"А сильно Сашка обиделся, — отметила про себя пришелица из иного мира. — Крепко задел его побратим. В его время за такое, наверное, на дуэль вызывали. А у нас и морду могут набить".
— Успокойтесь, господа! — вскричал олигарх. — Чтобы причалить, нам придётся свернуть парус и взяться за вёсла. Не так ли, господин Ждао?
— Да, — с сожалением подтвердил мичман российского императорского флота.
— Это займёт немало времени, — продолжил рассуждать судовладелец. — Старыми нашими пайзами мы воспользоваться не можем, и стражникам нечем заплатить. Пока они отыщут людей, способных подтвердить мою личность, нас не один раз успеют убить.
— Неужели эти негодяи решатся напасть на уездную канцелярию? — удивился молодой человек.
— Вы думаете, нас сразу туда поведут? — усмехнулся Куджчи, качая головой. — Нет. Сначала будут разбираться в порту. А если их на лодке восемь воинов, то они и на полтора десятка стражников нападут.
— К сожалению, это так, — подтвердил Хаторо. — Обычные стражники — плохие бойцы. Серьёзное сопротивление могут оказать только офицеры. А много их там быть не может.
— Простите, господа, — явно смутился Жданов. — Я не знал, что всё так... сложно, и просто хотел помочь.
— Я ценю ваши намерения, господин Ждао, — успокоил его олигарх. — Но мы останемся с вами и вместе спасёмся, если на то будет воля Вечного неба. У нас прочная лодка и искусный мастер паруса. А их гребцы скоро устанут.
Его дочь облегчённо выдохнула и отпустила руку Платины.
— Вы собираетесь плыть и ночью? — с тревогой спросил Сайтам.
— Если они от нас не отстанут, то да, — подтвердил мичман российского императорского флота и поинтересовался: — Как скоро мы дойдём до Митиндзане, достопочтенный? Как широка эта река, и часто ли встречаются мели.
— Уже меньше чем через час, — ответил собеседник. — Митиндзане очень широка. Не даром её называют Великой рекой. До Бакануфе острова и мели встречаются только вдоль берега, но дальше их гораздо больше.
— Мы плывём дальше? — полувопросительно-полуутвердительно произнёс бывший офицер городской стражи.
— Ветер крепчает, господа, — сказал молодой человек. — Если нет возможности укрыться в безопасной гавани, то непогоду лучше переждать на большой воде.
— Мы надеемся на вас, господин Ждао, — со свойственной аборигенам патетикой вскричал Куджичи.
Ия не могла его видеть, но не сомневалась, что при этих словах он поклонился. А может, его примеру последовали и другие мужчины.
— Он нас обязательно спасёт! — выдохнула товарка по несчастью и беззвучно зашевелила губами.
"Очень на это надеюсь", — мысленно поддержала её беглая преступница, испытывая однако на этот счёт смутные сомнения.
Лодка раскачивалась всё сильнее. По команде Жданова аборигены то натягивали какие-то верёвки, то ослабляли их. Прижавшись друг к дружке и держась за края входного люка, девушки, не отрываясь, смотрели на его красивое, мужественное лицо.
Наверняка каждая из них думала о своём, но они обе им откровенно любовались. Его сильные руки уверенно держали гладко отполированный брус руля, направляя их утлое судёнышко по начинавшим яриться волнам.
Платина обратила внимание на то, что река стремительно пустела. Лодки торопились к берегу. Однако погоня не отставала.
Скоро беглянки увидели порт с покачивавшимися у мостков кораблями. Люди на пристани расходились, спеша укрыться от наползавшей с восхода синевы.
Мичман российского императорского флота привстав посмотрел вперёд, и брови его чуть приподнялись, очевидно от грандиозности зрелища открывшегося перед ним водного простора с убежавшими к горизонту берегами.
Налетевший порыв ветра донёс запах дождя и глухое ворчание приближавшегося грома.
— Держи, Сайтам! — встрепенувшись, закричал молодой человек. — Не отпускай! Помоги ему, Куджичи! Нет, Хаторо, вы держите свою верёвку!
