— Да флаг тебе в руки и барабан на шею! Смотри, только не опозорься! Танец сложный. И от партнёрши много зависит. Вот как от Натахи. Она умеет. Не даст соврать.

Натаха горячо за — быстро кивает головой, принимая гордую позу.

— И вообще. Чтобы хорошо получалось, надо любить танцевать. Мы любим танцевать.

Натаха ещё чаше и энергичнее закивала. И тут же, неожиданно для всех, добавила.

— А тебя заставляют. Ты не любишь танцевать! У тебя не получится!

Видно что-то сказано было прям в точку, если Киндюк с пол-оборота завёлся и попёр на Натаху. Я даже среагировать не успел. Но, как оказалось, мои телодвижения были излишни.

Замах у Киндюка был широкий. Как и большинство детсадовцев, он дрался самым примитивным образом — высоко поднять кулак и с широким замахом опустить на голову или, если повезёт, на лицо обидчика. Но, как оказалось, он это зря затеял.

Натали как от мухи отмахнулась. Такой же широкий замах, но с уходом в сторону, с линии атаки. Лёгкий разворот и левую ногу — под правую киднюковскую. Киднюк, своим кулаком не встретив никакого сопротивления, "проваливается". Натахе остаётся лишь слегка толкнуть его в плечо. Что она и сделала.

Всё она проделала как в танце. Красиво. Слитным движением.

Пока "Йурочка" шлифует пол мордой, стараюсь закрыть свою пасть и поймать мелькнувшую в голове догадку.

Догадка медленно обрастает "воспоминанием" свалившемся от Старшей Памяти.

Ведь Натаха — обучалась приёмам самообороны. Также как и Серёга с Людой. Все вчетвером обучались. Да, в этой реальности это будет не раньше чем лет через восемь-десять. Но если к Натахе прорвалась Старшая Память в виде памяти тела, то...

Красноречиво смотрю на Серёгу. Который ржёт с Кинюка, разбившего нос об пол и ныне мешающего кровь с соплями, орущего на всю группу.

Ведь если Натаха может, то и Серёга с Людой?

Не! Не драться. Танцевать Танго!

Мои размышления прерывает набежавшая Дина Петровна. Ведь надо было тому случиться, что наезд мелкого Кинюка совпал с тем, что она на минуту покинула помещение.

И ведь действительно: термин "набежавшая", очень хорошо подходит к тактике этой воспиталки: прибежать, подойти поближе и грозно нависнуть над "виновниками". Чтобы им страшнее стало.

Но она даже не успела ничего сказать, как мы с Серёгой, синхронно(ну так получилось!), вскидываем руки и указуя на Киндюка говорим одну фразу.

— Он на Натаху напал! А она от него увернулась!

Одновременность Дину Петровну озадачивает и она забывает то, что хотела сказать, а хотела что-то грозное. Перед тем, как наказать невиновных.

— А мы рядом стояли! — добавляю я, пока она не опомнилась.

— Мы ничего не делали. — тут же добавляет Серёга.

— Только смотрели. — добавляю уже я, так, чтобы между нашими репликами никаких пауз не затесалось.

— А он меня ударить хотел! — возмущённо заявляет Натаха.

— А потом упал. — это Серёга.

— Сам упал! — это уже я подтверждаю.

Дина Петровна грозным взором обводит спиногрызов стоящих кружком возле нас и молча наблюдающих за действом.

— Это правда? Что Юра напал на Наташу?

Все дружно, хоть и в разнобой, кивают.

— Натаха ещё тогда сказала, что Киндюк девочек бьёт! — "подкладывает" язык Люда Меньшикова.

Последний аргумент оказался решающим. Но вот тот факт, что Йурочка сыночек Очень Большого Начальника, воспиталку сильно коробит. И она решается на полумеры.

— Вот, Юрочка! Сам виноват! Не надо было Наташу бить! Не упал бы!

И подтёрла тому сопельки.

Я же, преисполненный... не, не мести, а совершенно иной мысли... Хотя!... А почему бы и не мести?! Ведь мстить можно по-разному! Махнул своим друзьям, мол, отойдём в уголок посекретничаем.

— Мы танцевали вместе. Помните, как весело получилось? — спрашиваю я. Получаю горячие заверения, что это так.

— Может продолжим веселиться?

— Да! Давай!

— Будем танцевать?

— Конечно! Вместе! Здорово!

— Давайте Танго спляшем! У нас с Натахой хорошо получилось.

Серёга невольно оборачивается в сторону Киндюка, которому что-то заясняет Дина Петровна. Наверняка насчёт того, что надо осторожно падать.

— Серёга! У него ничего не получится. А вот у нас — получится. Мы любим танцевать.

По лицам вижу, что моё утверждение встретило понимание и горячую поддержку. Помнят, как весело было вчера, как весело и слаженно танцевали, и как всё получалось.

— Как тогда. Я начинаю — вы повторяете. Не! Мы с Натахой вместе начинаем. Мы же вместе танцевали. Меня — ты повторяешь. А Наташу — Люда.

Все немедленно и с энтузиазмом согласились. А что? Веселиться и приключаться все любят.

