но Гарри почему-то рассмеялся.

— Не шути так о дементорах, — пожурил его Снейп.

— Я и не думал. Я действительно думаю, что они могли изменить Дадли к лучшему. Гарри откинулся на спинку кресла и уставился в потолок. Перед его глазами все плыло, что только показывало, насколько он устал. Вероятно, именно это развязало ему язык сказать: — Знаешь, это так странно — вот так сидеть и разговаривать. Не думаю, что за последние три минуты ты хоть раз оскорбил меня.

— Тебе стало бы легче, если бы я это сделал? — Спросил Снейп немного раздраженно. Что ж, так было лучше, подумал Гарри.

— Да, наверное, так и было бы, — признался он, вставая и потягиваясь. — Это напомнило бы мне, что ты не Ремус. Что ж, я устал. Дядя Вернон устроит истерику, если узнает, но я лягу на диван, а не на пол. Ты можешь занять мою комнату, как он и сказал. Не думаю, что есть смысл мешать тебе, не сейчас. Спокойной ночи.

— Иди наверх, в свою комнату, — приказал Снейп. — Я сейчас поднимусь

— Зачем? Мне не нужно было, чтобы кто-то меня укрывал с тех пор, как... — О, черт. Тетя Петуния никогда не укрывала его одеялом, но он вряд ли собирался говорить об этом и походить на жалеющего себя маленького придурка.

Снейп покачал головой.

— Этот дом, возможно, пропитан кровью жертвоприношения вашей матери, но если ваша тетя умрет ночью, Темный Лорд войдет в него. Вам не следовало показывать этот адрес мистеру Малфою. Нет сомнений, что Люциус уже сообщил об этом всем заинтересованным сторонам.

— Итак, вы знали, что это было письмо, вы знали еще до того, как взяли его, что я не жульничал!

— Да, — без тени раскаяния подтвердил Снейп. — Я в курсе того, что происходит в моем классе, мистер Поттер.

— Иначе Невилл не стал бы добавлять драконью чешую, когда ему нужна кожа эльфа!

— Мистер Лонгботтом должен учиться на собственном опыте, как и все вы.

— И для вас не имеет значения, что в итоге мы вообще ничему не научимся! Парировал Гарри. — Это просто великолепно, сэр. В любом случае, если здесь так чертовски опасно, нам стоит вернуться в Хогвартс, не так ли?

— Не иначе, как передав силу жертвы, принесенной твоей матерью, твоему кузену. Это необходимо. Если учесть все обстоятельства, этот дом для тебя безопаснее, чем Хогвартс, в который Волдеморту разрешалось входить несколько раз с тех пор, как ты прибыл. Снейп нахмурился, увидев электрический свет на кухне, но прежде чем Гарри успел пошевелиться, чтобы выключить его, он взмахнул палочкой, чтобы погасить его.

Все тревоги Гарри нахлынули на него с новой силой, пока он не погрузился в них с головой.

— Дадли, может, и дал мне конфету, но он не пойдет против своего отца, а дядя Вернон и пальцем не пошевелит, чтобы помочь мне, пока тетя Петуния лежит больная. Итак, что мы будем с этим делать? Я имею в виду, я, конечно, не могу ее вылечить, но есть ли что-нибудь, что могло бы помочь? Какое-нибудь зелье, знаете, что-нибудь, что может быть в больнице Святого Мунго, что-нибудь, что угодно?

Снейп начал подниматься по лестнице и жестом пригласил Гарри следовать за ним.

— Нет.

— Ты уверен? — Спросил Гарри, и его снова охватило чувство паники.

— Волшебные средства действуют, взаимодействуя с магическим ядром внутри нашего собственного тела. За редкими исключениями, они либо бесполезны, либо смертельны, когда используются против магглов.

— Дерьмо.

— Шокирующий язык для такого чистосердечного гриффиндорца, как вы, мистер Поттер, — растягивая слова, произнес мастер зелий, поднимаясь по лестнице.

— Видишь, я знал, что ты и трех минут не протянешь без того, чтобы не оскорбить меня.

Снейп резко развернулся на стуле и уставился на него сверху вниз.

— Ты считаешь это оскорблением? А я-то сдерживал свои истинные мысли.

— Конечно, сдерживал, — парировал Гарри. — Я знаю, что ты на самом деле думаешь обо мне. Ты даешь мне это понять каждый раз, когда я прихожу на твои занятия, не говоря уже о случайных встречах в коридорах, и не говори мне, что это все просто шоу. Ты начал это еще тогда, когда Люциусу Малфою не перед кем было отчитываться.

— События вашего второго курса должны показать вам ошибочность этого вывода.

