Брат с сестрой почти бегом бросились к ним навстречу. При виде детей Куджичи буквально просиял:
— Хвала Вечному небу, вы здесь!
Подойдя к соотечественнику, Платина тихо спросила:
— Ну как?
— Еле успел их предупредить, — проворчал тот, кивнув на аборигенов. — Воины с тем толстым разбойником уже на постоялый двор зашли, когда появились наши. Оказывается, они искали хорошее вино. Я же говорил, что мы сегодня в баню собирались.
— Небось, опять не поверили, что нас ищут? — криво усмехнулась Ия. — Я же всегда только глупости говорю.
— Нет, — с укоризной перебил её молодой человек. — Мы сразу же пошли в порт. Никто даже не сомневался в твоих словах. И я же тоже видел этих негодяев.
Девушка едва удержалась от вопроса: что случилось, если бы он сам не видел?
Стражники в воротах её узнали и поинтересовались у судовладельца на нелегальном положении, получил ли тот записку от своей дочери?
К его чести, тот моментально сориентировался, согласно кивнув.
— Я как раз сюда шёл. Теперь нам всем надо пройти в порт.
Блюститель правопорядка окинул их компанию внезапно ставшим подозрительным взглядом и вдруг потребовал:
— Покажи свою пайзу!
Брови Куджичи чуть приподнялись. Однако он без слов достал из рукава халата деревянную пластинку и с поклоном протянул собеседнику.
Пока стражник её рассматривал, он назвал имена своих спутников.
— Прошу прощения, господин, — с поклоном обратился другой воин к Хаторо. — Не могли бы вы показать свою именную табличку?
Пожав плечами, бывший офицер городской стражи спокойно выполнил то ли просьбу, то ли приказ.
Невольно затаив дыхание, беглая преступница почувствовала, как стоявший рядом Жданов тоже напрягся, а Итоми тихо всхлипнула.
Платина с беспокойством ожидала, что документы потребуют и у Сашки с Сайтамом, но стражникам хватило уже полученных. Вернув пайзы владельцам, они позволили им пройти.
Олигарх тут же повёл спутников к Закрытому причалу.
На его настойчивый стук вновь открылось окошечко, но прежде чем охранник успел что-то сказать, мужчина ткнул ему под нос деревянной биркой с каким-то выжженным знаком.
— Заходи, почтенный, — моментально отозвался сторож. — Желаешь проверить лодку?
Звякнул металлический засов, и в открывшемся проёме Ия увидела кряжистого мужика средних лет в кожаном жилете поверх привычного вида серой куртки с коротким копьём в руках.
Закрыв дверь, он повёл их вдоль пришвартованных судёнышек.
Несмотря на волнение, беглая преступница с интересом оглядывалась вокруг, насчитав шестнадцать лодок самого разного размера. Очевидно, это что-то вроде "платной стоянки". Если кто-то из хозяев мелких плавающих средств не хотел или не имел возможности оставить приглядывать за ними своих людей, он мог пришвартоваться здесь.
— Мы отплываем, — объявил Куджичи.
— Вы же завтра собирались, — нахмурился охранник.
— Нашей судьбой распоряжается Вечное небо, — с печальной улыбкой развёл руками судовладелец. — Обстоятельства изменились.
— Как хочешь, почтенный, — пожал плечами собеседник, предупредив: — Но ты заплатил за место до завтрашнего дня, и денег я тебе не верну.
— Моя ошибка, мне и платить, — вздохнул старый богач.
— Ты мудрый человек, почтенный, — сразу же смягчился сторож и после короткого колебания добавил: — Только погода вроде как портится. Вон как облака клубятся.
— Ветер сильный, — отмахнулся олигарх. — Раздует. Веди к лодке.
Их плавающее средство не впечатляло размерами, но имело на носу мачту со сложенным на рее парусом и крошечную каюту, больше напоминавшую собачью будку.
Лишь подойдя ближе, Платина обратила внимание, что все лодочки привязаны не верёвками, а цепями, на каждой из которых красовался висячий замок.