Разучить по тактам сложный танец, да ещё без музыки — запредельно сложно. А для такого возраста и вообще невозможно. Но в том и хохма, что эти двое, — Серёга и Люда — не разучивали. Они вспомнили. Догадка, что меня ожгла ещё тогда, когда они почти не ошибаясь повторили танец-ладушки, а после укреплённую тем, что Натаха оттанцевала Танго под музыку, оказалась верной и относительно этих двоих. Уже через двадцать минут, Дина Петровна строго отчитывала меня.

— Как так? Выходит, ты обманул дядю Вову! Жестоко обманул! Ведь ты говорил, что не умеешь учить! А вот Люду и Серёжу — за такое малое время научил! Как тебе не стыдно?!

— Са-авсем не стыдно! — нагло лыбясь ответил я. — Я их не учил.

— Тогда кто их научил? Наташа?

— Не-а! — тут же ушла в отказ Наталья со сдвигом за мою широкую спину.

— Вот вы и заврались! Как вам не стыдно!

— Они вспомнили танец. — сказал я правду. Только правда была такая, что вряд-ли поверят.

— Короче так! — ставит мне ультиматум Дина Петровна. — Я сегодня же сообщаю Владимиру Владимировичу, что ты умеешь учить танцу. И ты учишь Юрочку! Ты меня понял?

— Не-а! — скроив максимально тупую харю отвечаю я.

— Что ты не понял?!

— Я понял. Только учить его не буду. — поясняю я.

— Почему?!!

— Он плохой! — приходит мне на помощь Наталья.

— Он девочек бьёт! — тоном завзятой склочницы(ой кого-то из соседок по квартире копирует!) подхватывает Люда.

Серёга лишь вымучено кивает. Но даже этот жест выглядит как приговор. Киндюку.

"Итого, — мелькает у меня в голове — первый шаг завершён. Ближний круг — с основой Старшей Памяти".

Это опять моя Старшая Память так шутит.

— Обычная, нормальная... подлость

Следующие пару дней почти ничего примечательного не происходило. Разве что я, таки начал соображать как того хотел бы. Вызванное перемещением во времени оглушение прошло.

В чём же состояло это оглушение? А в том, что я стал снова тем самым "талантливым мальчиком".

Да, изначально я и так был ещё тем оригиналом.

Научился читать — в пять лет. Считать — в шесть. Писать — в семь. И последнее — до того, как поступил в школу. Всё это — в первый проход. До того, как у меня появился такой "костыль" как Старшая Память.

В последующие, когда я уже встрял в эту чёртову петлю времени, всё для меня начиналось с того, что у меня на месяц или более отшибало мозги. Ходил тупой как пробка. Мало кто из окружения это замечал, но я-то в конце-концов, когда-таки восстанавливался, определял этот момент чётко. А что не замечали — так я и вёл себя в то время как обычный дошколятник. В меру сообразительный. Но ведь... чёрт побери! Сам себя не похвалишь...

Да! Я был талантлив. И таких как я — и по себе, и по своему окружению знаю — много. Мы не уникальны.

Но беда наша в том, что нами особо-то и не занимались. Я имею в виду целенаправленно и правильно.

Вон, говорят, что когда-то в Англии провели дикий эксперимент, когда с детьми хоть и целенаправленно, но совершенно НЕ правильно занимались. И получилось... Да катастрофа вышла!

Вместо того, чтобы получить на выходе талантов и гениев — а в каждого малыша без устали пихали знания, какие только возможно, — получились в лучшем случае посредственности. В худшем — детки сходили с ума. После. Значительно позже этого измывательства над их мозгами. Когда чуть подрастали.

Оно и понятно: без учёта психофизиологии развития, — развития, прежде всего, их мозгов, — пихать бессистемно знания, получится только зло и вред.

Те дятлы, что замыслили этот эксперимент, наверняка были впечатлены тем, что иногда появлялись дети, реально опережающие в своём развитии своих сверстников. Кто реально мог повторить интеллектуальные достижения тех, кто старше них лет на пять, а то и больше.

А ведь всего-то надо, что подсовывать деткам то, что им интересно в данный момент, соответствует их наклонностям и уровню развития. Но, как раз определять все эти уровни и наклонности — надо же уметь! А кто умеет?

Вот и растут среди нас таланты и гении. Незаметно. И большинство из них попросту загибаются под тяжестью бытия... ну и бития.

Бития как со стороны сверстников, так и взрослых. Много талантов и, особенно, гениев, так и не обрели себя, загнулись. Потому, что их попросту забили. И забыли.

Талант и, особенно, гениальность, — хрупкая вещь. Сломать легко. Восстановить — невозможно.

С нашей же Четвёркой получалось интересно.

Я — восстановился. Если так можно сказать. Но восстановился не с того, что меня там гнобили или били.

Время оглушения свалившимся из будущего, прошло. И начал соображать как того стоило. Пусть пока в полной мере восстановились реализовались те способности, что были до пришествия — детские же. Но это же только начало.

Натаха — таки обрела заново свой талант.

Также как свои Серёга и Люда.