Снейп подождал, пока Гарри перелезет через него и их лица окажутся на одном уровне. Затем он наклонился ближе, его глаза заблестели так, что на самом деле вспомнился Снейп, а не Ремус. В его голосе звучала уверенность в собственных словах.

— Позвольте мне поделиться с вами тем, что я на самом деле думаю о вас, мистер Поттер. Сегодня в больнице вы назвали себя ненормальным и сочиняли истории о том, что такое магловедение на самом деле. Вы подвергли себя оскорблениям и брани, и не сказали ни слова, чтобы опровергнуть это.

— И что с того? — Парировал Гарри, не отступая, хотя ему и казалось, что Снейп дышит ему в затылок. У него было ощущение, что Снейп называет его трусом, что лишь показывало, как мало этот человек понимает. — Ты же сам сказал, что мне лучше расположить их к себе!

— Ты купил эти цветы, — решительно продолжил Снейп, — специально, чтобы спровоцировать спор о деньгах, чтобы потом заявить, что кто-то еще работает с тобой, как с домашним эльфом. Вы знали, что вашему дяде понравилась бы эта идея. Вы солгали, мистер Поттер. Вы манипулировали. Вы обманули. Это определенно было по-слизерински.

Гарри напрягся и проговорил сквозь стиснутые зубы:

— Это удар ниже пояса, тебе не кажется? — Конечно, так оно и было. Снейп сам был слизеринцем. С каких это пор они стали драться честно?

— Что я думаю, мистер Поттер, так это то, что вам следовало позволить Распределяющей шляпе сделать свою работу!

Он так сильно сжал челюсти, что у Гарри отвисла челюсть.

— Вы знаете о...

— Конечно, я знаю, я был там, — мягко ответил Снейп, наконец отступая. — Доблесть и честь гриффиндорцев, такие благородные черты характера. Я полагаю, у них есть свое место. Но чтобы свергнуть Темного лорда, потребуется гораздо больше. Это требует хитрости, которой ты бы уже овладел, если бы жил в моем доме.

— Ну и дела, спасибо, я всегда хотел быть мошенником и лжецом, — протянул Гарри, качая головой. Он не хотел думать о том, что могло бы случиться с ним в Слизерине, он действительно не хотел.

— Ты поступаешь неосмотрительно, исключая любую тактику ведения боя, которая могла бы выиграть эту войну. — С этими словами Снейп прошел по коридору, чтобы взглянуть на ряд замков за дверью Гарри, на его лице не было никакого выражения. Гарри подумал, что с чертами лица Ремуса это было довольно сложно сделать.

Когда Снейп открыл дверь и вошел внутрь, Гарри решил, что с него, пожалуй, хватит.

— Послушай, это просто умственно отсталое занятие. Мне не нужна няня, а даже если бы и понадобилась, там всего одна кровать...

— Ты думаешь, я собираюсь спать? — Спросил Снейп, слегка вздернув подбородок в знак вызова. — нет. Ты будешь спать, а я посторожу. Я действительно не думаю, что твоя тетя умрет сегодня ночью, но я не хочу рисковать тобой, если это случится.

— Я не смогу уснуть, если ты будешь сидеть здесь и наблюдать за мной!

— Да, можешь. У меня есть зелье...

— Добавь свое зелье!

— Гарри, — тихо сказал Снейп, его голос был абсолютно ровным, — Прекрати этот идиотизм и иди спать.

Гарри подумал, что зрелость может пойти прахом.

— Смотри, диван звучит все лучше и лучше...

— Ты будешь спать в своей постели, — решительно объявил Снейп, — или сядешь рядом со мной и объяснишь, что за черная энергия скрывается в шкафу под лестницей. Нет? Я так и думал, что нет.

Гарри, не раздеваясь, забрался под одеяло и закрыл глаза, а его лицо исказилось такой гримасой, что даже мышцы напряглись. Он не собирался засыпать под присмотром Снейпа, просто не собирался. Это не было упрямством или идиотизмом, как сказал Снейп, это была чистая правда. Он не мог расслабиться, даже когда легкое заклинание, плывущее по воздуху, заставляло простыни слегка пахнуть лугом. Даже если бы его веки отяжелели, а слабый звук скрипа стула по половицам, казалось, вплетался в сон, и комната медленно наполнялась теплом... и уютом...

Даже если бы...

— Хей, — сонно пробормотал Гарри, перекатываясь на бок и обхватывая себя руками под покрывалом. — Ты назвал меня Гарри... хм, я думаю, когда рядом никого не было, чтобы услышать это.

— Кто-то был рядом, — тихо ответил Снейп. — Тише, Гарри. Дай себе поспать.