Пока сторож ковырялся в нём ключом, молодые люди помогли девушкам перебраться на судёнышко и передали им вещи.
— Ступайте в каюту, — предложил им Жланов.
— Да, — поддержал его Куджичи. — Не мешайтесь здесь.
Высота крошечного ящика не превышала полутора метров, тем не менее хоть какая-то крыша над головой и укрытие от дождя.
Разложив по углам вещи, девушки замерли, прислушиваясь к доносившимся снаружи разговорам.
Мичман российского императорского флота и сын олигарха из Даяснору оттолкнули судёнышко от причала и взялись за вёсла.
Не желая сидеть в темноте, беглая преступница отодвинула закрывавший проход дощатый щит и с облегчением увидела, как удаляется порт уездного города Ядзаки.
Глянув на неё, стоявший у руля бывший офицер городской стражи довольно усмехнулся:
— Не бойтесь, госпожа. Теперь они нас уже не поймают.
— Хорошо, если так, господин Хаторо, — пробормотала Платина.
— Достопочтенный Куджичи! — услышала она с носа голос соотечественника. — Ты умеешь управлять парусом?
— Мне случалось это делать, — отозвался судовладелец. — Только уже давно. Но господин Хаторо говорил, что вам известно искусство кораблевождения. Или вы только хотите его постичь?
— Если доверите, я справлюсь, — твёрдо заявил молодой человек. — Но вы должны исполнять мои распоряжения. Иначе ничего не получится.
— Я готов, господин Ждао! — тут же отозвался побратим. — Приказывайте.
— Мы тоже согласны! — пообещал за себя и своего сына олигарх.
— Тогда, Сайтам, отвяжи вот ту... верёвку! — начал распоряжаться мичман российского императорского флота. — Нет, не эту! Другую! Да, её отвяжи, но не отпускай.
— Слушаюсь, господин! — вскричал толстяк.
— Господин Хаторо! — продолжил молодой человек. — Отвяжите вон ту верёвку. Да, её. И позвольте мне занять место у руля.
— Конечно, — согласился бывший офицер городской стражи.
Удовлетворённо хмыкнув, Ия отползла от люка, но закрывать его не стала.
Жданов продолжал приказывать, аборигены споро, но часто бестолково исполняли. Лодка плыла без малейшего участия вёсел, и когда мужчины молчали, девушки ясно слышали, как журчит вода, огибая тупой нос их посудины.
Охватившее их напряжение бегства начало понемногу спадать. Минут через сорок беглая преступница попросила разрешения им вылезти из будки. Посоветовавшись со старшими, мичман российского императорского флота позволил. Он по-прежнему стоял у руля, поглядывая то на парус с закреплёнными поперечными бамбуковыми шестами, то на реку впереди, то на проплывавшие мимо берега.
Расположившийся на носу Куджичи позвал Платину, и они вдвоём с Хаторо взялись расспрашивать её о встрече с бородатым бандитом и сопровождавшими его воинами, а также о том, что ей удалось подслушать из их беседы.
Ия рассказала всё, вспомнив мельчайшие подробности.
— Как мы и думали, — хмыкнул бывший офицер городской стражи. — Этот барон Карадо сговорился со злодеями.
— И все разбойники, а не только главари знают, что он им помогает, — сделал свой вывод судовладелец. — Не боится, что власти узнают о его связи.
— Чем дальше от столицы, тем вольготнее чувствуют себя землевладельцы, — заметил Хаторо. — Всё тоскуют по временам сёгунов. У этого барона, небось, вся местная власть куплена. Правильно ты сделал, достопочтенный, что не стал обращаться в уездную канцелярию. Там бы нас давно его охранникам передали.
— Хвала Вечному небу за то, что госпожа Сабуро вовремя Рысока заметила, — улыбнулся ей богач.