Ия нервно сглотнула. Вдруг Итоми вскрикнула, ухватив её за плечо.
— Смотри!
Глянув в ту сторону, девушка увидела, как лодка преследователей резко поворачивает к берегу.
— Они отстали! — в восторге закричала беглая преступница. — Всё! Они отстали!
Начальными аккордами похоронного марша ударили по крыше их каюты-конуры первые капли дождя. В наползавшей мрачной синеве мелькали желтоватые сполохи, подгоняя беглецов утробным гулом.
Бросив быстрый взгляд через плечо, Жданов рассмеялся, скаля в улыбке крепкие белые зубы, и навалился на руль.
— Держитесь!
Судёнышко накренилось. Платину швырнуло на дочь олигарха. Чтобы не покатиться по полу, та крепко вцепилась в Ию, каким-то чудом успевшую ухватиться за край входного проёма.
— Что вы делаете?! — с негодованием вскричал бывший офицер городской стражи.
— Мачта слишком высокая! — отозвался побратим. — Лодку сильно раскачивает. Мы можем перевернуться. Погоня отстала. Надо идти к берегу переждать ураган.
Видимо, собеседник убедился его правоте, потому что больше вопросов не последовало, а мичман российского императорского флота продолжал:
— Куджичи, Сайтам, тяните верёвки! Быстрее. Хаторо, помогите им!
Судёнышко задрожало, шаловливым козлёнком заплясав по мелким волнам, и тут на него обрушился первый шквал.
Крупные капли пулемётными очередями застучали по крыше, по борту, по парусу и людям, от страха заставив обеих девушек ещё теснее прижаться друг к дружке.
Лодка вновь резко сменила направление.
— Поздно! — перекрывая шум дождя, заорал Жданов. — Не успеваем! Куджичи, Сайтам, отпускайте верёвки! Только потихоньку!
Судёнышко стремительно неслось вперёд в неизвестность, подгоняемое ревущим ветром, стегающими струями дождя и вспышками молний, прорезавших внезапно наступивший мрак.
А Платина сполна познала ощущения игральной кости, которую игрок трясёт в стаканчике, перед тем как бросить на стол.
Мёртвой хваткой вцепившись в край люка, Ия изо всех сил упиралась ногами в низкий потолок. Вцепившись в неё руками и ногами, Итоми тихо поскуливала прямо в ухо.
Мичман российского императорского флота выкрикивал ещё какие-то команды. Мачта угрожающе скрипела. Порой лодка кренилась так, словно готовясь перевернуться. Казалось чудом, что после этого она ещё могла выпрямиться.
Ия совершенно потеряла счёт времени. Но в этом ощущении бесконечного кошмара нашлись и свои положительные стороны.
Охватившая сознание девушки паника не то чтобы совсем схлынула, но как будто слегка затихла, давая место для размышлений. Она вновь не могла не восхититься своим соотечественником, ловко орудовавшим рулём и отдававшим приказы, среди которых порой проскальзывали и русские слова.
Вдруг в вой ветра и шум дождя ворвался громкий треск.
— Мачта сломалась! — во всю глотку заорал олигарх.
Судёнышко вздрогнуло и затряслось из стороны в торону.
— Режьте верёвки! — вскричал Жданов, крепко вцепившись в руль и упираясь ногой в борт. — Иначе утонем!
Почувствовав реальное приближение перекормленного полярного лиса, беглая преступница, пребольно ударившись спиной о брус, попыталась выбраться из каюты-конуры, увлекая за собой и дочку олигарха.
"Опять плавать придётся! — с обречённой ясностью поняла пришелица из иного мира. — Только тут реально далеко до берега. А ещё и красуля на шее висит. И не бросишь. Иначе как потом жить? Вот же-ж!"
От очередного рывка она врезалась лбом в борт. Из глаз брызнули искры, а лодка качнулась, словно освобождаясь от тяжести.
— Всё! — перекрывая шум дождя и ветра, доложил бывший офицер городской стражи. — Мачта уплыла.
— Держитесь! — повторил мичман российского императорского флота. — И молитесь! Теперь наша жизнь в руках Божьих!