Но мои ребята сейчас отличались от всех остальных тем, что НАД ними была Старшая Память. Та, которая и снабжала их тем, что им сейчас было интересно. Заставляя мозги стремительно меняться, подстраиваться под новые знания. Не те, что кто-то насильно пихает, а те, что им интересны. А это просто колоссальная разница. Для развития.

Был, правда, и нюанс. Ведь Старшая память содержала не только просто информацию, таланты. Но и информацию о структурах мозга, что потребны для нормального обращения с содержащейся информацией. И именно она становилась причиной для возникновения тех структур, что далее определят если не гениальность, но талант. В результате все эти процессы складываясь, не оставляли и шанса для всей четвёрки не стать гениями. Жаль, что в предыдущие проходы мы только раз достигли того рубежа, чтобы нас так и назвали — "Гениальная четвёрка". Жаль, что за этим всё и кончилось. Вместе с человечеством. Не успели.

А вот в этом...

Уже есть варианты! И я это прочувствовал на своих костях, когда вокруг нас начались все эти "танцы".

Прибежал-таки на следующий день, как и обещала Дина Петровна, Киндюк-старший. Попытался ко мне подлезть с лестью, а потом и с угрозами. Но как подлез и налез, так и ушёл не солоно хлебавши. И наступила относительная тишина.

Я всё также, развлекал свою четвёрку. Где танцами, где ещё как — например "учил" читать. По последнему, то, что детки стремительно и "вдруг" освоили чтение, для воспитательниц детского сада было удивительным. Но ведь ребята просто "вспомнили". Да, до этого знали буквы и слоги. Кое-что даже умели читать. А с получением хоть и частичного, но доступа к Старшей Памяти освоили навык буквально за день.

Но главным видимым результатом нашего взлёта были, конечно, танцы.

Нас как-то весьма внезапно "подписали" на новогоднее выступление. В садике. То самое, что традиционное. С ёлкой и так далее. Также "само собой разумеющимся" было то, что выступать мы должны "конечно же" с Юрой Киндюком.

Как это будет выглядеть если в садик прибудет "напарница" уже учащаяся в школе, это ни кого, почему-то не смущало. За исключением, той самой девочки, которой не посчастливилось быть назначенной. Но и тут вскоре случилось то, что должно было случиться.

Вышел конфликт. Самый что ни на есть естественный и неизбежный в такой "паре". Ведь девочка была на два года старше и уже имеющая кой-что из амбиций и гордости.

Как потом из разговоров старших выяснила наша проныра Люда, сначала девочка попыталась "построить" "Йурочку". Тот, ясное дело стал плакать и жаловаться.

Родители девочки, в свою очередь, её отлупили. Чтобы не кочевряжилась и "вела себя как надо". Та обиделась. Последствия были также очевидными. Из-за нежелания как-то подчиняться партнёру и Йурочка, и эта мелкая, никак не могли повторить даже элементарное.

Уже через несколько дней таких занятий, — а они для них были изнурительными, родители подгоняли — случилась истерика. Тоже закономерная. Результатом было то, что утром Юра Киндюк сверкал в садике великолепным бланшем под глазом. Девочка, видать, оказалась без комплексов, — залепила от души. Но для нас это же обернулось другой неприятностью — уже на нас стали наезжать.

От Натахи очень быстро отстали. Та, надувшись как рассерженная кошка, просто пообещала выцарапать глаза Юрочке, и ещё раз несколько уронить его мордочкой в пол. Да и мамаша у неё та ещё крокодила — стала на защиту дочки, что называется, насмерть.

А вот с Людой вышло неприятно.

Мама у неё была вся из себя "мягкая и пушистая". Такая, что совершенно не в состоянии противостоять давлению, особенно коллективному. Не говоря о том, что давит также ещё и дядичка, что в городе Большой Начальник. Так что подрядили Людочку тренировать отдельно Юрочку.

Выглядело это так.

Когда все остальные чем-то интересным занимаются, Люду и Юру гоняет в Зале специально нанятая мамзель. Да, перед этим она упросила нас показать как мы танцуем.

Мы, без стеснений показали.

Дамочка впечатлилась и преисполнилась энтузиазма.

Но долго её энтузиазм не продлился. Юрочка в танцах не грациознее бегемота. Итог закономерный.

Уже на второй день в группу, прибежала вся в слезах Люда. При этом она держалась обеими руками за затылок.

— Не буду я с ним танцевать! Не буду!!! — кричала она на всю группу срываясь на визг.

— Он что, тебя по голове ударил? — с участием поинтересовался Серёга.

— Бедненькая! — пожалела Натаха, поглаживая Люду по спине.

— Он меня на пол бросил! Головой ударилась! — ответила Люда и разревелась.

Прибежала и тренерша. Растерянная.

Ну последнее понятно — навязали работу, которая для неё поперёк горла, да ещё с бесталанным мальчиком. Но результат — вынь да положь. Кровь из носу, но должен быть. А тут сплошные обломы и отказы.

Уже увидев ревущую Люду она поняла, что не справилась. Руки опустились. Она даже подходить не рискнула. Только и смотрела как штатная воспитательница группы пытается утешить ребёнка.