— Такое страшилище трудно не заметить, — усмехнулась девушка, вспомнив широкую бородатую рожу толстяка и мельком подумав, что эту встречу вполне мог подстроить таинственный "игрок", регулярно подкладывающий ей чудовищно "вонючих свиней". Или Ангел, который помогает Сашке? По крайней мере, они успели вовремя убраться из города. Теперь осталось только доплыть до Амакону, войти в Великую реку, или как называют её местные: Митиндзане, и можно готовиться к представлению под названием "Потерпевшие кораблекрушение".
Эта часть их путешествия пока нравилась пришелице из иного мира, несмотря на некоторые трудности чисто бытового характера. Когда одной из девушек приходилось ходить по нужде, вторая старательно прикрывала её подаренной Итоме накидкой. Впрочем, мужчины при этом старательно отворачивались, а вот чтобы избежать нескромных взглядов с попадавшихся навстречу судов, приходилось ждать, пока те проследуют мимо.
Представители же сильного пола выставляли за борт свои голые задницы, совершенно никого не стесняясь.
Жданов так ловко орудовал рулём и парусом, что работать вёслами почти не приходилось.
"Неплохо их натаскивали в Морском корпусе, — думала Платина, испытывая настоящую гордость за соотечественника. — С такими навыками ему недолго придётся в помощниках ходить. Скоро в настоящие капитаны выйдет. А это уже какое-никакое положение в обществе. Даже если Куджичи ему потомственное дворянство "не сделает"".
За весь день они сделали только одну остановку у впадавшего в реку ручья. Там беглецы утолили жажду и наполнили водой бутылки, по настоянию мичмана российского императорского флота смешав её с вином, во избежание проблем с пищеварением.
Видя, что спутники заметно приободрились, Ия поинтересовалась, не пора ли им облачиться в соответствующую новому статусу одежду?
— Рано ещё, — покачал головой Хаторо. — В шёлковом халате будет неудобно бегать по лодке и верёвки тянуть.
— Вы правы, — солидно кивнул олигарх и мягко улыбнулся. — Но вы можете переодеться.
— Спасибо, отец, — склонила голову явно довольная Итоми, а Платина вновь пожалела о том, что они так и не купили новую обувь.
Небо продолжало затягивать облаками. Хорошо ещё, что сбиваться в тучи те пока не торопились. Тем не менее в воздухе явственно ощущалась какая-то душная напряжённость. Из-за неё мужчины и устроили совет, решая: останавливаться ли им в Амакону, чтобы переждать возможную непогоду, или рискнуть и продолжить путешествие до темноты и отдохнуть прямо в лодке? Тем более, что денег у них почти не осталось.
Мнения беглой преступницы, разумеется, никто не спрашивал, но успев несколько раз побывать под дождём, она предпочла бы встретить погодный катаклизм в месте более надёжном, чем будка из тонких досок.
Куджичи тоже придерживался такого мнения, и Хаторо скрепя сердце пришлось с ним согласиться.
По словам судовладельца, до порта оставалось совсем недалеко, и на берегу уже показалась городская стена Амакону, когда Сайтам обратил внимание на появившуюся за кормой лодку.
— Куда это они так торопятся? — спросил он, ни к кому конкретно не обращаясь и указывая на приближавшееся издалека судёнышко с целой "гребёнкой" вёсел.
— Тоже торопятся попасть в Амакону до дождя? — предположил его отец.
— Ещё неизвестно, будет ли он? — не очень убедительно заметил мичман российского императорского флота, глянув на начавшие сбиваться в кучи облака.
— Никак не рассмотрю, что это за люди, — щурясь, проворчал бывший офицер городской стражи. — Сверху бы поглядеть.
Он кивнул на устремлённую в небо мачту.
— Жаль, не залезу. Старый уже.
— Я залезу, — тут же вызвался побратим.
— Тебе нельзя бросать руль! — влезла в разговор Платина. — И ты слишком тяжёлый. Я полезу. Я видела и разбойника, и охранников барона.
— Упадёшь! — встрепенулся соотечественник.
— Нет, — усмехнулась Ия. — Я ловкая.
— Но ты же в платье, — робко заметила выглянувшая из будки Итоми.