Несмотря на отсутствие мачты и паруса, их судёнышко по-прежнему оставалось игрушкой не только злых волн, выступавших из темноты низкими, крутыми валами, но и ветра, с силой бившего в борта и стенки каютки.
Бешено воющую, переполненную дождём мглу разрывали молнии, ломанными линиям полыхавшие между небом и землёй.
Взгляд Платины выхватывал из темноты: то застывшее тёсанным гранитом лицо соотечественника, крепко вцепившегося в брус руля, то вздыбленную холмиками реку, то огромные, наполненные ужасом глаза дочки судовладельца.
Ия не знала, что с другими её спутниками? Унесло ли их за борт или утонули в сумасшедшей круговерти урагана?
В какой-то момент показалось, что ветер как будто начал стихать, и капли дождя уже не с такой силой, как миг или вечность назад хлещут по лицу.
Но именно тогда, когда впереди забрезжила робкая надежда на спасение, лодка вздрогнула от могучего удара, встала на дыбы, задрав нос, словно собираясь взлететь, и развалилась на куски.
"На что-то напоролись: на риф, мель или какой-то обломок", — мгновенно перебрала бесполезные догадки девушка.
По инерции её отбросило назад, но всё же во входной проём каюты-будки она не попала, но удар спиной о переборку выбил воздух из груди.
Объятия Итоми разжались, и она исчезла в тёмной дождливой круговерти, а беглая преступница оказалась в воде.
Ноги путались в подоле, и пришлось приложить отчаянные усилия, чтобы не пойти ко дну. Каким-то чудом Платина разглядела метрах в пяти от себя качавшийся на волнах кусок борта их несчастного судёнышка и, рванувшись, вцепилась в него, как голодный клещ в ухо бродячей собаки.
Рядом кто-то вынырнул и тяжело задышал. На миг воспалённому сознанию пришелицы из иного мира показалось, что это дельфин, тюлень или какое-то неведомое водяное чудище. Но в следующий миг она воскликнула, боясь поверить своему счастью:
— Сашка?! Александр Павлович!
— Ия? — отозвался знакомый голос. — Ия Николаевна?
— Да! — голос девушки срывался на рыдание.
— Где госпожа Итоми? — подплывая ближе, спросил соотечественник.
— Я её потеряла, — призналась беглая преступница и застонала, услышав, как глубоко задышал молодой человек. — Стойте!
Но сделав несколько вдохов, тот исчез под водой.
— Вот же-ж! — выругалась Платина, ещё крепче вцепившись в обломок, и завопила во всю глотку: — Почтенные! Эй, почтенные! Есть кто живой?!
Показалось, что откуда-то донёсся ответный отклик, но быстро пропал за шумом дождя.
Полыхая зарницами, гроза с глухим ворчанием ушла на запад, но небо по-прежнему оставалось плотно затянуто тёмно-синими тучами, поливавшими землю мириадами мелких холодных капель.
Оказавшись на гребне волны, Ия попробовала оглядеться по сторонам. Справа во мраке угадывалась ещё более тёмная полоса вроде бы не такого уж и далёкого берега, а прямо метрах в двадцати что-то покачивалось на воде.
Девушка ни в коем случае не собиралась бросать свой обломок , поэтому, подоткнув подол, освобождая ноги, усиленно заработала ими, толкая вперёд свой импровизированный спасательный плотик.
Там её тоже заметили.
— Эй! — донёсся знакомый голос олигарха. — Кто там? Сюда!
— Это я! — откликнулась беглая преступница. — Сабуро!
— Ио-ли! — прорезал ночь девичий голос. — Ио-ли! Плывите сюда! Мы здесь!
— Итоми?! — охнула Платина, с ужасом подумав: "А Сашка за ней нырнул!"
— Да! — отозвалась дочка судовладельца. — Мы здесь! Вы не видели господина Ждао и моего брата?
Подобравшись ближе, Ия разглядела, что та полулежит, навалившись грудью на небольшой плоский обломок, едва удерживавшийся на поверхности воды. Отец болтался рядом, держась руками за доски. Судя по хриплому дыханию, он уже очень устал.
Оценив размеры своего "спасательного плота", беглая преступница предложила:
— Перебирайся, достопочтенный! У меня больше места.
Бросив свой обломок, Куджичи устремился к ней, неуклюже размахивая руками и поднимая тучи брызг. Похоже, он едва умел плавать. Девушка уже хотела ему помочь, но мужчина всё же умудрился преодолеть разделявшее их расстояние.
Дав ему немного отдышаться, Платина задала несвоевременный, но не дававший ей покоя вопрос:
— Что это было? Мы же неплохо плыли...
— Бревно! — прервал Ию олигарх, жадно хватая ртом воздух. — Мы наскочили на бревно. Наверное, оно оторвалось от какого-нибудь плота? Вы знаете, где берег?
— Там! — махнула рукой беглая преступница. — Кажется, там.
— Прошу вас помочь моей дочери. Она совсем не умеет плавать.
— А как же вы? — спросила Платина.
— Теперь со мной ничего не случится, — заверил собеседник.
Оставив свой обломок, Ия поплыла к другому. Не успев добраться до него, она вновь оказалась на гребне волны и убедилась, что не ошиблась с направлением. Несмотря на многодневную жару, вода в реке плохо прогрелась, и девушка начала мёрзнуть. Оказавшись возле Итоми, она услышала, как у той тоже зубы стучат: то ли от холода, то ли от страха.
Упираясь обеими руками в толстые, грубо обломанные доски с торчавшими иглами краями, беглая преступница изо всех сил заработала ногами, направляясь туда, где, как ей показалось, за завесой дождя прятался вожделенный берег.
Вдруг сквозь шум падающих капель она услышала плеск, потом ещё и ещё.
Оказалось, что Итоми принялась грести свободной рукой, чтобы поскорее добраться до суши.
Выматываясь всё сильнее, Платина уже начала сомневаться в правильности выбранного направления, когда слух уловил изменения в звуке дождя, а вслед за этим зрение выявило сгустившийся впереди мрак.
Когда ноги коснулись дна, колени Ии подогнулись, и, чтобы не упасть, она тяжело навалилась на сразу же накренившийся обломок. Дочка олигарха сползла в воду, визжа и размахивая руками, но тут же опомнилась, схватив беглую преступницу за локоть.
Держась друг за дружку, скользя верёвочными сандалиями по илистому дну, промокшие, уставшие,замёрзшие и измученные они кое-как выбрались на поросший травой берег, полого поднимавшийся к густым зарослям, за которыми угадывался гораздо более крутой склон.
Рухнув на землю, Итоми прохрипела:
— Отец! Отец!
Задыхаясь, беглая преступница кивнула, понимая, что Куджичи необходимо спасти во что бы то ни стало. И дело тут не только в человечности. Если этот богач погибнет, все их труды накроются медным тазом или даже чем-нибудь поэкзотичнее. Тогда им никто не поможет обустроиться в Даяснору, и Сашке уже не стать помощником капитана, и искать моряков из-за океана ей придётся самостоятельно.
Кое-как выпрямившись, Платина подошла к реке, бестрепетно войдя в воду, кипящую от капель дождя и покрытую валами волн.
— Почтенный! — закричала она, вглядываясь в серый мрак. — Ждао! Хаторо! Эй, отзовитесь кто-нибудь!
Упёршись руками в колени, перевела дух и снова заорала, надрывая голосовые связки:
— Я здесь! — наконец отозвался кто-то.
— Сюда! — замахала руками Ия, рассмотрев лежащего на знакомом обломке судовладельца. — Давайте помогу.
Но мужчина гордо отказался.
— Я не настолько слаб.
И, покачиваясь, направился к берегу.
А беглая преступница вновь огляделась по сторонам. Но взгляд терялся в пропитанных водой и ветром сумерках.
— Ждао! — громко позвала она, пятясь из воды. — Ждао! Ждао! Сашка!
— Сайтам! — раздавшийся за спиной крик заставил её прикусить язык. — Сайтам!