Пришелица из иного мира не считала данное обстоятельство серьёзной проблемой при наличии нижнего белья, но на аборигенов подобная эскапада дворянки могла произвести шокирующее впечатление. А ей с ними ещё долго рядом находиться.
Решение пришло само по себе.
— Не одолжишь штаны, почтенный Сайтам? А я тебе сейчас накидку дам.
Толстяк, кажется, хотел отказаться, но, видимо, вспомнил, как его достопочтенный отец и благородный господин Хаторо недавно так же сидели, закутавшись в тряпки, пока стирали их вещи, и согласно кивнул.
Беглая преступница нырнула в "каюту" и передала Куджичи плащ. Вскоре тот принёс ей штаны.
Натянув их под платье, Платина вернулась на палубу. Отпрыск олигарха сидел на носу, закутавшись в плотную ткань и с тревогой поглядывал за корму. Подозрительное судёнышко неумолимо приближалось, хотя расстояние между ними всё ещё не позволяло рассмотреть: кто же конкретно там находится?
Ия разулась, сняла носки, подвязала повыше подол и, схватившись за мачту, подпрыгнула, упираясь в неё ногами. Примерно так в её родном мире жители тропических островов лазают на пальмы за кокосами.
Мышцы со связками, успев забыть о тренировках, взвыли болью, но девушка продолжила упрямо карабкаться вверх, очень скоро добравшись до реи.
Ухватившись за неё, она перевела дух и стала вглядываться в подозрительную лодку. Заполонившие небо облака на миг расступились, позволив клонившемуся к закату солнцу осветить реку потоком ярких лучей. Бившее в спину светило позволило ясно рассмотреть на борту спешившего за ними судёнышка широкополые шляпы дворян, тёмно-серые одежды охранников барона Карадо, а главное: приметный халат Рысока и даже его бороду.
Беглая преступница почувствовала, как её внутренности словно бы скрутило от неприятного предчувствия. Кажется, сон, так напугавший её сегодня ночью, грозит стать реальностью.
"Только зря в храм ходили, — с глухим сожалением подумала она. — Не помогла богиня. Наверное, слишком занята".
Платина посмотрела вниз и, "поймав" тревожный взгляд соотечественника, крикнула:
— Это они!
— Слезай! — раздражённо махнул рукой мичман российского императорского флота и обратился к мужчинам: — Что будем делать, господа?
— Как скоро они нас догонят? — вопросом на вопрос ответил побратим.
— Если ветер останется прежним или усилится, то могут и не догнать, — медленно, явно тщательно подбирая слова, заговорил молодой человек. — Они же идут издалека, и гребцы, должно быть, устали. Но если ветер стихнет, или у них есть сменные гребцы, то они настигнут нас примерно через час.
— В это время мы будем уже в Амакону, — сказал олигарх.
— Амакону — город большой, — задумчиво произнёс Хаторо. — Можно попробовать затеряться. Вот только у нас почти нет денег.
— Не хватит даже на комнату на постоялом дворе, — подтвердил судовладелец.
Ия передала так необходимый предмет одежды ёрзавшему под накидкой Сайтаму и вернулась в будку.
— Мы могли бы высадить в городе достопочтенного Куджчи с детьми, — предложил Жданов. — А сами пойти дальше, положившись на Божью волю.
Итоми крепко вцепилась в запястье девушки и затаила дыхание.
— Хотите увести погоню за собой? — настороженно спросил бывший офицер городской стражи.
— Да, — с некоторым недоумением ответил молодой человек. — Злодеи погонятся за нами, а достопочтенный обратится к стражникам и попросит защиты у властей...
Вдруг он на пару секунд замолчал и продолжил уже совсем другим, зазвеневшим металлом голосом:
— Или вы считаете, что я хочу их выдать, чтобы спасти свою жизнь?!
— Нет, нет! — поспешил успокоить его собеседник. — Как вы могли такое подумать? Я знаю, что вы благородный человек с высокими моральными принципами.
